Once in a blue moon

‘You Won’t See Me’ - The Beatles

***

Тэхёну пришлось пожертвовать своим драгоценным сном, чтобы привести себя в порядок. Ей-Богу, словно собирался не в университет, а на красную дорожку. Освежающий душ, куча вкусно пахнущих кремов, гелей, одеколон… а на укладку светло-русой копны и вовсе ушло больше часа, пока, наконец, удовлетворённый результатом, Ким не отошёл от зеркала, на ходу завязывая галстук и хватая со спинки стула, подготовленный со вчерашнего вечера, пиджак. Сердце бешено стучало, словно вот-вот и вовсе разлетится на части, стоило завидеть того, кого всем сердцем любил и обожал и, собственно ради кого и был затеян этот утренний туалет, но одновременно и того, кому признаться не хватало смелости. Его методы не настолько радикальны как у того самого Юнги, поэтому добиваться чужого сердца он решил не спеша. К тому же, он и так чуть не упустил свой шанс, когда Мин решил погеройствовать, чёртов выпендрёжник! Он был готов уже сам его покусать, если бы не не страх того, что Юнги и его переломит в два счёта… Всё-таки, дружить с ним было куда благоприятнее, чем становиться заклятым врагом. Даже если и во имя любви. Шанс подвернулся внезапно. Именно тогда, когда Юнги снова приспичило подомогаться до Пака в полутёмном зале. Тэхёну лишь нужно было удержать внимание Чонгука на себе настолько долго, насколько это вообще было возможным, учитывая тот факт, что Чон до сих пор упрямо не желал с ним разговаривать. Он обиделся из-за Чимина, но при чём тут Тэхён, он то ничего не сделал… Поэтому, заметив, как выбегает Чимин, а за ним будто тень следует Юнги, он обеспокоено поглядывал на Чонгука, чтобы ему вдруг не пришло в голову проверить как там его друг. И пусть это было немного эгоистично с его стороны, но внезапно и он почувствовал, как чувство ревности колет где-то в районе сердечка. Снова всё сводилось к тому, что если бы Мин не повёлся на дурацкое предложение Джина и Нама, то не стал бы таскаться за Чимином, а соответственно Чонгуку не пришлось бы его всё время охранять, и они бы не отдалились с Тэхёном. Чонгук уже вовсю строчил смс`ки и, если бы Тэхён только предположил кому они предназначались, то точно бы не прогадал. Не придумав ничего лучше, чем тупо перегородить ему дорогу на выходе, раскинув руки в разные стороны, чем вызвал очередной хмурый взгляд Чона. — Ты не можешь не общаться со мной только потому, что наши друзья не ладят! Чонгук остановился, теперь оказавшись спиной к спине. — Если хочешь прекратить наше общение, то скажи прямо… Мы теперь почти не видимся, ко всему ещё и избегаешь меня. Вечно ходишь за Чимином, словно он маленький ребёнок, тебе ещё не надоело?! — Я бы не ходил за ним, если бы не твой сумасшедший сонбе! — огрызнулся Чонгук, резко разворачиваясь. — Он преследует его, понимаешь? Хотя, ты же и так, наверняка, в курсе происходящего, не удивлюсь, если окажется, что ты с ним заодно! — До этого тебя, кажется не слишком волновало наше с ним общение… — Думаешь? — Что? — Никак не мог понять, почему тебе вечно следует ошиваться возле кого-то, вроде Юнги, Намджуна и Сокджина, но теперь меня будто осенило — веселья в жизни не хватало? Слишком много тебе похоже запрещали, что теперь ты решил стать на столь шаткую дорожку. Мелочь со своими «друзьями» у младшеклассников ещё не отбираете? — Кажется, проблемы тут только у тебя! Ты даже их не знаешь, чтобы так говорить. — Я знаю достаточно, к тому же в свете последних событий… — Извинись немедленно! — Извиниться? Интересно, за что? За твоего товарища-козла? Или за то, что тогда не врезал ему хорошенько? — Если ты сейчас же не… — начал Тэхён, но Чонгук, подошедший слишком близко, заставил его запнуться на полуслове, поднимая испуганные глаза. Чон на целую голову выше его, да и телосложением явно превосходит, чёрт! Нет бы оставить всё как есть и гордо уйти, так нет же, доигрался… — Продолжай. Если не извинюсь, то что?.. Ударишь меня? Или пожалуешься папочке, чтобы злого Чонгука наказали или вообще вышвырнули из универа, как вы привыкли делать со всеми неугодными вашей компашке? Приподнявшись на носочках, Тэхён ухватился за плечи Чонгука, прижимаясь всем телом, и обнимая настолько крепко, что ему даже показалось, что он услышал хруст чужих костей. Чонгук опешил, но уже через секунду пытался отлепить настойчивого Кима. — Эй! Ты, что, спятил?! Если нас увидят?.. — Ты не оттолкнёшь меня снова, ясно? Буду держать, пока снова не станешь моим другом! — Поехавший… Сказал же, пусти! — не рассчитав силы, он замахнулся, отмахиваясь, и Тэхён пискнуть не успел, как спиной почувствовал холодный кирпич. Ухватившись за ушибленную руку, он лишь тихо всхлипнул, поджимая колени. — Я не… не хотел… — Чонгук склонился немного, осознавая, что перегнул палку, но Тэхён будто и не слышал его. — Давай помогу подняться… — парень не сопротивлялся, повинуясь, словно тряпичная кукла. — Я не хочу, чтобы ты считал меня избалованным наследничком… Потому что я не такой. Позволь мне только… — Хватит болтать. Вот, — он усадил парня на скамейку возле кампуса, бросая рядом свою сумку, — посиди тут, а я сейчас вернусь. Тэхён вздохнул, опустив голову. Ну, почему он такой глупый? Почему вечно встревает в какие-то неприятности? И почему именно он должен метаться, словно между двух огней, от которых, кстати говоря, уже нехило начинал подгорать зад, чтобы не поссориться с Юнги и не стать предателем, но и при этом не упасть ещё ниже в глазах Чонгука. От вибрации, раздавшейся на фоне, он подпрыгнул, словно ужаленный, хватаясь за сердце. Дурацкие абоненты! Ну, было бы вообще по-свински, если бы Тэхён забив на все правила приличия, начал бы рыться в чужой сумке, но… Это был бы не Ким Тэхён, если бы снова не учудил какую-нибудь глупость! Так и получилось, случайно-не случайно, а номер он достал. — Чонгук! Пойдём на репетицию вместе? — рука замаячила в воздухе, но слишком бурного ответа он снова не получил. — Привет. Выглядишь сегодня… — Нравится? — затаив дыхание, он ждал, что, наконец, на него обратит внимание тот, на кого он так долго вздыхал по ночам. — Идёшь на свидание? — А если да? — Поздравляю. — пожав плечами, Чонгук пошёл дальше, утыкаясь носом в телефон. — Спасибо…

***

— Хочешь кофе? — Юнги придвинул стакан с горячим напитком ближе к Чимину, что уже не знал, куда себя девать. Мин выныривал перед ним, словно чёрт из табакерки, куда бы тот не пошёл. Даже в сортир за ним потаскался, спасибо, что не в одну кабинку! А теперь вот притащил целый поднос вкусностей, пытаясь накормить ими Чимина, и всё бы ничего, если бы он не делал это на глазах у всего университета. — Нет. — Зелёный чай? Или предпочитаешь матчу? — Не хочу. — Апельсиновый сок? Виноградный? Или уж совсем по-извращенски, томатного? — Юнги… — Шоколадное молоко? Есть ещё клубника и ваниль, прости, не знал, что ты любишь больше, поэтому бери всё! — Мне ничего не надо, убери это. — буркнул Чимин, натягивая козырёк кепки ещё ниже. — Я же так старался выбирая всё это, а ты снова шлёшь меня куда-подальше… Так нечестно… — Юнги умостился подбородком на ладонь, поднимая грустный взгляд. — Ну, тогда бери, что тебе хочется и, пожалуйста, дай мне спокойно поесть… Нет тут, случайно, яблочного сока? — чуть ухмыльнувшись переспросил Чимин. — Издеваешься, да? Отлично, тогда пойду и выброшу всё это к хренам! — он уже было поднялся, но Чимин остановил его, ухватившись всего двумя пальцами за рукав Миновой рубашки. — Ты же потратил свои деньги… Ладно, давай сюда… — Кофе, чай… — Сок, апельсиновый… — Значит, апельсиновый сок. — дублируя ответ к себе в телефон, проговорил Юнги. — Что ты делаешь? — Я должен знать о тебе всё. Ты любишь танцевать, хочешь стать преподавателем и любишь апельсиновый сок… Мне нужно больше фактов, Пак Чимин. Когда у тебя день рождения? — Тринадцатого октября, ой! — Чимин закрыл рот рукой, будто ляпнул что-то лишнее — Кажется, я припозднился с подарком, придётся выкручиваться как есть, пойдём на свидание? — он захлопал ресницами, обвиваясь вокруг Чиминовой руки. — Нее-т. — Мне снова украсть тебя? — Только попробуй. — Чимин пригрозил кулачком, на что Мин ответил моментально — быстро чмокнул, довольно улыбаясь. — Не злись. Ну же, пойдём туда, куда захочешь ты, м? — Я Чонгуку обещал… — И вот опять. Чонгук, Чонгук, Чонгук, везде и всегда один Чонгук… Отлично вам провести время. — Юнги… Перекинув лямку рюкзака через плечо, Юнги устремился к выходу, сметая всех и вся на своём пути, словно смерч. Чимин, возможно и согласился бы, но тут же вспомнив предостережение Чона решил, что спешить он не будет. К тому же, если Юнги действительно искренен в своих чувствах, то должен понять и не торопить события.

***

^Tiny Kooky^:

Чимин, прости, не смогу провести тебя сегодня, у нас доп. репетиция сегодня, придётся задержаться. Справишься один?

Вы:

Не беспокойся обо мне, всё будет в порядке.

— Ой, чуть не забыл! — Чимин заново открыл диалог, быстро тыкая по клавиатуре. — Готово!

***

В небольшом магазинчике царил немного затхлый, но при этом совершенно не искажающий атмосферный запах старости и чего-то вечного. Немного подопустившиеся от тяжести взваленного на них веса полки, выдерживали целые эпохи искусства, что умещались на больших и маленьких пластинках, хаотично сложенных одна на одной. Чимин прогуливался вдоль полок, с особой бережливостью прикасаясь к ним, будто они и вовсе были сделаны из стекла. Владельца этого укромного заведения он видел всего пару раз, хотя наведывался сюда по несколько раз в неделю. Обычно, местечко, укрытое саморучно связанным пледом пустовало, так что любой мог чувствовать себя здесь спокойно, точно дома. Дверь скрипнула совсем тихо, но достаточно, чтобы оповестить о приходе нового гостя. Чимин рассматривал что-то в самом низу, поэтому начал говорить даже не оборачиваясь назад. — Извини, что не получилось прийти сюда в прошлый раз, я ведь давно обещал показать тебе это место. Ты, вроде давно мечтал о «Rubber Soul» The Beatles, кажется, я видел её где-то здесь… Только нужно поискать… — У тебя биполярка, что ли? — Юнги потёр переносицу, пытливо вглядываясь в лицо напротив, что, похоже, сейчас испытало все эмоции по кругу, от удивления до злости, и наоборот. — Что ты тут делаешь? — Чимин будто завис, не соображая ничего, от слова «совсем». — Прикалываешься? Сам позвал меня сюда, а теперь делаешь вид, что не при делах? Весело тебе? — С чего бы мне звать тебя? — Смотри сам. — Мин разблокировал телефон, поднося его к самому Чиминовому носу. — Я не… Это просто ошибка! Писал я… — Дай угадаю, Чонгуку? Я уже привык, не волнуйся. Но, раз уж я пришёл, то так просто ты от меня теперь не отвяжешься. Если я правильно понимаю, то это твоя святая святых? Один-один. И вот, мы ещё на шаг ближе к друг другу. — Хорошо, пусть будет по-твоему. Раз уж косяк с моей стороны, я уступлю, но только в этот раз. — Я знал, что мой Чимин очень добрый мальчик. — Юнги опустил руку на голову Пака, слегка взъерошивая волосы. — Прекрати уже называть меня своим. — Прости, ничего не могу с этим поделать. Было бы неплохо, если бы и ты разочек назвал меня так. — Хмм, дай-ка подумать, разве что моя заноза в заднице. — прошипел он. — И снова виноват я, как неожиданно. — театрально разведя руками, Юнги оглянулся вокруг. — Здесь красиво. — он провёл кончиками пальцев по нескольким картонным упаковкам, выбирая наугад и не взглянув на обложку пошёл в сторону кассы. — Ты даже не знаешь, что взял, тебе не интересно? — Я ведь выбираю музыку, а не обложку. Какая разница, нарисован там цветок или кусок корабля, если музыка не для глаз, а для души, или ты всегда судишь по тому, что видишь? — Это только что был камень в мой огород, да? — Не понимаю о чём ты. Идём, нужно найти ещё где мы сможем это послушать…

***

Тэхён, раздосадованный и измученный, будто после каторги, топтался на одном месте, не зная под каким ещё предлогом можно подступиться к этому чурбану Чон Чонгуку. Он уже смотреть не может, как этот заяц-переросток, конечно, в хорошем смысле, миленько болтает со всеми подряд, но стоит только Тэхёну подойти ближе, как он снова становится неприступной скалой. Снова он за своё, но посмотрим, кто ещё будет за кем бегать! Нет, ну уж точно не Чонгук… Если он сейчас обходит его десятой дорогой, то что должно произойти, чтобы он, наконец обратил на него своё внимание. Проигнорировав просьбу Тэхёна о возвращении всего их общения на круги своя, он только больше распалил желание отмщения внутри молодой и ранимой души. Так что теперь уж точно, держись, дорогой Чон Чонгук! (и лучше запасись валерьяночкой).

***