Гайд о том, как не сойти с ума

Который лист бумаги летит на пол, когда я начинаю писать это Чёртово письмо? В который раз я пытаюсь разобраться в своём прошлом, выводя аккуратные буквы на мятом листе? Мне тогда было десять. Я рос обычным мальчиком, что мечтал стать поэтом. Я писал стихи, истории, а после — бежал к отцу рассказывать их. Он меня не слушал. Он лишь пил и пил, забывая о прошедших днях. С каждым днём мое творчество становилось всё мрачнее, и вот к пятнадцати годам мой крайний стих был посвящён самоубийству. О, да, мой ещё совсем юный друг, и это лишь начало твоей истории. В семнадцать лет у тебя появится новая страсть: музыка. Ты будешь отдаваться ей полностью. По двенадцать часов в день до кровотечения из носа. Двенадцать часов в день перед глазами будут только чёрно-белые фортепианные клавиши. Немая боль во всем теле и приглушённые, но в тоже время сильные удары сердца будут отдаваться болезненным эхом в висках. И вот, тебе восемнадцать. Впервые ты пробуешь наркотические вещества. Они помогают заглушить воспоминания из детства. Помогут унять боль разбитого накануне сердца. Ты не будешь чувствовать ничего, кроме успокоения и порядка в голове. На столе белые аккуратные дорожки, а рядом свёрнутая в трубочку купюра. Комната плывет перед глазами, а в голове одна только пустота. Тебе уже девятнадцать. Иногда становится страшно, когда одним вечером проходишь мимо знакомых магазинов или подъездов. Осенний ветер не перестаёт срывать с тебя пальто, но ты лишь сильнее укутываешься в него. Тело ломит, мысли заполняются ненужными и порой страшными вещами. Теперь тебе стало страшно. Впервые. Двадцать два года. Ты с трудом за три года победил наркозависимость. Казалось, что жизнь налаживается, пока не встретил ее: яркие рыжие волосы, что локонами спускались на худощавые плечи. Утонченная фигура, бледное лицо и будто детский взгляд зелёных глаз. Она — совершенство. Предел всех желаний! Будто опьяняющая разум улыбка и бархатный голос. Ох, Лейла. Поверь, мой юный друг, через полгода вы сыграете свадьбу. В тот момент ты будешь самым счастливым человеком! О чем ещё можно мечтать, когда рядом есть любящая тебя жена? Утренние разговоры ни о чём и вечерние посиделки в компании в который раз прочитанных книг. Двадцать четыре года. Ты приходишь домой разбитым. В руке наполовину опустошенная бутылка алкоголя, а на лице застыла гримаса ужаса и боли. Сегодня утром Лейла наложила на себя руки. Черт-черт-черт. Как она посмела? Как она посмела оставить тебя одного?! Она не имела на это права, не имела! Ноги сами несут тебя в зал, где стоит рояль. Вечерами вы вместе играли какие-то композиции: она улыбалась, редко когда сбиваясь с ритма. Нотные листы разбросаны по полу, а ты будешь лежать на них, пустым взглядом глядя в потолок. Спустя сколько лет ты вновь сделаешь затяжку? Густой и в некотором смысле тяжёлый дым заполняет твои легкие, заставляя прокашляться. Тебе всё равно. Бутылка алкоголя уже опустошена. Тело лежит на полу, а на губах горькая улыбка. В последний путь она была одета в белое платье — то самое, что вы купили пару лет назад на распродаже. Рыжие кудрявые волосы уже не такие яркие, улыбка — не столь опьяняющая. Наоборот: на бледных губах застыло многовековое молчание. Двадцать шесть лет. Тебя будут везти по белым коридорам психиатрической больницы. Твои ранее яркого цвета голубые глаза потускнели, приобретя цвет мутного льда в серую погоду. Костяшки на руках сбиты, а лицо слишком бледное, почти что неживое. Пряди чёрных и ранее уложенных волос теперь просто свисают на лицо. Мой юный друг, теперь твой дом — одиночная палата с белыми стенами. Одинокая кровать и маленькое окно, через которое ты можешь наблюдать за людьми. Такие до ужаса счастливые. У медсестёр ты украдёшь карандаш и несколько листов бумаги, что уже будут мятые. Который лист бумаги летит на пол, когда ты начинаешь писать это Чёртово послание? Буквы уже не столь аккуратны, ведь рука дрожит. Стало страшно во второй раз. — Пациент Джереми Хейворт, прошу вернуться на своё место. Мы не причиним вам вреда. Я же не обезумел? Я не безумец. Нет. Я лишь хочу понять, где я свернул не туда? Чёрт, нет! Они, они пришли за мной. — Джереми Хейворт, прошу, выйдите из угла и займите своё место. У меня осталось мало времени. Моя жизнь оборвётся в этих стенах сегодня в полночь, но... у тебя есть шанс. У тебя все ещё есть шанс! Джереми! Не упусти этот шанс! Я знаю, ты это читаешь! Выйди из этого проклятого ада, иначе ад станет твоим пристанищем на свою жизнь! Пожалуйста, покинь этот ад. Господи, прошу. Прошу! Прошу, Джереми, выйди из ада…