Cagna rossa

      — Твоя одержимость делает тебя слабым. Семья недовольна последним… решением. Может, достаточно? Найди себе кого-нибудь и успокойся.       — Я не слаб! — Игорь с силой стукнул по столику ладонью. — Спроси про мою слабость у мексиканцев или албанцев.       — Да, там все прошло хорошо. Но ты же понимаешь, что я не об этом, — Семен Борисович снял очки и потер переносицу. — С последним делом ты облажался. И не смей мне говорить, что я не прав.       Игорь сжал кулаки и отвернулся к иллюминатору. Густые облака все лучше, чем осуждающий взгляд его советника и старого друга семьи. И, черт возьми, тот был прав! Игорь не любил признавать свою неправоту, и, к слову, он редко ошибался. Но последний месяц и правда выдался паршивым. Сначала контейнер с товаром исчез из-под носа, а потом выгодный договор уплыл. И к кому? Был бы это кто угодно, Игорь бы с ним быстро разобрался, потому что переходить дорогу Грому — очень дорогое удовольствие. Но это был Разумовский. Чертов рыжий поганец, который крутил перед его носом своей задницей! И в итоге Игорь в дураках. Сейчас сидит, наверное, в своей башне в Питере и радуется как поимел капающего на него слюнями Игоря.       Он резко поднялся, прошел в соседний отсек, задернул шторки. Стюард стрельнул глазами, уловив желание босса — персонал Игорю всегда подбирали смышленый, не забыть поблагодарить Костика. Игорь посмотрел на бейдж. Ричард. Как-то не вязалось это имя со смуглолицым брюнетом с раскосыми глазами. А рыжих от него вообще держали подальше. Стюард стек на пол, потянулся к ширинке. Игорь втянул воздух, когда горячий рот наделся на член. С каким удовольствием он бы загнал по самые гланды одной рыжей сучке.       Парень сосал умело, со знанием дела. Игорь ухватил его за волосы и вбился насколько мог глубоко в податливо расслабленное горло. Он двигался все резче и жестче, а перед глазами стоял Разумовский с его нахальным взглядом и полуулыбкой. Этими узкими яркими губами, по которым пробегался розовый язык. И бурно кончил. Игорь задумчиво обвел пальцами припухшие губы стюарда, застегнул ширинку и вернулся на место. Немного отпустило. По крайней мере, он теперь мог мыслить ясно.       — Тебе ведь не пятнадцать, — укоризненно произнес Семен Борисович, до этого невозмутимо читавший документы.       — Дурак, знаю. Отец говорил, что женщины — это слабость любого мужчины. А в моем случае… Хорошо, что он не дожил до этого момента.       — Он любил тебя, ты знаешь. И принял бы рано или поздно твои предпочтения.       — Ты сам-то в это веришь?       — Я ведь принял. Не сразу, но все же.       Игорь нервно дернул плечами. Да, десять лет назад, когда он занял место убитого отца и не стал скрывать свои склонности, не все это приняли с радостью. Мало того, что все считали его молокососом, неспособным взять бразды правления, так еще, ко всему прочему, трахает мальчиков. Совершенно непригодная кандидатура! Многим пришлось объяснять, что они неправы по обоим пунктам. Первые четыре года были самыми сложными. Без Семена Борисовича и вертлявого как уж Костика он бы не справился. К сожалению, времена, когда все можно было решить с помощью обреза, канули в лету вместе с отцом. Сейчас только легальный бизнес. Ну, почти. Да и действовать в обход закона приходилось все еще довольно часто. Но переговоров приходилось вести также немало, которые, к сожалению, не всегда были цивилизованными и заканчивались к обоюдному удовольствию всех сторон. И если бы он вел дела не в Штатах, а в какой-нибудь Аргентине, возможно, все было проще. Хотя там уже все давно поделили.       — Ладно. Давай, что у нас с поставками? — Игорь кивнул головой на стопку бумаг на столике и приказал уже приведшему себя в надлежащий вид стюарду принести кофе.       — Джеймсон заартачился, хочет поменять условия. Разумеется, ему объяснили, что дела так не делаются. Но он уперся рогом и требует личной встречи. С тобой.       — Окей, назначай, — Игорь довольно улыбнулся. Проще решать проблемы на работе, а о Разумовском следовало забыть.       Легко сказать — невозможно сделать. Игорь и сам не мог понять своей одержимости. Два года. Два, мать их, чертовых года! В течение которых Игорь, словно мальчишка, бредил этим рыжим засранцем. Впервые они встретились в Нью-Йорке на одном из благотворительных вечеров в музее Метрополитен. Игорь заприметил Разумовского в первые полчаса как приехал. Их даже познакомили. Питерский гений занимался программированием, создал соцсеть, которая резко стала популярной, параллельно вел какие-то загадочные дела в Европе и Китае. Это уже позже он узнал, что ничего загадочного в них не было, а по некоторым направлениям даже пересекались интересы.       Игорь заметил неоднозначный интерес со стороны Сергея и уже предвкушал приятно проведенное время, гибкое тело в огромной кровати полностью в его власти. Сергей с удовольствием общался, смеялся, чуть прикусывая нижнюю губу, откидывал спадающие на лицо волосы. Водил по кромке бокала пальцем с аккуратным маникюром. И смотрел так, что Игорю становилось жарко, а яйца поджимались.       А потом был аукцион, средства с которого предназначались для фонда по борьбе с раком. Сергей обошел его и выкупил полотно Стелла (1) за сто пятьдесят тысяч долларов. Игорь не намеревался больше сотни тратить, но это показательное превосходство царапнуло. А потом Сергей отсалютовал ему паддлом (2) и ухмыльнулся. Вот в тот момент Игорь окончательно попался. И этот чертов паддл он бы с удовольствием применил бы не по прямому назначению.       Он даже обрадовался, что они оба, как оказалось, остановились в Парк Хаятт. Игорь, недолго думая, предложил посидеть в баре. Сергей согласился. Они говорили на отвлеченные темы, цедили скотч, а Игорь ерзал в нетерпении, как пубертатный мальчишка, мучался от болезненного стояка и не мог понять, что же его так зацепило. Но желание схватить за волосы, поставить на колени и посмотреть, как растянутся губы вокруг члена, было таким жгучим, что покалывало кончики пальцев.       В лифт они вошли одновременно. И Игорь не выдержал, толкнул Сергея к стенке, уперся руками по обе стороны его головы, не давая возможности ускользнуть. Он смотрел на улыбающийся рот и уже почти коснулся его манящей нежности. Сергей, обжигая дыханием, выдал:       — Прости, Игорь, я не по этой части. Ты мне нравишься, но я не гей.       И оттолкнул. Игорь медленно прислонился спиной к противоположной стенке лифта. Он не такого ожидал. Неужели настолько обезумел от похоти, что не понял? А ведь ему казалось, что Сергей подавал вполне отчетливые сигналы. И с какой-то тоской смотрел как тот покидает лифт на своем этаже. Собранный, с прямой спиной, невозмутимый, с аккуратно уложенными волосами. Идеальный, мать его! На краткий миг захотелось догнать его и показать, что нельзя вести себя так, словно готов раздвинуть ноги, а потом заявлять, что не гей. Но не стал этого делать, а просто постучался затылком о стенку. Да, Игорь не был святым, но никогда никого не насиловал. И нечто в Сергее останавливало налегать, настаивать, давить. В номере Игорь долго стоял под душем, подрочил пару раз и почти успокоился. Несколько дней этот рыжий не выходил у него из головы, но затем водоворот дел вытеснил из мыслей все лишнее.       А потом был Амстердам, куда Игорь приехал на пару дней и снова встретил Сергея на переговорах о поставках лития. Переговоры зашли в тупик, а Игорь перевозбудился, глядя на тонкие пальцы, небрежно крутящие ручку. И вся его страсть досталась парню, которого он снял прямо в холле отеля. Тот наутро ушел на подгибающихся ногах и выглядел очень довольным. Оставил свой номер телефона, если вдруг Игорю… Но Игорь, разумеется, не перезвонил.       Через пару месяцев случился Берлин, куда Игорь прилетел на отмечание сделки по поставкам оружия в Мавританию: очередного генерала сменил более шустрый. Деловые партнеры из Аргентины решили устроиться в одном из знаменитых клубов немецкой столицы. Игорю даже сделки заключать приходилось в подобных местах чаще, чем в удобных светлых кабинетах, которые придавали более цивилизованный и законный вид его деятельности.       Какими чертями в этот клуб занесло Сергея, Игорь даже представить не мог. Может, его преследовали? Маячил перед глазами, дразнил и утекал как вода сквозь пальцы, стоило лишь ухватить и на краткий миг почувствовать возможность обладания. Играла ритмичная южноамериканская музыка, и Сергей с какой-то гибкой девицей танцевал вариацию румбы. Хотя со стороны это походило больше на секс, чем на танец. Короткая белая юбка на девушке взлетала, показывая аккуратную задницу с практически незаметной полоской белья, и опадала. Ладони Сергея резко двигались по ее изгибам. Даже со второго этажа Игорь ощущал как бешено колотится ее сердце, как дрожит и увлажняется внизу, как с губ срывается выдох, когда Сергей ее прижимал на очередном движении. Да что там, сам Игорь увлажнился, глядя на них. Он впился пальцами в ограждение, словно пытался прогнуть металлический витой поручень и завязать нахрен в узел, если кое-чья шея недоступна. Сергей его заметил, с улыбкой махнул рукой, когда музыка сменилась, и повел свою партнершу к столику в нише. Там сидели еще несколько человек. Игорь сделал несколько глубоких вдохов и вернулся к аргентинцам. Семен Борисович вопросительно вскинул брови, а Игорь покачал головой.       Через полгода ударом под дых стал Париж. Люди Игоря выследили крысу, пробравшуюся к ним и сливавшую информацию федералам. После недолгой, но продуктивной беседы, предатель выложил с кем был на связи и его увезли. А Игорь попросил Костика найти ему гей-клуб, где он смог бы снять себе развлечение на ночь. И вот сюрприз из сюрпризов! Там он встретил этого чертова Разумовского, который бесстыдно терся о какого-то парня. Да-да, очень гетеросексуально он жался к чужому члену. Вот сукин сын!       Игорь все же зажал его у стены, заглянул в затуманенные то ли алкоголем, то ли чем покрепче глаза.       — Не по этой части, да?       — М-м-м, Игорь, — закинул руки ему на шею. — Ты ведь не будешь читать мне нотации, правда?       Игорь решил, что вот сейчас он точно не упустит шанса оттрахать свое наваждение на всех доступных поверхностях и во всех возможных позах. Сергей притерся, а потом оттолкнул Игоря, оставив глупо пялиться на уходящего его с другим.       Развлечение себе Игорь нашел в лице двух похожих как близнецы испанцев с отличными задницами, невероятно горячих и гибких.       А наутро дал Костику задание на Разумовского. Его интересовали его контакты, как рабочие, так и личные. И раз в две недели на его стол ложилась красная папка с фотографиями и отчетами о передвижении. Но на фото не было ничего, что давало бы повод усомниться в гетеросексуальности Сергея Разумовского. Словно Игорю в пьяном бреду привиделся парижский клуб. В своем Питере он был просто образцовым бизнесменом. Вот он выступает с презентацией обновления. А вот в ресторане с очередной пожирающей его глазами девушкой, которые сменялись как стекла в калейдоскопе. А на этой — Сергей на открытии нового здания детского приюта под его патронажем. Весь такой положительный, идеальный, в идеально сидящем костюме и неприступный как долбанный айсберг.       Однако попадались в отчетах его встречи с китайцами, что наводило на определенные мысли. С Чуньлинем Игорь сам пытался наладить контакт, чтобы подключиться к производству процессоров. Он готов был вложиться в это. Но мало того, что американские власти всячески препятствовали монополизации китайских коллег в поставке электронных устройств, сами китайцы с большим энтузиазмом смотрели в сторону России. Игорь пытался влиться в этот бизнес через посредническую компанию из Германии, что тоже прибавляло геморроя.       И вот в один прекрасный момент Разумовский увел из-под носа китайцев и походя перехватил покупателя из Мавритании. С которым были твердые договоренности, между прочим. Что в таком случае полагалось делать? Объяснять, что так делать не комильфо. Путем дружественных переговоров, разумеется. Будь на месте Сергея кто угодно другой, он бы послал команду для улаживания неприятного дела. Но чертов Разумовский… Игорь не смог и пустил все на самотек. Семья была недовольна бездействием, Семен Борисович призывал одуматься, пока не стало слишком поздно. А Игорь едва не бился головой о стенку, проклиная свою чертову одержимость.       Потом ему немного полегчало. Он больше не смотрел отчеты Костика. Неприятности с мексиканцами хорошо отвлекли и дали выход накопившемуся напряжению. Сублимация, мать ее так! Не стоило этим энтузиастам разевать рот на больший кусок, чем способны сожрать. Дело он уладил быстро. СМИ некоторое время пошумели на тему очередных разборок группировок, но Игорь вышел сухим из воды, а семья успокоилась.       Его боялись и его не любили. Игорь понимал, что еще одна слабость, как в случае с китайцами или мавританцами, и ему устроят почетный уход. Скорее всего, на тот свет. Все же живы еще старые уклады, хоть и удалось вылезти из трущоб Брайтон-Бич, где русские в свое время держали СТО и приторговывали краденым оружием со спиленными номерами на улицах.       Игорь завел постоянного любовника, купил дом в пригороде Чикаго, чтобы всегда был под боком, и регулярно наезжал туда. Кристофер ошалел от окружившей его роскоши после своей Миннесоты, с удовольствием окунулся в мир достатка. А Игорь в свою очередь с удовольствием оплачивал все его капризы, которые компенсировались полной самоотдачей в постели. Крис был готов всегда, в любом месте, в любой позе. Игорь с наслаждением его трахал и старался не думать об одном недоступном рыжем нахале.       Если бы Сергей был каким-нибудь бедным студентом или простым программистом, Игорь бы просто сделал ему предложение, от которого тот не смог бы отказаться. У Игоря было все, но ничего, что он мог бы предложить Сергею. Кроме себя самого. А его Сергей как раз и не хотел. Может в этом причина? Да, Игорь много думал, гораздо больше, чем следовало. Он привык все получать легко. Само не идет в руки — можно надавить. Но на его член обычно запрыгивали с большим удовольствием и без проблем. Даже убежденные гетеросексуалы. Игорю не отказывали. Он красив, богат, опасен и хорош в постели. Идеальный коктейль!       Стоило немного остыть, как Разумовский, будто жопой чуял, объявился в Чикаго с намерением выкупить одно из зданий, принадлежавших Игорю. Он и сам собирался избавиться от этого балласта, но на обсуждении цены гнул свою линию, будто это его самое дорогое имущество, расстаться с которым — словно кусок от сердца оторвать.       — И зачем тебе это здание? — спросил Игорь, когда они, оставив юристов добивать детали, спустились в ресторан.       — А это важно? — Сергей рассматривал на свет вино в бокале.       — А вдруг ты там бордель решил устроить.       — Хочешь заранее забронировать место? Какого мальчика тебе подобрать? Похожего на меня?       — Не играй со мной! — Игорь с силой стукнул кулаком по столу. Редкие посетители недоуменно посмотрели в их сторону.       — Ну что ты, Игорь. Зачем бы мне это понадобилось?       И наивное удивление на лице. Игорь уткнулся в меню. Там значился Разумовский в разных позах, одна неприличнее другой. Он махнул головой.       — Мне как обычно, — он отдал подошедшему официанту меню.       — То же самое, пожалуйста.       — Так ты скажешь, зачем тебе здание?       — Хочу галерею сделать для бедных художников, не все становятся такими популярными, как Бэнкси или тот же Покрас (3). Хочу им помочь.       — Как в тебе сочетается эта твоя благотворительность и продажа оружия?       — Я не продаю оружие. А, ты о том случае? Там меня просили помочь для подавления беспорядков. Всем приходится иногда прогибаться, чтобы вести бизнес. Кому как не тебе об этом знать?       Официант поставил перед ними заказ и испарился. Игорь ковырнул тонко нарезанный ломтик семги, фигурно уложенный на листьях салата и лепестках манго.       — Весь чистенький?       — Нет, конечно. Но ты, Игорь… Как в старые добрые времена? Винтовку к плечу — и нет проблем.       — Я не мафиози.       — Ну разумеется, — Сергей отправил кусочек рыбы в рот, слизнул капельку масла с губ. — А как это теперь называется?       — Просто бизнес, — Игорь решил сменить тему: — Как твои эксперименты в сексуальных похождениях?       — Отлично, спасибо, — улыбнулся Сергей. — А почему тебя это интересует?       — Почему не я? — внезапно выдал Игорь и тут же пожалел о своих словах.       — У тебя недостаток в любовниках? Ни за что не поверю. Ты хорош собой, при деньгах. Чего тебе не хватает?       Он издевался, не иначе. Недостатка нет, конечно, подумал Игорь. А чего не хватает? Да если бы он сам знал ответ на этот вопрос. И сосредоточился на салате. Сергей тоже молчал. Может Игорь просто озабоченный идиот, которому один раз не дали и его понесло?       — Небольшой подарок и благодарность за сделку, — проговорил Сергей в лифте, когда они поднимались в кабинет, чтобы подписать бумаги после правок, которые внесли юристы. Он прижался, положил свою горячую ладонь на затылок, притянул, выдохнул в губы и поцеловал. Игорь вжал его в себя и с готовностью ответил. С удовольствием стиснул бедра, притерся пахом.       — А ты неплох, — улыбнулся Сергей, совершенно блядским образом облизал губы, поправил волосы. Звякнул сигнал, ударив по натянутым нервам. Двери лифта распахнулись, и Сергей невозмутимо направился в кабинет.       После подписания он подозрительно быстро смылся, Игорь даже сделать ничего не успел. И тут же уехал к Крису. Но весь мир сегодня был против. Неожиданно Крис решил сменить имидж. И Игорь убьет того, кто подал ему эту ужасную идею. Крис выкрасил волосы в рыжий цвет и сделал стрижку как… Ну да, как у Разумовского.       — Что это такое?       — А тебе не нравится?       — Не нравится! Убери это со своей головы.       — Хорошо, завтра…       — Немедленно!       — Но…       Игорь не дал договорить, схватил Криса за руку и потащил в ванную, практически швырнул вперед так, что тот налетел на раковину. Достал бритву, сменил насадку и, ухватив за горло, сбрил к чертовой матери эту рыжину.       — Какого хрена? — обиженно проговорил Крис и провел ладонью по лысой голове.       — Отрастет. И чтобы я больше этого не видел.       — Тебе же нравится тот рыжий. Я видел кучу его фотографий у тебя. Значит, сам додумался. Самодеятельность своих любовников Игорь не одобрял.       — Крис, — Игорь схватил его за шею, — я позволяю тебе многое делать, но если ты еще раз зайдешь в мой кабинет без приглашения…       — Прости, я хотел сделать тебе приятное. Хочешь, отсосу?       Игорь нажал на его плечи и улыбнулся. У Криса теперь забавно торчали уши. А когда тот опустился на колени и начал сосать, он с удовольствием ухватился за них, притягивая голову к своему паху.       Посылка пришла из Британии. Черно-белое фото формата А1 в строгой раме. В качестве модели Разумовский, обнаженный по пояс, с расстегнутой ширинкой потертых джинсов, открывавшей лобок. Чуть склоненная набок голова, прямой взгляд и намек на улыбку. Словно кадр поймали случайно, вот он повернулся и сработал затвор, запечатлевая момент. Фон нейтральный, темный, подчеркивающий ломкость худощавой фигуры. В стиле Хаскинса, строго, не пошло и естественно. Игорь словно завороженный провел пальцами по холодному стеклу, скрывающим глянцевую бумагу. И вздрогнул, когда завибрировал телефон.       — Как тебе мой подарок? — раздался раздражающе радостный голос.       — Ты решил податься в модели?       — Нет, это специально для тебя.       — Сергей, какого хрена ты творишь?       — Ты ведь любишь искусство? Решил порадовать тебя.       И сбросил вызов.       Игорь послал ему набор вибраторов с именной гравировкой. В ответ получил мастурбатор Tenga с пожеланием приятно провести время. Игорь оценил приятную силиконовую фактуру несколько раз под аккомпанемент струй воды в душе и собственного приглушенного «сука». Некоторое время они обменивались ассортиментом секс-шопов. Пока Игорь не отправил портупею, а вскоре получил селфи Сергея в этой перевязке из ремней. Больше Игорь ничего не посылал.

***

      Палермо встретил влажным горячим средиземноморским бризом, громким криком чаек, довольными загорелыми туристами, соблазнительным запахом пиньоли (4) и кофе. И предвкушением. Едва Игорь узнал, что Сергей приехал на Сицилию, тут же приказал готовить самолет. Родина Коза Ностры прекрасно подходила для многих его дел. И ведь не зря он купил здесь виллу? Это старинное здание когда-то принадлежало клану дей Катанези и представляло собой практически крепость с обширными подвалами и небольшими окнами. Игорь многое здесь переделал под свой вкус и теперь вилла больше походила самому духу Палермо: эклектичное сочетание сарацинской, мавританской и христианской культур. Со всеми современными удобствами в огромных комнатах с высокими потолками. Большая огороженная территория и собственный пляж отделяли его от вездесущих туристов. А местные всегда обходили это место стороной. Хотя здание стояло заброшенным, а клановые войны отгремели еще в прошлом столетии.       На следующий день Игорь сидел в кресле у кровати и рассматривал спящего Сергея. Косые лучи падали сквозь неплотно прикрытые шторы на его волосы. Хотелось коснуться их, но Игорь сдерживался. Климат-контроль выдавал прохладу, но все равно было слишком жарко.       — Что ты здесь делаешь? — недовольно спросил Сергей, едва открыл глаза.       — Живу, когда приезжаю на Сицилию.       Сергей так естественно смотрелся в его доме и его постели, что Игорь даже кулаки сжал, чтобы тут же не потянуться руками к такому близкому и в то же время недоступному.       — Что?.. — он поднялся и огляделся. — Ты меня похитил?       — Да.       — Да?! Ты в своем уме?       — Погостишь пока у меня, — невозмутимо, насколько мог, ответил Игорь. — Ты уже выпустил пресс-релиз, что временно отстраняешься от работы, чтобы поработать над новым проектом.       — Думаешь, это сработает?       — Уже, Сережа, сработало.       — Так, я ухожу.       Игорь толкнул его на кровать, навис, сжал горло.       — Ты останешься здесь, — прошептал он в губы.       — Зачем? Ты меня привяжешь к кровати и будешь трахать?       — Это звучит слишком привлекательно, — Игорь потерся пахом между расставленных ног. — Не соблазняй. Но нет. Я подожду, когда ты сам придешь.       — Не дождешься.       — Правда? А вот эта часть, — Игорь сделал несколько движений бедрами, отклик был весьма ощутимым, — противоречит тебе. Скажи, что тебя не заводит мысль о том, как я тебя оттрахаю. Сначала пальцами, медленно, чтобы хорошо растянуть, а потом членом. И чтобы твои длинные ноги лежали у меня на плечах. А твой рот… о, этот твой блядский рот… мог только стоны издавать.       — А не слишком ли ты самоуверен? — Сергей резко сглотнул, что не могло не радовать.       — Не стоило меня дразнить. У меня до сих пор руки чешутся стянуть тебя теми самыми ремнями.       — Это была просто… Черт.       Игорь провел языком по шее, чуть прикусил и, удовлетворившись результатом, тут же поднялся.       — Поднимайся, пора завтракать. Твои вещи здесь.       И ушел. Игорь был уверен, что все получится. Он не собирался никого насиловать, но был уверен, что Сергея нужно немного подтолкнуть. И не хотел думать о том, что будет, если вдруг тот все же не придет сам. Сергей вышел к завтраку одетый в джинсы и легкую белую футболку, огляделся, хмыкнул и сел напротив Игоря.       — Прости за снотворное.       — Только за это? — Сергей вздернул бровь. — Верни мой телефон и ноутбук.       — Не сегодня.       — Тебе стоило просто пригласить меня, а не устраивать шоу с похищением и пресс-релизом.       — И ты бы?..       — Возможно согласился бы, — Сергей медленными плавными движениями намазывал тост абрикосовым джемом. — Но не думай, что я раздвину перед тобой ноги. Я тебе не одна из твоих шлюх. Кстати, что случилось с твоей последней? Кристофер, кажется?       — Мне приятно, что ты следил за моей личной жизнью, — Игорь наливал себе кофе из кофейника и представлял как бы хотел слизать с Сергея джем, с его рта, сосков, живота... — Он вполне доволен компенсацией за причиненный ущерб.       — Удобно. И чем ты планировал откупиться от меня, в случае если бы затащил в постель?       — Я планирую никогда тебя оттуда не выпускать, — Игорь смотрел прямо в глаза. И он не лгал.       — Это несколько затруднительно, учитывая, что я не постельная игрушка, жаждущая только твой член в свою задницу заполучить. Так себе перспективка.       — И что же ты хочешь?       — Чтобы ты отдал мой телефон и ноут. Для начала. И что с Олегом? Я уверен, он бы просто так не поверил. И должен был поднять на уши всю службу безопасности.       — Он в полиции. Пришлось его временно устранить.       — Прикажи выпустить. Сейчас.       Игорь и сам собирался так сделать, поэтому набрал Костика и дал ему указание.       — Его привезут через сорок минут. Он твой любовник?       — Глава службы безопасности. И друг. Ты знаешь, что такое дружба, Игорь?       — И что же, — Игорь проигнорировал вопрос, — никто до сих пор не вытащил твое грязное бельишко наружу, учитывая твое поведение вне России?       — Я не медийная персона, чтобы за мной таблоиды бегали по всем странам.       — Ну почему же? Миллиардер, филантроп, создатель соцсети.       — И что? Я почти не даю интервью и не ввязываюсь в скандалы.       — Так вот чего ты боишься? Скандалов?       — А думаешь, с нашими законами будет хорошая реакция на развлечения с мальчиками?       — Значит, у меня есть козырь против тебя.       — Ничего у тебя нет.       Спустя сорок минут со стороны дома шел Костик, а за ним Олег. Сергей поднялся и пошел навстречу.       — Ну, смотрю, вы еще не убили друг друга. Это обнадеживает, — Костик закинул виноградину в рот.       — Кто знает, кто знает…       Игорь задумчиво смотрел, как Сергей что-то говорил Олегу, тот бросал неодобрительные взгляды на Игоря, словно готов был вызывать группу захвата для освобождения своего босса. Но в итоге кивнул и ушел.       — Твой цепной пес недоволен?       — А твой? — Сергей кивнул на Костика.       — Ауч, — Костик картинно схватился за сердце.       — Принеси мой телефон и ноутбук. Не надо на него смотреть, — сказал Сергей, когда Костик покосился на Игоря.       — Прости, но он мой босс, а не ты.       — Принеси, — кивнул Игорь. В его мечтах Сергей не вел себя так нагло и словно он у себя дома. А как ты хотел, Игорь? Чтобы он сел на задние лапы и завилял хвостом? Тогда надо было и дальше трахать Криса, а не разевать рот на Разумовского.       Затем, получив желаемое, Сергей сделал несколько звонков и уткнулся в ноутбук. Собранный, деловой, словно сидел в своем чертовом кабинете, а не был полностью во власти другого человека. Хотя кого Игорь обманывал? И у него закрадывались сомнения, что это он устанавливает правила игры. Но когда Сергей находился рядом, пусть даже пока — как надеялся Игорь — недосягаем, от этого было странно хорошо. Словно тут его место, рядом.       Игорь встряхнулся и отправился к бассейну, разделся, стоя вполоборота к Сергею. Тот оторвался от ноутбука и искоса глянул. Ну, Игорю нечего было смущаться. Его тело находилось в идеальной форме. Поэтому разделся полностью, показывая себя во всей красе. Он проплыл несколько раз от одного борта до другого, а когда поднял голову, Сергей сидел на краю бассейна, опустив ноги в воду и уткнувшись в телефон.       — Не желаешь присоединиться? — Игорь положил ладони чуть выше колен, джинса тут же промокла.       — Нет, — ответил Сергей, не отрываясь от телефона.       Игорь провел пальцами по щиколотке, икре, вплоть до границы подвернутых джинсов. Сергей заерзал, но глаз не оторвал от экрана. Вероятно, там что-то очень интересное. Гораздо интереснее Игоря и его горячих рук.       Сергей вскрикнул, когда Игорь сдернул его с бортика в воду, прижал к себе. Телефон благополучно ушел ко дну. Сергей молчал и ничего не делал: не отталкивал, не уходил. Его грудь тяжело вздымалась.       — Как я хочу стащить с тебя эти тряпки, — простонал Игорь, утыкаясь в шею. — Скажи «да».       — Нет. Отпусти меня.       — А может ты хочешь, чтобы я не отпускал, а, Сережа?       Но послушно разжал руки, глядя как его рыжеволосая русалка уплывает, лишь махнув хвостом. А в своей комнате под душем жестко отдрочил. И чувствовал себя тряпкой. Но, с другой стороны, был уверен, что Сергей сдастся. Он явно хотел, но что-то — может врожденная сучность? — не давало уступить. Игорь ждал два года, подождет еще немного. Он ведь сможет, правда?       Перед небольшим испытанием собственной выдержки устоять Игорь не смог, поэтому дождался, когда Сергей уснет, и лег рядом, отодвинувшись на расстояние вытянутой руки. Тот спал в целомудренной пижаме, застегнутый под самое горло, раскинувшись на спине, с чуть раздвинутыми ногами.       — Твою мать, Разумовский, — прошептал Игорь в ночь и перевернулся на спину. Лунный свет освещал часть большой комнаты, огромную душевую в противоположном конце, не отделенную от спальни, с несколькими душевыми стойками. Это было очень удобно, когда Игорь приглашал сюда нескольких гостей. Кровать могла уместить более двух человек. Хорошие были времена. Спокойные, наполненные прохладой и податливыми телами. А потом его зациклило на одном человеке — и больше никаких оргий. Разве он не пытался переключиться? Пытался. Кристофер был не равноценной заменой, суррогатом, когда не можешь позволить себе оригинал. А ведь даже в предметах искусства Игорь не признавал копий. С любым другим он бы не стал церемониться, прижал бы к кровати, содрал одежду и ласками заставил бы подчиниться. Это он умел делать, и делал с удовольствием. А кто мог устоять перед напором желания? Никто, кроме… А Сергея хотелось получить целиком и полностью, причем не заставить прогнуться, а чтобы тот сам, по собственному желанию. Услышать заветное «да». И добровольно подаренное желание, которое Игорь с огромной радостью разделит. Чтобы синие глаза туманились возбуждением, а тело откликалось на ласки. Нет, он не станет сейчас дрочить. Сколько можно? Но когда наконец удалось уснуть, он видел лишь рыжий с синим и тянулся, тянулся, тянулся в попытке ухватить.       Шум воды ворвался в сон и выдернул из невнятных видений. В дальнем конце комнаты, подставив лицо струям воды, стоял Сергей. Игорь жадно огладил взглядом тело. Возбужденный член так и манил. Игорь поймал себя на мысли, что хочет стать на колени и увидеть как исказится лицо Сергея, когда тот кончит глубоко в горле. Но вместо этого он занял соседний душ. И приятной щекоткой прошелся по коже взгляд, поднимая волоски на коже. И добавляя боли в многострадальные яйца.       — Нравится? — не удержался Игорь. — Ты можешь сделать все что угодно. Ты тоже… несколько напряжен.       — Утренний стояк, — пожал плечами Сергей. — Бывает. Он подошел, медленно провел ладонью по вмиг напрягшемуся животу, вжался бедрами.       — Хочешь помочь с этим? — тяжело сглотнул Игорь, ощущая как их члены трутся друг о друга, зажатые телами.       — Уверен, ты умеешь самостоятельно решать свои проблемы. Ты ведь большой мальчик.       Прозвучало многозначительно. Сергей отстранился, потянулся за полотенцем. Твою мать, Игорь… Все еще думаешь, что можешь хоть как-то контролировать Сергея и манипулировать им?