Я хочу разрушить нашу дружбу, но вместо этого...

Поездка казалось вечной. Обычно эти двое без умолку разговаривали, но сегодня, видимо, Женя был не в настроении. Он злился почти на каждого, кто как-либо нарушал машинное движение. И много курил. За час поездки он выкурил около 4х сигарет. Для Милько это было очень много. Бочкарёв хотел бы спросить, что происходит, но почему то боялся. Видя, как блондин злится с любой мелочи, парень понимал, что одно неправильное слово и на него выльется куча негатива. Приехали. Старший выдохнул и тихо сказал — можно выходить, Лёх Брюнет вышел из машины. «Холодно.» думает он и дожидаясь Женю, идёт в сторону входа, где уже стоит Рома. Как его не заметить. Этого высокого длинноволосого брюнета с гитарой видно за три километра. Обнявшись, ребята зашли внутрь. Уши и щёки приятно зудит от смены температуры, с холодной на тёплую. Лёша снимает своё пальто, доставая из него нужные вещи, и проходит в гримёрку. До концерта ещё много времени, поэтому младший решил переслушать песни, которые сегодня в плане. Повторяя про себя нужные партии, он не замечает как пролетает час, и его зовут на сцену, чтобы прорепетировать несколько песен, в которых у кого-либо были проблемы. Бочкарёв смотрит на список песен и задумчиво крутит палочки в руках. Женя с Ромой о чём-то разговаривают. Блондин смеётся. «он такое солнце когда смеётся, я прям не знаю. То, что было с ним в машине, совсем не похоже на то, что с ним сейчас... Есть ощущение, что он скрывает какую-то информацию...» рассуждает про себя Бочарик, смотря на Мильковского. Глаза пересекаются. Две коричневых, даже чёрных бездны смотрят друг на друга. Лёша бы хотел, чтобы это продолжалось вечность, но судьба такая штука, что их глаза быстро меняют точку осмотра. Женя кивает в сторону чёрного входа, доставая пачку сигарет, намекая, чтобы Лёша вышел с ним. Брюнет соглашается и бежит за своим айкосом в гримёрку. *** — что-то случилось? ты так странно смотрел на меня. — спросил Милько, закуривая и смотря на Бочкарёва, который опускал стик в нагреватель — ты в машине был совершенно другой. Глаза были как-будто на мокром месте, словно ты сейчас расплачешься. Может у тебя что-то случилось? — честно говоря, я и сам не знаю, что происходит. Просто тяжёлые времена какие-то, я в себе запутался. — Жень, если вдруг что, звони и пиши обязательно, я постараюсь тебе помочь, ладно? — младший действительно волновался за солиста, мало ли что с ним не так — хорошо, хорошо, обязательно. Не переживай за меня так, всё хорошо, через время как новый буду парни ёжатся от холода, всё-таки, зимой в толстовках холодно. докуривая, они заходят в здание, заговорившись о какой-то ерунде «мда.. понятнее про его состояние не стало, может, когда ему станет полегче, то расскажет..» мыслей куча, и Лёша не знает, какие из них правильные. И не узнает, пока старший не скажет. *** Приехал Дима, в своём любимом леопардовом шарфе. При входе он сразу попал на запись влога, после чего на него налетел с объятьями Женя. Постояв так пару мгновений, блондин оставил Клочкова снимать верхнюю одежду, а сам пошёл в гримёрку, чтобы обсудить пару вопросов с Дашей. Поздоровавшись, мужчина, с небольшим «ёжиком» на голове, принялся готовить гитару. Прогнав пару песен, самых сложных, на которых лажали все, и иногда по нескольку раз, ребята разошлись кто куда. Женя курить, Рома с Димой в гримёрку, а Лёша остался на сцене, залипая в телефон. Брюс в третий раз подошёл к Лёхе и спросил «удобно ли за барабанами?». Ответив на все вопросы, брюнет вставил наушники в уши и стал листать инстаграм, постукивая ногой ритм. Пришёл Мильковский, а за ним камера. Старший сел перед Лёшей и смотрел на него какое-то время, думая что же сморозить, для гейского момента во влоге — смотрите какое солнце тут сидит. Лёша ты чего один тут? — опять две бездны смотрят друг на друга. Искра в Жениных глазах передалась в Бочкарёвские, от чего тот засветился. — ну если хочешь, можешь мне компанию составить — ухмыльнулся брюнет, смотря на блондина, немного прифигевшего с такого поворота событий. Рома с камерой ушёл доставать Булахова и Клочкова, а Милько остался с Лёхой. — ну так чего один грустишь тут? — спросил Женя, приземляясь рядом. — кто сказал, что Я грущу? Я морально настраиваюсь для концерта. — сказал Бочкарёв, выключая музыку и переключая всё своё внимание на Мильковского.