Глушь наших льдов.

Любовь и ненависть ,вы рядом. Две крайности, как день и ночь. Одна манит лукавым взглядом, Другая в гневе гонит прочь. Одна горда и неприступна, Как вечной крепости скала. Другая, в сущности, распутна. Безумна в страсти и вольна.

Шепот, боже мой, он звенел в ушах так, будто бы был криком банши. И от него никуда не спрячешься, черт возьми, она ведь итак уши подушкой затыкает. Ивет распахивает глаза, переворачиваясь на спину и расслабляя ладони, с силой сжимающие светлую ткань наволочки. Шепот не прекращается, только звучит теперь чуть более реально да и тише намного, ну конечно, это её новые сожительницы обсуждают вчерашний день, ведь судя по адской боли в голове брюнетки, им есть что обсудить. Мозги будто измельчили погружным блендером, а череп истолкли в ступке. Девушка отодвигает полог кровати и встает на совершенно ватные ноги, тут же ловя на себе заинтересованные взгляды. Берет в руки прозрачный стакан и осознает что палочки в руке нет. Чёрт! В пару шагов преодолевает расстояние до кровати и хватая тонкое древко в руки. —Агуаменти! — Хрипло шепчет заклинание, вслушиваясь в подавленный смешок со стороны однокурсниц. Прохлада обжигает пищевод а в голове как по приказу начинают проявляться события вчерашнего дня.

***

Девушка закусывает губу, решаясь на принятие так сказать "комплимента" от дружелюбного Нотта. Теодор склоняет кучерявую голову набок, ожидая её ответа. — Я вообще то не пью... — Он добродушно ухмыляется. — Да ладно тебе, мы же на вечеринке, а не на утреннике в детском саду. — Ивет лукаво прищуривается. А затем, изобразив полнейшее разочарование: — Неужели по вашему, непьющий человек - ребенок? Мне казалось вы, мистер Нотт, сообразительнее. — Она делает изящный реверанс, собираясь уйти, однако Теодор останавливает её, легким касанием. — Что вы, мисс Грозда! Я лишь имел ввиду, что не позволю вам скучать, глядя на веселящихся однокурсников. — Всё ясно. Мальчик решительно настроен на её компанию сегодняшней ночью. Что ж, не стоит разочаровывать его раньше времени. Ивет обворожительно улыбается. Говорят это слизеринцы - превосходные манипуляторы, а тут какая-то шальная девка со стороны вертит ими как хочет. — Так на много лучше мистер...— Парень не дает ей закончить, перебивая самым наглым образом. — Для вас просто Тео. — Как мило, мы так быстро перешли на ты? Успевает только подумать брюнетка, прежде чем с её языка слетает: — Хорошо, Тео, давайте сюда этот чертов бокал! — Его безупречное лицо тут же вытягивается в удивлении, какой триумф за этот вечер она сейчас будет отмечать? Пятый? Шестой? — Как скажете, моя госпожа. — Он кланяется в пол, прежде чем снять с подноса один из стеклянных фужеров. — Прошу вас, просто Ивет.

***

Брюнетка подносит руки к лицу, смахивая с щёк резко подступившие к глазам слёзы. Весь мир плывет, будто бы она видит его в калейдоскопе. Что этот урод подмешал ей в коктейль? В памяти настойчиво всплывают картинки недавнего времени. Только не сейчас, пожалуйста, только не сейчас. — Ивет? — Прошу меня извинить, Тео. Но мне пора. — Он сводит брови, а его губы превращаются в тонкую полоску. Чего и следовало ожидать. — Конечно, как скажешь. — Мрачно отвечает он. Ивет поправляет растрепавшиеся волосы и встает, направляясь в сторону общей ванной. — Подожди! — Ну спохватился! Думает девушка и резко разворачивается, обращая к нему надменный взгляд. — М-м, пообещай что мы ещё пообщаемся? — Неуверенно и смущённо произносит он. А Ивет задумчиво кивая направляется в ванную комнату.

***

Прохладный ветер треплет волосы, снова, должно быть так приятно, так хорошо после душной гостиной слизерина. Но не для неё. Тонкие пальцы крепко впиваются в перила, стараясь удержать тело на площадке Астрономической башни. А душа рвется вниз, об камни. До изломанных костей и плоти в кровь, что бы умереть в полёте. — К чёрту всё! — Уверенно перекидывает ногу через борт. — Пускай я буду перед ними виноватой! — Дрожащий голос и уже вторая нога стоит на краю. — Пускай! — Перила выскальзывают из изящных рук. — Но я не смогу жить в этом мире без них! — Слёзы катятся из глаз, а звуки получаются уже какими то чересчур уродливыми. Ивет уверенно делает шаг вперед. Так, как давно хотела, без сожалений, без страха, без замешательств, но... Чьи то сильные руки хватают её за талию дёргая вверх, а потом она чувствует как падает на деревянный пол всё той же проклятой башни. В недоумении распахивает глаза, уставившись на тёмную, мужскую фигуру и на пару мгновений забывает обо всём, видя перед собой отца, сильно помолодевшего, с морозным румянцем на щеках и кончике носа, так близко...Живого... — Ты что совсем больная? — Почти обыденно интересуется блондин. И по телу Ивет рассыпается бодрящая дрожь - это не он. — Какая тебе разница, жива я или мертва? Мы знакомы меньше суток. — Резко выплёвывает девушка поднимаясь на одних руках и усаживается на колени, глядя прямо в холодные глаза. Драко Малфой усмехается и тоже опускается на пол. — Послушай, Грозда, что бы там ни было, это не повод вот так вот обрывать свой жизненный цикл. Что напишут на твоей могильной плите? Прыгнула с Астрономической башне, сдавшись и не выдержав напора судьбы? — Глаза девушки округляются - да как он смеет раздавать ей советы?! — Не повод? А что тогда повод? А ну ка расскажи, мне очень интересна твоя точка зрения! — юноша напротив угрюмо вздыхает, осознавая неконтактность Ивет и надо же! Открывает рот для ответа. — Я думаю, — Смеет говорить Драко Малфой. — ничего не стоит нашей смерти. Нужно просто найти в себе силы и... — Найти силы! Слушай, из тебя бы вышел отличный психолог, только прошу тебя, иди и потренируйся на ком-нибудь другом. А я не собираюсь искать в себе силы, и слушать твои никчёмные нотации, так что ты можешь просто уйти сейчас? — Он не движется с места. — Ну конечно. Спасибо. — Горько усмехается, а после замолкает. Не смея прервать зрительный контакт и глотая подступающие слезы. Малфой тоже молчит. Молчит потому что понял, говорить безрассудно, глупо, бессмысленно. Поэтому молчит, молчит вот уже минут десять, а она смотрит. Смотрит в его глаза, всё больше напоминающие что-то родное, тёплое и они больше не кажутся ей чем-то ужасным, чем-то запретным и колким. И поэтому она целует его. Просто берет и целует. Так нежно, так трепетно, словно он - свежий глоток воздуха на дне океана, словно он - свет в безлунной ночи. Ивет робко прикасается мягкими губами к его и он отвечает, сразу, без единого сомнения, осторожно, мягко. И весь мир растворяется, отключается, на эти несколько таких коротких, но в то же время таких длинных секунд. А потом она уходит, уходит так же быстро, как появился он. Оставляя его посреди ночной тишины, наедине с бурей таких непривычных и давно забытых эмоций. Просто взяла и бросила его там, не сказав ни слова. Взяла и ушла. Что за ненормальная?! Драко Малфой сжимает простыню, лёжа на смятой постели. Он почти забыл как Паркинсон уводила его в комнату; как он приказал Гойлу присматривать за этой странной новенькой; обнаженное тело Пэнси ; и как впервые отказал ей отправив спать. Но он никак не мог забыть вкус этих чертовых губ, так нагло ворвавшихся в его жизнь. Её касания, её запах черники и хвойного леса, и волосы - угольно черные, запутавшиеся в его пальцах. Её слезы на розовых щеках и синие глаза, невероятно большие. А потом пустота. Ещё большая пустота теперь. Что эта дрянь с ним сделала?! Он смотрит на правое запястье, наручные часы доставшиеся ему от отца показывают ровно семь. Грёбаные семь часов утра, а он так и не уснул. Может он просто не протрезвел? Парень медленно поднимается с кровати, в голове будто бьют колокола. Босыми ногами шлёпает к двери в ванную и встаёт под холодный душ. Он ненавидит её. Ненавидит потому что она взяла и так нагло переступила все его личные границы, посмела дерзить ему. Не-на-ви-дит. Что у нее за имя вообще такое дурацкое? Ивет. Смотрит в зеркало, пока выводит палочкой знакомые движения. Чары красоты наложены, волосы высушены, черный костюм сидит как влитой. На часах без пятнадцати восемь.

***

— Эй, Грозда! — Ивет даже не оборачивается слыша позади знакомый голос. — Грозда, я с тобой разговариваю. — Продолжает уверенно идти вперёд, кто он такой что бы ей приказывать? Когда Драко Малфой хватает её за запястье левой руки, чувствует острую боль, как от ожога. — Я больше не позволю так ко мне прикасаться и не важно будет то Поттер, или вы Малфой. — Всё-таки останавливается и выжидающе смотрит в серые глаза. — Ты совсем больная? — Говорит он дуя на обожженную ладонь. Ивет вскидывает брови. — Нет, это всего лишь банальная защита. А это, я слышала, твоё любимое хобби, оскорблять людей? — Она слишком расчетлива, слишком холодна и он не может различить на её лице ни единой эмоции. — Нам нужно поговорить. — Она не двигается с места. — Не здесь.. — Оценивающе вглядывается в его лицо, создавая иллюзию недоверия, после чего медленно кивает. — Пойдем. Они быстро движутся по коридорам замка. Пересекая всё новые и новые повороты. Слизеринский принц видимо превелико уверен в себе, раз решил отойти так далеко от толпы. — Обязательно было тащиться в такую даль? Почему нельзя было разъяснить все на... — Договорить она не успевает. Парень толкает её к стене, одной рукой держа за горло. Выражение его лица меняется так стремительно, что на секунду Ивет теряется в пространстве. — Слушай сюда, Ивет Грозда. Я не знаю кто ты, что ты здесь делаешь и зачем вчера устроила весь этот цирк. Но я не намерен терпеть твои выходки и если ты хоть слово скажешь об этом в нашем кругу, я... — Она не даёт ему договорить и с легким нажимом уперев руки в его живот мысленно произносит простенькое проклятие. Скорчившись и схватившись за живот Малфой младший падает на колени. Издавая болезненные стоны. — А теперь слушай сюда ты, жалкое подобие отпрыска аристократического рода. Я не собираюсь с тобой нянчится и слушать твои никчёмные угрозы. Ты раздражаешь меня с самого начала, будто специально действуешь на нервы, крушишь все планы, пялишься на меня так, будто я убила всю твою семью! Но раз уж мы пришли сюда, дабы поговорить о вчерашнем... Я перебрала, по собственной глупости взяв у Нотта этот коктейль, — А Теодор неплох, — Хрипит Малфой, задыхаясь от боли. —О да, ты прав! У этого паренька явно были все шансы поиметь той ночью какую-нибудь из ваших слизеринских шлюх, например... Пэнси Паркинсон... Да, твоя девчонка как оказалось теперь не только твоя, Малфой! Забавно, не правда ли? — Зашипела брюнетка сжимая левую руку в кулак и одновременно накладывая правой заглушающие чары. Крик Малфоя резанул по ушам, заставляя барабанные перепонки сжаться, а адреналину новой волной разойтись по плоти. — Но нам нужно кое-что прояснить. Я не собираюсь с тобой церемониться и то что произошло вчера, ничто иное, как выплеск эмоций, свойственный каждому из нас. Хочу напомнить, ты был вовсе не против, а может...тебе даже...понравилось? — Юноша на полу издал что то отдалённо напоминающее слово, пытаясь сквозь боль выдавить из себя отрицательный ответ. — Невероятно, просто невероятно! — Опустив руку, она уверенно зашагала по пустому коридору. Оставив свою жертву отходить в одиночестве. Но в десятке метров от поворота резко остановилась. — И даже не пытайся найти что-нибудь на меня. Или ты об этом очень сильно пожалеешь, Драко Малфой. — Больная сука... — Хрипит блондин после того как она скрывается за углом, отхаркивая кровь. — Твою мать.

***

Девушка входит в большой зал вдыхая многочисленные ароматы. Окидывает глазами слизеринский стол, тут же замечая две знакомые макушки. Что ж, за те три дня что она здесь, пара-тройка знакомых - уже большой прогресс. Рассуждает девушка подходя к полу-пустым скамейкам. Как она уже поняла, большая часть Хогвартса предпочитает поспать подольше. Ей это кстати говоря только на руку, хотя бы на завтраке количество лишних ушей приближается к нулю. Две небрежные косы ударяются о её спину, вторя каждому шагу Ивет. Брюнетка приземляется на скамейку рядом с Асторией, паралельно кивая Теодору Нотту. Нельзя не отметить - он оказался весьма приятным молодым человеком и кажется довольно смышленым. Как раз те качества которые ей нужны.

***

Сидя за библиотечным столом Ивет без зазрения совести флиртует с очередным слизеринцем. Худощавый брюнет неприятной внешности мило общается с этой странной новенькой. Она явно не так проста, какой старается казаться для всех. Решил юноша, прекрасно зная, что проклятия, которые она использовала во время их перепалки, вовсе не входят в программу Дурмстранга. Ведь несмотря на предостережения девчонки, больше походившие на угрозы, он всё таки кое-что проверил. И вот сверля её спину с двумя смольными косичками губительным взглядом уже около получаса, наконец-то быстрыми шагами приближается к столу. — Развлекаетесь? — Интересуется он с явно поддельным интересом. — Увидимся позже, мистер Флинт — мило улыбается собеседнику и схватив стопку книг взлетает со стула. — Куда же вы, мисс Грозда? — Наигранно восклицает белобрысый юноша у неё за спиной, широкими шагами приближаясь к хрупкой фигуре впереди. — Или я настолько напугал вас? — Усмехается подлец, отлично зная, что она не посмеет ответить ему здесь. Догоняет и хватает за локоть прямо на выходе из дверей читального зала. Ивет делает рукой знакомое движение, затем ещё одно, пока ему неизвестное и выражение её лица сменяется как по щелчку пальцев. — Что это за спектакль?! — Будь она драконом, то обязательно спалила бы его, одним своим дыханием. Но всё что она может себе позволить на территории этой проклятой школы, это только сверлить Драко Малфоя жгучим взглядом. — Послушай, мальчик, если тебе нечем заняться, то иди и по выслеживай кого-нибудь другого, а меня оставь в покое! — Он широко улыбается. — Ну что ты, я просто переживаю за тебя, вдруг ты опять решишь спрыгнуть с Астрономической башни! — Девушка четким движением достает из кармана тисовое древко, направляя на блондинистого юношу перед собой. — Ну давай, убей меня! — Смеётся ей в лицо, слишком уж он догадлив, думает девушка и взмахом палочки подвешивает парня за шею совсем не далеко от земли. — Итак, послушай сюда, снова. Мне очень не хочется копаться в твоей памяти, да и увидеть там что нибудь свойственное мальчишке твоего возраста тоже не кажется мне привлекательным. Так что давай договоримся как здравомыслящие люди. Об этом, и других произошедших со мной инцидентах не узнает никто в школе, а я оставлю тебя в живых. — Уже покрасневший от нехватки кислорода юноша, будто болванчик кивает головой, стараясь освободить дыхательные пути от невидимого барьера. — Вот и славно. — Девушка опускает палочку и резко обернувшись устремляется вглубь коридоров Хогвартса. Глубоко дыша, Малфой опирается о стену, слушая размеренный стук её каблуков об пол, она даже ходит идеально. Пресвятой Салазар! Заполнила разум, вытеснив из него всё, что оставалось от разумного мышления, этим своим чертовым поцелуем. И даже теперь, причинив боль, никак не уйдешь, каждый раз возвращаясь ночью. Ведь пытки в твоём исполнении это нечто особенное. Блондин мысленно посылает ей в спину самые жуткие проклятия из всех что знает, однако они всё же не долетают до хрупких плечей, разбиваясь о стену где-то по близости. — Что творится в твоей голове, грёбаный слабак!