Девять кругов ада

От седьмого круга кровь застывает Там мертвые души маршем шагают Там смерть поджидает тебя за углом Путник, не теряй дорогу в свой дом Вошедший юноша лукаво посмотрел на Вики. У него был озадаченный вид, руки сложены в карманы, взгляд чуть затуманенный, но в целом Цербер выглядел притягательно, девушка в который раз отметила, что человеческий облик идёт ему намного больше. — Выглядишь так себе, куколка, — Звонким голосом сказал гость. Вики лишь грустно на него поглядела. У неё голова раскалывалась на мелкие частицы, дыхание участилось, глаза перенапряглись и потухли. Казалось, что мира вокруг не существует, а есть лишь она и её тучные мысли, нависшие грозным облаком над судьбой девушки. Мысли эти пожирали и высасывали всю энергию, поэтому Вики, итак, знала, как сейчас выглядит её внешняя оболочка: потускневшая, безжизненная и страдающая. Чувствуя жар в теле, девушка не была в состоянии ответить что-либо, её беглые глаза лишь выжидающе смотрели на вошедшего. Цербер не стал настаивать, или лукаво издеваться над знакомой. Он медленно подошёл к её кровати, и присел на край. Несколько мгновений они посидели в тишине. Вики за эти секунды поняла, с каким спокойствием ощущается нахождение Цербера рядом. Она мысленно сравнила эти чувства с теми, когда поблизости оказывается Люцифер. В случае с первым — это спокойствие, уверенность и благодарность, в случае со вторым — это страх, неприязнь и уныние. Девушка тяжело и громко вздохнула. — Ладно-ладно, не вздыхай, — Юноша махнул рукой, будто бы отмахиваясь от надоедливого насекомого. — Я пришел тебя порадовать. Но величественный нефилим, прежде непобедимое в своих способностях существо никак не отреагировало на последние слова. Цербер даже слегка обиделся: он шутливо пнул удрученную девушку в плечо, и протягивая слова, вывалил информацию совершенно бестактно: — Я могу помочь тебе сбежать из этого чертового места. Парень хохотнул. — В прямом смысле чертового, получается. Вики вытаращила глаза. Она за секунду переместилась с одной стороны кровати на другой, нагнулась над белесым, неестественно ровным лицом юноши, и шепотом, но очень нервно спросила: — Что ты сказал, ещё раз? Цербер заулыбался. Они были так близки друг к другу, что он на мгновение закрыл глаза и смог вдохнуть приятный освежающий аромат каких-то полевых цветов. Никто в Аду так не пах. Вновь поглядев на напряженную Вики, с хмурыми бровями и зажатой челюстью, юноша закусил губу — то ли от удовольствия, то ли от чего-либо ещё. Ему нравилась «на вкус» энергетика нефилима — сильная, неприступная. А видя слабости могущественного существа, Церберу хотелось насладиться ими в ещё большей степени. Поэтому он ей симпатизировал. — Я сказал, малышка, — Он наконец отодвинулся чуть назад, словно заставил себя отказаться от искушения. — Я могу помочь тебе сбежать из Ада, из этой жопы, от Люцифера — как твоей душе угодно. «Сбежать от Люцифера» Эта мысль всплыла в голове у Вики, и она моментально ухватилась за неё, как за спасательный круг. Да, ей хотелось навсегда отсюда исчезнуть. — Но… — Как? — Перехватил вопрос Цербер. — Нет, — Вики нахмурила брови. — Почему? Почему страж одного из кругов Ада решил помочь пленнице? «Должок», который юноша обещал Вики, он уже исполнил — предоставил ей доступ к голове Люцифера. По договору они были квиты, и их ничего больше между собой не связывало. — Нуу, — Затянул Цербер. Он поднялся на ноги и пошатался туда-сюда. Так обычно люди делают от скуки. — Чувствую я, что Люцифер прознал о моём предательстве. Вики выгнула бровь, затаив дыхание. — Ну ты чего, забыла уже, что мы с тобой проникли в совершенно секретную библиотеку владыки Ада, да ещё и выкрали оттуда книгу, с помощью которой ты залезла в голову к Люциферу? Вики все ещё ждала продолжения, тупо глядя на юношу. Тот развел руками: — Короче говоря, чувствую, что мой час близок, — Парень по-доброму улыбнулся. — Почему-бы напоследок не помочь милой девушке? Вики ощутила тепло в районе сердца, а затем почувствовала, будто бы она хочет плакать. Чувства сострадания, любви, понимания и тепла всегда были ей предельно чужды и непонятны, поэтому сейчас она на мгновение задумалась, что значили для неё новые ощущения в теле. Ей было приятно, что Цербер выразил свою благосклонность и искренне захотел помочь. Наверное, пока Вики жила в райских садах со своим отцом, то в своей голове представляла лишь то, что в Аду живут совершенно бесчеловечные существа. Девушка слегка улыбнулась — краешком губ. Цербер перенял её эмоции — выпрямился, и лукаво, но как-то более мягко, чем обычно заулыбался. А потом, в один момент его лицо побагровело и обуглилось. Кожа с правой стороны щеки начала покрываться крупными волдырями — они лопались от гноя, и обжигали лицо. В этот один момент бледноватая, до странности идеальная кожа юноши начала буквально плавиться на глазах. Вики уже могла видеть, как алая кровь капает с щек на пол, а под ней виднеются оторванные куски плоти. Цербер зарычал то ли от боли, то ли от злости. Он быстро прикоснулся ладонью к лицу, а потом с жаром отбросил её в сторону. Его глаза были полны сожаления, но улыбка все ещё не сходила с губ: — Прости, малышка, кажется, мы не успели. После этих слов Цербер просто растворился в пространстве. Будто он и вовсе не приходил в комнату к нефилиму. Вики вжалась в кровать. Она снова ощутила головокружение, попыталась встать на ноги, но словно обессилев, полетела грузом на кафельный пол, и провалилась в какой-то странный сон. В этом сне девушка услышала истошные крики людей — они были настолько громкими, что гостья закрыла уши руками от ужаса. Она хотела зажмурить и глаза, но не смогла, ощутила давление под веками. Кто-то хотел, чтобы она смотрела. И она увидела, от кого исходили все вопли вокруг. Перед глазами Вики мелькали искорёженные лица людей. Их рты были разинуты так широко, что казалось, будто они порваны, челюсть сломана. У некоторых глаза покрылись белесой пеной — словно те были мертвецами, а у иных, более устрашающих силуэтов и вовсе пустовали глазницы. Кожа у этих страдающих людей, подобно горящей коже Цербера, была покрыта уродливыми шрамами, которые гноились и доставляли людям смертельную боль. Вики сделала шаг назад, и ощутила, как в её позвоночник с огромной силой и скоростью воткнулся какой-то кол. Кости хрустнули, девушка невольно согнулась пополам — но не упала, арматура не давала этого сделать. Она схватилась руками за свой живот. Ладони моментально утонули в теплой, слегка липкой крови. Вики смотрела на свои руки, по которым текла кровь, видела свою дырявую плоть, чувствовала, как её тело можно просто сломать по полам, ведь позвоночник больше не функционировал. У неё вздыбились ноздри, заболела голова, затряслись ладони. Она попыталась нащупать руками смертоносный кол, но вместо этого получила еще один удар, и на этот раз полая железная балка вошла ей прямо в горло. Во рту моментально привкус крови. В голове каша. Вики захрипела, как раненое животное, попыталась сделать вдох, но и этого не получилось. Она закрыла глаза, ощущая жгучую, невыносимую боль во всем теле, и умерла. Умерла? Вики открыла глаза — то же место, те же крики. Девушка судорожно начала щупать руками своё некогда израненное тело, но от шрамов не осталось и следа. Она нахмурила брови и огляделась. В этом безумии невозможно было думать рационально — силуэты измученных людей мелькали перед глазами. Вики была уверена, что смерть настигла её. Она попыталась руками дотянуться до людей, но вместо плоти почувствовала тупой удар. Услышала хруст, и сначала не поняла, откуда он. Потом глазами, вглядываясь во тьму, нашла свою руку — начиная от кисти и до локтя кость согнулась в неестественном виде. Снова удар, уже в ногу. Вики рухнула на колени, глядя на свои конечности — скореженные, в синяках и ссадинах. Снова хруст. Шея. Вики распахнула глаза — опять крики, силуэты и снова… Она поглядела на свои руки, начала судорожно их ощупывать. Всё было в порядке, ни единой царапины. Девушка начала чувствовать дрожь по всему телу. Неужели это то, о чем она подумала? Её существо будет умирать каждый раз, а просыпаясь, она вновь будет слышать крики страдающих, беспомощных людей? Не успев проанализировать хотя бы одну мысль, возникшую в голове, Вики почувствовала жжение в области плеча. Огня рядом не было, но ощущение было такое, будто бы она прямо сейчас сгорит заживо. Яркая вспышка. Вики открывает глаза. Она в комнате. Истошные вопли людей остались лишь в подсознании. Голова тучная и грузная, девушка моментально хватается руками за виски — их разрывает на части. В следующую секунду она начинает плакать — горько и без остановки, буквально взахлеб. Она плачет, чувствуя вкус своих слез, пытается вытереть их руками, но истерика не заканчивается. Грудь быстро вздымается, ладони трясутся. — Не так громко. Голос Люцифера. Вики моментально замолкает, отпускает руки и вскрикивает, замечая его. Мужчина же выглядит спокойным — он вожделенно уселся на край кровати, расставив ноги, и положив на колени грузные локти. Его лицо как обычно нахмуренное и задумчивое. И он даже не удосужился посмотреть на измученную Вики. Ей показалось, что он, наоборот, избегает контакта с ней. И в эту же секунду она осознала, что вся причина этих страданий была в одном единственном существе, и оно прямо сейчас находится перед ней. Вики бросилась на Люцифера. Она нещадно стала лупить его руками по всему, что придется — попала по лицу, по плечу и по животу. Она выкрикивала ругательства, заливаясь каким-то страшным, звериным рыком. Но, как это и было задумано, Люцифер быстро перехватил её кисти — сжал до боли, отпустил к кровати и грозно поглядел на законную жену: — Смеешь распускать руки? Вики смотрела на свои руки, сжатые в крепких пальцах Люцифера. Они были бледными, худыми, будто бы обесточенными, словно у мертвеца. Девушка растеряла былую гордость и силу — не будь этих проклятых шрамов, что оставлял ей Люцифер после каждого испытания, она давно смогла бы свернуть ему шею. — Что с Цербером? — Неожиданно спросила девушка. Король Ада хмыкнул, отпустил её руки. — Живой. Он нахмурил брови. — Но стоило бы убить. «И почему не убил?» — Возникла мысль в голове у Вики, но она не стала спрашивать. Новость о том, что Цербер жив, грела её сердце. Разбираться от чего это было — от того, что стражник Ада стал ей дорог, или от того, что он её единственный путь к спасению, сейчас не было никакого желания. — А что ты делал… — Девушка подняла глаза на Люцифера. Его широкая спина была так сильно напряжена, что эта зловещая энергетика буквально повисла в воздухе. — Со мной? Демон закусил губу, словно раздраженный вопросом. Потом он подскочил на ноги и за секунду оказался над телом Вики. Она тут же отстранилась назад, ожидая, что он вновь схватит её за шею, или прижмет руками. Но он просто навис над её фигурой, будто бы боясь прикоснуться. Хотя в глазах его мелькнул чертовский огонёк — то ли наслаждения, то ли злости. — Ты умирала у меня на глазах, снова и снова, — Последние два слова он особенно «вкусно» растянул. — Я смотрел и наслаждался этим зрелищем: тем, как у тебя ломаются кости, как вываливаются наружу кишки, как трещит позвоночник и горит кожа. Он был настолько близко, что Вики смогла смотреть прямо в его глаза. Раньше она опасалась прямого контакта — отводила взгляд. Сейчас же она рассматривала, изучала, проникала в суть. Девушка ощутила, что какая-то сила нефилима ещё осталась в ней, и что в этих бездонных, черных, словно уголь глазах, она странным образом смогла отыскать тоску. — Почему же я очнулась от этого кошмара? — В лоб спросила она, будто бы потеряв страх перед королем Ада. — Почему ты не продолжил наслаждаться моими муками? Люцифер озверел: Вики увидела это по его глазам. Но он не отводил взгляда, девушка будто гипнотизировала его. И он, словно зачарованный, произнес: — Потому что в этих муках я узнал себя, и мне не хотелось, чтобы кто-либо ещё снова прожил это. Эти слова словно отрезвили демона. Он отпрянул назад, схватился за голову, а потом со злостью посмотрел на испуганную девушку: — Что ты натворила?! — Ничего, — Честно сказала она. Люцифер стоял и тяжело дышал. Вики видела, как медленно поднимается его широкая грудь, как расширяются ноздри, сужаются зрачки. — Ты… — Начал он медленно, проговаривая слова сквозь зубы. — Ты просто жалкая и ничтожная, поэтому я не стал тебя больше мучать. Вики промолчала. Она просто поглядела на него. Взгляд этот был полон усталости. Она уже не боялась, не волновалась и не переживала, и в её глазах было спокойствие. Девушка знала, что слова Люцифера — ложь, до неё неожиданно дошла мысль о том, что демон боролся далеко не с ней. Он боролся с самим собой.