Любимый пациент

Зайдя вечером в палату, где лежал Нил, Трагер подошел к нему. Тот мирно дремал, но как только доктор подошел к нему он проснулся. – Прости, что разбудил тебя, малыш. Я просто зашел проверить, все ли у тебя в порядке. – Со мной все хорошо, – ответил тот. – Ты давно здесь? – спросил Трагер. – Полгода. – А как ты вообще сюда попал? – Ну, это длинная история, боюсь, вам будет скучно её слушать. – С таким красивым юношей, особенно если они голый, я могу общаться целую вечность, – ласково произнес Ричард, садясь на его кровать и поглаживая Нила внизу живота. – Все началось два года назад, – начал рассказывать парень. *** Два года назад Нил Тейлор, сын начальника отдела инновационных разработок корпорации Меркоф, впервые понял, что ему нравятся парни, а точнее один парень, его одноклассник и лучший друг Авраам Штольц. Он долго не решался ему об этом сказать, до тех пор, пока тот не предложил ему на летние каникулы съездить вдвоем в загородный дом его семьи. Родители Авраама все лето будут заняты, поэтому разрешили ему самому или с другом там отдохнуть. Родители Нила без раздумий согласились. Когда они вечером сидели возле небольшого пруда в дворе загородного дома, Авраам очень серьезно посмотрел на Нила и положил ему руку на плече. – Нил, я давно хотел тебе сказать кое-что, только, пожалуйста, выслушай меня до конца. – Ладно, а что случилось? – Ну… как тебе сказать… короче… ты мне нравишься. Как парень. Я ничего такого не предлагаю, не подумай, но просто хочу, чтобы ты знал. Нил был потрясен. Всю дорогу он обдумывал, как сказать своему другу то же самое, а теперь оказывается, что не только он гей. – Ты не поверишь, но я хотел сказать тебе, то, же самое. Ты… тоже мне нравишься. После этих слов воцарилась тишина. Несколько минут они, просто молча, друг на друга смотрели, не зная, что сказать. Первым молчание нарушил Авраам. Он несмело обнял Нила и робко поцеловал его. И этим поцелуем было сказано все, что должно было быть сказано. У Нила как будто камень с души спал. Как будто внутри него какой-то механизм сняли с предохранителя. Он с силой прижал к себе Авраама и впился поцелуем в его губы. Этот поцелуй был неумелым, но в него была вложена вся страсть, на которую они были способны. Они разорвали его только тогда, когда почувствовали нехватку воздуха. – Нил, пожалуйста, подожди здесь, я кое-что принесу. Через несколько минут Авраам вернулся, неся в руках какую-то бутылочку. – Мои родители прячут это в коробке на шкафу, – сказал он, показывая пузырек с анальной смазкой. – Ты хочешь заняться сексом? – спросил его Нил. – Да, а ты не хочешь? – растеряно ответил Авраам. – Ну,… хочу. По крайней мере, попробовать. – Если честно, ты у меня не первый. Год назад я встречался с одним парнем из параллельного класса. Так что кое-что я умею, – с улыбкой сказал Авраам. Не говоря больше ни слова, оба парня начали раздеваться. Авраам мысленно радовался, что у них такой высокий забор. Когда оба стояли друг перед другом абсолютно голые, Авраам опустился на колени перед Нилом и облизнул головку его члена. Нил отреагировал на это тихим стоном. Авраам, осмелев, взял в рот его член и начал медленно двигать головой вперед-назад. Нил был оглушен потоком новых для себя ощущений, которые ему дарил друг. Хотя, теперь уже не только друг. Авраам двигал головой все быстрее и быстрее, заглатывая член Нила почти полностью. У него самого уже вовсю стоял, и одной рукой он ласкал себя, а второй – яйца своего нового парня. Нил уже еле стоял на ногах, которые подгибались от удовольствия. Авраам, видя это, положил ему руки на бедра и опустил его на колени, продолжив свои ласки. Нил гладил его по спине, говоря что-то бессмысленное, пытаясь выразить свои чувства. – Давай теперь ты мне, – сказал Авраам, слизывая с губ сперму Нила. – Я не знаю, как, – ответил тот. – Не волнуйся, тут нет ничего сложного, – сказал Авраам, ложась на спину и раздвигая ноги, – для начала возьми в рот головку члена и оближи. Нил сделал, как ему было сказано. В первые мгновения было немного брезгливо, но потом это чувство прошло. Он услышал, как его… парень, да, наверное, парень, постанывает, когда губки Нила смыкаются на его члене. Нил взял глубже, но сделал это слишком резко, от чего закашлялся. – Нил, не спеши, мы никуда не торопимся, – сказал Авраам, ласково гладя его по голове, – бери по чуть-чуть, не пытайся взять весь сразу. И можешь еще приласкать уздечку. Послушавшись его совета, Нил начал нежно облизывать головку, теребя кончиком языка крайнюю плоть. Авраам начал немного подбрасывать таз вверх, стараясь попасть в его ритм. Нилу начинало все больше и больше нравится, о чем свидетельствовал его член, вновь вставший в полной готовности. – Теперь встань надо мной на четвереньки, чтобы твой агрегат был у меня перед лицом, – попросил его Авраам. Нил все понял, и сделал все, как его просили, ткнув головку члена своему парню в губы. Авраам, не теряя времени, обхватил её и начал играться с ней язычком. Двумя пальцами второй руки, смазанными содержимым принесенной бутылочки, он аккуратно совершал круговые движения по контуру его ануса. Постепенно он начал вводить их в дырочку Нила, который усердно сосал ему. Нащупав бугорок простаты, Авраам начал медленно гладить его. От неожиданных, но приятных ощущений Нил взвизгнул, но продолжил его ласкать. Удовлетворенный его реакцией, Авраам ввел в него третий пальчик, растягивая его девственное отверстие. Нил громко застонал, выпуская его член изо рта и выгибая спину. Закончив его подготавливать, Авраам снял Нила с себя и за десять минут подготовился сам. Потом он попросил друга встать на четвереньки. – Это будет не больно? – с волнением спросил Нил. – Сначала будет немножко больно, а потом тебе будет хорошо и приятно. Выдавив на руку много смазки, он размазал её по члену, и приставил головку к входу. Немного надавив, он вошел. Нил, стиснув зубы, чувствовал, как его головка преодолела сопротивления сжимающегося сфинктера. Войдя наполовину, Авраам замер, давая своему партнеру время привыкнуть. Когда он почувствовал, что тело под ним расслабилось, он медленно начал входить дальше. Войдя полностью, он снова замер, наклонившись к лицу Нила, который немного занервничал, осыпая его нежными поцелуями и шепча на ушко ласковые слова. Успокоив его, он начал плавные движения тазом. Он выходил из Нила почти полностью, затем входил обратно до упора, затем снова делал движение назад, и так по кругу. Правой рукой Авраам дорчил ему, а левой оглаживал его накачанный животик и грудь, иногда пощипывая за соски. Нил старался подмахивать ему бедрами в такт, но постоянно сбивался. Распирающая его изнутри боль постепенно сменилась удовольствием. Он расслабленно опустился грудью на траву, выпячивая свою филейную часть вверх. – Авраам… быстрее… ах… быстрее, пожалуйста, – чуть ли не задыхаясь от удовольствия, шептал он. – Я же говорил, что будет хорошо и приятно, – смеясь, отвечал Авраам. Через полчаса оба мальчика были на грани оргазма. Нил, уже лежащий на спине, кончил первым. За ним вслед с громким стоном удовольствия кончил Авраам, забрызгав его торс. – Пошли в дом, продолжим у меня в комнате, а то тут уже становится прохладно, – сказал Авраам, ведя за собой Нила. Голые мальчишки пошли в дом, забыв на траве всю одежду. Впрочем, сейчас их это не беспокоило, так как впереди у них была целая ночь, наполненная нежными ласками. *** Нил проснулся от того, что почувствовал, как по его напряженному члену скользит что-то мягкое и мокрое. Неохотно открыв глаза, он увидел склонившегося над его бедрами Авраама, нежно вылизывающего его. Увидев, что его парень проснулся, он взял его член в рот полностью. Нил, еще не до конца покинув царство Морфея, потянулся, ощущая приятную волну покалывания, расходящуюся от промежности по всему телу. – Доброе утро, Нил, – сказал Авраам, скользя рукой по мокрому от слюны члену. – Доброе утро, – ответил он, разочарованно простонав, когда Авраам убрал руку. – Давай, для начала, сходим в душ, потом позавтракаем, а потом заберем со двора одежду, которую вчера забыли, – весело улыбаясь, сказал Авраам, выходя из комнаты. Нил побежал за ним, и они вошли в ванную комнату. Встав под теплый душ, парни смыли с себя следы бурной ночи. После этого Авраам взял с полки одноразовую бритву и гель для бритья. – Давай сбреем тебе растительность между ног? Мне больше нравятся парни с бритым лобком. – Давай, – ответил Нил. Авраам размазал пену у него между ног и начал брить. При этом второй рукой он как бы невзначай, то массировал ему яйца, перекатывая их в ладони, то брал в руку член и ласкал его. Наконец, когда его лобок был совсем голенький, Авраам смыл пену и начал усердно дрочить ему. Нил тоже приласкал его рукой, и вскоре они вместе кончили. – Теперь наклонись и упрись грудью в стену, – вдруг властно приказал Авраам. Нил не посмел нарушить его приказ, возбуждаясь от этого еще больше. Раздвинув его ягодицы, тот намазал их пеной и тщательно побрил. После этого он смыл все и присел на корточки, обводя языком дырочку Нила. Тому, видимо, понравилось, и Авраам продолжил. Он совершал языком круговые движения вокруг сжатого колечка мышц. Нилу было как будто щекотно, особенно когда юркий язычок проникал внутрь. Член снова встал, и он уже потянулся к нему, но его руку вдруг перехватили. – Давай поиграем в одну игру, – сказал Авраам, беря в руку пояс от халата, висевшего на стене. – Какую игру? – спросил Нил. – Тебе запрещено трогать себя руками, и твоя задача кончить без них. Ты согласен? – Да, – из любопытства ответил Нил. Авраам быстро связал ему руки за спиной, прижал к стене, придерживая одной рукой за шею, а второй за связанные руки, и начал растягивать его, смазывая проход заранее принесенной сюда смазкой. Затем он медленно вошел. Нилу уже было не больно, вчера ночью он проделывал это не раз. Он чувствовал, как в нем движется член его лучшего друга, задевая каждый раз нужную точку. Так как на этот раз Авраам не собирался помогать, ему кончить, Нил начал искать, обо что потереться членом. Авраам плотно прижал его к стене своим телом, и Нил начал тереться головкой об неё. Это было фантастически. С одной стороны его имел Авраам, а с другой его член, зажатый между животом и стеной, скользил вверх-вниз, надрачивая сам себя. Когда Авраам толкнулся в него последний раз, и внутренности Нила заполнила струя горячей жидкости, он, не выдержав такого наслаждения, забрызгал стену и обессилено рухнул на колени. Авраам поднял его, поцеловал и, закинув себе на плече, понес кормить своего любовника. На кухне он усадил Нила за стол, привязав прихваченными с собой полотенцами его ноги к ножкам стула. – Будешь овсянку, мой хороший? – спросил Авраам, идя к шкафчику. – Да, господин. – Господин? – Ну да, мне понравилась твоя игра, и я решил тебе подыграть. – Ну что ж, давай еще поиграем, – с ехидной улыбкой сказал Авраам. Он принялся готовить завтрак, став спиной к связанному Нилу. Он делал все нарочно медленно, соблазнительно виляя перед глазами «пленника» своим голым задом. Нил готов был выть от желания, как загипнотизированный смотря на эти аппетитные полушария, на эту стройную фигурку, что так грациозно и беззастенчиво выставляла себя напоказ. Авраам опустил одну руку себе между ног, слегка нагнувшись, чтобы Нилу было лучше видно, и начал играть со своим достоинством. Нил сейчас желал лишь одного: чтобы его руки были свободны, и исходил слюнями от этого небольшого эротического представления. Авраам поставил тарелку на стол, немного отодвинув от него стул с привязанным Нилом. Сразу же после этого он резко сел на его стоящий колом член, сделав для пробы несколько движений. Устроившись так, как ему было приятно, Авраам начал двигаться вверх-вниз на стержне Нила. Зачерпнув ложку каши, он поднес её ко рту своей игрушки. – Давай, малыш, за маму, – чуть ли не смеясь, сказал он. Нил понял правила новой игры и послушно проглотил все, что ему дали. Авраам продолжил свои скачки, время от времени кормя Нила, гладя его и покусывая, пощипывая и облизывая ему соски. Он вчера ночью понял, что они у него особо чувствительные, и сейчас пользовался этим по полной. – Пока все не съешь – не кончишь, – говорил он, в очередной раз кормя с ложечки Нила. Когда тарелка опустела, Авраам задвигался быстрее, даря им обоим очередной оргазм. После завтрака он развязал Нила, и они пошли за своей одеждой, забытой вчера на берегу пруда. Она уже успела высохнуть от утренней росы, но все равно её надо было стирать. Никто из мальчиков даже не подумал одеться, так как во первых их никто не мог увидеть, во вторых на улице стояла жара, а в третьих так было прикольней, поэтому они весь день ходили голышом. Правда, был у этого один маленький «недостаток»: каждый раз, когда они делали что-то вместе, им приходилось прерываться для секса. Уже далеко за полночь, когда оба парня насытились друг другом на сегодня, они заснули, сжимая, друг дружку в крепких объятьях. *** На следующий день они с утра решили посмотреть вместе порно. Включив ноутбук и найдя соответствующий сайт, они наблюдали за тем, как занимаются любовью два высоких, накачанных, черных парня. Сами они в это время дрочили друг другу, иногда обмениваясь поцелуями. – Слушай, Авраам, а как зовут твоего прошлого парня? – Джордж, а что, ты ревнуешь? – Нет, просто интересно. – Если хочешь, могу пригласить его на недельку. – Ты серьезно? – Да. – Хочешь попробовать тройничок? – с намеком спросил Нил, – Если да, то я не против. – Ни слова больше, – сказал Авраам, беря телефон и звоня своему второму парню. Во второй половине дня Джордж к ним приехал. Родители отпустили его на две недели. Зайдя во двор, он быстро скинул на землю небольшой рюкзачок и закрыл дверь. Это был высокий, стройный, чернокожий парень. Его вески были выбриты, а от затылка до переднего края головы тянулась полоса светлых, коротких, жестких волос, напоминающих Нилу мочалку. Лицо Джорджа было очень красивым, такое бывает только у афроамериканцев. И только сейчас Нил понял, что стоит перед ним полностью обнаженный. Но Авраам и Джордж, предугадав его реакцию, тут, же начали действовать. Авраам обнял Нила сзади, а Джордж начал быстро раздеваться. Вскоре он тоже стоял перед ним без одежды. – Не волнуйся, у нас с ним было то же самое, – сказал Авраам, – но в тот раз он предложил не носить на участке одежду. Нил и, правда, перестал волноваться, рассматривая Джорджа. Его можно было назвать твинком. Крепкое, но не как у качка, тело, стройная фигура, полное отсутствие волос, если не считать головы. – Авраам, у меня появилась одна идея, – сказал Джордж, – я кое-что с собой взял, так сказать, пару игрушек. Нил, хочешь взглянуть? – Давай, показывай, – ответил тот. Джордж расстегнул рюкзак, и Нил с удивлением увидел там ремни, веревки, кляпы, фалоимитаторы и много других предметов, назначения которых он не знал. – Вижу, ты затарился после нашей последней встречи, – сказал Авраам, – тогда давай с тебя и начнем. – Давай. – Кстати, а как тебе все это продали? – Мой старший брат работает в секс-шопе. Формально он сам себе все это купил. Авраам достал из рюкзака ремни и быстро связал ему руки и ноги, а в рот вставил кляп. – Нил, бери за ноги, и понесли его в мою комнату. Нил взял Джорджа за лодыжки и понес вместе с ним. По дороге он имел возможность хорошо рассмотреть его босые ножки. Изящные, как и сам парень, с тонкими, нежными на вид пальчиками, они вызывали в нем желание покрыть их поцелуями. Его взгляд не укрылся от Джорджа, и тот только весело и озорно подмигнул, растопырив пальцы ног и пошевелив ими, лишенный возможности говорить. Принеся Джорджа в комнату Авраама и положив его на кровать, они освободили ему рот. – Ты хочешь, чтобы мы вдвоем тобой пользовались? – спросил Авраам. – Нет, я хочу, чтобы ты попользовался сегодня нами двумя, – сказал он, указывая взглядом на Нила. – Ты согласен, Нил? – спросил Авраам. – Да, если завтра мы поменяемся местами. – Договорились, – сказал Авраам, связывая его по рукам и ногам. Он поставил Нила на колени перед кроватью, а Джорджа положил так, чтобы его ступни были перед его лицом. – Я же видел, как ты на них смотрел, – сказал Авраам, – не стесняйся, у каждого свои странности. Нил высунул язык и легонько провел по босой ступне Джорджа. Тот растопырил пальцы, чтобы ему было удобнее. Нил лизал сначала своды ступней, потом переключился на пальчики. Он брал в рот каждый по отдельности, облизывая их, потом щекотал язычком между ними, потом облизывал пяточки. Джорджу понравилось. Правда, он не мог об этом сказать, так как его рот был занят членом Авраама, который сидел рядом с ним, одной рукой лаская его между ног. Потом Авраам уложил Нила рядом с ним, заткнул им рты и связав их по-другому. Он привязал их руки к лодыжкам и ненадолго вышел из комнаты, вернувшись с ручкой от швабры, на которой ножом сделал четыре засечки, и пачкой пластырей. Привязав к ней в этих местах их конечности и подвесив ручку к двум перекладинам под потолком, он отошел, любуясь результатом. Красиво получилось, но чего-то не хватало. Он вынул из рюкзака две анальные пробки, смазал их и вставил парням. Те тут, же громко замычали, но он лишь рассмеялся. Достав из рюкзака два маленьких вибратора, он включил их на минимальную мощность, чтобы они раньше времени не кончили, и приклеил их пластырями к органам Нила и Джорджа. – Сейчас, чтобы морально подготовить вас к тому, что вас ждет, я покажу вам одно видео, а потом мы продолжим, – сказал он, ставя на кровать между ними ноутбук и включая видео, на котором мужчина проделывал с двумя другими парнями то же самое. Сам же Авраам сел в кресло напротив и начал мастурбировать на открывающуюся перед ним картину. Пока шло видео, он также успел сходить за кубиками льда в холодильнике и достать из рюкзака Джорджа специальные свечки с низкой температурой плавления. Через час видео закончилось, и Авраам подошел к Нилу и Джорджу, на лицах, которых одновременно был испуг и дикое желание испытать на себе все увиденное. Также им неимоверно хотелось кончить. Авраам начал с Джорджа. Он снял с него вибратор и взял в руку горящую свечку, задувая её. После этого он начал капать воском ему на грудь. Джордж что-то тихо промычал, но сопротивляться не стал. После того, как всю его грудь покрывали капли воска, Авраам взял кубик льда и начал водить им по разгоряченной коже. Джорджа возбуждал такой резкий контраст, и он с нетерпением ждал продолжение, и Авраам долго не мучил его ожиданием. Он задул другую свечку и занес её над его животом. Капельки воска нежно ласкали черное тело, извивающееся в своих оковах на кровати. Затем он повторил процедуру со льдом. После этого он обратил внимание на Нила. Тому было уже невмоготу терпеть пытку вибратором. Он громко стонал и ерзал, пытаясь хоть как-то удовлетворить себя. Авраам снял с него вибратор, успокаивающе гладя его по внутренней поверхности бедра. – Нил, тебе нравиться? Хочешь продолжить? Кивни, если хочешь. Нил кивнул, и Авраам занялся им. Он задул еще одну свечку и заполнил расплавленным воском впадину пупка Нила, вставив в неё свечу. Тот отреагировал громким стоном, в котором не было слышно боли. Авраам погладил его по голове и зажег стоящую на нем свечку. То же самое он сделал и с Джорджем. Свечки плавились очень быстро, заливая воском животы парней, заполняя все неровности, очерчивая контуры пресса. Авраам в это время зажег еще две свечи и занялся их ступнями. Он поливал их до тех пор, пока не покрыл полностью слоем воска. Затем он достал кожаный стек из рюкзака. – Кивните, если вы не против, – сказал он. Оба тут же кивнули. Авраам подошел к ним и начал сбивать с их ног воск. Когда он полностью очистил их, то сразу же взял в руки лед и начал водить им по связанным ступням. После этого он снова взял стек и начал наносить им легонькие удары по пяткам, следя за тем, чтобы каждой доставалось поровну. После воска кожа там стала очень чувствительной, потому после каждого удара Нил и Джордж выгибались дугой, сладко постанывая от необычных ощущений. Им было не больно, это чувство вообще нельзя было описать, но каждый удар отдавался приятным импульсом в паху. Особенно это касалось Джорджа. Каждый новый удар стремительно приближал его к оргазму. Наконец он не выдержал и залил себе жывот, плотно покрытый воском, мощной струей спермы. Авраам, усмехнувшись, вынул из них пробки, и присел на колени между ног Нила. Проникновение было быстрым и приятным для обоих, так как его анус уже был хорошо смазан, и растянут. Быстро задвигав бедрами, Авраам обнял Нила и слился с ним в нежном поцелуе, он начал руками снимать с его торса воск, нежно гладя порозовевшие участки кожи. Нил в его руках стонал и извивался, сотрясаясь в серии мощных оргазмов. Затем настала очередь Джорджа. За то, что он кончил раньше времени, Авраам специально долго мучил его, нарочно медленно двигаясь в нем и прижимая к его головке вибратор. Джордж громко мычал от возмущения и метался по кровати, насколько ему позволяли путы. Но Авраам был неумолим. Только когда тот начал стонать совсем жалобно, всем своим видом прося прощения, только тогда ему было позволено кончить. Когда Авраам развязал их, на часах уже было два часа утра. Уставшие и довольные, они все втроем легли спать. *** Два года у Нила и Авраама все было хорошо. Они периодически встречались дома у последнего, так как отец Нила, будучи религиозным фанатиком, был буквально помешан на «традиционных» семейных ценностях. В особенности это обострилось после развода с женой. В отличии от большинства высокопоставленных сотрудников корпорации, он работал в ней не только ради огромных денег, но также из-за своих религиозных убеждений, искренне считая, что проект Волрайдер, во все подробности которого он был посвящен, спасет мир от пришествия Антихриста. Начальство прекрасно знало обо всем этом, и вдвойне ценило его за то, что он отдавался своему делу с энергией сумасшедшего, верующего в то, что он – Мессия. Будучи по природе своей параноиком, он постоянно выискивал в своем окружении «грешников» и врагов. Нила, до определенного момента, спасало то, что отец просто не мог допустить мысли о том, что с его сыном может быть что-то не так. Однако, во время очередного приступа паранойи, он все же установил за ним слежку, пользуясь подвластными ему ресурсами корпорации. Когда Нил в один из вечеров вернулся домой с курсов психологии, его в гостиной встретил отец с двумя агентами Меркоф, тут же вставших у двери. – Я все знаю, – холодно сказал он, разворачивая к сыну ноутбук, на котором было видео, остановленное на моменте, когда они, голышом, лежат на кровати в обнимку. – Раз ты все знаешь, тут нечего обсуждать, – так же холодно ответил Нил. На самом деле он сейчас волновался, как никогда в жизни, но он давно научился у отца не показывать свои эмоции. – Папа, мне позавчера исполнилось 18 лет. Ты не имеешь права указывать мне, с кем мне быть. В этот момент его отец подал знак своим дуболомам, и они быстро скрутили Нила. – Ты мой сын, и ты принадлежишь мне, ибо сказано в Писании «Дети, повинуйтесь своим родителям в Господе, ибо сего требует справедливость». Ты осквернил весь наш род богохульствами своими и грехами содомскими. Таких как ты надо побивать камнями, но я придумал для тебя наказание получше. Ты отправишься в Маунт-Мэссив, к другим грешникам, недостойным жизни, подобно ангелам, отринувшим Господа нашего, и низвергнутым в Геенну Огненную. – Ты не имеешь права, я здоров, – орал Нил, прежде чем ему в шею вонзилась игла. *** В лечебнице Нила, как и любого другого другова пациента, сначала подвергли ряду тестов, чтобы определить его пригодность для морфогенетического кондиционирования. И каково же было удивление врачей, когда они выяснили, что он абсолютно не подходит, обладая нулевой совместимостью с двигателем. Раньше среди подопытных такого не встречалось. Его поместили в палату, рассчитанную на двоих пациентов. Соседом Нила оказался парень по имени Калеб. Он был высокий, стройный, спортивного телосложения, со смуглой кожей и зелеными глазами. Волосы его были каштанового цвета. Доктора поставили ему диагноз шизофрения. Он утверждал, что попал сюда из другого мира, который называется Меридиан, в котором правит какой-то Фобос, что он является главой местных повстанцев, и что ему срочно надо туда вернуться. Вел себя агрессивно в ответ на все попытки «лечения», а по факту просто эксперименты врачей Меркоф, потому его старались держать под сильнодействующими препаратами. В первый день Нила просто заперли в палате, решая, что с ним делать. Первым делом он решил познакомиться со своим соседом по палате. Тот сидел в углу, на кровати, смотря пустыми, ничего не выражающими глазами в стенку. – Привет, я Нил, а тебя как зовут? – спросил он, садясь рядом с ним. Парень не сразу понял, что обращаются к нему. Из-за седативных препаратов, которыми его накачали, он с трудом осознавал, где находиться и что происходит вокруг. – Калеб, – тихо ответил он, поворачивая голову в сторону Нила. – Ты здесь за что? – снова спросил его Нил. – Я уже говорил им… а они… они, – он делал большие паузы, пытаясь не проваливаться в забытьё, – утверждают, что я сумасшедший. Хочешь, как… они… надо мной поиздеваться? – Я не собираюсь над тобой издеваться, если не хочешь, не говори. Но тебе же здесь наверняка скучно. – Я глава… повстанцев Меридиана, меня… забросил… в ваш мир… Фобос, узурпатор королевского трона. Я должен… должен… как можно скорее вернуться домой. Корнелия... После этого он окончательно потерял связь с реальностью, отдаваясь во власть медикаментозного дурмана. Он откинулся спиной на стену, шепча под нос что-то непонятное. – Понятно, а меня сюда запер отец, за то, что мне нравятся парни. Только он не заметил, что собеседник его больше не слушает. Почти весь день, если не считать обеда и ужина, Нил провел в палате с Калебом. За это время несчастного парня три раза кололи какими-то препаратами, от чего он находился в состоянии, похожем на сон с открытыми глазами. Нилу пока не прописали ничего, так что он просто молча, наблюдал. Посреди ночи его разбудили звуки возни на соседней кровати. Обернувшись, он увидел, что Калеб сидит на кровати, обхватив руками согнутые ноги, раскачивается вперед-назад и что-то бормочет. Луна освещала его лицо, и Нил увидел на нем выражение животного ужаса. Ему вдруг стало жалко этого сумасшедшего. Какое-то внутреннее чувство говорило о том, что он должен хотя бы попытаться помочь ему. – Что с тобой? – спросил он, садясь на кровать Калеба и кладя ему руку на плече. Тот сначала посмотрел на него испуганно, но поняв, что это его новый сосед, немного успокоился. – Они… они… помещали меня в машину… стеклянную сферу… там, было темно – говорил он, содрогаясь всем телом. – Ты боишься темноты? – спросил его Нил. – Да. – Хочешь, я тебе помогу? – Хочу, а как? – Сними всю одежду и закрой глаза, остальное я сделаю сам. Калеб сделал все, что предложил Нил. Он разделся, закрыл глаза и лег на спину. Нил стал ласково гладить его мускулистый торс. В голове промелькнула мысль, что он красивый, почти такой же красивый, как Авраам. На нем было несколько очень грубых, больших шрамов, и Нил не мог сказать, от чего они. Они выглядели так, будто его кто-то ударил чем-то тяжелым и острым. Решив не зацикливаться на этом, Нил начал спускаться руками все ниже и ниже. Вот они уже гладят член Калеба, вот уже кончики пальцев легонько проходятся по поджавшимся яйцам. Нил взял в руку его пока что мягкий орган и начал надрачивать его. Калеб расслабился, позволяя делать с собой все что угодно. Его член быстро затвердел, и Нил перешел к более активным действиям. Он оттянул крайнюю плоть и несколько раз провел языком по открытой головке. Затем начал заглатывать глубже, позволяя Калебу проникнуть ему в горло. Тот начал двигать бедрами навстречу. Нил двигал головой, то насаживаясь почти полностью на его достоинство, то выпуская его изо рта и играясь язычком с уздечкой. Рукой он ласкал ствол парня. Калеб томно вздыхал, постепенно переходя на стоны. Нилу пришлось закрыть ему рот рукой, чтобы их не услышали. Вскоре Калеб напрягся всем телом, явно давая понять, что он уже близок к финалу. Нил ускорил движения головой и руками, в последний момент, выпуская член изо рта. Живот и грудь Калеба забрызгало блестящими в лунном свете капельками. – Так лучше? – спросил Нил, лежа рядом с Калебом и обнимая его. – Не знаю, наверное, лучше. Мне понравилось, у меня еще никогда не было такого. – Не бойся темноты, здесь никого, кроме нас с тобой нет. Не открывай глаза, просто постарайся заснуть. Если станет страшно, вспомни, что я рядом. – А если тебя переведут в другую палату? – Приласкай себя и представь, что это делаю я. После этого он помог Калебу одеться и немного посидел рядом, пока тот не уснул. После этого, но сам лег в постель и отправился следом за ним. В течение следующих шести месяцев ничего особого не происходило. На Нила, покорно выполнявшего все, что от него хотели, врачи окончательно перестали обращать внимание спустя месяц. Никаких препаратов, в виду его бесполезности для проекта Волрайдер, на него не тратили, фактически он просто жил в лечебнице как формальный пациент, не получая никакого «лечения». Его сосед по палате тоже оказался непригодным, и его просто продолжали держать в состоянии медикаментозного дурмана, чтобы он не пытался сбежать. Так продолжалось до одного сентябрьского утра, когда во всех корпусах вдруг завыла сирена.