Дикая

POV Стефания Я не хотела уезжать, так как не хотела оставлять сына. Но требование Федерации была обязана выполнить. После разговора со Светланой Алексеевной я вернулась к себе и очень долго сидела над колыбелькой, в которой лежал мой Тимоша. Я смотрела на него и замечала, что он так похож на своего отца. Сильно похож. «Позаботься о Саше!» — в голове до сих пор звучала последняя просьба Алексиса. Когда-то очень давно, ещё задолго до меня, находясь на задании в одной из стран СНГ, он познакомился с одной молодой женщиной, которая была связана с его «целью». Ему нужно было втереться к ней в доверие и выведать необходимую информацию. Но он сделал первую и самую роковую ошибку, от которой, впоследствии, предостерегал меня. Алексис влюбился в неё. Когда задание было выполнено, он захотел увезти эту женщину к себе либо остаться, но Центр Федерации очень доходчиво объяснил возможные последствия и ему пришлось бросить свою любимую. Не зная, что она на тот момент уже была беременна от него. Вторую ошибку он совершил, когда узнал о существовании сына спустя 25 лет и решил наладить с ним общение. Его возлюбленная так и не вышла замуж и одна растила сына, которого назвала Александром. Я была против, потому что понимала: его женщина была уверена, что Алексис их просто бросил и сыну говорила то же самое; она внушала ему ненависть к родному отцу; узнай они правду, ещё неизвестно, кто пострадал бы больше. Это во-первых. А во-вторых, своим появлением Алексис растревожил бы душу парня. При таком раскладе, если бы у них сложилось всё же общение, то случись что с Алексисом… Парень мог и не пережить повторную потерю отца! К моему великому сожалению, случился именно второй вариант, за тем лишь исключением, что Саша, с трудом, но сумел пережить потерю… Скрепя сердце, я собрала все детские вещи, вынула Тимошу из колыбельки и подала сигнал в научный центр, что готова выполнить задание. Но сперва мне нужно было передать им ребёнка. Светлана Алексеевна ждала меня там же. Мы сели в электромобиль и поехали. Я сидела на заднем сидении с закутанным малышом, когда он начал ёрзать. Малыш задвигал губами, словно хотел что-то сказать, оброс коричневой в крапинку шерстью, а во рту, который мигом превратился в маленькую кошачью пасть, появились два клыка. Он заплакал и этот плач был похож одновременно на жалобное мяуканье котёнка и крик человеческого младенца. Я поспешила его успокоить, так как не хотелось досаждать своей спутнице. Светлана Алексеевна посмотрела на нас через зеркало заднего вида и я увидела в её взгляде злость и негодование. Эта женщина недолюбливала меня. Во-первых, в её представлении я была тупым и агрессивным животным. В действительности, это было не совсем так. Моя семья по линии отца очень давно подверглась насильственному и жестокому эксперименту по скрещиванию человека с животными, результатом которого стали генетические оборотни. То есть, люди, которые по своему усмотрению могут превращаться в определённый вид животных (в нашем роду это кошачьи). Из плюсов можно выделить то, что оборотни гораздо выносливее обычных людей, обладают повышенными органами восприятия и живут дольше. Но и минусов хватает. Например, дети оборотней в младенчестве не умеют контролировать своих перевоплощений, поэтому родители стараются максимально скрыть своего ребёнка, чтобы не вызывать паники. И ещё, если в семье только один родитель — оборотень, а второй — обычный человек, то ген «оборотничества» передаётся детям с дефектом: раз в месяц происходит неконтролируемое обращение в большого хищника на несколько дней. Всё, что происходило за период нахождения в звериной форме, невозможно вспомнить в таком случае. Избежать такого дефекта можно лишь в том случае, когда оба родителя — оборотни. А во-вторых, я в свои неполные 20 сумела сделать то, что не удалось ей в свои неполные 40 — стать матерью. Причём, ей неважно, что ребёнка я не вынашивала… Где-то через 40 минут мы были возле центра. Тимоша то превращался в котёнка (маленький ребёнок превращается в маленьких существ), то в человека, но потом ему это надоело и он просто заснул. Нас встретил Василий Николаевич, который тут же передал мне папку с документами. — Стефа, как ты изменилась. Ох, и с сыном? — он осторожно посмотрел в завёрнутого в пелёнки ребёнка. — Да. Не бойтесь, я не возьму его с собой. Наоборот, хочу, чтобы Вы за ним приглядели. Только имейте ввиду, он не контролирует превращений, поэтому за ним нужен глаз да глаз. — Ничего страшного. Светлана Алексеевна за ним присмотрит. И спасибо, что согласилась, — мужчина осторожно взял у меня из рук младенца — А у меня был выбор? Ладно, что здесь? — я открыла папку и стала листать страницы. — Всё, что удалось собрать за последний год. Теперь они уничтожают улики и свидетелей. Сдаётся мне, товарищ Заславский-старший сам стал пешкой в чьей-то игре. — Старший? — Да. У него есть племянник, полный тёзка. Я пролистнула очередную страницу и увидела фотографии молодого парня с разных ракурсов и сделанных в разное время и в разных местах. Я указала на него: — Это он? — Да. Студент, 20 лет. Постоянный завсегдатай ночных клубов, тусовщик, кутила и бабник. Привык жить на широкую ногу и ни в чём себе не отказывать. По официальным данным живёт вместе с дядей, но фактически старший бывает там нечасто. Он много ездит по стране, за рубежом и не только. В данный момент очень похожего типа видели в Австралии на симпозиуме, посвящённому сохранению численности брамби (прим. автора: порода лошадей). Вполне возможно, что это двойник либо он сам, но под чужим именем. — Так, стоп. Почему меня тогда не посылают туда? — Потому что не ясно, он это или нет. — А как вы предполагаете, я должна это за месяц сделать? Вы посылаете меня туда, не знаю куда и просите то, не знаю что. — Стефа, это не я прошу. Будь моя воля, я бы тебя не беспокоил. Этого просит председатель Федерации. А ты знаешь, его просьбы на уровне приказов. — Знаю, — мрачно ответила я. — И всё равно я не понимаю, почему нельзя просто полететь в Австралию? Мужчина снял очки и устало потёр глаза, помолчал минуту и сказал: — Последняя операция была слишком «шумной». Председатель боится лишних жертв. И потом, но это моё личное мнение, я думаю, что кто-то из «Тёмных» узнал о существовании Саши. — А он здесь причём? У него же другая фамилия. — Но он знает о тебе. Значит, он тоже в опасности. Думаю, тебе стоит убедить его присоединиться к нам. — Сомневаюсь, что он захочет присоединяться после гибели отца. — А ты попробуй. Тактика охоты на охотника ещё никогда тебя не подводила. «Подводила», — так и хотелось сказать, но я промолчала. Тимоша тем временем проснулся и стал с интересом изучать большого бородатого дядю. — Хорошо, я сделаю. Но мне нужна будет дополнительная информация про племянника и его окружение. Возможно, кто-то из них что-то знает. — Председатель об этом уже позаботился. Всё собрано и упаковано, — ответил профессор, убирая ручки-лапки смеющегося ребёнка, который всё норовил схватить его за бороду. — Прекрасно, — и все вошли внутрь… *** Перед вылетом я проинструктировала Василия Николаевича о заботе над малышом и строго-настрого запретила выпускать из комнаты. В звериной форме Тимка был уже достаточно сформировавшимся, но звери живут меньше людей и растут быстрее. А в человеческой форме он очень уязвим и, повторюсь, не умеет контролировать превращения. И если за ним не доглядеть, будут потом очень большие проблемы в моём лице. После был долгий перелёт, во время которого у меня была возможность продумать дальнейшие действия. Для начала было решено найти Сашу. С этим проблем не возникло: он работал преподавателем латыни в университете N. Ещё больше я удивилась, когда узнала, что и Заславский-младший учится там же. Если он действительно такой, каким его описал Василий Николаевич, то вероятность того, что он обратит на меня внимание, составляла 50/50. Очень бы хотелось попасть во вторую категорию. Не люблю быть центром внимания. На следующий день после прибытия я отправилась в этот университет (по легенде я — студентка по обмену) и начала действовать. Я знакомилась с ребятами и преподавателями, даже завязала знакомство с «королевой» Светланой Пахомкиной. Я вела себя непринуждённо и просто, но один парень подумал, что я типа намекаю и стал вести себя нагло. То хватал меня за руку где-нибудь на лестнице и пытался поцеловать, то говорил гадости. Под конец учебного дня терпение моё лопнуло и я хорошенько ему врезала в нос. Потому что этот придурок задрал юбку и стал лапать меня прямо в коридоре! Удар получился таким сильным, что он упал. — Ещё хоть раз так сделаешь и станешь мечтой хирурга-практиканта, понял? — сказав это поверженному парню, который потирал разбитый нос, я удалилась под удивлённые взгляды студентов и преподавателей. В целом первый день прошёл спокойно, а вот следующий потрепал нервы. Как сказала Оля, девочка, которая была моим основным гидом по универу и его обитателям, никто не знал, где живёт их Сан Саныч, как они в шутку называли преподавателя латыни. В ректорате и деканате информацию не давали. Что ж, если не получится уговорить, придётся прибегнуть к моим способностям сыщика. На следующий день третьей парой как раз стояла латынь. Мы с Олей вышли проветриться на улицу, как и большинство студентов. А что? Весна на дворе, сидеть в душных аудиториях никому не хочется. Пока Оля рассказывала мне про какой-то сериал, я внимательно ко всем присматривалась. Тут во двор въехала чёрная и явно дорогая машина, из которой вышел «слегка» помятый высокий парень. «Слегка», потому что несмотря на попытки перебить ароматные последствия недавней пирушки, запах алкоголя чувствовался даже с расстояния нескольких шагов. Я посмотрела на парня, к которому тут же подошли почти все, кроме Оли, и отвернулась. — Кто это? — спросила я у девушки, хотя ответ знала. — Это? Иван Заславский-младший, племянник крупного олигарха, — ответила она с некоторой неохотой. Неужели есть ещё люди, которые не ведутся на внешний лоск и красивую обёртку? — Он учится здесь? — «Учится» это громко сказано. Просто посещает для галочки, чтобы любимый дяденька его денег не лишил. — Ладно, забей. А ты не видела Сан Саныча? — Нет, и это странно. Он не опаздывает на свои занятия. Обычно он тут с самого утра находится. А, вон он! — она указала на подъехавшую с другой стороны красную иномарку. Из неё вышел молодой брюнет в длинном бежевом летнем пальто и с папкой в руке. Его чёрные как смоль волосы развевались по ветру, обнажая могучую шею. Да и вообще он был хорош собой: высокий, стройный, одетый недорого, но очень элегантно, строгие очки. «Саша!» — сердце пропустило несколько ударов. Я не видела его после гибели Алексиса и не знала, как начать разговор. Я уже хотела подойти, но Оля схватила меня за руку и потащила в здание. Перед нами же шла вся эта толпа с Иваном и Пахомкиной в центре. Класс зашёл в аудиторию. Мы с Олей всё так же шли сзади и обсуждали сериал и новости кино. Я улыбалась и вообще старалась быть весёлой, но на самом деле мне было плохо. Мне казалось, что я чувствую его боль. Но вот мы тоже зашли в аудиторию. Я заметила на себе взгляд Заславского-младшего, но не подала виду. Как ни в чём не бывало, мы с Олей сели за заднюю парту и приготовились к уроку. Я делала вид, будто читаю учебник, потому что не хотела встречаться взглядом с идиотом, который буквально раздевал меня глазами и мысленно поимел во всех позах. Ненавижу таких людей! В моём списке личности с завышенным ЧСВ и отсутствием инстинкта самосохранения стоят на втором месте после преступников, у которых просто отсутствует инстинкт самосохранения. И судя по всему, Заславский-младший будет теперь входить в этот список. — Даже не думай! — подняла я голову и заявила, когда почувствовала, что он смотрит на мои ноги. Он лишь улыбнулся и сказал: — Зря ты так, красотка. Меня зовут Иван, а тебя? — Ты всем девчонкам намекаешь так не завуалированно на предложение потрахаться, или это для меня такой эксклюзив? А что по поводу моего имени, то оно тебе ничего не скажет, — ответила я и снова перевела взгляд на учебник. По аудитории прошёлся тихий смех. Кажется, никто не ожидал такой реакции от новенькой. С ним рядом сидел белобрысый парень в серой футболке, который тоже усмехнулся. Похоже, для Заславского-младшего это стало шоком, потому как я услышала его мысли: «Ну ничего! Эта девчонка ещё не знает, кто я!» Ха! Это я-то не знаю?! Любитель водить в нетрезвом состоянии, ты полгода назад сбил человека на пешеходном переходе! И теперь он прикован к инвалидному креслу на всю жизнь! Хорошо же тебе, что дядечка тогда здорово отмазал и выставил виновными потерпевшего! Пока хорошо. Потому что, рано или поздно ты так же будешь отвечать за свои грехи!.. В аудиторию вошёл… Саша. Класс замолчал. Начался урок. Он сел за стол, открыл журнал и стал отмечать присутствующих. — Прошу прощения за опоздание. И так, начнём. Сначала, как всегда, кто есть, кого нет. Мне сказали, что среди вас есть новенькие. Так, Абрамов Павел, Водянников Алексей… Заславский Иван… — Здесь, — отозвался парень. Я снова обвела взглядом аудиторию и на мгновение задержала взгляд на нём. Он снова посмотрел на меня и в этот раз я хотела, чтобы он видел мою злость. Он понял! Потом я посмотрела в сторону преподавателя. — А теперь я хочу познакомиться с новенькой. И так… Дикая Стефания? Класс засмеялся. — Так точно! — откликнулась я и подняла руку. Со своего места я увидела, что Саша напрягся. «Узнает или нет?» Он посмотрел на меня и поправил очки. «Узнал!» Да, он узнал меня и не подал виду. Моя злость сменилась тревогой. На уроках-то он может отыгрываться на мне, но что будет после? Отношения наши и раньше были натянутыми, а после похорон его отца и вовсе испортились… — Подружимся, — спокойно сказал он. — Расскажите нам о себе. Господи, что за дурацкая традиция с детского сада? Или это он уже начал на мне свою злость вымещать? — Извините, господин учитель, но мы не в школе, чтобы так знакомиться. А если кому интересно, тот может просто спокойно подойти и спросить. Лично у меня нет никакого желания выставляться, — ответила я как можно спокойнее, хотя внутри всё клокотало. — Хорошо, — отозвался преподаватель, — не хотите, как хотите. А теперь записываем тему урока… «Что, заинтересовала? — Да не то слово», — снова услышала я диалог и снова посмотрела на «сладкую парочку». И тут в голову пришла одна занимательная мысль! Похоже, я попала всё-таки в первые 50%. Раз этот гад думает, что может на спор уложить в постель любую девчонку, то настало время подпортить ему имидж плейбоя. Аккуратно, чтобы никто не заметил, я достала телефон и сделала их фотографию, предварительно убрав «вспышку». Пора повеселиться!