Не волчье дитя

— Тая, ужинать! — женщина звала непослушную дочь уже в третий раз, но та не спешила откликнуться.       Ей не до этого, ведь друзья-волчата не будут ждать. Тая только смеётся, когда шершавые языки касаются ладоней и запускает пальцы в густую шерсть молодых оборотней.       Ей ещё только семь, но она уверена, что очередные щенки подружатся с ней и останутся друзьями навсегда. Она пока не знает, что волки растут быстрее людей и что это уже третий выводок. — Тая! — терпению матери приходит конец.       Она невольно зарычала, а затем шагнула прямо к дочери и схватила за руку. Волчата отошли в сторону, предчувствуя разборки. — А? — казалось, она спала и только сейчас услышала слова мамы.       Та недовольно поджала губы. — Тая, я зову тебя уже в который раз! Идём ужинать, — Ирица повела дочь к самой дальней пещере, где уже догорал костёр. На вертеле остывало жареное мясо. — Вымой руки.       Тая послушно кивнула и побрела к ближайшему ручью, зачерпнула воды и ополоснула руки. Мыла у них не было. Да и в целом, их жизнь в лесу мало походила на жизнь в княжеских палатах, правда, Тая об этом и не знала. Зато это прекрасно понимала Ирица, успевшая пожалеть о том, что сбежала от своего законного супруга. Останься она с ним, была бы сейчас княжной.       Нет, она по-прежнему любила Абая, и тот не терял к ней тёплых чувств, но с тех пор, как Тая научилась разговаривать, жизнь в корне изменилась. Любопытная малышка задавала по сотне вопросов в день, и утолить её жажду познания было очень сложно.       Например, она не понимала, почему всё в стае могут быть и волками, и людьми, а она — только человеком. Ирица втайне попыталась обратить её, но по неясным причинам ничего не вышло… — Это кролик, да? — Тая осторожно отломила небольшой кусочек и принялась медленно жевать. — Да. Охота сегодня не задалась… — тихо сообщила Ирица. — Кролика поймала я. Ешь, пока не остыло, холодное не так вкусно, — Тая послушно зажевала быстрее.       Абай пытался пригнать оленя к условленному месту, но зверь попался смелый и настойчивый и вместо того, чтобы выбежать к засаде, резко обернулся и ударил волка рогами. К счастью, оборотень был несильно ранен, но добыча улизнула.       Сородичи, не довольные произошедшим, разбрелись на поиски новой жертвы. Абай, прихрамывая, поплелся домой. За неудачу ему не полагалось ничего от доли в будущей делёжке.       Абай пришел к пещере и увидел, как трапезничают любимая и ее дочь. Признавать Таю своей гордый оборотень отказывался и называл её исключительно по имени. Зато Ирица была и его «отрадой», и «счастьем» и «любимой». Многие оборотни только фыркали, заслышав его влюбленные речи, но поскольку Ирица уже семь лет была обращенной волчицей, снисходительно усмехались. — Что на ужин? — спросил Абай, прекрасно почуяв запах крольчатины.       Ирица хотела ответить, но за неё это сделала дочь. — Кролик, — выпалила она на одном дыхании. — Абай, ты, что потерял нюх? Ты же волк!       Ирица покосилась на мужчину, но тот лишь усмехнулся, скрывая нарастающую злость. «Что это мелкое человеческое отродье себе позволяет?!» — однако подумал он, прежде чем сесть рядом с Ирицей. — А я не тебя спрашивал, — грубовато бросил он и впился зубами в мясо.       Раздался хруст костей, и Тая невольно поежилась. — Линда уже рассказала мне об охоте, — осторожно произнесла Ирица. — Тебе сильно досталось? — Ерунда, рана затянулась, — беспечно отмахнулся оборотень и, откусив немного мяса, прожевал и проглотил.       Тая как можно незаметнее выскользнула из пещеры, решив не присутствовать при разговоре взрослых. А разговор предстоял серьезный. — Сегодня Набос сказал о своем решении, — убедившись в том, что девочка не подслушивает, молвил Абай. — Таю придется отдать людям. — Почему? Что она сделала? — Ирица взволнованно смотрела на любимого. Абай слегка поморщился. — Ничего, абсолютно ничего, но помнишь её родимое пятно не левом запястье?       Ирица кивнула. Она прекрасно помнила небольшой круг с тремя линиями, небрежно разбросанными вокруг него. — Это знак Отмеченных Солнцем… — вздохнув, сообщил Абай. — Такие никогда не становятся ни оборотнями, ни вампирами, ни кем-либо из нечисти. Удел таких как они — убивать таких как мы. Если оставить девочку в стае, то в будущем это приведет к большим проблемам… Набос сказал, что если мы ослушаемся, он лично лишит её жизни.       Ирица ахнула и прикрыла рот ладонью, попыталась сдержаться, но слёзы уже брызнули из глаз. — Но… как же… Абай… она совсем ребенок… - всхлипывая, бормотала она, но Абай лишь молча обнял и прижал к себе. — Вожак дал срок до новой луны, нужно всё обдумать.       Тая и не подозревала, что она особенная. Не знала, о чем говорят в пещере. Она лишь с восторгом глядела на полумесяц и звезды, отражающиеся в ручье. Плескалась водой, зачерпывая ладонями, жадно пила и представляла себе, что пьет звездно-лунный напиток богов.