Kiss stories

Ещё совсем раннее утро, но Лена не спит. Сон совершенно не шёл. Белова пролежала в постели несколько часов в попытках уснуть, но в конце концов сдалась и оставила Наташу мирно спать в одиночестве, чтобы не мешать. Была, конечно, надежда, что небольшая прогулка и свежий воздух помогут уснуть, но Фанни отказалась идти куда-либо в такое время, посапывая на своей лежанке, так что оправдать прогулку собакой не получится. Лена натягивает на себя какую-то кофту, кутаясь в ней — на улице ещё совсем темно и от того прохладно. Кажется, даже туман вокруг, но фонари у них не горят, поэтому разглядеть нормально не получается. Проведя так пару минут, Белова сдаётся и уходит в дом — промерзла. Внутри тишина, Наташа спит в спальне, Фанни сопит в гостиной, а Лена совершенно не знает чем себя занять. Спать совсем не хочется. Когда начинает светлеть, перебирается на кухню, чтобы сделать себе чай. Всё ещё кутается в старую большую кофту, наверняка одна из тех, что Наташа привезла, чтобы оставить здесь, потому что больше не носит. Когда чайник закипает, наливает кипяток в кружку, закидывает заварку и глазами ищет что-нибудь к чаю, но ничего не находит и разочарованно вздыхает. Неужели они уже успели съесть всё сладкое? Сколько они уже тут? Пару недель? А в магазин за это время выбрались лишь дважды — в день прибытия, потому что в доме не было абсолютно ничего, а жить как-то нужно было, и в прошлое воскресенье. Сегодня пятница. Лена вздыхает. Пить чай просто так не хочется, поэтому лезет в холодильник. Старательно игнорирует колбасу и сыр — ещё слишком рано и есть не хочется — но натыкается на яйца и молоко. Пару секунд над чем-то размышляет, а после решительно достаёт их из холодильника, выкладывает на стол, добавив в эту кучу сахар, корицу и миску, в которой планировала всё смешать. Если ничего сладкого дома нет, надо это сладкое приготовить. Решительно достаёт несколько яблок и пытается вспомнить рецепт. Нужно ли добавлять молоко в шарлотку вообще не уверена, но решает, что лучше уж рискнуть, чем не сделать этого и потом жалеть, что ничего не получилось. Смешивает все ингредиенты, нарезает яблоки и периодически между делом попивает уже немного остывший чай. С готовкой у Лены так себе, выпечкой вообще занимается чуть ли не в первый раз, но очень уж загорелась сейчас идеей, к тому же, получится неплохой завтрак к тому времени, когда Наташа проснётся. Переливает тесто в форму, добавляет яблоки и совсем немного корицы, после отправляя всё в духовку. Остаётся только ждать. За окном уже стремительно светлеет, но по-прежнему прохладно, особо остро это чувствуется на кухне, где почему-то продувает окно. Лена невольно задумывается над тем, как холодно здесь будет зимой. «Мы здесь на пару месяцев, чтобы переждать в безопасности, какая зима» — напоминает сама себе о том, что в скором времени им вновь придётся сменить местонахождение. Чтобы не думать о подобном, решает заняться пока посудой, и где-то на краю сознания появляется мысль о том, что Мелина, наверное, была бы сейчас в шоке. И дело даже не в том, что она бы узнала об их отношениях, нет. Белова больше, чем уверена, что старшую Вдову больше всего поразил бы тот факт, что Лена готовит, а тем более добровольно моет за собой посуду, которую испачкала. За всеми этими мыслями и мытьем посуды совсем не замечает, как просыпается Наташа. Романофф выглядит совсем сонной, но такой очаровательной. Сонно обнимает Лену со спины и только после этого решается что-то спросить. — Кто тебя покусал, что ты решила перемыть посуду? — целует в щеку и голову устраивается на ее плече, продолжая обнимать. — А кто покусал тебя, что ты целуешь меня с самого утра? — парирует в ответ Елена, но не может не улыбаться. — Я рано проснулась, решила попить чай, а сладкое закончилось, пришлось импровизировать. — объясняется. — К тому же, это отличный завтрак. — Сейчас наш завтрак сгорит, кажется. — тихо усмехается Наташа, сделав пару показательные вдохов носом. Лену приходится отпустить от себя, поскольку Белова тут же хватает полотенце и бежит спасать шарлотку, оставленную в духовке. — Твою мать! — успевает вытащить форму до того, как её содержимое окончательно превратится в уголь. — Ну, не так уж и плохо, котенок. — усмехается Наташа, оценив ситуацию. — Зато внутри точно не сырая. Лена фыркает в ответ и глаза закатывает. А после достаёт из шкафчика сахарную пудру, смешивает ее с корицей и щедро посыпает сверху. — Ничего и не видно. — деловито отвечает и достаёт ещё кружку, уже для Наташи. — Ты молодец. — соглашается Романофф и вновь ловит младшую в свои объятия, принимаясь зацеловывать в обе щеки. — Садись давай, пробовать будешь. — лениво отбивается от поцелуев Лена. — Буду, куда я денусь. — соглашается Наташа и всё же успевает украсть хотя бы один полноценный поцелуй, чему невероятно рада. Шарлотка оказывается даже вкусной, правда для этого приходится немного срезать сгоревшие края. А Наташа добавляет в список продуктов чуть больше сладкого.