- Какой же ты плакса.

Мицуя знал, что Такемичи умеет искать приключения себе(и не только себе) на пятую точку, но чтобы настолько - он просто не ожидал. Застав Такемичи в избитом состоянии недалеко от святилища, Мицуя буквально рванул с места к нему. Раненый сидел облокатившись спиной о холодный бетонный заборчик, пытаясь привести своё дыхание в норму. Однако всхлипы и кашель не прекращались. Вовремя Мицуя решил сходить в магазин за тканью. - Такемичи, что случилось? - обеспокоенно спросил Такаши, садясь на корточки рядом с Ханагаки и осматривая его раны. Довольно серьёзные раны. Все лицо было в крови, один глаз он даже не мог до конца открыть из-за того, что он опух. Бордовые пятна крови испачкали рубашку, а подол байкерской куртки, которую Мицуя шил с особой любовью, был разорван. - Мицуя-кун... - голос Такемичи дрожал, когда он наконец решил обратить своё внимание на подошедшего и заговорил с ним. - Что произошло? - уже более строго спросил парень, смотря в помутневшие глаза. - Ничего серьёзного, правда.. Но они оскорбляли Тосву. Зная, что тут наше убежище, они собирались разгромить его.. - И ты ввязался с ними в драку один? - уже с нарастающей раздражительностью спросил Мицуя, помогая Такемичи встать. - Их было трое, но Мицуя-кун, я не мог стоять в стороне.. - после небольшой отдышки добавил Такемичи. Перекинув одну руку Ханагаки через своё плечо, Мицуя помогал ему идти. Заметив вопросительный взгляд парня, он объяснил, что ведёт его к себе домой, чтобы помочь обработать раны. Ну что за идиот. Мицуя был раздражен. Такемичи один влез в драку с тремя противниками, пытаясь защитить честь Тосвы. Дурак, какой же дурак. Оба шли молча, до дома Мицуи оставалось совсем немного. - Такемичи, уже поздно, мои сестры спят, поэтому, пожалуйста, будь тише. Я отведу тебя в свою комнату. - уже успокоившись предупредил парня Мицуя. Такемичи коротко кивнул. Они тихо вошли в дом, также тихо закрывая за собой дверь. Чтобы не шуметь, Такемичи даже сдерживал кашель. Мицуя это заметил и улыбнулся, про себя поблагодарив парня. Он отвел его в свою комнату, аккуратно сажая на кровать, а сам пошел за аптечкой. Такемичи впервые в гостях у Мицуи. Он огляделся вокруг, его комната была небольшой. Кровать, рядом с кроватью рабочий стол, напротив шкаф, и недалеко есть комод, на котором лежала стопка сложенных тканей, видимо, внутри тоже была ткань и швейные принадлежности. На рабочем столе стояла небольшая белая швейная машинка, рядом какие-то обрезки шелка и ножницы, нитки, мел и много чего другого. Сознание Такемичи уже хотело отключиться, но он не мог сейчас просто взять и упасть в обморок. Парень терпел и ждал прихода Мицуи. Освещение в комнате было тусклым, лунный свет пробивался сквозь синие шторы, делая свет более голубым. За окном пели сверчки, атмосфера была такая, что хотелось лечь и спать. Но Такемичи не мог лечь, иначе испачкал бы кровью постель Мицуи, а он этого не хочет. Зачем доставлять ещё больше хлопот. Спустя время Мицуя наконец появился, тихо входя и закрывая дверь. Он говорил с Такемичи не шепотом, но его голос был очень тихий и спокойный, он словно убаюкивал Ханагаки. Такемичи некоторое время молчал. Ему было просто нечего говорить. Хотя нет, сказать ему есть что, но слова не выходили, оставаясь в самой глубине сердца. Вместо этого слезы градом лились из глаз парня, капая на руки Мицуи, который расстегивал пуговицы на куртке. - Такемичи? Очень больно? Прости, я постараюсь аккуратнее. - движения парня стали мягче и легче, при этом он старался действовать быстро. - Нет.. Нет, Мицуя-кун. Все в порядке. Ничего не болит. - Ханагаки вытирал рукавами слезы, а вместе с ними и кровь с лица. - Кровь ведь отстирается?.. - тихо спросил, а после услышал мягкий смех Мицуи и слегка покраснел. - Не волнуйся насчет куртки, я подошью её и отстираю, будет как новая. - Нет! То есть, не надо. Я и так доставил хлопот, я все сделаю сам. И отнесу в ателье, не стоит... - Такемичи опустил взгляд, наблюдая за движениями Мицуи, который складывал куртку, убирая её в сторону. - Оскорбляешь меня, Такемичи. Ты думаешь, что я не справлюсь с этим? - Мицуя честно не мог промолчать, не подкалывая Такемичи. Второй, в свою очередь, уставился на Такаши, а после начал активно жестикулировать, отрицая слова Мицуи. Старший тихо рассмеялая, наблюдая как Ханагаки слегка поморщился от боли. - Я пошутил, Такемичи. Ты защитил честь Тосвы, причем в одиночку, и не позволил тем идиотам разгромить святилище. Реставрация куртки - это наименьшее, что я могу сделать для тебя после этого. Мицуя снял с Такемичи рубашку, влажной тряпкой вытирая кровь с тела. От нежных и аккуратных движений парня, Такемичи невольно покраснел, стараясь смотреть куда угодно, но не на Такаши. Закончив с телом, наложив пару бинтов и обработав раны, Мицуя приступил к лицу Такемичи. Промыв уже новую тряпку в теплой воде Такаши немного подождал, прежде чем приступить к обработке ран. Вздохнув, Мицуя повернулся к Такемичи, улыбаясь ему и сообщая о том, что теперь нужно позаботиться и о лице. Такемичи сел на край кровати, а хозяин комнаты встал перед ним. Сначала он аккуратно вытер лицо. Смущаясь от такой близости, Такемичи зажмурился и почти не дышал. После Мицуя обработал раны и кое-где прилепил пластыри, мелкие царапины были по всему лицу, их он также обработал, но приклеить туда что-либо не было возможным, да и не особо нужным. - Такемичи, можешь дышать. - после этих слов Ханагаки и сам заметил, что не дышит. Мицуя рассмеялся. Неловко угукнув, он наконец выдохнул. - Вот и все. Переломов нет, тебя много били по лицу, поэтому будет отек и много синяков. На руке небольшое ножевое ранение, слава Камисаме оно не глубокое. По всему торсу царапины и синяки... Мицуя тяжело вздохнул. Ему было больно смотреть на избитого Такемичи. Каждый раз, после каждого боя, видя, как больно Ханагаки, видя как его избили, сердце Такаши обливалось кровью. Он почувствовал это после Кровавого Хеллоуина. После того происшествия, Мицуя начал чаще обращать внимание на Такемичи. Его хотелось обнять и оградить от всего жестокого. И вообще, этот мир не достоин прекрасного, доброго, наивного, до жути милого и открытого Такемичи. Это он, он сам заслуживает весь мир. Некоторое время Мицуя молча осматривал Такемичи, отчего тот покраснел. Такаши улыбнулся, кладя руку на голову блондина и взъерошивая волосы. - Спасибо.. - Не стоит. Такемичи резко встал, его взгляд снова был открытым, хоть в них и виднелось отчетливо что-то иное, что Мицуя не мог разобрать, что не было свойственно всего яркому Такемичи. - Я.. - тихо начал Ханагаки. - Я должен сделать многое. Я сам это решил. И теперь... Сегодня я понял, что я... Я жуткий слабак. Все, что я могу - это не сдаваться. Я не умею драться так как Майки или Дракен, или как ты, Мицуя-кун. Но... Я должен всех защитить, понимаешь? Я обязан! - снова голос Такемичи начал дрожать. - Я хочу видеть их счастливые улыбки. Есть то, что я не могу сказать никому. Даже тебе. Но.. Мицуя его перебил, закрывая его рот рукой. Такемичи немного удивленно посмотрел на Такаши, чья рука уже не закрывала его рот, а вытирала скатывающиеся из голубых глаз слезы. - На твоих плечах многое, Такемичи, но ты не обязан нести эту ношу один. У тебя есть друзья, у тебя есть Тосва. В любой момент, независимо от ситуации, независимо от погоды или настроения, они всегда готовы прийти на помощь. И я тоже. В любое время, Такемичи. Майки и ребята не оставят эту ситуацию без внимания, с теми, кто на тебя напал, обязательно разберутся...Ты очень дорог для нас, ты очень дорог.. - пару секунд молчания, вздох и улыбка. - Для меня. Ты очень дорог для меня. Пока Мицуя говорил, Такемичи молча слушал, его плечи дрожали, он пытался вытереть слезы и успокоиться, но вместо этого начал плакать сильнее. - Мицуя-кун.. - Какой же ты плакса. - нежно сказал парень. Вместо лишних слов, Ханагаки обнял Такаши, прижимаясь лбом к его плечу. Никакие слова тут не были уместны. Благодарное молчание делало атмосферу ещё приятнее. Неловкости между ними, как когда Мицуя обрабатывал раны Такемичи, не было как таковой. - Мицуя-кун, ты прямо как старший брат.. - Такемичи усмехнулся. - Старший.. Брат? - Мицуя, рассчитывающий на нечто иное, неловко улыбнулся. - "Надеюсь это изменится." - пронеслось у него в мыслях, отчего он сам слегка покраснел. Вскоре Такемичи успокоился, его плечи не дрожали, а дыхание наконец выровнялось. Поглаживания Мицуи по спине очень успокаивали. Такемичи хотел сказать что-то, отстраняясь от Такаши, но наступил на нечто круглое, падая назад, на кровать, и утягивая за собой Мицую. Секунда, и оба были повалены на кровать. Мицуя, будучи сверху, резко встал, спохватившись, ведь он упал на Такемичи, на котором было много ран. Ханагаки заметно поморщился, а потом сильно, очень сильно покраснел, глядя на Мицую, нависшего над ним. Они несколько секунд вот так смотрели друг на друга. Мицуя заметил, какой же Такемичи все-таки красивый в лунном свете. Такемичи отметил для себя, что Мицуя выглядит очень взросло и вообще, он чертовски прекрасный. - Аа... Ох, прости, Такемичи. Прости. - он резко встал, отворачиваясь и краснея. Повернувшись, он заметил чей-то взгляд из-за двери. Черт. - Луна! - он не успел объясниться. - Маамааааа, а там Нии-чан с каким-то мальчиком без одежды.. - продолжение они не услышали, младшая сестра уже убежала в комнату матери. Такемичи, привстав на локтях, удивленно посмотрел на Мицую, который стоял приоткрыв рот и смотря на открытую дверь. - Вот черт... - он закрыл глаза рукой, присаживаясь на край кровати. Смущенный до жути Ханагаки надел футболку, любезно предоставленную ему хозяином комнаты. - Я случайно, извини.. - Это моя вина, мне стоило убрать этот моток ниток на место сразу.. - Мицуя вспомнил, как шил что-то сидя на полу. - Ах.. Надеюсь мама поверит моему объяснению.. Точно, ему же ещё перед ней нужно будет объясниться. Ну, зато он сразу познакомит Такемичи с матерью. Так, заранее. Он ей обязательно понравится. Мицуя в этом уверен. Оба смущенно отводили глаза, пытаясь не встретиться взглядами. Бабочки в животе порхали, щеки горели, а улыбка не сходила с лица у обоих. Неловкие, но такие счастливые.