Девочка и черный пес

- Ханна, так ты не идешь с нами? Ханна обернулась на голос Джастина и приветливо помахала ему и Сьюзен. - Сейчас, только на совятню сбегаю - отправлю письмо! - быстро крикнула Ханна друзьям. – Можете меня не ждать, я вернусь в гостиную позже, - и, ускорив шаг, она направилась по коридорам Хогвартса к башне, в которой и располагалась совятня. Ужин в Большом зале только что закончился, и студенты всех факультетов медленно, но верно расходились по своим гостиным – готовить уроки или отдыхать. Еще вчера Джастин и Сьюзен пообещали Ханне, что научат ее игре в шахматы, и Ханна не меньше их была заинтересована в том, чтобы вернуться в гостиную Хаффлпаффа до того, как лестницы успеют сменить направление. Впрочем, отправить письмо – это совсем быстро… …Ханна не любила этот переход – мрачный, темный, узкий и очень неуютный. И хотя девушка была уверена, что место это вполне безопасное, а единственное «чудовище», на которое здесь можно нарваться – это Миссис Норрис, ходить здесь все равно неприятно. И темно... проклятие, как же темно-то! Похоже, солнце даже днем редко заглядывало в этот закуток, а в такой поздний час и подавно. Ханна достала палочку, чтобы в кромешной тьме не навернуться о стенку, но не успела она наколдовать Люмос, как появившаяся неведомо откуда пара желтых глаз уставилась на нее из мрака. Ханна непроизвольно вскрикнула. Неведомое существо метнулось ей навстречу, прерывисто дыша. - Люмос! Магический свет выхватил из мрака очертания "страшного зверя". Нет, не чудовище, не опасная тварь... обычная собака, хоть и огромная. Ханна приблизилась к псу и, поравнявшись с ним, присела на корточки, поглаживая свалявшуюся в клочья жестковатую шерсть. - Как ты здесь оказался, лохматик? Пес издал непонятный, похожий на дружелюбное ворчание, звук, и его мокрый нос уткнулся Ханне в ладонь. Забыв о письме родителям, которое она собиралась отправить, Ханна нежно гладила отощавшие собачьи бока. - Худой-то какой… Ты же голоден, песик? Пойдем, я принесу тебе с кухни что-нибудь… Пес, радостно повизгивая, устремился вместе с новой подругой в то крыло Хогвартса, где располагались кухни. Он бежал так уверенно, как будто уже давно знал нужную дорогу. А может, и знал… может, эльфы Хогвартса его тайком прикармливали, невольно подумала Ханна. Прокравшись на кухню, она прихватила с собой куриную ногу, кусок пудинга и ломтик окорока и подумала о том, что неплохо было бы и за завтраком взять что-то для нового друга. Но когда она вернулась в тот угол, где оставила пса, то увидела на его месте незнакомого волшебника. Пес таинственным образом исчез… словно испарился. Ханна похолодела, присматриваясь к незнакомцу. Тощий, оборванный, а видневшееся сквозь прорехи тело изрисовано странными картинами, смысл которых она точно не смогла бы разобрать. - Тише! – Заметив, что Ханна готова закричать, он прикрыл ей рот ладонью. - Кто вы? – пролепетала девушка. – Впрочем... кажется, я знаю, кто вы… С самого начала учебного года о Сириусе Блэке не твердил только ленивый, и таинственный приспешник Того-Кого-Нельзя-Называть представал в рассказах других студентов едва ли не двуглавым монстром с ядовитыми щупальцами. И только Сьюзен Боунс как-то по секрету шепнула ей, что ее тетя из Министерства и крестный, начальник Аврората Руфус Скримджер, сомневаются в виновности "ужасного Блэка", только вот доказательств у них маловато, одна интуиция… И сейчас, глядя на представшего перед ней – темного ли? – мага, Ханна чувствовала примерно то же самое. Он ужасно выглядит, измучен, в его взгляде горечь и скрытая ярость, но... это совсем не ярость преступника, наслаждающегося чужими страданиями. Что-то подсказывало Ханне, что настоящие убийцы выглядят по-другому. - Я знаю, кто вы, - повторила она. – Вы – тот, кого… - Кого нельзя называть? – Он надрывно, истерично рассмеялся. «Я хотела сказать – вы тот, кого ищут», - подумала Ханна, но от волнения у нее пересохло в горле, и слова давались ей с трудом. – Нет… я не он, хотя ваш директор и министр магии и пытаются выставить меня таковым… - Его голос оборвался, когда между половиц что-то зашуршало, и переменившись в лице, Блэк наклонился и, вытащив из дыры крысу, одним движением свернул ей голову. – Крысы тут… проклятые крысы… Впрочем… свои дела я сам улажу. Идите спать, мисс… уже поздно. Мисс… как вас зовут? - Ханна. Ханна Аббот. - Так вот, Ханна… что вы любите? – неожиданно спросил Сириус, и в голосе его послышались теплые нотки. – Больше всего на свете? - Цветы, - отвечала девушка. Сириус попытался улыбнуться, но улыбка получилась мрачной. - Цветы? Это хорошо… А какие? – Он взял Ханну за руку. – Дайте мне палочку… Розы любите? - Конечно, люблю, - смутилась Ханна. И, прежде, чем она успела ответить, Блэк протянул ей большую красную розу. - А теперь – ступайте! Он исчез. Исчез так же неожиданно, как и появился, и наутро ничто, кроме сохранившей свою свежесть и запах розы, не напоминало Ханне о ночном госте. Но всякий раз, когда Ханна снова и снова воскрешала в памяти эту странную встречу, к лицу ее приливала кровь и становилось трудно дышать. И если раньше разговоры о Сириусе Блэке вообще не вызывали у нее ни страха, ни волнения, то сейчас, услышав его имя, она нервно напрягалась и невольно дотрагивалась до вплетенной в волосы розы, отчаянно желая, чтобы родственники Сьюзен из Министерства не ошибались, и Блэк был оправдан. Не подавал признаков жизни и сам Сириус, и Ханна однажды решилась написать этому человеку... неважно что, но что-нибудь доброе и хорошее, чтобы он перестал чувствовать себя отверженным и одиноким. Разумеется, Блэк ей не ответил. Но на следующий день, по дороге на тренировку по квиддичу, Ханна увидела возле стен Хогвартса неизвестно откуда взявшийся высокий куст плетистых роз с крупными ярко-алыми цветами… ***

Осень 1997 года

- Итак, мисс Аббот, вы будете отвечать домашнее задание, или вы… не готовы? – Амикус Кэрроу, новый профессор Защиты от темных искусств, извлек из рукава мантии палочку. Льдистые серые глаза уставились на Ханну со злобой и нескрываемой агрессией, Амикус искренне наслаждался, как мучается под Круциатусом магглорожденная девушка со второго курса. Этот мерзавец, самый ужасный на памяти Ханны преподаватель Хогвартса, даже хуже Амбридж, не скрывал своей склонности к темной магии и личной преданности Тому-Кого-Нельзя-Называть. Нередко на своих уроках он призывал студентов к использованию непростительных заклинаний, и жертвами, разумеется, выбирал магглорожденных младшекурсников. - Прекратите! – крикнула Ханна, потянувшись к своей палочке, чтобы запустить в «профессора Кэрроу» снопом огня или еще каким из боевых заклинаний, которым ее научила Сьюзен. Не смертельно, но не самые приятные ощущения. Пусть чистокровный отморозок поймет, что Хогвартс так просто не сдастся, и что им тоже есть что сказать в ответ. Однако, пальцы у нее были словно ватные, и Ханна невольно выронила палочку. - Что вы хотите сделать, мисс Аббот? – осклабился в садистской ухмылке Кэрроу, когда Ханна наклонилась, чтобы поднять палочку. - То, что вы заслужили, - но прежде чем Ханна успела придумать, что она сделает с этой тварью, Кэрроу мощным Экспеллиармусом вышиб из ее рук палочку. - Круц… - начал он, зеленея от злости, но тут же грохнулся на пол в лужу собственной крови, вопя от боли и держась за укушенную ляжку. Возле него с брызгами крови на шкуре стоял большой черный пес.