Заключённые

Сегодня был обычный день в тюрьме Рафт, даже слишком обычный, совершенно ничего нового, никаких новых идей. Тишина, ведь он тут один, а охраник, который приносит ему еду всегда молчаливый. Он ведь даже не пытается сбежать, не видит в этом смысла. В тюрьме кормят, тут есть книги и всё. Он даже не знает, что можно делать на свободе, вот к чему он пришёл. Но спокойствие его длилось недолго, когда он услышал шум рядом, несколько охранников. Гельмут резко подскочил с кровати и подошёл к стеклу, они несли ещё одного заключённого, девушку, она, как и он, когда его поместили в камеру была без сознания. — Барон, у тебя соседка появилась — сказал один из них немного насмешливо, ублюдок. А после открыл её камеру и также закрыл, когда её туда поместили. Хм, он впервые увидел, как эти камеры здесь открываются. Он всего лишь приложил карточку к датчику и ввёл пароль, жаль Земо не смог рассмотреть этот код, потому что солдат стоял к нему спиной, ведь её камера находится напротив его. Эти несколько часов ожидай были тяжёлыми, ведь барон точно не назвал бы себя терпеливым человеком, а когда тут такое… Но он ждал, сидя с книгой в руках на полу, прижимаясь к холодной стине спиной. А читал он Пушкина, он без понятия зачем ему это принесли, кажется знают, что он знает русский язык, поэтому ещё и в оригинале. И ему действительно нравится. У него тут в принципе много вещей, даже радио. «Печален ты; признайся, что с тобой». — Люблю, мой друг! — «Но кто ж тебя пленила?» — Она.— «Да кто ж? Глидера ль, Хлоя, Лила?» — О, нет! — «Кому ж ты жертвуешь душой?» — Ах! ей! — «Ты скромен, друг сердечный! Но почему ж ты столько огорчен? И кто виной? Супруг, отец, конечно…» — Не то, мой друг! — «Но что ж!» — Я ей не он. — eto Pushkin? — это был женский голос, ах, какой-то же британский акцент, но русский у нее не плохой, даже лучше, чем у Джеймса. Земо хитро улыбнулся, стараясь не делать вид, будто ждал, когда она проснется, посмотрев на неё и ответил: — da — мужчина пожал плечами, вновь вернув взгляд к книге, хотя не читал, а ждал, что девушка ещё что-то скажет. — как вас зовут? — спросила она и Гельмут хмыкнул. — Барон Земо — нет, стоп, его ведь зовут Гельмут, но кажется он так отвык от своего имени, что уже не может его произносить. Лишь титул и фамилия, ничего больше. — я слышала о вас — он повернулся к ней, отложив книгу. Девушка сидела, также как и он, на полу, прижимаясь к стене, если ему не кажется, то она трясется. Ей холодно или страшно? — ох, надеюсь вы слышали только хорошое. — сомневаюсь. — жаль. На этом из разговор закончился на сегодня. Он хотел ещё поговорить, но ему казалось, что это лишнее да и тревожить бедную девочку не хотелось. И да, именно девочку, ей явно не больше тридцати. Он конечно ещё смотрел в её сторону несколько раз, пока не выключили свет, но это было мельком, посмотреть сдвинулась ли она с места. И утром оказалось, что нет, всё также сидит на полу. — ты первый раз в тюрьме? — спросил он, совершенно не стесняясь вопроса. Он то был и в тюрьме и в плену. — да, но я здесь по ошибке. — мне кажется это повседневная фраза заключённого, в нашем случае заключённой, но в этой тюрьме… — он грустно улыбнулся и постучал пальцем по стеклу. — они обвинили меня в убийстве двух агентов, но я этого не делала — упрямо заявила она и посмотрела на него, который лишь пожал плечами. — если вы говорите правду, то желаю всего лучшего и возможно вас оправдают. — меня зовут Хоуп… У неё и правда красивое имя, ему нравится. У его жены оно тоже было красивое, Хайке. Эта девушка все же легла на кровать, но не спала, все крутилась и крутилась, поднялась лишь для того, чтобы взять завтрак, что им принесли. А он как всегда за ней наблюдал, изредка. — откуда у тебя книги? — спросила она, пока он читал одну из них. Земо неспеша опустил книжку, посмотрев на неё, что с интересом наблюдала за бароном. — мне принесли, я просто очень вежливо попросил — он пожал плечами и вернулся к книге, но через пары минут спросил: — откуда ты знаешь русский? — было несколько миссий в России, пришлось выучить — честно и без замедленный произнесла она — почему вы не в Ванадской тюрьме? — это было похоже на игру, когда вы по очереди задаёте друг другу вопрос и нужно отвечать только правду. — не знаю, возможно они меня так видить не хотят, тем более я не вакандец, мне там делать нечего — он положил книгу на полку и встал возле стекла, а она повторила за ним — значит ты агент? — да, была. Меня подставили в убийстве — он хмыкнул, эта девушка все еще стоит на своём, возможно это правда — почему ты не сбежишь из тюрьмы? Ты ведь можешь… — тут хорошо, кормят, есть где спать. А на свободе… скучно, мне все равно делать нечего. Никто даже не ждёт — мужчина пожал плечами — кто тебя подставил? — мне кажется, что это Гидра. Они замолчали, думая о чем-то своём. Гельмуту стало действительно жаль девушку, та похоже не виновата, а в Рафте она надолго, точнее навсегда. Себя то не жаль, сам ведь пытался покончить жизнь самоубийством, но её жаль… Барон присел на кровать. Может быть стоит ей помочь… Из жалости… куда же он скатился? Ладно у него всегда есть идея, главное это связаться с кем-то из вне, желательно с Оэзником.