Золотая Палата

Deadlife — Her Broken Smile (feat. Tessa Hedrick)

«Итэр, где же ты? Почему ты прячешься в тени и с таким рвением помогаешь Бездне, тем более, стал их предводителем? Хотя… Я уже очень устала изо дня в день задаваться этим вопросом. Каждый раз, когда я оказываюсь на новых землях, все что-то от меня хотят. А мне просто нужно хотя бы чуть-чуть больше информации. И все. Зачем я все время ввязываюсь в эти передряги? Спасла Паймон, потом Ужас Бури, затем похищение Сердца у Венти… Чертов Чжун Ли с его контрактами, чтоб ему пусто было. Теперь еще это восстание в Инадзуме. И если бы Аяка с Томой не были так ко мне добры на этом чужом и опасном островном государстве, я бы ни в коем случае не стала им помогать. Никогда! Ведь мне же… Мне никто никогда не помогал кроме Дайнслейфа, и то, тот раз… Нет, не понимаю…» Люмин тяжело шагнула на деревянный причал пышущего яркими красками торгового города Ли Юэ и с удовольствием вдохнула свежий морской воздух. Путешествие обратно из Инадзумы с Бейдоу прошло великолепно — флот держал удар стихии и самой Баал стойко, ни разу не позволив опустить корму под воду. — Эй, ты тут надолго? — послышался громкий женский голос. Обернувшись, путешественница увидела высокую женщину с повязкой на одном глазу, внимательно всматривавшуюся в нее. — Я…Пока не решила. Но мне все равно позже нужно будет вернуться обратно. Ты знаешь, обязательства… — Да уж, я знаю… — широко улыбнулась капитан и посмотрела на Казуху, стоявшего рядом с рыбной лавкой, — что ж, бывай! Если вдруг к следующей поездке внезапно у тебя будет бутылочка одуванчикового вина… Люмин устало хихикнула и убрала прилипшую влажную челку со лба. — Конечно, принесу. Надеюсь, хоть в этот раз Дилюк мне продаст. Попутного ветра, капитан! Наконец, кое-как прервав вынужденный разговор, девушка пошла сквозь оживленный город мимо кузницы и ресторана «Народный Выбор» в сторону моста. Ли Юэ не менялся: в воздухе все так же витали разнообразные пряные ароматы специй, а люди наперебой торговались, пытаясь подписать более выгодный контракт. Блондинка могла поклясться, что где-то краем глаза она заметила мелькнувшие красные одеяния юриста Янь Фэй, а где-то за шумом слышались гитарные аккорды Синь Янь, такие же бодрые и сильные, как и раньше. Однако, в этот раз музыка совершенно не пленила путешественницу, а лишь тяжким грузом подгоняла поскорее выйти за границы города. — Люмин, куда мы идем? — наконец-то послышался звонкий голосок компаньона Паймон. Как-то долго она в этот раз молчала. То ли дорога из Инадзумы все же была тяжела для нее, то ли она почувствовала то угнетенное состояние, в котором пребывала девушка. — Я…Не знаю, на самом деле. — Эй, что-то не так? — удивленно пискнула малышка и подлетела поближе. — Нет-нет, Паймон, не надо беспокоиться… А знаешь, я соскучилась по хорошей разминке! По битве с хорошим другом. Да, вот чего мне так долго не хватало! — соврала путешественница и слабо улыбнулась, — так что давай сходим в Золотую Палату. — К Тарталье? — в ужасе компаньон прижала ладошки ко рту, — но ты же помнишь его ту, зловещую форму! Он же такой жуткий! — Ага, помню. И после Баал мне он уже перестал казаться таким странным, этот предвестник из Снежной. — Уууу, ты меня пугаешь! — съежилась Паймон и с неохотой, но все же последовала за девушкой. Кажется, Люмин знала каждый камешек на этой дороге. Когда-то, возможно даже в прошлой жизни, эти битвы с Чайлдом были для нее еженедельной рутиной, просто чтобы немного размяться и развеять скуку, нахлынувшую на нее после «похорон» Моракса. Она не знала зачем она постоянно ходила в Золотую Палату, но ощущала такое тепло и спокойствие, когда удавалось схлестнуть клинки с этим рыжеволосым дурнем. Дурень. Какой же он был дурень для нее. У него была семья, там, далеко, в Снежной, а он все время работал в Ли Юэ, обманывая младшего брата, а временами — и самого себя. Что ж, раз сказала, что идет к этому дурню, значит нужно идти. Мышцы ужасно ныли после всех сражений, которые подстерегали за каждым камнем Инадзумы, а рука лихорадочно, но уже привычно сжимала прохладный эфес, ожидая нападения ронинов или бандитов, желавших ограбить до нитки одинокую девушку. Закат алыми лучами пробивался из-за гор, ослепляя, заливая обжигающим теплом резные крыши и пожелтевшую от жара сухую траву. — Эммм, Люмин, может все же, не знаю, пойдем поболтаем с Ке Цин? — осторожно поинтересовалась Паймон. Путешественница поморщилась и поджала губы, стараясь хоть как-то спрятать недовольство неуверенностью компаньона. — Она вечно занята, как и Гань Юй. Так что знаешь, в следующий раз… Или когда получим приглашение. — Тогда может Джун Ли и «Ваньшэн»? — Пффф… — прыснула девушка, — Ты же сама не в восторге от Ху Тао? — Уууу, но почему туда? — насупилась малышка. — Не знаю… — впервые за долгое время честно ответила путешественница, — просто хочется чего-то знакомого и привычного. Остаток пути они провели в молчании. И не в гнетущем, как это временами бывало, а в спокойном и умиротворенном. Каждая была поглощена своими мыслями, которые прервались, когда Люмин с громким лязгом распахнула тяжелую дверь. Паймон, недолго раздумывая, не стала влетать внутрь, тихо бурча беззлобные проклятия на рыжего Предвестника. Все было как раньше — холодный золотой отблеск моры, большая зала, украшенная витиеватыми росписями и резными украшениями. И широкая спина молодого мужчины в сером костюме. Услышав тихое цоканье каблучков, Тарталья обернулся, глазами отыскивая источник звука. Заметив блондинку, предвестник мягко улыбнулся и сложил руки на груди. — Я думал, ты и сегодня не явишься… — Но вот я и здесь, — Люмин почувствовала какой-то тугой ком в горле, сдавивший связки, из-за чего голос подернулся хрипотцой, — здравствуй, Чайлд. Дождавшись, пока девушка подойдет ближе, рыжеволосый мужчина вгляделся в ее лицо, не узнавая. Где та Люмин, что всегда приходила к нему? С легкой ироничной улыбкой, задорным блеском в глазах и мягким румянцем на пухлых щечках? В этот раз к нему пришла измученная тень той знакомой, что пленила его когда-то, с глубокими темными синяками под глазами, обескровленными поджатыми губами и лихорадочно стиснутыми на оружии пальцами. Полгода. Полгода назад она уплыла в Инадзуму. И за это короткое время она умудрилась так сильно измениться. С трудом отбросив дурные мысли, Тарталья поднял с пола лук и повесил за спину колчан. — Ведь ты именно за этим сюда пришла, как и всегда? Путешественница обнажила клинок и молча кивнула. Меч неприятно оттягивал руку, словно она держала в руках целую гору, а взгляд лихорадочно блуждал по Аяксу, отчаянно пытаясь вспомнить все его атаки. Изможденное тело с трудом слушалось Люмин, из-за чего она пропустила две шальные стрелы, что вскользь оцарапали ей плечо. — Потеряла сноровку? — шутливо поддразнил Тарталья, ожидая таких обыкновенных беззлобных язвительностей в ответ. Однако в этот раз девушка лишь с оглушительным скрипом стиснула зубы и так же упорно продолжила битву. Мужчина с легкостью парировал ее тяжелые рубленные удары, уворачивался от неловких и предсказуемых элементальных атак. С каждой минутой темп битвы снижался, пока Люмин, обессиленная, не рухнула на одно колено, опершись ладонями в пол. Тяжело вздохнув, Аякс бесшумно подошел к ней со спины и коснулся стрелой шеи. — Я бы тебя сейчас убил, если бы мы действительно бились на смерть. — Так убей… — тихо прошептала девушка, сдерживая непрошенные слезы. Те слезы, что она уже долгое время утаивала, прячась от всех в Чайнике, заботливо подаренном в конце ее постоянного пребывания в Ли Юэ, — что же ты, Чайлд Тарталья, остановился в самом начале? — Если бы ты присоединилась к Фатуи, я бы защитил тебя в любой ситуации, — мужчина присел на пол и отложил оружие в сторону, после чего пальцами аккуратно перехватил клинок путешественницы и убрал его за спину, — в чем дело, принцесса? Люмин опустила голову, позволив хрустальным слезам стекать сразу на пол. — Я больше не могу… — сдавленный всхлип заставил девушку на секунду замолчать перед длинной болезненной тирадой, — Чайлд, я больше так не могу. — Ну же… — Тарталья аккуратно приобнял подругу за плечи и пальцами погладил раненое плечо, — что же случилось такого в Инадзуме, что ты так изменилась? Путешественница подняла взгляд полный горечи на мужчину и выпалила: — Это не Инадзума. Это весь Тейват. Все эти страны, города, архонты. Все мои поиски, они бесплотны, бесполезны. И если в Монштадте я стала случайным свидетелем и участником проблем с Двалином, встретила эту вашу Синьору, то в Ли Юэ я уже чувствовала себя пешкой в чужой партии. Словно моя цель — это единственная бесполезная вещь во всем этом мире. Вы, Фатуи, с этим вашим планом от Царицы, Адепты. Меня пинали, словно футбольный мяч. И я не сопротивлялась, думала, ответы рядом, я узнаю хоть что-то. ХОТЬ ЧТО-ТО, ПОНИМАЕШЬ? — Понимаю… — А ты-то что понимаешь, глупый! — всхлипнула Люмин, наконец позволив себе лбом уткнуться в плечо Чайлда, — у тебя есть Тоня, Антон, Тевкр! Они ждут тебя, любят! У тебя есть семья, родной дом! А что у меня осталось? Моего мира больше нет! А брат… Я…Я даже не знаю где он. — Но он ведь жив? — глухо отозвался Тарталья. — Жив… — еще тише ответила путешественница, — но от этого, знаешь, ни капли не легче. Мне нужно продолжить поиски, одной, как всегда одной. Я уже и не помню сколько прошло времени с тех пор как я проснулась. И я брожу по этому миру и не могу найти ничего. И эта Инадзума с Баал… Безумие, понимаешь, Чайлд, там безумие! И я опять оказалась втянута в самую гущу, я опять должна противостоять этому! Хотя мне это нужно меньше всех! Я бы выведала информацию и уплыла дальше, в Сумеру. Или в Снежную, как ты меня и приглашал тогда… Аякс осторожно щекой коснулся затылка Люмин и прикрыл глаза, внимательно вслушиваясь в ее срывающийся надломленный голос. — …Черт. Знал бы ты как Тевкр мне напоминает Итэра в детстве. Такой же чудной и любознательный. Я так устала быть неприкаянной, ненужной, просто винтиком в истории Тейвата… — Знаешь, после отплытия, Тевкр то и дело пишет о тебе… — Чайлд осторожно поглаживал руки путешественницы, — он все время спрашивает когда же замечательная тетя с маленькой помощницей приплывет к нему в гости. Он даже начал пробовать мастерить разные игрушки, хочет подарок подготовить к твоему приезду. Его так впечатлила твоя доброта, он даже пишет, что ты оказалась намного лучше, чем я тебя описывал в письмах… — И эта доброта делает лишь хуже… — Ну почему же? — Тарталья пальцами коснулся подбородка девушки, заставив поднять голову, — ты многим помогла. Тебя очень любят. И если бы тебе могли бы помочь — они обязательно помогли. Разве не так? — Т…Так… — Помнишь, ты как-то рассказывала о письме от Лизы… Лизы же? Библиотекаря из Монштадта. Она пробовала найти хоть какую-то новую информацию об Ордене Бездны. — Помню… — слезы потекли по щекам Люмин, обжигая солью нежную кожу. — Ну вот. Еще и Чжун Ли, каким бы о ни был странным чудаковатым дедом, он все равно тебе много историй рассказал. И, думается мне, не просто так он предавался воспоминаниям, и не из-за контракта. — Но я ему просто помогла… — Нет, не просто, Люмин. Поверь, если бы все могли помочь тебе — они бы с удовольствием это сделали. Я…Я тоже искал… — уже шепотом продолжил мужчина, — но Орден Бездны, Порча… Мы знаем слишком мало. Слишком мало осталось от Каэнриах. Человеческий срок слишком короток, а чей долог — те были вдали от их падения. Твой путь связан с самыми сокрытыми и темными сторонами этого мира, с которыми большинство, к сожалению, совсем не знакомы. — Чайлд… — Пожалуйста, прости их за это. Прости и продолжай свой путь. Я верю, что он не напрасен, он никогда не был напрасен, ведь ты так веришь в это, всем сердцем! — Я… — Ты не одна. Тебя ждут, в каждом городе! В Монштадте у тебя много друзей, а в Ли Юэ… Я всегда жду тебя, ты знаешь. Каждую неделю все это время я приходил и ждал тебя здесь, ведь вдруг ты нагрянешь с нежданным дружеским визитом. И смотри! Так оно и вышло! Ты здесь, спустя столько времени! И ты пришла сразу ко мне! — Я не знаю почему я пришла сюда. Просто… Ноги сами сюда привели. Мы ведь так часто бились тут, тренируясь и оттачивая боевые навыки. Инадзума… Там нет никого, кому бы я была действительно важна… Тарталья сдавленно хихикнул и пальцами смахнул прозрачные капли с покрасневших щек путешественницы. — Не верю. Зная тебя, ты там точно уже нашла друга или подружку, а может даже и десяток. Люди доверяют тебе. — Но я…преступник… — Как и в Ли Юэ! Тебе ведь не впервой, не так ли? Девушка недовольно фыркнула и вновь опустила голову, не желая глядеть на самодовольное лицо Предвестника. — А я чем лучше, а, Люмин? Чем я лучше? Меня обходят стороной, хоть народ и уверили, что смерть Моракса никак не связана с Фатуи, меня все еще шепотом называют «тем самым убийцей Рекс Лаписа». Это пройдет, обязательно пройдет. — Но что же дальше будет? Дальше — только хуже… — Да, пока что так. Но может и стать лучше? — Чайлд крепче прижал девушку, чуть раскачиваясь, словно убаюкивая, — отдохни, поплачь, выспись. Сходим, вкусно поедим. Устрой себе небольшой отпуск. Ты знаешь, что твой брат жив — а что еще нужно? Он такой же сильный, как и ты. Он ждет тебя. — Ждет… — уже по-детски обиженно всхлипнула Люмин. — И он дождется, как и я. А сейчас хватит думать о всех. Ты просто устала. — Но… Аккуратно рукой поддев колени девушки, мужчина поднялся, подхватывая ее и прижимая к груди. — Ты так много трудилась, Люмин. Позволь мне наконец-то тебя защитить, хотя бы ненадолго? Путешественница пальцами стиснула лацкан пиджака Аякса и прислонила голову к его плечу, наконец-то расслабляясь. — Ладно. Но ты ведь… — Все в порядке. Сегодня все в порядке. Не беспокойся.