Связанные красной нитью

Тёплый вечер неспешно уступал место августовской ночи, позволяя ей рассыпать по небу звёзды, словно блёстки по какому-нибудь шикарному свадебному платью с подолом из сатина. Прохладный ветерок робко пробирался сквозь плотные шторы в комнату Мицуи, который увлеченно шил новую вещицу для предстоящей осенней коллекции. Молодой дизайнер так бы и сидел за работой до следующего утра, если бы, потянувшись за очередной булавкой, его взгляд случайно не упал на настенный календарь, спрятанным за многочисленными эскизами. 28 августа было небрежно обведено в полукруг-недоовал ярко-красным маркером. Это могло означать лишь одно — уже завтра их с Хаккаем годовщина. Ну а если быть точнее, то эта самая годовщина должна быть через несколько часов, ибо за пару лет отношений с Шибой дизайнер понял, что для его парня все праздники и памятные даты отмечаются ровно в 00:00. Короткая стрелка на электронном циферблате лениво перевалилась на отметку в 11 часов, и Такаши стал постепенно собирать плоды своей долгой работы, дабы все это не мешало ему в последствии хоть немного украсить мастерскую к приходу дорогого ему человека. Надув пару шариков и пустив их по полу, Мицуя принялся украшать стены бумажными сердечками, приклеивая их на двусторонний скотч. Закончив с этим делом дизайнер живо принялся искать подготовленный им костюм и подарок. Лёгкий костюм нежно-голубого цвета с темно-синими манжетами и не менее красивыми запонками, украшенными роскошными синими камнями. Белая рубашка, надетая под пиджак придавала виду Такаши какой-то необычной торжественности, мягкости, нежности, сказочности. Часы пробили 12, и ровно в этот момент послышался звонок в дверь. Довольный Хаккай стоял с огромным букетом цветов, покорно ждав, пока его парень откроет дверь. — Дорогой Таканчик! — завалился в комнату Шиба, протягивая букет возлюбленному. — Поздравляю тебя с нашей пятой годовщиной! Я так рад, что ты со мною вместе уже столько лет. Я безмерно благодарен тебе! Парень-модель заключил Мицую в крепкие объятия и сладко чмокнул его в тонкие губы, слегка искусанные от напряжённой работы в порыве вдохновения. Хаккай выглядел просто прелестно. Яркие волосы контрастировали с его жёлтым костюмом, а синий галстук в цвет волос придавал всему виду парня некий шарм. Глаза цвета индиго Шибы светились от счастья, когда тот вручал свой подарок Такаши. Из довольно внушительной коробки Мицуя достал огромного плюшевого медведя, при виде которого точно можно было бы сказать, что тот ни при каких условиях в мире не поместился в ту коробку, и какой-то конверт. Аккуратно достав оттуда какую-то бумагу, Такаши внимательно уткнулся в нее, но уже через пару мгновений перевел взгляд на Хаккая. Этот взгляд был полон нежности и благодарности, полон чистой любви, которую только может испытывать человек к человеку. Мицуя слегка прикрыл рот рукой и на одном дыхании пролепетал: — Ты серьезно выбил ради меня приглашение в модный дом моего любимого дизайнера? Я не сплю?! Сказав это парень будто заново осмыслил происходящее, и к его глазам робко подступили слезы неподдельного счастья, которое люди испытывают столь редко. Хаккай медленно кивнул и, мягко улыбаясь, утопил любимого в своих объятиях. — Ты же говорил, что мечтаешь стать дизайнером, вот я и подумал, что тебе стоило бы посетить это место. Надо же посмотреть на рабочее место заранее. Приятные запахи дорогих лавандовых духов и любимого человека щекотали ноздри Мицуи, уткнувшегося в родную грудь. Парень был бы готов вечно сидеть с этим ангелом во плоти, что спустился с небес, дабы дарить людям счастье и улыбки, но, вспомнив про свой подарок, Такаши был вынужден выбраться из приятных объятий и сходить за презентом, над которым трудился больше семи месяцев. Подарок выглядел как небольшой кулёк, завернутый в красивую оберточную бумагу нежно-голубого цвета и перевязанный оранжевой атласной лентой. Развернув свёрток чуть дрожащими от легкого волнения и нетерпения руками, Хаккай достал оттуда изящно сшитый комбез, над которым дизайнер работал явно больше месяца, и весьма красивую книгу в толстом переплете. Естественно, при виде новой вещи, сделанной самим Таканчиком, Шиба тут же просиял и надел на себя обновку. Этот комбез был истинным примером мастерства Такаши: ровные швы были так аккуратно выполнены, что казалось, будто их и нет вовсе; эластичная ткань элегантно подчеркивала каждый изгиб тела модели, подчёркивая эстетичный вид младшего Шибы; воздушная вышивка на плечах придавала сей картине какой-то волшебный вид. Довольный подарком Хаккай достал из раскрытого свертка толстую книгу, подписанную красивым шрифтом как «Моё счастье». За плотным переплётом скрывались крафтовые страницы, украшенные бумажными цветами и совместными фотографиями из юношества Мицуи и Хаккая. На каждой странице были написаны какие-то приятные слова о Шибе младшем. Безумно трогательная картина, которая, естественно, поразила модель. Парень с улыбкой рассматривал детские фотографии, вид которых вызывал короткую ностальгию. — Таканчик, откуда у тебя так много фотографий? — Я собирал их лет с 15. Мне хотелось запечатлеть каждый момент прожитый с тобой. Как-то так. — смущённо бормотал Мицуя. Хаккай вновь заключил возлюбленного в тёплые объятия, чмокнув того в макушку и еле слышно прошептав: — Я люблю тебя, Таканчик. Очень сильно люблю. Мицуя был готов утонуть в этих объятиях, в этом прекрасном запахе любимого парфюма Шибы, утонуть в этой любви и больше никогда не возвращаться в реальный мир. Невероятно приятно и комфортно. Бабочки в животе порхали, казалось, уже второй час. Волшебно. Испытывать такие сильные чувства к кому-либо и быть настолько сильно любимым кем-то, наверное, та самая вещь, о которой мечтал каждый человек. — Я тоже люблю тебя, Хаккай… — также тихо ответил Такаши, поглаживая широкие плечи любимого. — У меня есть для тебя ещё один подарок. Молодой дизайнер достал из кармана небольшую коробочку, обшитую насыщенно-алым бархатом, и достал оттуда два красных браслета из шерстяных ниток, украшенных небольшими кулонами-карпами Кои*. Притянув к себе поближе руку Хаккая, Мицуя одел украшение на тонкое запястье парня, а после надел и свой. Теплая улыбка мягко растянулась по лицу Шибы чуть ли не до ушей. Вид смущённого Таканчика, эти милые рыбки и сам браслет — все это было так трогательно, так чудесно, что слезы сами собой наворачивались на глаза Шибы. Сильнее прижав к себе Мицую, модель вполголоса спросил: — Я уже говорил, что очень-очень сильно люблю тебя? — Ты постоянно это повторяешь. — тихо засмеялся дизайнер и потрепал синие волосы партнёра. — Не может быть… Мне все равно кажется, что этого мало, Таканчик. Просто мука какая-то. — Я понимаю, Хаккай, я понимаю. Настенные часы громко тикали, нарушая тишину, повисшую в уютной квартире Мицуи. Парни уже давно улеглись в кровать и уснули в обнимку. Вновь возлюбленные провели годовщину в своем уютном гнёздышке.