Серый Ветер, у меня плохое предчувствие

      Зеленые глаза следили за путем, по которому шел мужчина. Наблюдали, как он оглядывается, когда в стороне заиграла медленная песня, струнные инструменты слегка дрожали под жуткую мелодию.       Холли, совершенно откровенно, это не нравилось, и этот конкретный мужчина нравился ей еще меньше. — Робб, — Холли потянулась в сторону и поймала руку Робба в свою, мужчина по инерции прошел чуть дальше, но уже сосредоточил свое внимание на Холли. В груди что-то сильно сжалось от страха, но она попыталась напомнить себе о правах гостя, попыталась расслабиться, вернуться к идее, которая последовала за ней с ее родины и осталась в этом мире. Холли знала, что ни одна ведьма или волшебник не нарушат права гостя, но эти права были подкреплены магией в ее родном мире. Проклятие было наилучшим результатом нарушения этого негласного закона, в то время как семейная вражда была одним из наиболее простых. — Холли? — теперь Робб был весел и расслаблен, когда свадьба прошла, казалось бы, без сучка и задоринки. Робб надеялся, что вскоре ему достанется очень вкусный кусочек пирога. Верил, что завоевал ее сердце, и что Фреи все еще собирались встать на его сторону, несмотря на нарушенное обещание. Робб верил, что спасет своих сестер, что эта война закончится их победой.       Холли не питала таких надежд, этот мир был... жестоким, и здесь правили маглы. Люди ссорились, дрались, убивали и насиловали, все это время холод усиливался, и никто этого не замечал. Они не могли чувствовать смертельную магию, надвигающуюся на них, в отличии от Холли. И простые люди и богатые одинаково понятия не имели, что их ждет. То, что мертвецы были рядом, постоянно выло у нее в ушах, зубы продолжали стучать друг от друга, магия бурлила, из-за чего где-то в груди зарождалась нестерпимая боль.       Этот мир был темным, мрачным.       Но таков был и ее родной мир. — Нам нужно уходить, — взгляд Холли остановился на мужчине, направлявшемся к ней; она нарочно поймала его взгляд, прочитала его намерения и поняла все. Это была ловушка. Если они не уйдут сейчас, то вообще не смогут этого сделать... Ну, она бы ушла. Холли была сродни этим замороженным существам; она снова воскреснет, как и всегда. Но Робб не сможет так сделать, а такой результат был бы неприемлемым. Поэтому, говоря это, Холли положила руку на плечо Робба. Она крепко сжала его, решив забрать с собой, даже если ей придется оставить всех остальных. — РОББ! — рядом закричала Кейтилин, и хотя большинство людей вздрогнули от ее окрика, Холли не удивилась.       Робб повернулся, чтобы посмотреть, как его мать встала, схватив нож для стейка, явно для самообороны. Холли этого делать не стала. Она сосредоточилась на мужчине, стрелявшем в нее и ее ребенка, и защищалась. Она выбросила свободную руку, насторожившись, и из ее палочки вырвался зеленый луч.       Мир давно погрузился во тьму, и, по прошествии стольких лет, Холли больше не собиралась сдерживаться.       Мужчина упал, когда Робб попытался схватиться за свой меч, но слишком поздно понял, что его не было. Старки и их армия уважали права гостей, и были свято уверены, что им не нужны были доспехи или мечи. Холли не позволила бы этому продолжаться ни мгновения дольше, особенно когда эти права были нарушены Фреями. — Холли! — интуитивно позвал Робб, поворачиваясь к ней. — Поняла! — она призвала одну из вилок слева от себя и преобразила ее в оружие; в тот момент, когда она закончила, Робб схватил меч и проткнул мужчину, когда тот подошел слишком близко. Он пошел на преступление, как и все остальные, не они это начали.       Холли позволила Роббу охранять ее и упала на колени. Она использовала стол, чтобы прикрыть себя спереди, доверяя Роббу спину, когда положила ладони на пол замка. Глубоко из ее горла зазвучала песнь; магия заставила свечи замерцать, и пара тяжелых голубых глаз далеко на Севере повернулась в ее сторону. Те, кто был чувствителен к магии, почувствовали это в воздухе: королева драконов, мальчик, уже готовый получить ответы, жрица или трое из ее братии.       Платье Холли слегка приподнялось, развеваясь на несуществующем ветру... — ОГОНЬ! УБИТЬ ИХ! ...и стрелы разлетелись вдребезги в руках лучников задолго до того, как они смогли пронзить тела тех, в кого целились. Дерево рядом затрещало, когда волк яростно вырвался из своего заточения и бросился на ближайшего Фрея. Точно так же люди Старка внезапно обнаружили доспехи и оружие достаточно близко, чтобы дотянуться до них, и почувствовали, что резко протрезвели. Десятки Фреев падали на свои собственные мечи, а их невезение поднялось на невероятно нелепый уровень.       Все это время Холли продолжала говорить на языке, которого не существовало, и голубые глаза сосредоточились на ней еще сильнее. А Холли осознала, что ее душа оторвалась от тела.       Снова пятый курс. Холли была в ловушке, ей приходилось наблюдать за своим прошлым со стороны, не имея возможности что-либо сделать, и понимая, что никакого значения для ее будущего это не имеет.       Ветер трепал ее одежду, зрение резко ухудшилось, когда мир окутало снегом— возможно это был взгляд в будущее, где все, что было, умерло. Мимо Холли промелькнула фигура, медленно двигающаяся, с пустыми глазами, и все ее тело покрылось гусиной кожей. Это был инферни, но в тысячу раз хуже. Что-то завизжало, чужеродное, и все же Холли инстинктивно поняла, что это зов. Другие фигуры обходили ее стороной, и Холли знала, что должна увидеть, что это такое.       Холли изо всех сил развела руками, и снег поднялся с порывом густого горячего воздуха. Как дыхание драконов, ее заклинание позволяло ей видеть сквозь туман и то, что она увидела... испугало ее. Она могла видеть их: армию трупов, шагающих в жутком ритме на юг, к ней.       Прямо рядом с ней остановилась фигура. Это было существо, чья кожа как-будто состояла из осколков льдинок, а глаза предвещали смерть, так же как и ее собственные. Но если Холли была Повелительницей Смерти, то это существо... было самой Смертью. — Стой, — приказала Холли.       Тела - трупы - вокруг нее, замерли, и эти голубые глаза метнулись к ней. Существо оскалило на нее свои гниющие зубы, глаза с ненавистью сузились, и Холли услышала голос глубоко внутри своей груди. — Она - угроза. Ее жизнь будет первой, которую он заберет.       Он выхватил оружие и взвизгнул. — Холли, ты можешь остановиться, мы победили.       Все мертвецы вокруг нее повернулись, сосредоточились на ней. Внезапно, как биение сердца, они шагнули к ней. Холли не могла отступить, отойти, она не могла двигаться. Холли была окружена. —...Холли!       Зеленый и синий схлестнулись между собой. Холли больше не могла игнорировать его; с ходоками нужно было разобраться до того, как появятся Ланнистеры. Она поговорит с Роббом сразу же после окончания этой битвы.       Мертвец шагнул вперед, и... чья - то рука схватила ее за плечи и дернула назад. Холли потеряла концентрацию на замерзшей тундре за мгновение до того, как мертвецы попытались разорвать ее на куски.       Она стояла на коленях перед Роббом, из ее носа и глаз текла кровь. Но Король Ночи все еще наблюдал за ней, и она не могла показать ни минуты слабости. Он не должен был знать, насколько сильно она привязана к Роббу... — Холли! — За мгновение до того, как она разорвала связь, Холли закрыла глаза. Она уже поняла... было слишком поздно.       Он видел. — Девочка - угроза... Но мальчик - ключ к ее смерти. — Робб… он видел... — Холли, истекая кровью, несла какую-то чушь. Она говорила на языке, которого ее муж даже не понимал. Но Робб все равно слушал. — Холли, мне нужно, чтобы ты успокоилась. Я не могу понять. Попробуй говорить по-проще, позволь мне помочь тебе. — Робб прижал руки к щекам Холли, постепенно перемещая руки на ее виски и начиная массировать их круговыми движениями. Тепло его кожи смягчало холодную температуру ее собственной. Это оттолкнуло существо, все еще пытающееся проникнуть в ее душу.       Ей потребовалось некоторое время, прежде чем она смогла полностью успокоиться. Ей потребовалось достаточно много времени, чтобы она явно осознала, что стоит на коленях в крови, своей собственной и из трупов людей Фреев. Или что она навсегда вырезала руны на полу замка Фреев. Как только она это сделала, Холли позволила себе расслабиться, и Робб быстро притянул ее в свои теплые объятия. Она говорила с наигранным спокойствием в его грудь. — Робб... Нам нужно на Север, мы должны поговорить с Джоном... мертвые приближаются. — Ее ребенок не был в безопасности, Робб не был в безопасности, никто из живых не был в безопасности, пока мертвые ходили по землям.       Но даже произнося эти слова, Холли понимала, что все гораздо сложнее. Война все еще была в разгаре, судьба Сансы и Арьи висела в воздухе. Семье Старков был нанесен жестокий удар, и, судя по их последним данным, Винтерфелл все еще принадлежал врагу.       Но Робб не принадлежал бы ей, если бы, по крайней мере, не уважал Холли настолько, чтобы воспринимать ее всерьез. — Мы что-нибудь придумаем. — Он выругался, хотя и не понял этого.       Холли только надеялась, что это было правдой. Потому что в очередной раз судьба мира находилась на весах, и она была в самой гуще событий.