Превентивные меры

Гимин приблизился к нему. Рот его искривился, обнажив зубы. Пан-ньен не обращался, но лицо его как будто теряло очертания двуногого, обнажая хищную натуру. - Ты хочешь поспорить со мной? - в конце фразы голос его сорвался на самый настоящий рык. Поджилки затряслись от этих звуков. Но нет. Не сейчас. Руки сами сжались в кулаки. - Да, хочу. Деон и сам не знал, откуда взялась эта решимость. Гимин неотрывно смотрел на него. Глаза его горели холодной яростью. - Да, хочу! - твёрже повторил Деон. - То, что вы хотите сделать - это самоубийство. Вы хотите убить себя. Быстрое движение - пан-ньен уже был совсем близко. Из его нутра доносилось грозное сопение, а ноздри страшно раздувались. - Хотите убить меня, - сказал Деон, смотря Гимину прямо в глаза, - убивайте. Всё по закону. Я ваша собственность, как любая табуретка на этой кухне. Но что это изменит? Деон поднял руки, как бы сдаваясь. Он почувствовал нечто новое - внутри него вскипал гнев. Лицо горело, кровь стучала в ушах. Впервые в жизни он не подавлял его, дал злости взять вверх. - Ваш план, - продолжил он, - это попытка сбежать! Самоубийство! Разве это стоит того, чтобы отдать свою жизнь?! Ит-фете, да любой ливпи, агбадж или шуршор отдаст всё, чтобы иметь вашу силу! На что вы промениваете ее?! - он уже не контролировал себя и кричал во весь голос. - Я не верю, что вы вот так просто сдадитесь! Вы можете быть кем угодно, но не трусом. Он замолчал, пытаясь отдышаться. Хоть Деон и был сильно выше своего пан-ньена, сейчас он чувствовал себя маленьким мальчиком. Хищная фигура нависала над ним, вокруг, Деон был готов в этом поклясться, появились искры. Воздух становился всё гуще, сжимал грудь, норовя задушить. - Да что ты знаешь обо мне, - неестественно низким голосом пророкотал Гимин и фыркнул, точь в точь, как сторожевая собака. - Табуретка... Единственный, кто заслуживает смерти в этой комнате - стоит перед тобой. И всё стихло. Животное ушло также быстро, как и появилось. А на его месте остался только осунувшийся шигнар. Повисло неловкое молчание. Только сквозняк с шумом задувал из-под двери. «Улицу продувают, вечер уже», пронеслось вдруг в мыслях Деона. - Кидать такое в лицо пан-ньену... - Гимин вдруг ухмыльнулся. - Даже с моими знаниями об этикете складывается не лучшая картина. Деон улыбнулся. - По-видимому, вы переплатили тогда. Товар оказался порченный. Дерзость, небывалая дерзость. Но в запале Деону казалось - в этот момент он может всё. - М-да, действительно. При встрече предъявлю Каршу, - будничным тоном сообщил Гимин. - Ты мне стоил... Хех, Кьомас, не помню. Вроде много было... Совсем близко запищал крыс, прерывисто и очень высоко, почти не слышно. Так вот как смеются крысы. И Деон не выдержал. Смех полился из него, нервный, даже истеричный. На глазах выступили слёзы. - Подыши, - посоветовал Гимин,- или давай я помогу. - Нет-нет, - задыхаясь приговорил Деон. Смех отпускал. Вдох и выдох, вдох и выдох. - Я готов... - ... принять наказание. Да-да. Я уж думал, ты теперь бунтующий ливпи. Первый раз на кого-то наорал? Деон кивнул, пытаясь справиться с дыханием. - В таком случае - спасибо тебе. Гимин хлопнул Деона по плечу - простой жест, жест свободных - и вышел из комнаты.