В объятьях тьмы

      » — Удачи тебе, Гарри. » — слова, что должны укрывать теплым пуховым одеялом от всех невзгод, вновь мелькают в сознании, оставляя после себя неприятный осадок. Ну и где же ваша удача, когда она так нужна?       Люди часто снимают с себя ответственность словами « не повезло». Конечно, вам не повезло! Как может повезти человеку, который ничего в жизни для этого не сделал?       «Родился в рубахе» — говорят, если он спасся от смерти. Ничего подобного, просто его время еще не пришло. А может быть, кому-то нужно было оставить его в живых.       Поздравления на праздники начинаются с «удачи!». Не важно в чем, когда и где. Мать, отправляя сына на фронт, утирает белым платком горючие слезы и шепчет вслед: « Удачи…». Родители, перед экзаменами своих детей. Жены, провожающие мужей на собеседование. Все. Все они. Все вокруг говорят об удаче. Хоть это и не несет никакой важности. Это просто превратилась в своеобразный ритуал, обмен ничего не значащими словами. А где эта самая «удача» с большой буквы, когда она реально нужна?       Гарри был тем самым человеком, которого удача обошла стороной. Вроде ничего в нем особенного, обычный мальчик, каких тысячи. Но все-таки что-то в нем было не так, правильно? Ведь не может быть, что просто из-за отсутствия «удачи» ему так не везло?       Говорят, что удача отворачивается от тех, кто провинился. Но в чем мог провиниться четырехлетний карапуз? Даже Дадли, его кузен, что был старше на месяц, и то провинился больше. Этот ребенок, в отличии от Гарри, был настоящей головной болью. Маленький голубоглазый блондин только и знал, что кричать и плакать. Он постоянно был недоволен. Всем. Ему никак нельзя было угодить. Но не смотря на это, он все равно был всеобщим любимцем.       Его родители, Петунья и Вернон Дурсль были примером настоящей идеальной семьи. Идеально подстриженный газон, серый, невыделяющийся автомобиль, приличный заработок, прекрасный сынок. Но в один из идеальных вечеров, не менее идеальной семейки, произошло нечто возмутительное. На пороге их дома появился ребенок. И не абы кто, а сын Лили Поттер, ненавистной сестры Петуньи.       Петунье было всего два года, когда у нее появилась сестра. Несмотря на то, что девочки росли вместе, они были сильно непохожи друг на друга. Но это не мешало им быть подругами. Однако, ничто не может длиться вечно.       Идилия прервалась в одно прекрасное утро. Семья Эванс, как обычно, собралась за столом на завтрак. Пышные блинчики с кленовым сиропом так и манили. Семья спокойно завтракала, как маленькая Лили случайно уронила тарелку. Но ожидаемого звона разбитой посуды так и не последовало. Тарелка, все еще наполненная завтраком, взмыла над столом, аккуратно приземлившись на свое законное место. И, увидев наполненные ужасом глаза Петуньи Эванс, можно было сказать — проблемы начались именно в этот момент.       Но Лили даже не заметила этого. Она не видела отвращение и ужас, мелькавшие на лице Петуньи во время совершения «этих вещей». Лили продолжала любить свою единственную сестру. Но вот Петунья…       Хотя, это привычно для людей. Все, чего они не понимают, не могут сделать или подчинить своему контролю — они боятся. А все, чего боятся люди, — подлежит уничтожению, гонению.       Поэтому, любой, кто знал Петунью, мог с уверенностью сказать: «Никакому магу нет места в ее доме». Но что эти слова для вершителя судеб?       Именно из-за этой дрянной «судьбы», после того, как маленький Гарри поджог тарелку с его завтраком (хотя вряд ли недоеденную кашу Дадли, смешанную с его вчерашним ужином, можно назвать полноценным завтраком), он не получил ничего, кроме оплеухи и приказа уйти в чулан.       Когда Гарри ушел к себе, на кухне Дурслей разразился скандал. Полноватое лицо Вернона казалось больше, чем обычно. На лбу некрасиво выступили вены, а из-за нехватки воздуха все лицо стало похоже на перезревший помидор. У Петуньи вытянулась шея, делая ее похожей на лошадь, и покрылась уродливыми красными пятнами. На лице застыла неприятная маска отвращения, ужаса и гнева.       Ругань не длилась долго, из-за закрытой двери чулана не возможно было разобрать что именно кричат Дурсли. Только иногда проскакивали отдельные слова: «урод», «такой же», «ублюдочные» и другие оскорбления.       Через несколько минут раздался звук разбитой тарелки голос Вернона стал приближаться:       — Я не позволю жить этому отродью в моем доме! Мы сейчас же отвезем этого урода в приют!       Дверь на улицу оглушающее хлопнула, а к чулану торопливо подошла Петунья. Она, ничего не говоря, вывела Гарри наружу, грубо схватив его за локоть. Сунула ему в руки одежду, выглядящую намного приличнее, чем весь его гардероб за жизнь у Дурслей, бросила холодное «одевайся» и поднялась по лестнице на чердак.       Спустя минут пять Гарри был готов, а Петунья спускалась вниз.       — Вот это твоя неблагодарная мать оставила тебе. Никогда бы не сохранила его и не отдала тебе, но похоже эта одна из ваших мерзких штучек. Сколько я его не выкидывала он все равно возвращался. — она протянула ему красивый медальон. Гарри тут же вцепился в него, как утопающий в спасательный круг. Он был красивым, синего цвета кулон в форме капли с серебряными нитями-паутинками, оплетающими его по всей поверхности.       — Спасибо, — он и правда был благодарен. Это же вещь его матери, раз она сказала отдать ее ему, то все-таки любила своего сына?       — Быстрее, щенок! — похоже, Вернон завел машину.       Гарри даже не сопротивлялся, когда тетя схватила его за многострадальный локоть и потащила на улицу. Да и смысл? Он все равно не сможет изменить решение своих родственников. Поэтому Гарри послушно залез на заднее сидение, когда его туда стала заталкивать Петунья.       И сейчас Герой Магического мира, Мальчик-который-выжил, спокойно смотрел, как дом его родственников, дом в котором ему нет места, постепенно отдаляется. И у него не было никаких сожелений по этому поводу.       Зато сожаления появились у Альбуса Персиваля Вульфрика Брайана Дамблдора — профессора трансфигурации, директора Школы Чародейства и Волшебства Хогвартс, кавалера ордена Мерлина первой степени, Великого волшебника, Верховного чародея Визенгамота, Президента Международной конфедерации магов и просто сильнейшего волшебника нынешнего времени. Появились они в тот момент, когда шар, отслеживающий жизнь и здоровье сына Поттеров, вдруг ослепительно мигнул и погас.       Кто же знал, что именно в этот момент решилась судьба всей Магической Великобритании?