Теплота и трагичность

Мы были достаточно молоды и уже не в первый раз приходили в этот бар, который был не совсем большим (это, конечно же, являлось его плюсом), и он не был вылизанным. Нет, как раз наоборот, это был один из тех немногочисленных баров, вся атмосфера которого говорила, что он живет своей самой обычной, умеренной жизнью. Местами были пошарпанные стены, местами мигала лампочка, было видно, что стульям тут уже не первый десяток, но нас это устраивало. Нас всегда это устраивало. Место неизменно подкупало своей атмосферой и не особо дорогим, но в меру хорошим алкоголем. Мы были достаточно молоды и денег было не особо много. Но нас это не волновало; мы жили здесь и сейчас, все равно немного думая о завтра и еще немного думая о квартплате съемных квартир. — Не издевайся над своей душой, — я искренне и даже с долей честных глубоких переживаний, промелькнувших в моих глазах, посмотрела на него, в ожидании продолжения. — Я знаю, что ты тоже нуждаешься в одиночестве, в этом заветном уединении, не меньше чем я, но не загибайся. Мы и так нечасто видимся, хотя я не настолько плохой человек и собеседник, — он мельком улыбнулся и заглянул ко мне в глаза. Я прекрасно понимала о чем он говорит. Понимала, что не стоит насовсем отказываться от общения с людьми, которые тебе по душе, потому что потом верх брала некая тоска по общению с этими же хорошими и думающими людьми, к которым еще, в случае чего, можно было с твердой уверенностью обратиться и поделиться тем, что долгое время сидело внутри и хотело выйти наружу. — Ты хороший человек и собеседник, — под конец фразы я по-доброму улыбнулась. — Спасибо… — я поблагодарила его за слова и на пару секунд притихла, собираясь с мыслями. — С тех пор как осознала свою полноценность, уже меньше мучаю себя… порой, правда, хочется побыть одной. Это же все про баланс между одиночеством и общением с людьми, важно прислушиваться к себе, чего именно ты хочешь. Ведь, действительно, поняв и осознав, что я — это я, полноценная личность, жить стало легче. У меня есть я, это ли не счастье? Основа основ моей духовной жизни: быть для себя всем. Все и так уже во мне есть, остается только находить, раскапывать и чувствовать эту силу, а эта сила — и есть я. Каждый раз находить в себе что-то новое, узнавать о себе что-то новое. Мы все еще продолжали разговаривать. — Пойдем? — спросил он и мотнул головой в сторону выхода, на что я лишь уверенно кивнула. Прямо возле входа в бар была скамейка. Мы сели, он закурил. Время подходило к четырем утра, а на улице все еще темно. Август дожил свои последние жаркие дни, сейчас только осенняя погода. Хотя календарно, до конца августа оставалось дня два. Ветер дул нечастыми, но прохладными порывами. Воздух тоже был прохладным и немного влажным: буквально пару часов назад прошел моросящий дождь. Ночью, как и всегда, было очень спокойно. Из-за темных и светло-серых облаков на небе создавалось впечатление, что оно светится изнутри. — А ты когда смотришь на небо, тебе тоже очень по-странному спокойно становится? — я посмотрела на него и с каким-то нескрываемым восторгом спросила. — Что? — он явно не ожидал моего вопроса, но был приятно удивлен, потому что вопрос он задал одновременно улыбаясь, что сильно сказывалось на интонации. — Ты когда на небо смотришь тебе тоже спокойно становится? — я повторила свой вопрос. — Это одновременно успокаивает и завораживает, — он поднял взгляд, а я поглядывала за ним. Он успел пару раз затянуться. — Да, и правда по-странному спокойно становится, — совершенно искренне прошептал он. — Такие моменты дают какие-то внутренние силы, если честно, после них еще больше жить захотелось, — полушепотом сказала я. Он лишь приобнял меня за плечо, немного поглаживая и посмотрел в глаза, немного улыбаясь. — Скоро осень, я уже чувствую этот запах. Чувствую, как холод окутывает повсеместно. — Люблю это время года. — Знаешь, кому нужно, тот и обретет этот душевный покой. На какое-то время, но все же обретет его, — спустя пару минут сказал он. А я пристроилась на его плече, все также смотря на темное ночное небо.