Вопреки

Тэхен перестал прятаться, снова начал ходить на обеды и тусовки с друзьями, но с Юнги всё так же не пересекался: теперь тот избегал его. Друзья устали спрашивать и, помня пиздюли после случая в клубе, помирить их больше не пытались. Лишь тяжко вздыхали каждый раз, смотря на пустое место за обеденным столом, и контролировали свою речь, чтобы не говорить при Юнги про Тэхена и наоборот. "Если даже они разругались, то как верить в людей?"- спросил как-то Сокджин, засыпая в объятиях истинного. Тот не нашёл, что ответить, лишь нежно поцеловал любимого в лоб. Он верил в их пару, ему было достаточно. Чонгук тоже видел состояние своего истинного и старался отвлекать его всеми способами: водил развлекаться, обедать и ужинать, но не позволял себе больше поцелуев, помня об их разговоре на следующий день после того, как он поцеловал его впервые. -Чонгуки, ты чудесный, и я очень тебя ценю, но можем ли мы забыть про то, что истинные, и просто узнавать друг друга? Пусть всё идёт своим чередом, прошу, не торопи меня. -Тебя что-то сдерживает? Мне измениться в чём-то? -Нет, ни в коем случае. Вот про это я и говорю: ты хочешь измениться, чтобы быть идеальным для своей истинной пары, а я хочу быть с тем, кого полюблю настоящим. Понимаешь? -Да, конечно. Друзья? Пока. -Друзья. Он, конечно, соврал о том, что понимает, это было вовсе не так. Он не понимал, почему Тэхён просит время, когда вот они, изначально идеальные друг для друга, других бы не подобрала природа. И зачем им тратить время на дружбу, когда никаких сомнений быть не может в том, что нужно быть вместе, тоже не понимал. Но знал, что надавить сейчас на омегу - значит отпугнуть или сломать его, а ни того, ни другого он не хотел. Ничего, он немного подождёт, всё равно никуда от него Тэхен не убежит. Он его пара. А Тэхёну хотелось убежать. Не от Чонгука, нет, тот здорово его выручал в эти дни, но от всей этой ситуации. Эмоции никак не удавалось взять под контроль, и от этого он чувствовал себя тряпкой, не способной разобраться даже с такими простыми вещами. И переставал вообще осознавать, а какой он человек на самом деле и что хочет от этой жизни. Если раньше он имел чёткое представление о себе и своих убеждениях - сейчас начал сомневаться даже в таких вещах. Как можно быть уверенным, что знаешь себя, если не способен разобраться в своих чувствах и справиться с ними? У Тэхена ответа не было. Зато был Чонгук, сповадившийся оставаться на ночь. Диван их ему очень нравился, видите ли. И этим утром он тоже проснулся на нём, сходил в душ и заказал доставку, как обычно дожидаясь пробуждения истинного, не заходя в его комнату. Она была неприкосновенной территорией, но Чон верил, что это до поры до времени. Только сегодня Ким-младший что-то слишком долго не выходил из неё, Чонгук начал переживать. И, не сдержавшись, решился постучать, рискуя быть обруганным за несанкционированный подъём. -Тэхен-хён? Ты еще спишь? -М,- послышалось тихое из-за двери,- ещё сплю. -Уже час, может встанешь? -Мне нехорошо, хочу отдохнуть немного. -Ты заболел? Поедем в больницу? -Нет, все ок, просто отдохну. Чон посмотрел на поднос с пахнущей на всю квартиру едой, который держал в руках, на закрытую дверь... И с тяжёлым вздохом вернулся в гостиную. До вечера он маялся дурью, то пересматривая фильмы, то пробуя постучаться к Киму, но тот даже отвечать перестал. Когда на часах было восемь - он совсем запереживал. -Тэхен?- он со всей силы постучал в дверь, надеясь разбудить омегу.- Хён, открой! -Чонгуки, уйди, пожалуйста. -Что? Я не слышу, хён, открой и скажи мне нормально. -Боже,- дверь резко распахнулась, и Чонгука как оглушило. Взлохмаченный, в одних трусах, которые только подчёркивали возбуждённое состояние организма, с каплями пота на шее и затуманенным взглядом Тэхен поразил всё существование альфы. Но было кое-что ещё важнее - запах. Запах течного омеги ударил волной, стоило двери распахнуться, Чонгуку пришлось сделать шажок назад, чтобы устоять. Вот только слышать запах своего течного истинного он от этого хуже не стал. Течка. Истинный. Вязка. Этот запах проникал всё глубже, выгоняя из головы альфы любую мысль, что не касалась этих трёх слов. Спроси кто его сейчас, как его зовут - он не ответил бы даже на это. -Боже,- оценив ситуацию, Тэхён потянул тяжёлую дверь на себя, стремясь как можно скорее спрятаться, но не успел. Крепкие руки сжали дерево, у него не осталось и шанса перетянуть дверь на себя.- Чонгук, дыши... Блять, нет, не дыши вообще. Уйди прочь! Его не слышали: в глазах альфы не осталось и следа от работы мысли, инстинкты взяли верх. И вот тогда Тэхену стало действительно страшно. Они одни в квартире, брат ушёл ещё вчера, он в тупике в собственной комнате, где единственный выход перекрывает фигура мощного альфы, что попал под влияние его запаха. Чёрт, а он ещё и истинный, такие инстинкты нелегко перебороть, если вообще возможно. Но что делать ему, Тэхену? Он совсем не хотел ложиться сейчас под альфу, прекрасно осознавая, что ещё и без вязки не обойдётся - он не Юнги, который всегда был осторожен. Да и ситуация совсем не та, что с Юнги... Чёрт, Юнги! У него есть машина, и живёт он значительно ближе Намджуна, сможет быстрее приехать. А ещё он сильный альфа! Думал Тэхен быстро, но Чонгук действовал ещё быстрее: оказавшись рядом за долю секунды, схватил омегу за руки и толкнул к стене, тут же прижав его к ней всей мощью своего тела. Чон хоть и был младше, но качался куда усерднее, и сейчас Тэ не мог даже пошевелиться. -Чонгук,- он упирался руками в плечи альфы, присосавшегося к его шее, и старался не паниковать, но сдавал позиции перед страхом всё сильнее.- Гуки, стой, послушай меня, пожалуйста. Слышишь? Это я, Тэхен, ты должен слушать меня, а не инстинкты. Чонгук! Осознав, что тактика не рабочая, он попытался обхватить лицо альфы руками и оторвать от своего тела, заставляя посмотреть в глаза. И в один момент ему удалось. -Гуки, смотри на меня. Смотри, это я, Тэхен, твой хён,- он крепко держал лицо младшего, ловя затуманенный взгляд, не позволяя опустить его и на секунду.- Я знаю, что ты достаточно сильный, чтобы побороть это, Чонгуки. Знаю, что твоё уважение ко мне сильнее инстинктов. Пожалуйста, Чонгуки, приди в себя. Пожалуйста. Ты сможешь. Он твердил одно и то же, яростно желая, что бы это всё прекратилось, что бы его мелкий друг вернул своё сознание. И тот его услышал. Сначала Чонгук вспомнил, кто он такой, и кто стоит перед ним, отчаянно что-то шепча. Потом разглядел зарёванное лицо и мокрую от слёз шею всю в отметинах. И до него дошло. -Ты... Не хочешь меня? Вопрос звучал сюрреалистично, и Чонгук не мог поверить, что задаёт его: это ведь ЕГО течной омега, явно изводящийся от желания, так какого чёрта он сейчас дрожит и вжимается в стену, чтобы оказаться подальше от него? -Нет, Чонгук. Я не хочу. Можешь ты уйти, прошу тебя? Чонгук впился взглядом в омегу, пытаясь осознать, серьёзно ли тот говорит. Но Ким был искренен, и ему было страшно. -Тэхен... Прости. Чонгук резко отстранился и исчез из комнаты, послышались тяжёлые шаги, а потом оглушающий хлопок двери. И вот с этим звуком к Тэхену пришло осознание, что всё обошлось, он сейчас один. Рыдания вырвались из горла, и парень позволил себе скатиться по стенке на колени, чувствуя, как заходится в стуке сердце, всё ещё напуганное. Всё тело била дрожь, оно не могло придти в себя после стресса, а ещё мучала боль от тяжело проходящей течки, что так ужасно невовремя началась этим утром. Хотелось сжаться в микроточку и вгрызться в самого себя, чтобы получить хоть какое-то чувство контроля, но прекрасно понималось, что это не поможет. Его только что чуть не изнасиловали... -Спасибо, Чонгук, спасибо..,- от благодарности к младшему, что тот всё же смог побороть свои инстинкты, захотелось рыдать ещё сильнее. А от подсознания, что руководило всё это время, пришёл сигнал: он не захотел своего истинного во время течки. Даже не потерял голову от запаха, что так явственно чувствовал сейчас. Не захотел, потому что этот запах был не тем, что хотелось ощущать на теле. Он был цветочным, а вишня уже давно подходит лишь кофе с послевкусием хвои, и не важно, во время течки это или нет. Его мог касаться только один альфа, и это далеко не его истинная пара, что давно понимало его тело и подсознание, лишь один мозг не догонял, затыкая ещё и сердце. "Боже, Тэхен, какой же ты тупой идиот. Как же ты мог так ошибаться и закрываться сам от себя? Почему нельзя было раньше осознать, что любишь своего хёна?" Любишь... Слово легло на язык удивительно правильно. Любить Мин Юнги - кажется, единственное верное предложение с этим словом. Он прорыдал на полу до глубокой ночи: от боли, страха, неверия, от злости на самого себя. Как же он облажался перед хёном.