Что случилось, когда Джон временно ослеп, а Шерлок проявил заботу

Спустя два дня с последнего расследования, поимки Скота Вильфреда и потери зрения Джон без опаски и с полной благодарностью принимает помощь Шерлока. Ах да, еще они спят в одной кровати. Вы спросите как это произошло? Лишиться зрения большая неприятность, но не стоит беспокоиться. Это временно. Восстановление займет возможно неделю, а возможно пару месяцев - говорят врачи. Не более трех недель - обещает Шерлок и у Ватсона нет причин ему не верить. Само расследование было быстрым и закончилось печально, ведь кому есть дело до пойманного серийного убийцы, когда Джон пострадал. Точно не Шерлоку, хотя по нему и не видно, но Лестрейд догадывается. И сразу после больницы отправляет обоих на Бейкер-стрит. Как я и упоминала, Джон активно пользуется заботой детектива: пьет едва ли вкусный (скорее сносный) чай, ест пригоревшие (иногда всухую) тосты, слушает восхитительную (здесь без сомнений) игру на скрипке и спит в просторной (даже жутковато пустой) спальне Шерлока. Только потому что она на первом этаже, разумеется. И даже страшно представить, как Джон должен был бы пробираться по лестнице ночью (хотя есть ли разница день/ночь?), когда приспичит в туалет. Это практичное решение - оба сошлись во мнении. Внимательный читатель заметит, что Шерлок тоже спал в своей спальне, а не на диване (и не потому что он неудобный), и не в спальне Джона (не потому что она на втором этаже). Джон его попросил. Оказывается, лишившись зрения можно получить повышенную тревожность. Беспокойные мысли просто не дают уснуть, а провалившись в сон случаются кошмары. Просыпаться от кошмара в полной темноте - отвратительно, еще хуже когда это и полная тишина. Шерлок слышно сопит и кошмары Джона исчезают на пятую ночь совместного сна (шестую после закрытого дела). Но следующей ночью Джон не спит и все меняется. — Тебе следует от нее избавиться. — Что? — растерянно переспрашивает Джон. Он лежит на боку спиной к Шерлоку и не видит безмятежное выражение лица, с которым Шерлок это говорит. Впрочем не увидит и если повернется. Но слышит серьезный тон. — Твоя эрекция. Джон задерживает дыхание, надеясь что этот разговор ему сниться. Он почти поверил в сон, когда Шерлок продолжил: — Тебе нужна разрядка. Слепота усугубляет твое напряжение и если ты будешь игнорировать потребности тела, то можешь скатиться в депрессию. В твоей нынешней ситуации ты не пойдешь искать новых свиданий, так что да, Джон, тебе нужна разрядка. — И решает уточнить: — Мастурбация, очевидно. Джон шумно выдыхает и по правде говоря ему жутко неловко. Он рад хотя бы тому, что Шерлок не видит красных пятен на лице и шее. Но скорее всего о них догадывается. О эрекции догадался же. Все так же повернутый к стене, но собравшись с силами на ответ, Джон огрызается: — Шерлок! Я не хочу с тобой это обсуждать. — Джон, не будь идиотом! Ты никуда не выходишь, с кем еще? Не с Миссис Хадсон же. Шерлок объясняет Джону так, будто это расследование с очередными очевидными фактами. Джону кажется, что такого неловкого разговора у него не было уже лет двадцать. Он сжимает одеяло вспотевшей ладонью, сильнее вдавливаясь в кровать. Едва ли это помогло исчезнуть. — Ни с кем, Шерлок! Это мое тело и я не собираюсь обсуждать подобные вещи. Я в порядке. Спи. — Это простая физиология, не делай из мухи слона. — Шерлок складывает руки в замок и закатывает глаза. — К тому же мне есть чем заняться, в чертогах. Считай, что ты здесь один. Джон нервно усмехается и не удостаивает соседа ответом. Просто переждать, заснуть и все само пройдет. Проходит час, Джон не спит, а в голове так и крутится “Твоя эрекция. Следует избавиться. Мастурбация”. Стоит ли говорить, что это только усугубляет ситуацию? Голос Шерлока давно оказывает на него особое действие. Как и взгляд (как он скучает по взгляду!), а с недавних пор - и частые прикосновения. Мытье головы при купании, поддержка под руку при исследовании стен квартиры, случайные объятия ночью в глубоком сне. Джон разобрался в себе, но также он знает Шерлока: повенчан на работе - обречен на провал - дело закрыто. Поворочавшись, Джон тихо спрашивает: — Шерлок, ты спишь? Ответа нет, и Джон чуть громче окликает: — Шерлок? Принесешь воды? И снова тишина. Даже не слышно сопения. Определенно Шерлок не спит. Хм, неужели и правда в чертогах? Он вспоминает, что в чертогах его друг далеко от реального мира и не замечает ничего вокруг. Джон решается. Он медленно просовывает руку глубже в одеяло, под резинку пижамных штанов и обхватывает себя. Почувствовав облегчение доктор осознает каким сильным было напряжение. Начинает плавно двигаться, стараясь не издавать громких звуков. С каждым движениям Джону все стыднее и одновременно тяжелее остановиться. Дойдя до предельной точки стыда и решаясь-таки бросить начатое, Джон цепенеет от шепота у левого уха: — Не останавливайся. Джона пробирает крупная дрожь и уже не разобрать - это страх, стыд или желание. Он еще сильнее отворачивается, практически ложась на живот. Но руку с члена не убирает. Шерлок целует его в затылок, едва касаясь. Еще раз - в плечо, приподнимая и прижимая спину соседа к своей груди. Мозг Джона сдает и отключается либо Джон отключает его, чтобы иметь право кончить? Тихо, но долго он изливается в кулак. Что только что произошло? Неужели это конец дружбе? Как открыто, как глупо Джон себя повел. — Обвиняя себя мысленно, доктор переключается на Шерлока: — Его эксперименты всегда были абсурдными, дикими или даже обидными, но этот случай выходит за все рамки! Когда Джон заговорил, Шерлок уже отстранился и лежал на своей половине: — Шерлок, что сейчас было? — Джон. — томная театральная пауза — Принести воды? Вот же гаденыш, он с самого начала притворялся! Джон зол и обижен, гремучая смесь: — Это эксперимент? — Кстати об экспериментах, — постель зашуршала, Шерлок присел ближе, воодушевленно продолжая (или виртуозно издеваясь), — Есть теория: если один из органов чувств не работает, то другие обостряются. Проверим? — Ты уходишь из моей комнаты и оставляешь меня в покое , как тебе такой эксперимент!? — Джон срывается на крик уже сидя, и полностью повернувшись к соседу. Хочет, чтобы тот прочитал по лицу всю силу гнева. — Вообще-то это моя комната, Джон — спокойный ответ. — Отлично! — Джон вскакивает с постели и выбегает, ударяясь об угол кровати. До Шерлока доносится еще несколько стуков и матов прежде чем квартира погружается в тишину. Он выходит в гостиную и убедившись, что Джон жив (по крайней мере не исчез, его тело лежит на диване), возвращается в кровать. Детектив думает, что проблема в том, что он не девушка. Он не девушка и Джону не гею не нравятся его прикосновения, а тем более поцелуи. Очевидно. Пусть лучше пообижается как всегда, чем узнает об искренней...заинтересованности. Глупые сантименты!