Идеальная альфа

– Изуку, ну ты же понимаешь, что идеальных людей не существует? – устало спросил Аояма, потерев переносицу. Мидория, прокручивая между длинных тонких пальцев пробку от вина, кивнул, улыбнувшись уголками губ. – Конечно, понимаю, – мягко отозвался он. – Но… я и не ищу идеальную альфу. Я ищу ту, которая идеально подойдет мне. – Ох, – Юга устало закатил глаза. – Как у тебя всё просто! – всплеснул он руками. – Напомни, Изу, сколько тебе лет? Мидория равнодушно пожал плечами. Вокруг него постоянно хлопотали люди, беспокоясь о его возрасте и семейном положении, но омега был полностью спокоен. – Мне тридцать шесть, – весело пропел Изуку. – Прекрасный возраст. Тебе не кажется? – Прекрасный, – кивнул Аояма и поморщился. – Но семью-то надо до тридцати создавать. А теперь туда-сюда и сорок. – Мм, – Мидория вновь пожал плечами и сделал глоток вина, внимательно рассматривая белую жидкость, плещущуюся в стакане. – Ты же знаешь, я с этим не тороплюсь. – Знаю, – не стал спорить Юга. Они дружили довольно давно. Изуку устроился финансистом в компанию, где Аояма работал дизайнером. Их рабочие места оказались в одном отделе, они быстро спелись, без труда найдя общий язык. Вечерком после работы решили сходить в соседнее кафе, выпить вместе кофейку, обсудить последние новости. Мидория не любил кофе: от него повышалось давление и частенько болела голова. А Юга подсел последнее время на зеленый чай. Поэтому взял его, а Изуку решил расслабиться и выпить бокальчик своего любимого белого полусладкого вина. – Я считаю, – мечтательно протянул Мидория, – что… надо почувствовать человека. Посмотреть ему в глаза и понять, что вот, это твоя судьба. – Ты слишком романтичен для этого мира, – фыркнул Аояма. – Неужто не одиноко просыпаться в холодной постели? – спросил он взволнованно. Сам Юга женился уже давно. Изуку встречался с его альфой, прекрасная умная женщина. Немного безэмоциональная, но довольно радушная. Аояма ветренный, часто вляпывается в неприятности, витает в облаках. Ему подходит такая жена. У них подрастали двое замечательных мальчиков-альфочек, настоящих ангелочков. Такие же белокурые и блестящие, как папочка. – Почему же в холодной? – удивился Мидория. – У меня очень теплое одеяло и кондиционер, поддерживающий тепло, – засмеялся он. Аояма закатил глаза. – Никогда тебя не понимал. Ладно по молодости, но сейчас-то пора остепениться, жениться или выйти замуж наконец! – Мм, да-да, обязательно. Как встречу своего человека, – не стал сопротивляться Изуку, – так обязательно. – Ну ты поторопись. Брак – удел молодых. Проворонишь свое счастье, – покачал Юга головой. – Я и так… вполне счастлив, – Мидория потянулся. – У меня всё, о чем я мечтаю, есть. Ну, чего хочу на данный момент. Аояма удивленно на него посмотрел, вздохнул, покачав растерянно головой. – Может… может ты и прав. Не все люди нуждаются в семьях. Честно говоря… ты сам очень самодостаточный. Наверное, таким людям и не нужны никакие половинки. Вы родились целыми, – пошутил Юга и поднялся. – Угу, – Изуку вопросительно на него посмотрел, – уже уходишь? – Да, прости. Сыновей нужно забрать с кружка, Лиз сегодня не может, – объяснил Аояма, доставая кошелек. – Сколько там с меня? – Я сам заплачу, – улыбнулся Мидория. – Иди, тебя дети ждут. – Правда? – обрадовался Юга. Они дружили достаточно давно, чтобы без всяких зазрений совести он мог соглашаться на помощь. – Спасибо тебе большое! Ну, я побежал, – омега чмокнул друга в щеку и спешно направился к двери, надевая попутно куртку. Изуку проводил его удовлетворенным взглядом. Он всегда почему-то радовался, когда смотрел на Аояму. Тот словно генерировал и излучал энергию, все непроизвольно к нему тянулись. Мидория вздохнул, делая очередной глоток вина. Юга сильно волновался, что он не успеет найти себе пару, поэтому часто поднимал этот разговор. Изуку только отшучивался, говорил, что для него это не имеет никакого значения. Но это не до конца было правдой. Омеге хотелось семьи. Он не знал, в какой момент жизни к нему это пришло, но ему хотелось проводить с кем-то время, ссориться и мириться, заботиться и защищать. Но… увы, некого. Окружающие его альфы часто были хорошими людьми, но не подходящими для Мидории, нет. Пусть это и глупо, Изуку верил, что где-то в мире есть человек, который идеально ему подходит. Такой, в которого омега может влюбиться навсегда и без памяти. Но ему такие за всю жизнь ещё ни разу не встречались. Он сидел ещё около получаса, внимательно разглядывая вино в своем стакане, только потом решившись уйти. Оставил на столе большую купюру – лень было дожидаться счета, – и двинулся к выходу, накинув на плечи свое серое пальто. На улице дул ветер. Не сильный, но ощутимый, пробирающий до самых костей. Мидория спешно двинулся к своей машине, скорее запрыгнул на переднее сиденье, сразу же включил обогреватель. Пришлось подождать, пока машина не прогреется. Всё это время Изуку смотрел на часы, что мигали, показывая без пяти девять. Так поздно. Впрочем, спешить ему некуда. Сегодня пятница, а дома, как правильно заметил Юга, всё равно никто не ждет. Омега надел перчатки – руль был слишком холодный, – нажал на «газ», двинувшись по направлению к дому. Ещё в магазин стоит заехать. Сколько себя помнит, Мидория никогда не интересовался отношениями. Зачем? А главное, в чем смысл, он не понимал. Слишком это сложно, слишком. На первом месте у него была самореализация, карьера, деньги, положение. В школе он учился хорошо, за что его часто хвалили родственники и пророчили прекрасное будущее. Университет закончил с отличием, без проблем нашел работу. Не сказать, чтобы ему нравилось считать бумажки и проводить аналитику компаний, но на этой работе платили много. Уже в двадцать Изуку смог снять приличную квартиру, а через семь лет выкупил ее у хозяина. Ещё через два года купил большую, трехкомнатную, ближе к центру города, а в старую переселил маму, чтобы жить ближе друг к другу. Пока другие вовсю обзаводились семьями и детьми, Мидория копил на машину и путешествовал. Когда ему исполнилось тридцать, уже и мама начала беспокоиться, что ее сын никого так себе и не найдет. Тот только руками разводил. Не встречал никого подходящего. И не сказать, что у Изуку были какие-то высокие требования. Нет, отнюдь. Он даже всерьез пытался выстроить отношения, но почему-то ничего не получалось. Постоянно что-то не складывалось. Или люди были чужие ему по духу, или ожидали совершенно несвойственных Мидории вещей. В магазин омега решил не заезжать – устал. Он припарковался, выключил автомобиль, вышел, вздрогнув от холода. Быстро добежал до подъезда, поднялся на свой этаж. Приятно оказаться в любимой квартире. Свой собственный запах успокаивает, расслабляет. Изуку переоделся, загрузил вещи в машинку, забрался в ванну. Лежа в горячей воде, Мидория отдаленно думал, что Юга всё-таки прав. Пора бы ему кого-нибудь найти… *** Изуку взял у Инко большие пакеты, помогая маме подняться по ступенькам. – Сынок, ну зачем ты надрываешься? – заволновалась женщина. – Мне совсем не тяжело, – улыбнулся Изуку, придерживая для нее ногой дверь, – всё хорошо, не волнуйся. – Ох, – Инко покачала головой. – Лучше бы альфу себе нашел какую-нибудь сильную, она бы тебе пакеты таскала. – Мам, – Изуку закатил глаза. – И ты туда же? Я всегда могу справиться сам. А, если не смогу, вызову рабочих, это совсем несложно. Телефон-то всегда под рукой, – улыбнулся он. – Ну-ну, волнуюсь за твое здоровье, – протянула женщина. Она приехала к сыну в гости, погостить буквально на выходные. Но, как будто на несколько месяцев. Привезла закрутки, варенья и много домашней утвари. Изуку согласился забрать всё это к себе. – Проходи, пожалуйста, – улыбнулся Мидория, открывая перед мамой дверь. Та нерешительно прошла внутрь. Она уже была и не раз у сына в гостях, но каждый раз, как сама говорила, как в первый. Инко разулась, оглядываясь по сторонам. Она нерешительно прошла в гостиную, замерла в дверях. – Сына! Это что же, аквариум у тебя? – удивилась женщина. – Да, – радостно отозвался Изуку. – Вот, решил себе прикупить, – весело рассказал он. Буквально вчера доставили из магазина. Высокий, вертикальный, цилиндрической формы. Мидория поставил его прямо на пол. Тот был выше его и смотрелся неожиданно очень гармонично. Рыбки же, напротив, были самые обычные. – Но это же так дорого, наверное! И… и ухаживать за ним тяжело, – заволновалась Инко. – И вовсе не дорого и не тяжело, – улыбнулся Мидория. – Ты располагайся, переодевайся, мой руки. Я там из кулинарии нашей местной накупил пирожных твоих любимых. – Накупил? – переспросила Инко и поморщилась. – А чего сам ничего не готовишь? Ты же умеешь. – Но не люблю, – виновато отозвался Изуку. – Пойдем, – он потянул маму к столу, – присаживайся. Они расселись, принялись пить чай, делиться последними новостями. Инко опять пустилась в рассказ о своей молодости, о жизни с Хисаши. Изуку слушал о родителях, улыбался и кивал, подперев голову рукой. Мама выглядела такой счастливой, когда рассказывала о ныне покойном муже и своих молодых годах. – Мне вот, когда было двадцать шесть, у меня уже был ты, – заметила Инко и строго посмотрела на сына. Тот от ее взгляда вздрогнул. – На внуков мне намекаешь? – прищурившись, уточнил он. – Да! Сынок, я всё понимаю, – Инко покачала головой, – но мне так хочется. Вновь малыши… Неужели ты сам не хочешь детей? Изуку только поморщился, неопределенно пожав плечами. – Дети? Дети это для умных… для добрых, для эмоциональных. Не для меня. – Как жаль, – вздохнула Мидория. Она частенько последнее время намекала сыну на детей, порой и прямым текстом говорила, но не настаивала. Изуку всегда был далек от таких вещей. – У меня же и с альфами не ладится, ты знаешь… – протянул омега задумчиво. – Недавно пытался с одним познакомиться, так он… – он поморщился от воспоминаний. – Что? Приставать к тебе начал? – Да нет, – Изуку отмахнулся, – это я и не против. Сказал, что у него очень тяжелая работа, на которой он будет пропадать всё время. А вроде такой милый альфа! – Ну… – Инко неопределенно качнула головой, – ладно, согласна, такой альфа тебе не нужен. – Не нужен, – согласился Изуку, прикрыв глаза. – А какой нужен? – уточнила с любопытством Инко. Мидория задумался ненадолго, отведя глаза. Это всегда было настолько личным, интимным, что он старался ни кому об этом не разглашаться. Не поймут. – Ты будешь смеяться, но мои вкусы не изменились со времен средней школы, – смущенно признался Изуку. Женщина шокировано приподняла брови. – До сих пор ищешь добрую, ласковую альфу, которая будет сидеть дома с детьми? – изумилась она. – Ну… – омега пожал плечами. Глупо, но в своих желаниях он разобрался больше двадцати лет назад. Понял, что амбициозные карьеристки его вовсе не интересуют. Он сам такой. Зачем ему такая половинка? Влюбленные ведь должны дополнять друг друга. – Ну да. – Пф, – Инко махнула на него рукой, – таких людей очень-очень мало. Тех, для кого счастье на самом деле в столь простых вещах. – Я знаю, – вздохнул Мидория. – Ты же помнишь, как-то мне пришлось доклад в школе на эту тему готовить. Большинство – простые потребители. Их счастье заключается в лежание на диване перед телевизором с пивком. Они ничего не хотят, ни к чему не стремятся. Обычная серая масса. Следующая менее многочисленная категория – те, кто хотят чего-то достичь. Амбициозные, целеустремленные люди. – Вроде тебя, – подсказала Инко. – Да-да, вроде меня. У них… у нас… явственно проступает инстинкт доминирования, желания себя показать. В этом наше счастье, в покорении каких-то вершин. В доказательстве себе и окружающим, что мы чего-то стоим. И третий тип людей, их меньше всего, – те, кто счастлив просто так. От самых простых вещей. Кому не нужно ничего доказывать ни себе, ни другим. – Я таких не встречала… – Я встречал… одного, – Изуку вздохнул. – Для них существуют только духовные ценности. Семья, друзья, близкие люди. Это те… у кого сильно развита эмоциональная сфера… Да. Вот такого я хочу себе альфу! – Ну, – Инко устало покачала головой. – Маловероятно… – печально заметила она. Изуку не смог не согласиться. *** Мидория с Аоямой спешно двигались в сторону детского садика, о чем-то весело переговариваясь. Солнце нещадно слепило глаза, несмотря на холод, даже мороз. Дул жуткий ветер, но в небе не было ни облачка. – Я их быстренько Лиз отдам и гулять пойдем, – пообещал Юга, улыбаясь. – Да всё в порядке, – отозвался Изуку. – Я не имею ничего против детей. Тем более, твоих. Они договорились прогуляться в выходной день. Но неожиданно оказалось, что Аояме нужно забрать своих ангелочков из детского сада. Мидория решил с ним прогуляться. – Лучше бы уже своих, – весело заметил Юга. И тут же серьезно добавил: – Хотя тут не факт. Надо подумать хорошенько. А то я от своей беременности ужасно долго отходил. Последствия какие-то до сих пор всплывают! – Ну… я не собираюсь заводить детей, – честно признался Изуку. – Можно… было бы взять из детского дома, но… тоже маловероятно. Я же не душевный человек, не знаю, как с ними обходиться, честно говоря. – Да-да, я знаю, – вздохнул Аояма. Мидория улыбнулся уголками губ. Они с Югой были совершенно разные. Тот восхищался телезвездами, любил сладости и умилялся со всяких глупых штучек. Не любил разбираться в счетах и в целом был очень творческой, неоднозначной личностью. Изуку же, напротив, отличался стабильностью, серьезностью, ответственностью. Удивительно, что их дружба прожила так долго. Они вошли на территорию детского садика. Аояма с умилением начал рассказывать про детские площадки и прочую малышовую ерунду. Мидория кивал, не шибко вслушиваясь в его слова. Его это всё равно мало интересует. – Мне зайти или подождать тебя здесь? – уточнил Изуку. – Заходи, – улыбнулся Юга, – в этом ничего такого нет, там воспитатель новый, очень радушный и милый молодой человек, – рассказал омега. – Ну… да я не про воспитателя, – поморщил нос Мидория, – мне всё равно, чтобы он ни сказал. Но твои дети… не испугаются? – Нет-нет, они очень общительные, – уверенно заявил Аояма, быстро поднимаясь по лестнице на второй этаж. Изуку поспешил за ним. Он зашел вслед за другом в коридор, оглядываясь с интересом по сторонам. Со времен своего собственного сада в таких местах он не был. Забытое ощущение. Маленькие шкафчики, низенькие лавочки. На стенах большие наклейки с животными. Всё явно сделано для детей. Всё раскрашено в яркие цвета, на дверцах шкафчиков есть отпечатки детских ладошек. – О, здравствуйте! – донесся до него чей-то веселый голос. – Вы сегодня раньше обычного. Я позову ваших сыновей. – Да-да, спасибо, – отозвался Аояма. Изуку обернулся. Он столкнулся взглядом с невысоким милым на вид альфой. Внутри всё замерло, Мидория сглотнул. Альфа, что, видимо, был воспитателем, улыбнулся, приветливо кивнув головой. На несколько секунд Изуку просто утонул в его гетерохромных глазах. Он открыл рот, собираясь что-то сказать, но альфа уже скрылся за стеной. – Э… это кто? – вырвалось у Мидории хриплое. Юга удивленно на него посмотрел. – Это Тодороки-сан, наш новый воспитатель. Он очень хорошо с детками ладит, все родители им довольны, – рассказал омега. – О… а… о… – Изуку открыл рот, после закрыл и снова открыл. – А… а… о… – Что с тобой? – Аояма удивленно на него посмотрел. – Да-да, он альфа, но тебе не стоит сыпаться предупреждениями. Никакой не педофил, обычный воспитатель. Очень милый. Мидория нахмурился. У него и мысли такой не возникло. Слишком этот Тодороки… слишком… слишком нормальный на вид. Невысокий, с интересным разрезом глаз. Его волосы, как и глаза, разноцветны. Сразу же возникает множество вопросов. Он красится? А зачем? Или же нет… – А… а сколько ему лет? – горячо спросил Изуку, подавшись к другу. В голове зароились странные мысли. Мидории вдруг срочно нужно было узнать всё об этом альфе. – Э… двадцать четыре, вроде. Или… или двадцать пять, не уверен. Он перевелся к нам из какой-то школы, не знаю. Педагогическое образование имеет. Эй, Изуку, ты чего так смотришь? – взволнованно спросил Аояма. Мидория нахмурился и отступил. Действительно? Что за горячность? Откуда этот жар в груди, откуда беспокойство и волнение? Изуку на мгновение вновь почувствовал себя глупым подростком, который впервые влюбился. Ладошки потеют, голова идет кругом, мысли расплываются. – Да… просто… – омега неуверенно пожал плечами. Тодороки воротился, ведя под руки двух веселых мальчиков. Оба милейшей внешности, просто ангелочки. Не зря Юга постоянно их так называет. Мидория нерешительно улыбнулся детям, он всегда плохо с ними ладил. Те посмотрели на него в ответ удивленно, быстро переключив всё внимание на Аояму. Тот присел на корточки, по очереди обнимая каждого. – Папа! А мы сегодня рисовали знаешь что? А я тебе покажу! – весело начал рассказывать один. Изуку не стал слушать, переключив всё внимание на воспитателя. Тот замер у стены невидимой тенью, с нежностью во взгляде смотря на детей. Мидория нескромно начал его разглядывать, не в состоянии сдержать его любопытства. Альфа был невысок, на вид молод, довольно мил. Неширокие плечи, очень невинный вид. Под веселой, яркой одеждой скрываются сильные руки, хотя, возможно, это просто дорисовало воображение Изуку. Тодороки заметил, что на него смотрят, и удивленно посмотрел в ответ. От его взгляда Мидория вздрогнул. – Здравствуйте, – улыбнулся альфа и подошел. – Меня зовут Шото Тодороки, я воспитатель в третьей группе у деток от четырех до пяти лет. Вы хотите записать к нам вашего ребенка? – предположил он весело. Изуку медленно кивнул, а после нервно помотал головой. Шото удивленно приподнял брови. – Э… нет. Я… я просто за компанию зашел, – неловко улыбнулся Мидория. – Ах, вот как, – Тодороки улыбнулся. – Ну, надумаете, приводите своих малышей, у нас как раз группа неполная, – радостно сказал он. Омега опустил глаза, пожав плечами. – На самом деле… у меня нет детей, – признался он. Шото моргнул, на мгновение в его взгляде промелькнуло удивление. Наверное, не понимал, как у столь зрелого человека может не быть детей. Изуку хотел что-то сказать, но все слова просто вылетели из головы. Он с восхищением смотрел на альфу, не в силах оторвать от того взгляда. Тот мило улыбался, не понимая такого интереса к своей персоне. У Мидории запершило в горле. Наверное, от запаха. Большинство запахов альф были противны ему. От них хотелось тошнить, воротить нос. Но точно не от аромата Тодороки. Тот был нежным, ненавязчивым. Кофейным. Изуку раньше постоянно пил кофе, пока не начал замечать, как от него болит голова. – Изуку, – вдруг кто-то дернул омегу за рукав, – пойдем. Мы готовы уже, – заметил Аояма. Мидория обернулся на него, глупо моргнул. Посмотрел на малышей – те действительно уже были полностью одеты. Даже шапочки надели. – О… я… – омега растерялся. Уходить куда-то казалось глупым, абсурдным. А как же этот альфа? Милый, невысокий, стройный с невероятно доброй улыбкой. Таких Изуку мог видеть только во снах. – Вы… вы можете меня… то есть… идите, я сейчас вас нагоню, – пообещал он. Юга удивленно на него посмотрел, явно не понимая, к чему бы это. Но при детях расспрашивать ничего не стал, взял альфочек под руки и повел к выходу. – Они такие славные, правда? – с улыбкой спросил Тодороки, провожая малышей взглядом. – Ну… наверное, – нерешительно согласился Мидория. – Вы что-то хотели? – переключил Шото на него свое внимание, только дети скрылись за дверью. – Меня там… ещё полгруппы ребят ждет… – М… я… – Изуку вздохнул в грудь побольше воздуха, но так и не нашел, чтобы сказать. Тысячу лет уже не знакомился, на ум ничего не приходило. – Вы… я… эм… – Простите? – Тодороки удивленно на него посмотрел. – Может, вам нужен директор? – предположил он. – Н-нет… – Воды? – Что вы делаете сегодня вечером? – выпалил Мидория. Никогда с ним такого не было. Обычно альфы звали его на свидания. Жаль, что всегда не те. Ему самому не было нужды ни к кому подходить. – Простите? – переспросил растерянно Шото. – Ну… вечером… – Я? – Да. – Эм… – альфа неуверенно пожал плечами. Видимо, не мог понять, что Изуку имеет в виду. Омега вдруг подумал, что такого альфу вряд ли кто-то прежде куда-то звал. Он не выглядит, как «крутой альфач», слишком уж добрый и нежный на вид. – Или… завтра? Завтра же у нас суббота, х-хороший день, – нервно сказал Мидория, не понимая, что с ним происходит.