[Добро пожаловать в класс превосходства] Холодные глаза

«Так ты слышал о слухах?» — спросила меня Хорикита, закрыв книгу, которую читала. Наконец-то завершились зимние каникулы вместе с новым годом. 8 января началось нормально, как и должно было. Но как только я пришел в класс, Хорикита не избавила меня от нового бессмысленного испытания. «О каких слухах ты говоришь?» — смущенно спросил я. «В последние дни ходят интересные слухи.» Это вызвало у меня интерес. Слухи всегда забавляли меня, учитывая, какими глупыми они могут быть. Некоторые из них могли быть правдой, но большинство из них были плодом воображения какого-то нервного человека, который не слишком много думал над ними. Что ж, я не тот, кто будет судить, поскольку я сам был ответственен за распространение слухов о некомпетентности Чабаширы-сенсей в преподавании. «А кто в центре всего этого?» — спросил я ее, глядя на книгу, которую она читала. «Преступление и наказание» классика русского писателя Федора Достоевского. «Ичиносе Хонами». Я поднял брови при упоминании имени этого человека. Похоже, я тоже ошибался насчет Ичиносе. «А что за слухи?» — спросил я, наконец-то уделяя все свое внимание Черноволосой красавице. «Что-то вроде участия в воровстве и грабеже. И появился еще один слух о том, что она также употребляла наркотики.» Ичиносе употребляет наркотики, что ж, это определенно было неожиданно. Но поскольку это слух, это не более чем подозрение. И мне трудно поверить, что она вообще может быть связана с наркотиками. «Понятно.» Я отвернулся, и она продолжила читать свою книгу. Предыдущий экзамен выглядел как катастрофа для класса D, но на самом деле класс A получил несколько критических ударов. Прежде всего, был исключен Яхико, идеальный козел отпущения, чтобы понять последствия исключения для класса. Хашимото внимательно следил за Мацушитой, у него сложилось впечатление, что она стояла за успехом класса D. Я успешно ушел из поля зрения и вывел Мацушиту на передовую. Ситуация с Каруизавой была определенно не из лучших, она подозревала меня. И после того трюка, который я проделал в тот день, я знал, что иду по тонкому льду. А в случае с Сато, она просто избегала меня изо всех сил. Что ж, я ее не виню. Она была вовлечена в этот план, потому что мне пришлось отвергнуть Ибуки. Кто-то может спросить, почему я не хотел ответить Ибуки лицом к лицу. Кто-то может сказать, что у меня не хватило смелости это сделать, но это было совершенно не так. Я не хотел, чтобы между нами была неловкость. Лучше не давать ей ложных надежд, а после все равно разрушить их. Многие могут сказать, что я сделал плохой ход, но теперь, когда ущерб был нанесен, для всех участников уже не было пути назад. Все в группе Хиёри были частью этого конфликта. Я был рад, что все закончилось на приятной ноте. С того дня мы с Камуро в хороших отношениях. Она вырвалась из панциря и теперь стала выглядит еще красивей. Я был рад, что мне удалось стереть это серьезное выражение с ее лица. У нее были чувства ко мне, но в тот момент я не был готов к отношениям. Меня больше волновало, какие шаги предпримет этот человек. На него было непохоже, чтобы он был таким медленным, в тени назревала буря, и я должен подготовиться к тому, когда она обрушится на меня. Машима-сенсей вошел в класс и начал преподавать нам физику, я некоторое время уделял внимание уроку, но сдался и положил голову на парту. Урок продолжался, и я задавался вопросом, что происходит в моей жизни. К чему я конкретно стремлюсь сейчас? Моей предыдущей целью было жить мирной жизнью. Но… Возможно ли это сейчас? Если бы я действительно хотел мирной жизни, я бы давно устранил Камуро. Но похоже я меняюсь. Это то, что Хиёри имела в виду в тот день, говоря: «Каждое лицо заслуживает улыбки, Киётака, и я верну тебе твою улыбку. Это обещание.» По крайней мере, сейчас… Я что-то чувствую. Я рад… Что решил поступить в эту школу.

______________________________

Уроки закончились, и я сидел с остальной частью группы Хиёри. «Итак, каковы ваши планы на День Святого Валентина?» — неожиданно спросила Ибуки, намеренно избегая зрительного контакта со мной. Признание было еще свежо в нашей памяти. «Я обсуждаю классные дела с Хорикитой, она угостит меня обедом после обсуждения» — сказала Мацушита, играя с волосами Хиёри. «Э-э? Эта девочка Хорикита угощает тебя? Я думала, что такие идиотки как ты ее не интересуют, кажется я ошибалась.» «Кого, черт возьми, ты назвала идиоткой?» Мацушита посмотрела на Ибуки, на что она только ухмыльнулась. «Я назвала тебя идиоткой, у тебя с этим проблемы?» Ибуки посмотрела на шатенку. Смертельные взгляды были прерваны Хиёри. «Мио и Киётака-кун, почему бы вам не пойти со мной в библиотеку? Ах, только если вы свободны в День святого Валентина. Итак, что скажете?» «Я свободен на День Валентина» — ответил я кивком. Я повернулся, чтобы посмотреть на Ибуки, у которой было задумчивое выражение лица. Наконец, она кивнула, сказав: «Библиотека — не мое, но 14-го числа мне тоже нечего делать. Более того, у меня нет других друзей, кроме вас, идиоты.» Хиёри восхищенно захлопала в ладоши с веселым выражением лица. «Спасибо, Ибуки-сан и Киётака-кун, давайте попробуем насладиться нашим временем.» Некоторое время мы продолжали читать книги, прежде чем расстаться, и мы с Мацушитой направились в наши комнаты. Пока мы говорили о случайных вещах, позади нас раздался голос. «Привет, Аянокоджи-кун и Мацушита-сан, не могли бы вы уделить минутку?» На лице Мацушиты было выражение ужаса. Это был голос Сато Майи. Я повернулся и увидел, что у Сато было сердитое выражение лица. Позади нее стояли Каруизава и Шинохара с растерянным выражением лица. Похоже, они понятия не имели о признании Сато. Мацушита повернулась, опустив голову, избегая контакта с Сато. Сато рассмеялась так, что можно было почувствовать ее боль. «Итак… Все это время ты была влюблен в него. Т… Ты знала, что он отвергнет меня, но ты… дала мне ложную надежду. Я… я думала, что могла тебе доверять. Но ты… ты действительно предатель Мацушита-сан…» Услышав эти слова, у всех появилось удивление на лице. Я зашел слишком далеко в своем отказе? Но ей нужно было узнать реальность. Следующее, что она сделала, шокировало всех присутствующих. Даже прохожие смотрели на нас. Сато так сильно ударила Мацушиту, что она упала на землю от удара, в ее глазах не было ничего, кроме гнева на шатенку. Каруизава и Шинохара немедленно подошли и остановили Сато, чтобы она снова не ударила Мацушиту. Сато пыталась выбраться из их объятиях, ее ярость была убийственной. Я опустился на колени, чтобы проверить Мацушиту, на лице которой было выражение ужаса. Слез не было, в ее глазах было только чувство вины. Ее щека была красной, сильнее, чем от удара Кушиды во время спортивного фестиваля. Здесь начала собираться толпа, поэтому я помог ей встать и решил вывести отсюда. Я повернулся и увидел, как Шинохара утешает Сато, в то время как Каруизава пристально смотрела на нас. Мы оказались на скамейке. Вокруг никого не было, возможно из-за того, что уже стемнело. Я повел Мацушиту сесть на скамейку, и ее плач заполнил все мое окружение. Я хотел обнять ее, но отказался. Я не был заинтересован в том, чтобы сочувствовать ее собственному беспорядку. Итак, я направился к торговому автомату и заплатил за две банки сока. Я схватил их и направился к Мацушите, которая теперь смотрела вниз. Я протянул ей банку сока, но она даже не взглянула на нее. Я вздохнул: «Мацушита, я знаю, что это сложно… Но такова реальность.» Она не ответила, но взяла сок из моей руки. Она спросила меня тихим голосом: «Где я ошиблась?» Я поднял брови на ее вопрос и спросил: «Что ты имеешь в виду под этим вопросом?» Наконец она посмотрела на меня, в ее красных глазах было отчаяние. «Я… Я думала, что ты такой же, как я. Ты, как и я, просто хотел нормальной жизни… но только ты получаешь это. Ты даже причинил боль Ибуки, но я была той, кто пострадал. Ты был тем, кто все это сделал… предал класс D… и я попала в черный список за попытку спасти класс. Как будто… я для тебя всего лишь пешка.» Я вздохнул: «Разве ты не сказала, что была готов стать моей пешкой после испытания на необитаемом острове? Почему ты так удивлена?» — спросил я, садясь рядом с ней. Ее глаза расширились от осознания, но она не могла ответить. Я все еще помнил слова, которые она сказала тогда. «Я ожидаю, что ты продолжишь участвовать в жизни класса, Аянокоджи-кун. Я не против быть твоим инструментом. Потому что ты сдал этот экзамен именно так. Я была для тебя всего лишь инструментом, чтобы избавиться от подозрений в том, что ты был предателем. Теперь все считает, что я была тем, кто спас тех людей из класса C. Я думаю, что ты хорошо умеешь манипулировать другими, поэтому я и говорю это.» «Понятно… похоже, именно тогда я вырыла себе могилу» — сказала она, когда ее осенило. Она была моей пешкой с тех самых пор, как я установил с ней контакт. «Да, тебя всегда использовали, не стану отрицать. Я думал о том, чтобы изгнать тебя, когда ты пыталась выгнать меня, но отказался от этой идеи» — сказал я, глядя на нее. Она усмехнулась и сказала: «Конечно, ты меня не исключишь, я лучшая одноразовая пешка, для твоего контроля над классом D.» «Нет, я отказался от твоего исключение не по этой причине» — сказал я ей. Она была удивлена, но я продолжил. «Честно говоря, меня не волнует, что происходит с классом D. Если бы я действительно заботился об этом, я бы поднял наш класс к классу С.» Она была еще больше удивлена ​​и спросила: «Тогда почему ты нам помогал?» «Думаю, я хотел попробовать, что значит помочь кому-то» — честно ответил я, глядя на луну и бесчисленные звезды над нами. На это она усмехнулась: «Это типичный ответ Аянокоджи, которого я ожидала.» Я кивнул и встал. «Что ж, Мацушита, я хочу, чтобы ты знала… Ты больше не одна.» «Чиаки-сан, с тобой все в порядке?» — обеспокоенная Хиёри обняла Мацушиту. Похоже, новости о том, что Сато ударила Мацушиту, достигли всей школы. Прохожие, должно быть, записали все произошедшее. Мацушита, удивленная внезапным появлением Хиёри, обняла ее в ответ, нервно улыбаясь. «Реально, отведите меня к этой су_ке Сато, скажите ей, что я та, с кем она должна столкнуться, а не с этой слабой задницей». Ибуки выглядела рассерженной. Мацушита немедленно встала при появлении Ибуки: «Ибуки-сан… Мне… мне очень жаль.» Ибуки взглянула на Мацушиту краем глаза и усмехнулась, сказав: «Да хватит уже, я не держу глупых обид.» «Н…но я была частично ответственен за… Ре…» Мацушита собиралась сказать что-то, но не смогла продолжить, поскольку Ибуки слегка ударила ее головой. «Отвали, девочка, пойдем домой. Я все еще хочу ударить эту су_ку Сато за то, что она прикоснулась к тебе» — сказала Ибуки, поворачиваясь к общежития. «Насилие ничего не решает, Ибуки» — сказал я, выбрасывая выпитый напиток в мусорное ведро. Ибуки посмотрела на меня: «И кто, черт возьми, советует мне ненасилие?» Хиёри вмешалась: «Ладно, давайте отправимся домой, пока не начилась битва.» «Да, я действительно хотела бы надрать этому идиоту задницу, но я устала, так что это может подождать» — сказала Ибуки, глядя на меня. «Это угроза, мне так страшно» — сказал я, кладя руки обратно в карманы. «Ты все еще смеешь издеваться надо мной? Я убью тебя». Ибуки собиралась наброситься на меня, но, к счастью, Хиёри остановила ее. «Ладно, пойдем домой» — сказала Хиёри, схватив нас за руки. Итак, мы начали пробираться в общежития. После нескольких шагов мы поняли, что Мацушита не идет за нами, мы оглянулись и увидели, что она смотрит на нас. «Ты собираешься заставлять нас ждать, а?» Ибуки громко закричала, что вырвало Мацушиту из оцепенения, в котором она находилась. Она улыбнулась, вытирая слезы на лице, и подбежала к нам. Так вот что значит иметь семью, да? Группа Хиёри стала частью моей жизни, как Белая комната. Это… было чем-то особенным для меня.

______________________________