Проклятье крови

Сегодня на календаре 12 декабря 1990 год. Седрик учится на втором курсе, а Вике вот-вот должны принести письмо из Хогвартса. Матери становилось всё хуже. Она изнемогала, покрывалась холодным потом, по ночам стонала от боли и кошмаров. Да, кошмары. Они снятся Насте на протяжении десяти лет, с рождением дочери. Люциус и Нарцисса присылали каждые три дня деньги, сундуки, в которых лежало двадцать пять галлионов, двести сорок сиклей и сто сорок кнатов. Но Настя отправляла эти богатства назад и письмо с обидой: — Деньги погубят, а не вылечат. Каждый раз они присылали и каждый раз Настя отсылала им и деньги, и это письмо. У Вики была маленькая каморка, в которой она жила и тумбочка забитая вещами, а в углу небольшой рабочий стол из ясеня. На нём стояли исторические книги о «Греческой мифологии», «Старинных чистокровных семьях и их корнях», «Книга о тёмном искусстве». Тёмное искусство всерьёз привлекло девушку как предмет и она решила, что он ей пригодится в будущем, когда она поступит в Министерство на мракоборца. Прямо как мать. На школу у неё были планы мирового масштаба, Освоение заклятий, зельеварения, ЗОТИ, тёмные искусства, познакомиться с величайшим зельеваром и мастером тёмных сил Северусом Снейпом и найти хороших друзей. На столе стояла та книжка, к которой Диггори собиралась подойти основательно — книга о чистокровных семьях. В ней она отыскала примечательную фамилию «Малфой». Сама глава о происхождении рода была очень интересной и Вика отметила для себя несколько фактов. Одним из тех фактов было то, что слово «Малфой» — от старо-французского переводится как «вероломство». Ранее, эта семья состояла в деловых отношениях с маглами, девиз – «Чистота всегда одержит победу», их герб — в виде на чёрно-зелёном полотне заглавной буквы М, по бокам которой сидели два силуэта драконов, основателем рода был Арманд Малфой. — Вика! — Раздался хриплый голос матери. Девушка отбросила фаллиант и рывком побежала к матери так, как Вика знала, что каждый её вздох может стать последнем для мамы. Девочка прибежала к маме и сразу же упала на колени и запустила правую руку ей под голову. В комнатушке, в слабо освещенной комнате, на родительской кровати лежала мама, теперь уже только она. Папа спал на полу, ведь во сне мама сильно ворочилась и драла ногтями всё до чего доставала. По углам весели подсвечники со свечами и иконы Хреста спасителя, кресты. — Что, что, мам? — Вика от беспокойства уже не помнит когда в последний раз она нормально спала. — Принести что-то? — Дорогая... — Начала она. — Ты помнишь какой завтра день? Вика непонимающим взглядом посмотрела на календарь. — А что-то должно наступить? — День — Настя поперхнулась. — Т-твоё од-диннадцатилетие, дитя моё. И впрямь, как она могла забыть? Одиннадцать лет — письмо из Хогвартса, но... — Знаешь, что это значит? — Гордо спросила миссис Диггори. — Да, но я не поеду. — Быстро ответила дочь. — Я не оставлю тебя умирать. — Не глупи, ты должна поехать. — Нет, я в магловской школе учусь на домашнем обучении потому чт... — Потому что далеко — Перебила Настя. — И дорого. — Нет, нет, причина не в том. — Вика, слушай, Малфои — они помогут тебе, ты останешься с ними. — Что, и бросить тебя? — Не сейчас, а после моей кончины. Ам-мос знает. Знаешь, единственное, чего я хочу это перед смертью увидеть Седрика и как ты садишься на поезд 9,3/4, — Женщина заметно погрустнела. — но, пожалуй, я не доживу и до января. У Вики полились слёзы. — Не говори так, мам. — Тише, Тише, всё у тебя будет хорошо. Весна будет ранняя, с февраля. Иди в свою комнату, не плачь. — Мать откинула прядь коштановых волос с лица Вики и улыбнулась сквозь боль. Вика в свою очередь вытерла слёзы и, встав с пола пошла к себе.