Быть старшим братом

«Аппарат абонента выключен или…» — Ран нахмурился и в задумчивости нажал на кнопку сброса. Риндо не отвечал уже два часа, это было странно, даже очень. Обычно он так не делал, всегда был на связи — мало ли что могло случиться. Но теперь все это заставляло Рана волноваться, хотя его брат давно перестал быть ребенком. Но это не значило, что за него не стоило беспокоиться. Быстрыми движениями собирая со стола кучи бумаг, Ран продолжал раздумывать, где бы Риндо мог быть. Предположений было немало, но одно явно выделялось на фоне остальных, хотя думать об этом Рану было не слишком-то приятно. Но первым делом он решил наведаться в клуб, который крышевал Санзу. Этот обдолбыш слишком часто терся возле его брата. А что у него на уме даже представить было страшно. Вообще Санзу с самого начала проявлял к Риндо какой-то ненормальный интерес. Такой же ненормальный, как и все в нем, впрочем. Ран нахмурился, спеша к машине. Риндо не особо рад был таким знакам внимания, смотрел на Санзу скорее как на какую-то забавную зверушку. Глупый Риндо, Ран-то с первого взгляда на этого парня понял, что он двинутый на всю голову. И любые знаки внимания с его стороны были опасны. Но Риндо на его предупреждения мало обращал внимания. Говорил, чтобы он лишний раз не парился, что Риндо и сам себя если уж что защитить сможет. Ран старался сохранять спокойный вид, но внутри у него все просто вскипало. Не только когда Санзу показывался рядом, но и когда Риндо позволял себе так обесценивать его слова. Взрослый стал, вы только посмотрите. Стуча пальцами по рулю, Ран решил, что сейчас разберется со всем раз и навсегда. Непонятно почему, но он был так уверен, что найдет Риндо именно там, а рядом с ним обязательно будет этот псих. Хотелось ошибаться, но что-то подсказывало, что так и будет. И, самое тупое, Риндо реально мог повестись на какую-нибудь глупую провокацию и натворить хуйни. И за это дать бы ему как следует по жопе, только вот в этом его уже могли опередить. — Что я за параноик, — выдохнул Ран в пустоту и попытался себя успокоить. Но если кто-то, хоть кто-нибудь обидит Риндо — он покойник. Это уже было решено. Конечно, они с Санзу вроде как были в одной группировке и подчинялись одному человеку. Это означало, что любые конфликты между ними могли караться очень строго, но Рану было уже плевать. К тому же, влияния у него было в разы больше, чем у какого-то клоуна-наркомана, поэтому он был уверен, что выкрутится в случае чего. Здесь только тупой не знал, что если с одним братом Хайтани что-то случится — второй придет на разборки. И тогда уже никто не будет смотреть ни на статусы, ни на отношения, ни на прочую чепуху. С этими мыслями Ран летел к клубу, с каменным лицом игнорируя все знаки ограничения скорости. И надеялся, что успеет. Что-то внутри просто орало, что нужно поторопиться. И он точно так же влетел в клуб, полагаясь на предчувствие, потому что их связь с Риндо была особенной, слишком глубокой, и это значило, что к внутреннему голосу следовало прислушаться. И, черт возьми, все было не зря, не зря он спешил. Потому что, быстрым и уверенным шагом приближаясь к барной стойке, он вдруг на секунду ошеломленно замер. Он увидел, что в самой дальней ее части сидел Риндо, как-то странно опустив голову и плечи, а рядом, близко-близко был Санзу. Касался своими мерзкими пальцами его волос, пытаясь убрать их с лица, а потом… Зажимая между зубами странную таблетку, он потянулся к Риндо за поцелуем. Ран почувствовал, что ему сносит крышу, что кровь от бешенства закипает. Он рванул с места, но язык Санзу уже проник в рот Риндо, передавая ему эту сраную таблетку. — Я тебя прикончу, — не своим голосом отчеканил Ран, за плечо резко разворачивая еще ничего не подозревающего Санзу к себе. Тот удивленно приподнял брови и открыл рот, чтобы что-то сказать, но не успел. Сильный удар прилетел прямо в скулу, и все еще растерянный Харучие полетел со стула. Но Рану было не до него, он быстро, прежде чем успел подумать, схватил Риндо за подбородок и надавил на скулы. — Выплевывай, сейчас же! — строго потребовал он, чувствуя, как сердце от беспокойства стучит где-то в горле. — Риндо! Ты же не проглотил эту дрянь? Риндо был в полнейшем неадеквате. И как он вообще умудрился так напиться? Ран чувствовал, что просто невероятно зол, но от этого не было толка, они потом поговорят. Прямо сейчас было куда важнее не допустить, чтобы таблетка оказала хоть какое-то влияние на его организм. Риндо послушно открыл рот и зачем-то даже язык высунул. Ран повертел его головой и с досадой обнаружил, что никакой таблетки там уже не было. — Что это? — он подлетел к Санзу, который как раз поднялся с пола, придирчиво отряхивая свои штаны. — Что ты ему дал?! Отвечай, или прямо сейчас тебя на части разорву. Последняя фраза прозвучала очень даже устрашающе. Но Санзу только улыбнулся, пожалуй слишком широко, и сверкнул сумасшедшими глазами. — Ничего такого, просто таблеточка… чтобы он расслабился. Ран видел, что Санзу тоже был не в адеквате. Разговоры были бесполезны. Поэтому он со всей силы снова ударил его под шокированные возгласы окружающих их людей и с отвращением отшвырнул. Позже разберется с этим психом, никуда он от него не денется. Важнее в тысячу раз был Риндо, к которому он тут же поспешил. Он затащил его в туалет. Не сказать, что это было легко, потому что ноги Риндо и не шли толком. Но, в конце концов, Ран все-таки дотащил его до раковины, включил воду и заставил наклониться. — Риндо, надо выплюнуть, — сказал он уже чуть мягче (будто сейчас это имело значение) и аккуратно собрал его волосы одной рукой. — Ч..что… — Риндо уперся ладонями в белые бортики раковины и, судя по всему, пытался хоть что-то сообразить. Ран терпеливо выдохнул и надавил на затылок брата, заставляя наклониться. Потянулся другой рукой к его лицу и требовательно коснулся пальцами губ. Риндо попытался что-то пробормотать протестующе, и Ран воспользовался этим. Просунул два пальца ему в рот, пытаясь разбудить рвотный рефлекс. Риндо тут же замычал и дернулся, Ран от неожиданности даже его волосы отпустил и вцепился пальцами в шею, не давая отстраниться. Попытался еще раз, более решительно, и Риндо даже немного закашлялся, но на этом все. Его не вырвало и после следующей попытки, и после еще одной. — Проклятье, — выплюнул Ран сквозь зубы, чувствуя злость на Санзу и тупую досаду из-за глупости самого Риндо. — И что мне с тобой делать? Он решил, что дома позвонит знакомому доктору и проконсультируется с ним. Харучие был конченым, но все-таки убивать или как-то травмировать Риндо он явно не хотел. Так что Ран дотащил брата до машины (кстати, подмечая, что этого говнюка Санзу и след простыл) и повез домой. Риндо в полной прострации откинулся на спинку сидения и закрыл глаза. — Чем ты думал, идиота кусок? — вырвалось у Рана на эмоциях, хотя он абсолютно точно понимал, что любые разговоры сейчас были бесполезны. — Твою ж… Он замолчал, напряженно всматриваясь в дорогу и размышляя о том, что будет, когда эта чертова таблетка подействует. Если с братом случится хоть что-то — он этот клуб к чертям разнесет. А Харучие закопает в ближайшем лесу, лично перед этим оторвав его тупую бошку. Беспокойство росло в груди, и Ран постоянно поглядывал на Риндо. Тот шумно дышал, веки подрагивали, и то ли он так беспокойно уснул, то ли просто сидел с закрытыми глазами. Но каждый раз, когда Ран чуть обеспокоенно звал его, он отвечал одинаковым мычанием. Они доехали до дома довольно быстро. Ран заглушил двигатель и повернулся к брату, который все-таки, судя по всему, задремал. В уголке рта блестела слюна, щеки были подозрительно красные. Ран быстрым движением вытер губы Риндо и обеспокоенно прижал ладонь к его лбу. Горячий и влажный, вот же… — Риндо, — позвал он, аккуратно тормоша его за плечо, — просыпайся. Риндо коротко и недовольно застонал, но все-таки разлепил веки, а потом посмотрел на Рана какими-то ненормальными, будто затуманенными глазами. Протянул к нему руки и слабо вцепился в пиджак. Ран не понимал, что он хотел этим сказать, поэтому поспешил мягко убрать от себя его руки и выйти из машины. Чтобы так же торопливо открыть дверь со стороны Риндо и помочь ему выйти. — Ох и получишь ты завтра, — бормотал он себе под нос под невнятные звуки, издаваемые его братом. — Даже ногами еле шевелишь, чем ты только думал… Добрались до дома они с большим трудом, потому что Риндо пару раз споткнулся и чуть не врезался в стеклянную дверь, видимо, совсем не замечая там стекла. Ран выдыхал, пытаясь успокоиться, но вся эта ситуация все больше и больше выводила из себя. Он даже задумался, а была ли эта таблетка единственной… может, Санзу успел скормить этому балбесу еще что-то? Иначе почему ж он такой невменяемый? Сам бы Риндо очень вряд ли стал допиваться до такого состояния. С горем пополам затащив брата, Ран запер дверь и тяжело выдохнул. Нужно было уложить его и позвонить доктору на всякий случай. Нельзя было просто так полагаться на то, что воздействие таблетки не повредит его организму. Пару раз ругнувшись про себя, Ран собрался и, крепко держа Риндо за плечи, повел его к спальне. Риндо что-то бормотал, но слов было не разобрать. Наконец, когда его все-таки удалось усадить на кровать, он принялся стягивать с себя пиджак. Но, судя по движениям, ему едва хватало на это сил. — Что за черт, — Ран нахмурился и помог ему. Но этого оказалось мало, Риндо начал своими одеревеневшими пальцами цепляться за пуговицы рубашки. Безуспешно, этот уровень уже был точно не для того состояния, в котором он находился. Видимо, сдавшись, он жалобно проскулил что-то и потянулся к Рану. — Братишка-а-а, — протянул он каким-то плаксиво-детским голосом — наконец можно было различить, что он говорил. — Ближе… Ран непонимающе взглянул на него и на всякий случай решил расстегнуть пару верхних пуговиц его рубашки. Вдруг из-за них ему было дискомфортно… Он потянулся к воротнику, но Риндо вдруг подался вперед, чуть ли не падая на него, и мазнул губами по щеке. Ран замер, пытаясь понять, какого черта это было, и Риндо воспользовался ситуацией. Он как-то торопливо и отчаянно коснулся губ Рана своими сухими горящими губами и тут же грубо и нагло скользнул языком в его рот. Ситуация, судя по всему, продолжала усугубляться. Ран решительно надавил ладонью на плечо брата, удерживая его и немного отстраняя от себя, а потом коснулся пальцами подбородка и разорвал этот нелепый, но такой отчаянный поцелуй. — Это еще что такое? — спросил он строго, смотря прямо в покрасневшее лицо. — Б-братик… — снова жалобно протянул Риндо, жалко цепляясь пальцами за его одежду, пытаясь прижаться, коснуться его губами. — Тш-ш-ш, — Ран мягко надавил ему на плечи, заставляя лечь, и наклонился над ним. Он все понял. Какую ж еще хуйню Санзу мог ему дать? Захотел взять и так вот запросто трахнуть невменяемого парня, с которым можно было сейчас что угодно сделать. Ран выпрямился, чувствуя, что только от одних мыслей об этом он приходил в бешенство. Мозг закипал, резко заломило виски, и он чуть надавил на них пальцами. Вот же черт, он прикончит его. Он прикончит этого засранца. Как он вообще посмел?! Бессмертный? Но разве это не было очевидно с самого начала? Или ему настолько не хотелось даже думать о подобном?.. Ран отошел от кровати под протестующие то ли стоны, то ли всхлипы Риндо, и торопливо набрал телефон доктора. И пока он разговаривал с ним, он не сводил со слабо двигающегося на кровати брата обеспокоенного взгляда. Доктор был обязан им кое-чем и пообещал приехать. По описанию он примерно понял, что произошло, и обещал помочь. А еще немного успокоил Рана — сказал, что Риндо обязательно будет в порядке. Тот выдохнул с облегчением и присел на кровать рядом, успокаивающе касаясь горячей щеки брата ладонью. Но это возымело обратный эффект — Риндо начал тереться об руку, желая большего, больше касаний, ощутимее, чаще. Напористый, но беспомощный, как маленький котенок, который изо всех сил ластился к любому уделившему ему внимание. — Жарко, — простонал он слабо. Ран тяжело выдохнул и принялся расстегивать пуговицы его рубашки, чтобы хоть как-то ему помочь. Такой горячий и готовый на все Риндо показался бы ему сексуальным в любой другой день, при любых других обстоятельствах. Но сейчас он никак не мог позволить себе воспользоваться ситуацией. Стараясь не касаться лишний раз разгоряченной кожи, Ран закончил с рубашкой, не снимая ее, просто позволяя прохладному воздуху хоть немного остудить тело Риндо. Тот же постоянно пытался схватить его и прижать к себе. В какой-то момент ему даже удалось перехватить руку Рана и потянуть к своему рту, влажным языком тут же принимаясь с ненормальным усердием жадно скользить по пальцам. Ран замер, но всего на секунду, а потом решительно вырвал руку и отстранился. — Потерпи немного, — сказал он мягко, отсаживаясь подальше, но все-таки не решаясь встать и уйти. — П…пожалуйста… — всхлипнул Риндо, тщетно пытаясь до него дотянуться. — Ран… Ран тяжело выдохнул, стараясь сохранять максимально холодный рассудок, и спокойно (и убедительно) проговорил: — Я не притронусь к тебе, пока ты в таком состоянии. Он взглянул на часы. Минуты в ожидании тянулись так предательски медленно, почти невыносимо. Он не мог просто сидеть и смотреть, как Риндо метался рядом, тяжело дыша и постанывая. Дрожащими пальцами цепляясь за пуговицу штанов. Вот же черт… Если… помочь ему совсем немного? Но он только что сказал, что… Ран торопливо и резко потянулся к ширинке Риндо (боясь, что передумает в любую секунду) и потянул грубую ткань вниз. Может, ему действительно станет хотя бы чуть-чуть легче, если он кончит разок. По крайней мере Ран надеялся на это… Он оттянул резинку белья вниз, высвобождая твердый истекающий смазкой член и почти невесомо скользнул по нему пальцами. Но даже от таких мягких прикосновений Риндо выгнуло, он застонал жалобно и громко. Конечно, этого и стоило ожидать, примерно такой бурной реакции, но Ран все равно удивленно вскинул брови — такого Риндо он определенно еще не видел. В горле запершило, он кашлянул, заодно прогоняя всякие лишние мысли прочь, и сжал член брата уже увереннее. Риндо слабо вцепился ему в запястье дрожащими пальцами. То ли хотел остановить его, то ли наоборот просил не останавливаться. Ран двинул рукой медленно к головке, а затем вниз, размазывая обильно выступившую смазку по всей длине. Теперь все должно было пойти как по маслу. Он даже хмыкнул этой мысли и продолжил все увереннее и торопливее двигать рукой — доктор должен был приехать с минуты на минуту. И он бы точно не понял всего, что увидел бы здесь. С другой стороны, и одного быстрого взгляда на Риндо вполне хватило, чтобы понять, что много ему не надо. И он был совсем не придирчив сейчас, так что Ран торопливо, чуть грубовато даже надрачивал ему, пытаясь игнорировать слишком уж громкие для Риндо стоны и всхлипы. В самом деле, хватило всего нескольких движений, чтобы Риндо затрясло от наслаждения. У него даже слезы в уголках глаз выступили, а еще все губы до крови искусал… Ран смотрел на это сумасшествие, не понимая, что делать. В итоге потянулся за салфетками и вытер сначала брата, потом свою руку. Вообще чтобы описать масштаб происходящего пиздеца, у него не хватало слов. Он напряженно натянул на Риндо белье, а штаны решил снять. Потому что член у Риндо не опадал, и сковывать его штанами снова не хотелось. Ран обреченно выдохнул — бесполезно. Дрочкой обойтись не получится. Он поднялся, чтобы отойти в ванную и вымыть руки, но тут раздался звонок в дверь. Доктор пришел как раз вовремя. Ран бегло описал ему ситуацию, однако в подробности и личности не вдаваясь, сказал, что раздел брата, потому что ему было жарко. Проводив доктора в спальню, он вошел тенью. Почему-то в голове появилась дико странная, но никак не дающая покоя мысль. Этот докторишка же ничего не сделает Риндо? Нужно было проконтролировать это, хотя мысль была глупая до ужаса. Но сегодня он весь день сходил с ума от беспокойства, так что мог простить себе все лезущие в голову глупости. Однако доктор не делал практически ничего, осмотрел, назвал несколько препаратов, которые, скорее всего, могли оказать на Риндо такое действие, и сделал ему какой-то укол. Сказал, что к утру от таких наркотиков в крови почти ничего не остается, так что все должно быть в порядке. Ран выдохнул с облегчением, но всего на несколько минут. Когда доктор ушел, его начало снова донимать беспокойство за брата. Он даже намочил в ванной полотенце и протер ему пылающие щеки. Риндо заснул, но сном очень беспокойным, а Ран так и оставался возле его кровати, и до утра дожил сам не помнил как.