Мне без тебя не жить

Вероника приехала на работу позже обычного. Если быть совсем уж честной, она проспала, но в итоге решила, что она, как главный бухгалтер может позволить себе приехать на работу чуть позже обычного. Тем более Витя, если что, был на месте и мог если что быстро что-то решить. Девушка шла по коридору в приподнятом настроении, напевая под нос песню про Ксюшу, и её юбочку из плюша. Приставучая песня, игравшая по радио, плотно засела в голову. — Привет, Люд! – поздоровалась она с секретаршей Белова. — Привет! – из кабинета напротив выглянула голова брата. — Явилась! Спящая царевна. — Не завидуй, полосатый, тебе это не к лицу. – она потрепала его за щеку и вошла в кабинет. — Тебя послушать, мне всё не к лицу. — Почему? – она опустилась в своё кресло. – Тебе к лицу быть милым. – хихикнула она. Витя закатил глаза. — Люд! Сделай кофе нам. — Хорошо, Виктор Павлович! – откликнулась Люда из приёмной. Пчёлкины пили кофе, разбираясь в текущих бумагах. На пороге их кабинета появился Космос. — Ну просто картина Репина. Пасека в будний день. – хохотнул он, наблюдая за братом и сестрой. — Не хами, Космос. – откликнулся Витя. — Пошли, Белый зовёт. — Что случилось? – Ника первая оказалась рядом с Космосом, он тут же заключил её в объятия, оставляя на губах нежный поцелуй. — Да шут его знает! Сказал всех собрать. – Космос по-хозяйски обнял Веронику за плечи и повёл в сторону кабинета напротив. Они вошли все вместе. Саша сидел за столом, курил и что-то просматривал в бумагах. — Проходите, опричники! – улыбнулся он, глядя на входящих друзей. Филатов был на съёмках в Ялте. — Опять он называет нас этим ужасным словом! – Вероника сделала вид, что обиделась, усевшись на диван. — Простите великодушно, сударыня! – расхохотался Белый, затушив сигарету. – Простите, что задел вашу тонкую поэтическую натуру. — Правильно, сестрёнка! – Пчёла облокотился на спинку Сашиного кресла, заглядывая в лежащие на столе бумаги. – Поставь этого батьку на место! А то он совсем распоясался! – Витя широко улыбался. — Это что крестьянский бунт? – засмеялся Саша. — Ещё какой! – ответил Космос сквозь смех. — Ладно! – Саша хлопнул в ладоши. – Сейчас подтянется один кент. Хочет присоединиться к нашей бригаде. Хочу, чтобы вы тоже оценили. — Что, даже я? – Вероника округлила глаза, театрально прикладывая руку к груди. Такие вопросы преимущественно они решали без неё. — Особенно ты, Пчёлка! – улыбнулся Саша ей. — Александр Николаевич? – в кабинет заглянула Люда. – Пришли. Звать? — Зови, Люда, зови. Вероника оглядела присутствующих с ней в кабинете мужчин. Она знала их с детства. Витю так вообще с рождения. На её глазах они из мальчиков превращались в мужчин. Серьёзных, зрелых, авторитетных, солидных и красивых мужчин. Ещё пару минут назад они смеялись, будто бы они сидели в школьном классе, как в давние восьмидесятые. А сейчас они солидные взрослые люди, решают солидные взрослые вопросы. В кабинет вошли два мужчины. Они были примерно одного возраста с ними. Возможно старше на три-четыре года. — Здравствуйте, Александр Николаевич. – поздоровался первый. Он был хмурый, даже слишком серьёзный. Суровый. — Добрый день. Это Витя, - Саша представил друга, стоявшего за спиной. Тот кивнул. – Космос. – Холмогоров так же кивнул. – И Вероника, наш главный бухгалтер. – Ника встретилась глазами с мужчиной, тот кивнул. — Максим. Это – Герман – представил он своего спутника. — Ну рассказывайте. — Да что рассказывать? Хотим с вами работать. — Оружие есть? – спросил Витя, глядя исподлобья. Макс кивнул. — Есть. — Сдай. – Вероника закатила глаза. Брат снова включил пафосного «крутого» авторитета. Это зрелище всегда забавляло и немного раздражало. Макс передал Саше пистолет. Тот взял его и передал в руки Пчёлкину. Вероника взяла с Сашиного стола пачку сигарет и закурила. — Откуда ствол? – спросил Белов. — Да так. У зверьков отобрали. – ответил Макс. — Садитесь. – кивнул Саша. – Вы с чеченами что-то не поделили, у вас проблемы, я вам зачем нужен? — Ну. Мы вам это.. Александр Николаевич, долю принесли. – Макс достал из кармана три пачки долларовых купюр. — Долю-то за что? — Ну как? В знак уважения. – Витя сел на край стола. Саша передал деньги Веронике, та быстро пробежала по ним пальцами. Там было около тысячи долларов. Она положила их на стол, едва заметно кивнул Саше. — В общем мы хотела, что бы вы нас приняли к себе и дали право ссылаться на вас при решении разных там вопросов. — Сколько вас? — Восемь. — А что за ребята? — Ну, ребята все спортивные. На районе нас уважают. — Служил? – Саша переглянулся с Космосом. — Было дело. — Где? — Под Кандагаром, в спецназе. Потом в Таджикистане прапором. Уволен по ранению. – Макс был спокоен. Веронику это всё даже немного забавляло. Космос посмотрел на Макса сквозь лупу. Вероника сдерживая улыбку, одёрнула его за руку, а он оставил на её запястье мимолётный поцелуй. — В Таджикистане кто у вас полкан был? — Савельев? — Сава? – с улыбкой спросил Саша. По всей видимости вопрос был решён. — А вы чё знаете? – слегка улыбнулся Макс. Всё-таки он был напряжён, а теперь напряжение спало немного с его плеч. Мужчина распрямился и слега улыбнулся. — Слышал. – Саша тоже улыбнулся. – Ладно. – он протянул Максу руку. – считайте, что вы работаете с нами. — Ну спасибо. – Макс пожал протянутую руку. — Чё такой мятый? — Да так, менты попресовали немного. — Ну понятно. – Саша был доволен. – Ладно, отдыхайте. — Ладно. До свидания. Макс и его друг вышли за дверь. Саша оглядел друзей. Ещё несколько мгновений в кабинете царило молчание. — Сава – проговорил Саша, наконец. – Такой дундук был, прости Господи. – Витя закусил губу. – Пчёл? Позвони Филу, пусть пробьёт пацанов. Узнает, кто чего. – Пчёла кивнул. – Чем дышит. – Саша небрежно смахнул пачки денег в ящик стола. Осень 1993 Вероника подъехала к стенам Бутырской тюрьмы. Братва уже была в сборе, в ожидании внезапно заключённых друзей, которые вот-вот должны были появиться. Весь предыдущий день девушка провела в офисе «Курс-Инвеста», приводя в порядок всё, что оставил после себя погром, устроенный ОМОНом. Друзей и брата «упаковали» прямо на её глазах, когда она подъехала к офису. Быстро выяснив у Люды что произошло она дозвонилась до Кати, что бы выяснить, как дела у Ольги. Та ответила ей не сразу, ног сообщила, что Белова родила мальчика и с ней всё в порядке. В роддом она приехала поздно вечером, после того, как привела в порядок офис и попутно успокоила разволновавшуюся мать, которая уже обнаружила пропажу сына и, разумеется, «оборвала» дочери телефон. Девушка решила не светиться и осталась в стороне, наблюдая за входом. Она была уверена, что с ними всё в порядке, но всё же волнение брало верх над женской натурой. И вот люди стали выходить из здания, отпущенные после вчерашних событий. В толпе она заметила долговязого брюнета, а рядом копну пшеничных кудрей, что означало, что её жених и брат вышли. Следом вышел Филатов, о чем-то попутно возмущаясь и Фархад, собирающий свои длинные волосы в хвост. Завершал процессию Белов в белоснежном плаще. Даже после ночи, проведённой в Бутырке, друзья были словно с «иголочки», даже учитывая их всеобщую помятость. Вероника усмехнулась и вышла на встречу. Белов что-то прокричал и в ту же секунду Витя и Валера. Вероника поняла, что Саша, видимо, уже знает, что стал отцом. Они в буквальном смысле снесли его в руки братве и все начали качать его, радостно крича поздравления. Космос же направился прямиком к девушке. Вероника не смогла сдержать улыбку, погружаясь в его объятия. — Я так волновалась. – прошептала она, прерывая поцелуй. — Ну вот же я, живой и здоровый. Завтра пойдём подавать заявление в ЗАГС. – Ника улыбнулась. — Ну вы гляньте! Брата с тюрьмы выпустили, а она ноль внимания! – услышала Ника насмешливый голос Пчёлы рядом с ними. — Ты наглый свин! – засмеялась Ника, подходя к брату и прижимаясь к нему. Теперь волнение окончательно отступило. – маме позвони, она с ума сходит. — Я уже! – сообщил он. – Точнее она мне. Но всё в порядке. Я надеюсь, ты не сообщила ей о моём местонахождении? — За кого ты меня принимаешь, Виктор Павлович? – Витя засмеялся. — За невероятно умную и обаятельную девушку. Ника почувствовала на себе чей-то взгляд. Она быстро обнаружила источник. Неподалёку стоял Каверин с каким-то здоровым мужчиной. Они переговаривались о чём-то, но Каверин не сводил взгляда с Вероники. Их взгляды встретились и он улыбнулся ей, свой привычной, оскаленной улыбкой. По спине у Пчёлкиной пробежали тревожные мурашки, а щека, предательски заныла, будто он только что ударил её снова. — Вить, а кто это? – спросила она у брата, кивая сторону Каверина. Брат обернулся и тут же снова встретился взглядом с сестрой. — Следак бывший. Мухин родственник, помнишь такого? — Люберцы? – Пчёла кивнул. — А рядом Бек. Авторитетный мужик. Но тебе не стоит думать об этом. – Он мягко коснулся губами её виска. Ника кивнула, отворачиваясь. Но ей всё ещё было не по себе, пока машина с Кавериным и Беком не уехала со двора Бутырской тюрьмы. — Так, поехали в роддом! – скомандовал Саша, обнимая Нику. — Смотреть на маленького Белова! – широко улыбаясь пропел Фил, заключая её в свои «медвежьи» объятия и целуя в щёку. — Привет, Фарик! – поздоровалась девушка с таджикским партнёром. — Вероника! Ты расцветаешь, словно самый сказочный цветок с каждой нашей встречей. – Фархад целовал ей руки. — Фарик, ты меня смущаешь. — Невозможно смущаться от правды, ты великолепна. – Фархад приобнял её за плечи в знак приветствия. — Ну поехали уже, сколько можно? – нетерпеливо проговорил Саша у машины. Он уже стоял у пассажирского сидения, душой он был уже на пути в роддом. – Кос, позвони в офис, скажи чтобы там прибрали всё! — Да там уже всё в порядке! – с улыбкой проговорила Ника, подходя к машине. Саша несколько секунд «переваривал» её слова, а затем улыбнулся. — Поехали. – хлопнул он по крыше машины и уселся на переднее сидение. Вероника села за руль. Фил и Космос назад, а Витя и Фархад поехали в следующей машине. — Какой у нас сегодня очаровательный водитель! Просто мечта! – широко улыбнулся Белов, глядя на Пчёлкину. Им махнул ОМОНовец. – Чё ты машешь? Чё ты машешь мне, я не пойму? — Саш, спокойно. – Вероника притормозила. — Давай, Ник, поворачивай, дворами поедем. – скомандовал Белый. Ника послушно повернула машину во двор. — Ладно-ладно, помолчи, щас! – крикнул он ОМОНовцу. На них уже направили автомат, но Ника вдавила педаль газа в пол и поехала вперед. Пришлось остановиться. — Белый, погоди, смотри, да он же стрельнет, как нефиг делать. – быстро затараторил Космос. — Чё ты мне орёшь?! – бесновался Белов. — Давай, сдавай назад. – Валера коснулся её плеча и девушка включила задний ход. — Я всё равно проеду! Понял?! – Вероника подавила раздражённый вздох и выехала из арки. Им на встречу ехала милицейская «буханка». – Щас, стань здесь, всё равно проедем. – сказал ей Саша. Ника послушно остановилась. За «буханкой» ехал грузовик. — Говорил я тебе, Белый, нечего было ехать через центр. – спокойно произнёс Фил с заднего сидения. — Ну ты мне ещё будешь указывать что делать? – раздражённо произнес Саша. Ника взглянула в зеркало заднего вида. Фил подмигнул ей оттуда, но видно было, что ответ друга ему не очень понравился. Грузовик тем временем повернул прямо перед ними и у Ники в ту же секунду в жилах кровь застыла от увиденного. — Нихира себе. – ошарашенно произнёс Фил, провожая взглядом машину, гружёную телами. — Сань-Сань, ты глянь. – вторил ему Космос. Из кузова свисала чья-то окровавленная рука. Вероника сглотнула. — А чё это, Белый? – Валера проводил взглядом машину. — Это те, кому не повезло сегодня ночью. – напряжённо ответил Саша, тоже провожая взглядом грузовик, гружёный телами убитых людей. – Не дай Бог. – добавил он, опуская взгляд на телефон, который держал в руках. – Поехали! – Ника завела машину и поехала в сторону роддома. У входа в родильное отделение их встречала Катя. — Вот они! Оболтусы! И где вас чёрт носит? Никуля! Ты чего не следишь за ними? — Да уследи за ними, попробуй! – улыбнулась девушка. — Не ори давай! – отмахнулся Саша. У него от волнения бегали глаза и слегка трусились руки. – Можно к ней? – Катя кивнула, провожая их по коридору, к палате Беловой. Витя пошёл вперед, быстро прикрывая жалюзи. Саша же, тут же ринулся к палате. Мужчины уже выстроились у окна, с охапками роз, ждущими команды для поздравлений. Вероника же встала в дверях. Первой вошла Катя. — Олюня! Дороги перекрыты, но мы прорвались! – проговорила она и Белов тут же занырнул за ней. На ходу Катя выхватила у него букет. Мужчины у окон палаты, толкались, хихикали и перешёптывались. — Как дети, честное слово. – прошептала она себе под нос, улыбаясь. Мимо неё прошли Татьяна Николаевна и Елизавета Андреевна. — Саш, а Саш? – позвал из-за стекла, прикрытого жалюзи Фарик. Рядом прыснул Пчёла и Вероника ткнула его в бок. — Ну что вы как маленькие?! – не без улыбки попыталась хоть как-то усмирить развеселившихся друзей девушка. — А это для тебя! – услышали они слова Саши из палаты. Это был знак, что пора. Жалюзи распахнулись, открывая Беловым Фила и Фарика, все дружно грянули. — С днем рожденья, Иван! – вторая часть жалюзи так же раскрылась, и теперь Ольге так же были видны Вероника и Витя. – С днем рожденья, Иван! Друзья затянули хором. Пели они, широко улыбаясь, а весь подоконник был уставлен букетами роз. Ольга едва сдерживала смех. Саша вышел к ним и присоединился к пению, которое, слышно было, казалось, на всё родильное отделение. — С днем рожденья, Иван Александрович, с днем рожденья, родной! – закончили они пение, продолжая радостно улыбаться. Ольга ответила им добродушной улыбкой и постучала пальцем по виску. Вероника проскользнула в палату, обнимая подругу. — Ты такая у меня умница, Оль! – Вероника поцеловала подругу в висок. – А они дуралеи, каких поискать! – махнула она в сторону всё ещё сияющих друзей и новоиспечённого отца. — Ник, ты останешься? – в палату заглянула кудрявая голова Пчёлы. Он скользнул тёплым нежным взглядом по Беловой, но заметила это лишь сестра. — Да, побуду немного с новоиспечённой матерью. – она подошла к брату, вкладывая в руку ключи от машины. — Я домой и в офис. Через час пришлю за тобой Шмидта. – Ника кивнула, оставляя на щеке брата мимолётный поцелуй. — Маме позвони! — Обязательно! – уже на ходу ответил Витя, удаляясь за друзьями к выходу. Вероника же вернулась в палату. — Ну рассказывай, маменька, как ты? — Хорошо. Теперь хорошо. – тихо проговорила Ольга. – Вероник, скажи мне, что случилось? — Не поняла. – Ника нагло врала подруге. Ольга хотела узнать, что было с Сашей, и почему он не приехал, а Вероника понимала, что не сможет рассказать ей правду. Слишком много вопросов задаст ей Ольга тогда. Вопросов, на которые девушка ответить ей не сможет. По разным причинам. — Что произошло с Сашей? С ребятами? Они все такие помятые были. — Ночь была нелёгкой. Ты новости не смотрела? – Белова отрицательно качнула головой. — Ну и правильно, не смотри. Там ничего хорошего. – Вероника взяла подругу за руку. — Оль, всё хорошо, правда. Поводов для волнения нет. – Белова кивнула. — Ладно. – согласилась она. – Расскажи лучше, когда всё таки ты уже станешь Холмогоровой? Вот уже почти год Вероника была официально невестой Космоса. На её безымянном пальце красовалось золотое кольцо с тремя маленькими сапфирами. Космос сделал ей предложение год назад, на их с Витей день рождения. Но до ЗАГСа жених с невестой пока так и не дошли. Постоянно находились какие-то обстоятельства, которые никак не давали им дойти туда. Изначально они планировали пожениться в апреле, но потом Космос срочно уехал в командировку в Стокгольм. Затем, в середине апреля, пока Космос был ещё в Швеции, Витя и Вероника тоже отбыли в командировку, но в Вену. Вернулись они все к началу мая. Уже началась подготовка к рождению первенца Беловых. Затем, Вероника, Космос, Витя и одна из Витиных подружек, которую звали, толи Аня, толи Таня, Пчёлкина так и не запомнила толком, отбыли в отпуск на полторы недели на острова. А вернувшись, ударились в работу. А теперь родился Беловский наследник, и свадьба, по всей видимости, опять откладывалась. — Да какая свадьба? Мы уже два месяца никак съехаться не можем. – отмахнулась Ника. – То он работает, то я вся в бумагах по самые уши сижу. — Ну если так рассуждать, то вы так никогда не поженитесь. Неужели мы не понянчим маленьких Космосовичей? – Вероника засмеялась. — Понянчим, не волнуйся! Хотя, Кос, какой-то странный в последнее время. – Вероника задумчиво посмотрела в окно. – как будто он что-то скрывает от меня. — Любовницу? – Ника бросила быстрый взгляд на подругу. — Надеюсь, ты не серьёзно. – тихо проговорила Пчёлкина, изменившись в лице. — Ты что? – Ольга пододвинулась ближе. – Конечно, нет! Глупая шутка, прости. – Вероника кивнула. — Не знаю. Просто в последнее время мне как-то беспокойно. Как будто что-то происходит, а никак не могу уловить, в чём эта перемена. Вскоре за ней приехал Шмидт и отвёз в офис, где друзья праздновали рождения Ивана Александровича Белова и обсуждали насущные дела, ради которых Фархад прибыл из Душанбе днём ранее. Когда Вероника вошла в кабинет Белова Валера стоял на стремянке, меняя лампочку, Витя сидел рядом за столом и что-то разбирая в бумагах, параллельно наливая себе водку. Интересно, какая это уже бутылка? Космос сидел рядом с Сашей и слушал разговор Фары и Саши. На появление Вероники он никак не отреагировал, что немного задело Пчёлкину. Фархад был явно взвинчен и очень зол. — …а что мне говорит Белый? – услышала она обрывок фразы Фарика. Девушка замерла в дверях, слушая разговор. Она даже не успела снять пальто, лишь стянула шарфик с шеи и теперь перебирала ткань в руках. — А Белый мне говорит, что в Москве товар продавать не будет, так?! — Фарик, я говорю тебе в тридцатый раз с упорством идиота, ты нихрена понять меня не хочешь! – Саша тоже был взвинчен. Вероника прошла в кабинет. Брат заметил ей и поднялся, помогая снять пальто. — Что происходит? – спросила она тихо. — Фара хочет везти наркоту в Москву. Саня против. – Вероника кивнула. – Выпьешь? – он кивнул на бутылку водки. — А поесть ничего нет? Я голодная ужасно. – Витя кивнул и принялся делать сестре бутерброды, протягивая параллельно ей банку с икрой. Девушка усмехнулась, но приняла её. Белов и Фархад продолжали спорить на фоне. Фил спустился со стремянки и сел с другой стороны от Пчёлкиной. Фара резко поставил рюмку на стол и мрачно произнёс. — Ты пойми, они мне условие поставили. – Фара смотрел в одну точку. – Если я с тобой этот вопрос не улажу, они будут решать его по-своему. — Здравствуй жопа Новый год! Что они меня, стрелять будут? – спросил Саша. — Да, будут. – Просто ответил Фархад. — Не угрожай мне, Фарик. — Я тебе не угрожаю. Я тебе объясняю. – повисла пауза. Все молчали, не вмешиваясь в разговор, хотя, каждый из присутствующих, пожалуй, имел своё мнение на этот счёт. — Саша, ты мне брат. Я за тебя...я за тебя последнее отдам. — Фарик, - Саша взял его за руку. – я люблю тебя, как брата, но личное есть личное, а дело есть дело. Это бизнес! Значит так, в Москву наркоту я не пускаю, передай родне, что Белый в отказе. Пускай бомбу в меня швыряют, мне пофигу на самом деле. — Бизнес. О, брат… - далее Фархад произнёс что-то на родном языке. — Фарик, ты устал, давай мы тебя в гостиницу отвезём, а? давай, Фар! – Саша хлопнул друга по плечу. — Я пойду. – кивнул Джураев. – Только помни, что своего брата ты кинул. Ты кинул. – он поднялся со своего места и стремительно направился к выходу. – До свидания. — Фара! – крикнул Белый ему в след, но Джураев, не оборачиваясь, вышел. – Ребят, проводите его. – Витя и Валера тут же направились за ним, а Вероника следом. Холодность Космоса и общая напряжённость не позволили ей оставаться наедине со взвинченным Беловым и отстранённым Космосом. — Фара! – окликнул Витя Джураева, тот не оборачиваясь, бормоча под нос ругательства на родном языке, бежал вниз по лестнице на ходу надевая пальто. – Фара, стой! – мужчина, наконец, обернулся, у выхода и Витя остановился перед ним. – Че ты кипятишься? – Вероника и Валера спускались следом. — Ты не понимаешь! Сначала они убьют меня. А потом они убьют его! – Фархад был зол. Таким девушка не видела его никогда. — Послушай, Саша никогда ничего зря не делает. – Витя легонько ткнул партнёра в плечо. — Наивные вы, как дети. – Вероника и Валера, наконец поравнялись с Витей и Фарой. – Вы моих басмачей не знаете. – Филатов невозмутимо ел икру из баночки, зачерпывая её десертной ложкой. Фархад же, сказал это, вышел за дверь не попрощавшись. — Вить, не ломай голову. Пойдём накатим? – наконец изрёк он. Пчёла взглянул на брата, а затем перевёл взгляд на сестру. Затем он взглянул наверх и отмахнулся. — Давай покурим, пускай они потрещат. – Пчёла примостился на подоконник, прикуривая и прикуривая сестре. — Сам травишься и сестру травишь. – констатировал Фил. — Космос за то, чтобы гнать наркоту в Москву. – произнёс Витя, заглядывая сестре в глаза. Её словно ледяной водой обдало. Она была ошарашена этой новостью. Повисла пауза, которая, казалось, давила девушку, словно пресс. — Вить... – брат лишь качнул головой. Валера присел на ступеньки. — Ник, я не знаю, что тебе ещё сказать. – он взял её за руку, проводя пальцем по кольцу, подаренному Космосом год назад. – Знаю только, что если сейчас этого не сделать, может что-то произойти. Вскоре на ступеньках послышались шаги. Это спускался Космос. Он был в пальто и по всей видимости собирался уезжать домой. Вероника соскользнула с подоконника, на котором они с Витей сидели. Холмогоров бросил на них хмурый взгляд. — Ты едешь? – спросил он у девушки, глядя в глаза. — У меня пальто наверху. Подождёшь? – Холмогоров кивнул т вышел из здания. Вероника бросила на брата тревожный взгляд, тот ободряюще кивнул ей. Ника быстро вбежала вверх по лестнице. Саша сидел в кабинете и смотрел в окно. Когда Пчёлкина вошла, он перевёз взгляд на неё. — А ты что думаешь на этот счёт, Ник? – спросил Саша. Голос у него был уставшим. — А разве моё мнение имеет какое-то значение? – тихо проговорила девушка, глядя другу в глаза. — Не прибедняйся. Твоё мнение всегда имеет значение. — Если тебе интересно моё мнение, – Пчёлкина сняла с вешалки пальто и взяла сумочку. – то я считаю, что везти наркотики в Москву – означает затянуть на наших шеях петлю, которая в итоге всех нас сгубит. – с этими словами девушка вышла из кабинета. Космос стоял у Линкольна и курил. Ника остановилась напротив, пытаясь понять, что изменилось в нём так быстро за несколько часов, которые она провела в роддоме у Ольги, а он с ребятами в офисе. До дома они ехали в тишине. Космос вёз её к себе домой. Москва мигала огнями, засыпая, оставляя позади события последних дней. Москва казалась совсем другой. Когда Вероника была маленькая и Павел Викторович впервые взял их с Витей на парад Победы, им было по 5 лет, Вероника была очарована тем, как красива и величественна была её родная столица в самом её сердце. После парада отец отвёз их в Парк Горького кататься на каруселях. Когда они были подростками, они частенько приезжали все вместе на Воробьёвы. Смотровая площадка стала «их местом». Они частенько засиживались там допоздна, до темноты и Вероника, сидя на парапете смотровой площадки, любовалась величественным зданием МГУ, которое находилось напротив. Космос, будто прочитал её мысли, и свернул в сторону Воробьёвых. Огни плыли за окном, мягкими убаюкивающими светлячками прыгали один за другим, будто пытались угнаться за старым Линкольном, который вёл человек, ставший для неё всем миром. Она иногда до сих пор не верила, что они с Космосом, так сильно ненавидев друг друга с самого детства, вдруг теперь не представляли друг без друга жизни. Космос прибавил громкости на магнитоле. Оттуда пела какая-то мелодичная песня, которую Ника прежде не слышала. Но она казалась ей такой знакомой, будто бы радиоволны улавливали её тревожное настроение. …Ты сейчас далеко Столько дней или лет Ты сейчас далеко - дождь стучит мне в окно Это осень смывает твой след…* Вероника смотрела на Космоса. Он внимательно следил за дорогой, а она изучала его профиль. Она так часто изучала его профиль, когда он спал или работал, не замечая, что она украдкой наблюдает за ним. Изучала, запоминала и много думала о том, что жизнь их сложилась нелепо и по киношному глупо. Ещё ей иногда казалось, что его греческое имя наложило будто бы какой-то отпечаток на его внешность. Слишком необычно красивым он был, словно и вправду сошёл со старой греческой гравюры. Ей очень хотелось спросить, что случилось. Почему он так переменился, что произошло, пока она была в роддоме с Ольгой. Она хотела спросить, про то, почему он хочет продавать наркотики в Москве. Для неё это было практически равному, что войти домой в грязной обуви и пройти в квартиру, оставляя грязные следы. А Космос был за. Она почему-то не спросила мнение брата на этот счёт. Хотя, возможно он был солидарен с Космосом. Но почему-то она не решалась начать разговор. Музыка монотонно продолжала литься из магнитолы. …Мальчик мой, пусть твоя звезда Скажет мне что с тобой Мальчик мой, вспоминай меня Вспоминай, мальчик мой Мальчик мой…** Наконец, Космос, шумно выдохнул и повернулся к ней. Несколько секунд они смотрели друг на друга, а затем он произнёс. — Ну что ты так смотришь? Спрашивай, что хочешь. — С чего ты взял, что я хочу что-то спросить? – тихо проговорила девушка. Космос остановил машину на смотровой площадке и взглянул на неё более пристально и открыто. Сейчас он казался ей более расслабленным, чем на выходе из офиса. Будто бы то, что его беспокоило, вдруг отступило, позволяя ему расслабиться. — Вероник, - Холмогоров улыбнулся, заправляя за ухо прядь её волос. – я наблюдал за тобой долгих десять лет, ловя каждое твоё движение и слово. Я вижу даже те перемены, которые ты порой не успеваешь осознать. – Пчёлкина улыбнулась, понимая, что он прав. Он так долго был влюблён в неё и ждал, когда же всё-таки она ответит ему взаимностью. Космос тем временем вышел из машины, обошёл её спереди, открывая перед ней дверь и помогая выбраться на улицу. Октябрь был достаточно прохладным, не смотря на то, что сейчас сбыло только самое начало месяца, ночи были уже очень холодными. Девушка поёжилась, чуть плотнее укутавшись в пальто. — Вы с Витькой специально покупаете пальто в одном цвете? – спросил он, обнимая её со спины. — Это он всё. Привёз мне его, сказал: «носи», вот и ношу. – Пчёлкина прижалась к нему спиной, глядя на Лужники, которые были, буквально, как на ладони. – Мне всегда так нравилось тут с вами бывать. — Но тем не менее, ты не часто сюда с нами приезжала. — Не хотелось мешать вам. – пожала плечами Ника. – Чем старше мы все становились, тем более лишней я себя с вами порой ощущала. Вы обсуждали девушек, машины, свои любовные победы и «трофеи». Мне иногда казалось, что мне с вами совсем не место, и вы позволяете мне с вами быть только из-за Вити. — Глупость какая! – фыркнул Космос. – Фил тебя обожал всегда, как и ты его. Вечно вас обоих не заткнёшь. Если ты пришла, то Филатов будет рядом. Ты себе просто не представляешь, как я ему завидовал, мы подрались с ним даже однажды из-за этого. — Ревновал? — Безумно. При чём старше мы становились, тем больше я ревновал. — Космос? — М? — А что с нами было бы, если бы я так и не смогла ответить тебе взаимностью? – девушка приподняла голову, глядя, как обдумывая её вопрос, меняются эмоции на его лице. — Ну, ты, возможно бы осталась в Ленинграде и Боже упаси, осталась бы с этим Костей своим. А я? Хм. Я, наверное, был бы там же, где мы все сейчас, но был бы несчастнее раз в десять. – он замолчал, обдумывая, что сказать ещё. Вероника слышала, как он сосредоточенно сопел. — Космос? — М? – это его «м», вызвало у неё смешок, который она не смогла сдержать. — Почему тогда ты не пошёл за мной? Когда ночью я пришла к тебе и… — И наглым шантажом заставила меня лишить тебя невинности? – Вероника хмыкнула. — Ну ты не очень-то сопротивлялся, кстати. — Да как вообще ты себе это представляешь? Я влюблён в тебя до одури с первого класса, мы с тобой расстались толком не сойдясь по моей непроходимой тупости. И тут ты появилась на моём пороге с таким заявлением, чуть ли не открытым текстом признавшись мне в любви. Что я должен был делать? Выставить тебя за дверь? – Космос замолчал. – А почему не пошёл за тобой? Я был настолько сильно ошарашен твоим приходом, что твой такой же неожиданный уход, с заявлением, что это наша последняя встреча, ошарашил меня ещё больше. Но если честно, я пошёл за тобой, но когда я выбежал на улицу тебя уже и след простыл. А когда я приехал к вам утром, ты уже уехала на вокзал. Они снова замолчали, каждый думая о своём. Всё те вопросы, которые вертелись у неё в голове, всю дорогу почему-то вдруг улетучились. Хотелось говорить только о чём-то хорошем. — Кстати, твой ненаглядный братец, когда узнал, что мы провели вместе ночь. И что, тем более, я стал первым мужчиной в твоей жизни, дал мне по морде. — Это очень на него похоже. – с улыбкой проговорила Пчёлкина. – Но ты можешь гордиться собой. Ты стал первым и единственным мужчиной в моей жизни. — Ты серьёзно? – Ника кивнула. – А как же Костик этот? — Я так и не смогла пересилить себя. – Космос прижал её к себе ещё сильнее, мягко касаясь губами её макушки. — Поехали домой? Ты вся дрожишь уже. — Подожди. – Вероника встала лицом к Холмогорову и заглянула в глаза. Она всё-таки решилась задать вопрос, который больше всего волновал её в сегодняшнем дне. — Космос? — Ну что? Говори. Я же вижу, что тебя что-то тревожит. – Ника пыталась понять, что переменилось в его взгляде. Он смотрел на неё по-прежнему с той же теплотой и любовь, как тогда, когда их история только начиналась. Она всё-таки не решилась задать этот вопрос. — Просто я боюсь, что ты разлюбил меня и… - Космос не дал ей договорить, накрывая её губы своими. Разорвав поцелуй, он произнёс. — Ты сейчас меня обманула. Но ты вся продрогла, поэтому мы едем домой. – Космос усадил её в машину и увёз от смотровой площадки в сторону дома.