Секта

      Это был самый обычный вечер для северного Хантсвилла в штате Алабама. Улицы, переполненные людьми, шумели, и с наступлением ночи город преображался. Многочисленные ночные заведения открывали двери для приезжих гостей и жителей Ханствилла, и те шли туда, потому что других мест отдыха и развлечений в городе почти не было.       Несмотря на обилие клубов и баров, город был самым тихим и безопасным местом. Я приехал сюда из Мемфиса, такого же плотно населённого города, расположенного на юго-западе штата Теннесси, как и многие, с надеждой на хорошую и спокойную жизнь.       Меня зовут Грэг, Грэг Уилсон. Мне 48 лет, и я холост, а точнее в разводе.       Моя карьера началась в 23 года. Тогда я был всего лишь помощником полицейского, потому что еще учился в высшей медицинской школе. Получив образование, я перевелся в отдел к детективам и проработал там лет 10, не меньше, а потом ушел. Почему? Как вам сказать. Когда я учился на медика, то представлял, что буду спасать людей, и меня не пугал вид крови и человеческих внутренностей. Но в работе детективов больше мертвых, чем живых, и со временем я понял, что больше не могу смотреть на трупы.       Почему не ушел сразу, как получил диплом? Я привязался к месту и ребятам, особенно к напарнику, и не мог представить себя там, где нет Фрэнка. Фрэнк, старый добрый Фрэнк. Каждый раз, когда я появлялся на пороге участка, Фрэнк орал из дальней комнаты: «Эй, практикант, тащи сюда свою костлявую задницу». Практикант, вот так, а ведь мы 20 лет, считай, проработали вместе.       Что еще? В церковь не верил, но существование Бога не отрицал. А еще… Еще я был женат на Нэнси Харрис. О, Нэнси, местная знаменитость, любимица сцены и публики. Даже когда на ее безымянном пальце заблестело кольцо, поклонники не прекращали попыток добиться внимания.       Она готовила мне пончики по утрам, хорошо пела и заслуживала счастья. «Зачем такой нежной и ранимой женщине вечно пропадающий где-то муж?» Не помню, кто именно это сказал: ее брат или отец, но они сделали все, чтобы мы разошлись. Хотя в действительности я почти не уделял время Нэнси. Засиживался на работе сутками, приходил домой уставший и нервный. Я ничего не мог дать ей, и даже детей у нас не было. Неудивительно, что она ушла.       Но не будем о грустном.       После развода я переехал в Ханствилл и устроился в местной больнице санитаром. Я ухаживал за больными, мыл палаты, обрабатывал инструменты. В общем, моя работа не требовала ума, была низкооплачиваемой и трудной для людей брезгливых, но меня все устраивало.       В свободное от работы время я занимался изготовлением деревянных игрушек, которые раздавал старикам и детям.       – Эх, Грэг, такой дар пропадает, – сказал мне однажды дед, когда я менял ему белье, – ты бы людей мог спасать, руки у тебя золотые, а ты в ссаном тряпье ковыряешься.       – Наспасался уже, дедуль. На всю жизнь хватит воспоминаний. Да и нет у меня навыка живых штопать, это ж надо переучиваться.       – Ой, молодой еще, а ворчишь-то. Знаю один секрет. Хочешь, поделюсь с тобой?       – Какой еще секрет, дедуль?       – А вот такой, – он вытащил из-за пазухи мятый листок. – Это, – он пытался расправить бумагу, но лишь больше ее смял, – это страничка из трактата темного императора, – говорил дед почти шепотом, – тут есть кое-что. Мне уже не надо, а тебе пригодится, – снова сложив листок, дед сунул его в карман моего халата.       А потом больницу закрыли.       Итак, как я уже говорил, это был самый обычный вечер. Погода стояла холодная и дождливая. Я обошел несколько больниц, школ и даже парочку развлекательных заведений в поисках работы. Когда я совсем вымок, то вбежал в какой-то клуб на окраине города и прошел к барной стойке, где, усевшись, сделал заказ.       – Двойной виски, пожалуйста.       Не помню, пил ли я утром таблетки, или же виски был слишком крепок, но все вдруг стало казаться другим, нереальным.       Я сидел за барной стойкой, изредка оборачиваясь на посетителей. Зал был полон мужчин и женщин: они общались и выпивали. Кто-то из них топтался под звуки музыки у небольшой сцены-подиума, кто-то играл в карты, кто-то кружил у бильярдных столов. Ничего необычного. Возле дверей смирно стоял амбал, и если бы не светящаяся масляным блеском лысая голова, то его вполне можно было бы спутать со шкафом, выкрашенным в черный, как его костюм, цвет. Очевидно, по этой причине я не заметил его, когда входил в клуб.       Спустя время, ко мне подсел мужчина.       – Кажется, это ваше, – он протянул мне газету и сложенные вдвое листы. На одном из них я выписал адреса и телефоны работодателей, другой же был той самой страничкой из трактата. Я, наконец, развернул его и прочел. Вот, что там было написано:       «...В ночь, когда луна войдет в новую фазу, откроются врата иного мира, ты сможешь войти, но помни, стоит лишь задержаться, и путь назад закроется. Если заблудишься, заберёт с собой дьявол еще три души…»       А чуть ниже шел какой-то текст на непонятном мне языке, и лишь в конце приписка-перевод: «… чужой силы можно забрать себе. Надо лишь найти одаренного и изъять определенную часть тела, а потом приготовить...» «Что за хрень?» – подумал я и, скомкав, засунул страничку в карман куртки.       – Работу ищете? – заговорил мужчина, шелестя газетной бумагой. Я молча кивнул и подозвал бармена:       – Повтори.       – Я мог бы помочь, – мужчина наклонился к самому уху и стал шептать что-то про тайную организацию по спасению мира, скрытом во мне таланте, человеческих грехах, магии и что если я ему помогу, то меня ждет светлое будущее. Закончил он свой монолог фразой: «Надумаешь, она подскажет, где найти меня», и указал рукой в сторону сцены.       Я проследил за движением, и моему взгляду открылась невероятная картина. Эффектная блондинка аля Мэрилин Монро лет тридцати, может постарше, выплыла в центр освещенного прожектором круга и запела. Околдованный голосом, я слушал песню и блуждал взглядом по ее фигуре.       – Так и имя свое забыть можно, – я вернулся к собеседнику, но его уже не было. – Ладно. Кажется, пора домой. Спать, спать, спать. Всё, дела завтра.       Газета снова вывалилась из кармана вместе с бумагами. В этот раз я поднял ее сам, и когда выпрямился, то увидел ее. Она сидела, закинув ногу на ногу, и улыбалась… мне?       – Не угостите даму чем-нибудь вкусненьким?       Я снова подозвал бармена:       – Пина коладу? Нет? Что же тогда? – я пытался вспомнить, что пила Нэнси в те редкие вечера, что мы проводили вместе. Но, кажется, она пила тоже, что и я. – Пиво?       – Я буду скотч, а вы?       – Скотч, тот же виски, – я улыбнулся незнакомке. – Если честно, уже собирался домой.       – Неужели вы оставите меня одну? – она вздохнула так сильно, что платье натянулось в области груди, и я невольно сглотнул.       – Скотч и двойной виски, – я озвучил заказ бармену и сел на место. – Странно, что такая леди предпочитает крепкие мужские напитки.       – Помогает расслабиться перед выступлением, иногда и во время. Агата, – она протянула руку.       – Грэг, – представился я и пожал маленькую женскую ручку. «Агата, – я пробовал про себя имя, – Агата, Агата… Аграта. Что?» – Красивое имя. Редкое. И очень вам подходит. – Немного помолчав, я решил спросить о мужчине. Агата коротко объяснила, что Фред частный детектив, он ищет напарника, но никак не может найти. Затем она рассказала, что в их тихом городке давно происходят страшные вещи, но все скрывается властью, чтобы не пугать отдыхающих.       Когда она закончила, я уточнил несколько моментов, и мы опять замолчали. Потом она снова вышла на сцену, попросив меня перед этим ее дождаться..       А затем.       – Еще виски, – и я рассказал пару баек из жизни, как пел, когда был маленьким, что тоже мечтал стать звездой, а закончил все историей про молоденькую санитарку Милли, которую скрутил в прачечной, приняв ее по ошибке за сбегающую пациентку.       Агата смеялась, я хмелел.       – Так вы будете с нами работать? – спросила меня Агата, когда мы под руку вышли из клуба.       – Ради вас я готов на все.       – Даже убить?       – Если вы предскажете мне будущее, в котором мы будем вместе, то да, Агата, даже убить.       Гадалка днем и певица вечером, Агата сводила меня с ума. Я согласился работать у Фреда, и мы устраивались в бары, казино и другие злачные заведения, выискивая особых людей.       Сам я не принимал участие в поиске. Этим занимался Фред. Он давно жил здесь и когда-то работал психологом или психиатром. В общем, знал людей, а кого не знал, считывал не хуже доктора Лайтмана из сериала «Обмани меня». Я не завидовал ему, да мы и не виделись толком. Я много работал: был хирургом и судмедэкспертом в одном лице. У меня был помощник. Стефан, кажется. Он и поддерживал связь с нашим так сказать боссом. Через него я узнавал о следующем особом человеке.       У меня появились работа, деньги, Агата!       А потом я очнулся в комнате для допроса: темной, мрачной, как в сериалах. Голые стены пахли сыростью – очевидно, комната была угловой.       – Мистер Уилсон. Скажите, когда вы поняли, что вас используют? Почему не пошли в полицию, не вернулись домой? Возможно, ваш напарник, Фрэнк, мог бы помочь вам расследовать это дело, – когда молодой человек снял очки, его лицо показалось мне слишком знакомым.       – Мы можем продолжить завтра? Я очень устал, – я пытался вспомнить, где его видел. Мы точно знакомы. И не похож он ни на детектива, ни на врача.       – Нет, мистер Уилсон. Вам придется ответить на эти вопросы и еще на несколько других, – он встал и начал расхаживать по комнате. – Вы принимаете какие-то таблетки? Бывает ли, что не можете вспомнить, что было вчера или пару часов назад? Нет ли посторонних голосов в голове?       Я понял, на что он намекает. Меня признают психом и приговорят к казни на электрическом стуле.       – Какие темные мысли, Грэг, – молодой человек каким-то образом очутился за моей спиной. – Но всегда есть запасной выход. Поищи в кармане.       Дрожащей рукой я влез в карман штанов и вынул оттуда мятый лист.       – Твоя душа уже наша, но ты еще можешь пожить в этом мире. Капля крови, одна капля.       Я развернул бумагу и положил на стол, а потом зажмурился и вытянул руку над страницей, вырванной из трактата темного, ладонью вверх.

***

      – Почему ты так долго? – я пропустил его вперед.       – Не мог оторваться от глаз! В них столько блеска! – Тяжелая дверь в подвал захлопнулась. – Я последовал твоему совету и вырезал их первыми.       Откуда-то сверху раздалось:       – Кто-нибудь еще желает заглянуть в будущее?       Примечание автора.       1. Первая версия текста в записке была такой:       «...В ночь под полною луною – в мир иной нам дверь открою,       Только помни, что у нас, есть на все всего лишь час.       Коль заблудишься в тиши, заберёт смерть три души…»       Но потом она мне разонравилась.       2. Аграта – третья по счёту жена Сатаны (мерси, гугл).