Яр

- А ну, домой! – крикнула я, и дети галопом промчались в сторону замка. За подмогой. Я проводила их взглядом и, обнажив меч, направила коня к выехавшим на поляну всадникам. Ангел Смерти грудью врезался в лошадь ближайшего противника и снес с моего пути. Ошеломленного неожиданной атакой воина я сбила наземь ударом меча. Мне удалось положить троих и достать четвертого, прежде чем на меня набросили сеть и спеленали как младенца. *** - Вот твой ужин, госпожа, - юная служанка поставила на стол кружку с пивом и тарелку с вареным мясом и овощами. – Воду в кувшин я налила, можешь помыться с дороги. Если госпоже что-то понадобится, то господин сказал, что я к твоим услугам. Меня зовут Дита. Я стояла посреди небольшой комнаты, убранство которой составляли лишь стол с лавкой, полуторная кровать, шарма с умывальником и ночной вазой. В углу располагалась дверь на неогороженный балкон, передо мной – тяжелая дубовая дверь, обитая металлом. - Подойди ко мне, Дита, - девушка доверчиво шагнула вперед и угодила в мои объятья. - Что это ты делаешь, госпожа? - простонала девушка, извиваясь под моими ласками. – Как хорошо-то. О, боги! Я ее приласкала и, доведя руками до экстаза, решила, что мне все же нужен мужчина. - Дита, ты меня слышишь? – девушка, млеющая от пережитого впервые в жизни оргазма, сосредоточилась и кивнула. – Скажи охране, что госпоже нужен мужчина. Женщины ее не интересуют. Поняла? Скажи слово в слово. Дита поклонилась и вышла за дверь. Я оправила одежду и принялась за еду. Едва я отодвинула тарелку и встала из-за стола, распахнулась дверь. Я отступила к балкону и, сложив руки на груди, встретила пришельца гордо поднятой головой и каменным выражением лица. Если бы мне оставили меч, то моя ладонь уже сжалась бы на его рукояти. Вошедший тридцатилетний мужчина был высок и широк в плечах. Его можно было бы назвать красивым, если бы не широкий ветвящийся шрам, пересекающий левую щеку. - Служанка сказала, что пленница требует мужчину, - произнес он приятным баритоном. - Мне нужен мужчина в постель, - пояснила я. От такой прямоты пришелец замер соляным столбом. – Я уже давно не сплю одна из-за кошмаров, которые нередки для воинов, зарабатывающих на жизнь мечом. - Ты хочешь, чтобы я лег с тобой в постель и развлекал, пока ты не заснешь? – ошарашено переспросил он и сально ухмыльнулся. - Ты или кто-то другой, мне без разницы, - пожала плечами я. - Я нередко кричу во сне, поэтому всегда кладу рядом мужчину, что было кому меня разбудить. Большего мне от тебя не нужно. Не дожидаясь ответа, я села на лавку и стащила сапоги, потом положила на лавку кожаные штаны и доспех. Оставшись в нижней рубахе до колен, я шмыгнула под меховое одеяло и отодвинулась к стене. - Ну, так, что? Составишь мне компанию на эту ночь или воины замка страшатся воительниц королевы? – насмешливо спросила я, устраиваясь поудобнее на жестком тюфяке. – Если боишься, что ночью буду приставать, то можешь позвать себе на замену любого другого воина. Мне все равно кого пугать громкими криками. - Вот уж соблазнения я опасаюсь меньше всего, - осклабился воин, присаживаясь на кровать. – Говорят, ты убила четверых, прежде чем тебя схватили. - Троих и одного ранила. Если он умер, это его проблемы. Свою задачу я выполнила, дети королевы успели добраться до замка, а остальное - рабочие моменты, - оскалилась в ответ я. – Если надумал остаться, то раздевайся. Я не хочу поцарапаться о твою броню. Ты бы еще коня в постель уложил, чтоб легче было унести ноги от дикой варварки. Воин захохотал, снял латы и устроил рядом с моими вещами, сверху уложил меч и пару кинжалов и снова сунулся в постель. - Сапоги тоже снимай, - велела я, - остальное можешь оставить. Воин покорно стянул сапоги и лег в постель. Я завернулась в одеяло, не оставив ему ни кусочка, и, уткнувшись в его плечо, заснула. *** Воин полюбовался на спящее лицо воительницы, осторожно переложил ее голову себе на грудь и приобнял. Давненько ему не выпадала возможность пообниматься с красивой женщиной. Да что там, даже дурнушки шарахались от его ужасного увечия. И вдруг такая красотка сама приглашает разделить постель! Страж вдохнул аромат волос девушки и ощущал страстное желание коснуться губами ее прелестей, опрокинуть на постель и насладиться таким соблазнительным телом. Однако он не был насильником, предпочитая добиваться женщин лаской и ухаживанием. По этой причине воин продолжал лежать на спине, прижимая к себе роскошное тело амазонки. Посреди ночи страж почувствовал ласковые прикосновения в местах, которых уже несколько лет не касалась ничья рука, кроме его собственной. *** Я в полусне засунула руку под рубаху моего соседа по кровати и нежно провела ладонью по мускулистой груди. Этого мне показалось мало, и я, развязав его штаны, погладила еще и там. Воин лежал, не шевелясь, опасаясь спугнуть сладкое наваждение, и даже дышал через раз. Я обнаглела окончательно и, спустив штаны, оседлала готового к подвигам воина и поскакала навстречу наслаждению. Судя по тому, как легко он поднимался в рысь и в галоп, женщин у него не было довольно долго. Однако воин не распустил руки, а убрал их за голову, полностью отдав мне инициативу. Оргазм не заставил себя долго ждать и накрыл нас волной. Я упала на грудь своего нечаянного любовника, и он гладил мою спину ладонью, пока я приходила в себя. - Зовут-то тебя как? - спросила я и при свете луны всмотрелась в лицо воина. Ночь сделала его лицо еще красивее, скрыв во тьме уродливый шрам. – Я предпочитаю знать имя мужчины, которого насилую. - Яр, - со второй попытки произнесла жертва моей страсти. – Почему ты это сделала? - Не знаю, - пожала плечами я, слезла на холодный пол и, намочив полотенце, вернулась обратно. – Может, потому что ты такой соблазнительный? Люблю больших парней. А может, приснился невернувшийся из похода муж. Так ли это важно? Давай лучше вымоем тебя, потом меня и будем все-таки спать. Твой господин может потребовать меня пред свои светлые очи уже утром, а перед важной встречей я предпочитаю выспаться. Я обтерла влажным полотенцем не верящего своему счастью парня, а другим концом полотенца попыталась вымыть и себя. - Можно мне? – робко спросил мой любовник, я кивнула. Яр осторожно промокнул мою перепачканную часть тела и несмело лизнул очищенные от спермы складочки. Я откинулась спину, предоставив ему полную свободу действий. Яр языком и губами исследовал мои тайные сокровища, и его труды были вознаграждены сладострастным воплем, вырвавшимся из моей груди. Я потянула Яра за плечи к себе и поцеловала. - А теперь, храбрый воин, спать. Если захочешь, можем продолжить следующей ночью. - Я уложила Яра рядом и, накрывшись одеялом, завернулась в воина как в плащ. – Или утром. - Утром, - повторил Яр и усмехнулся. - А захочешь ли ты меня утром, весенняя кошка?

***

Утром Яра разбудили поцелуи. Он открыл глаза и не поверил в реальность происходящего. Вчерашняя пленница, уже одетая и умытая, поцеловала его глаза, прошлась языком по шраму, заставляющему всех женщин замка обходить воина стороной, впилась в губы, и шаловливо лизнуло небо. - Проснулся, герой? Тогда поднимайся и корми пленницу. Когда я голодная, то злая. Зачем тебе злая весеннья кошка? - улыбнулась я, вставая с кровати. Яр только успел одеться и вооружиться, как открылась дверь и вошла Дита с тарелкой еды в сопровождении стража. Служанка проворно заменила тарелки и, глянув с опаской на рослых мужчин, стрелой вылетела из комнаты. - Яр, неужели ты и, правда, провел ночь в обществе нашей опасной пленницы? Говорят, она положила четверых, пока ее не спеленали сетью. А я погляжу, баба как баба. Может чуть смазливее наших, и одета, как воин, а так никакой опасности не вижу. - Новый страж был немного ниже Яра и уже в плечах, но его смазливое лицо было в полном порядке. - Мое имя - Кортис. Запомни его, детка, господин обещал отдать мне тебя, если ты не захочешь с ним общаться. - Пусть твой господин присылает приглашение, и я с ним встречусь, все равно делать больше нечего. - А чем занимался Яр в твоей комнате? Только не говори, что пустила его в постель, – Яр криво усмехнулся, и я подмигнула ему. – Яра даже старая повивальная бабка боится, не то, что девки. Неужели всю ночь байки о своих подвигах травил? - Сон он мой охранял и отвлекал от грустных мыслей по мере сил, - пояснила я. – Кошмары у меня ночные бывают. Вот Яр и настраивал на веселый лад. - Как у тебя от вида Яра, и в самом деле, кошмары-то не случились, детка? Он же страшный. То ли дело я. Может этим вечером я тебя от кошмаров охранять стану? Обещаю, кошмаров точно не будет. Ты со мной просто не заснешь, - он взял меня за подбородок и повернул к себе, рассматривая. – А ты и, правда, красавица. Не хочешь со мной покувыркаться, детка? Я отбросила руку, державшую мое лицо, а второй рукой в кожаной перчатке ударила под дых. Кортис согнулся, получил удар в челюсть, а после с разворота ногой в пах и рухнул как покошенный. Сбив противника с ног, я вынула из его ножен меч и, отлупив хама подкованными сапогами по ребрам, животу и паху, приставила меч к его горлу. - Меня называют – Арус, запомни это, мальчик. Я никому не позволяю прикасаться ко мне без разрешения и всегда сама выбираю мужчину для постели. Только Яр стоит между тобой и моим желанием выкинуть твое тело на камни двора. Яр, оставайся на месте или я перережу твоему приятелю глотку, а потом прыгну с балкона. Яр и не думал вмешиваться, тихо радуясь, что ночью вел себя сдержанно. - Пощади, госпожа, - подал голос Кортис. Он с трудом поднялся на четвереньки и опустил голову на руки, отвешивая мне земной поклон. – Я зарекусь прикасаться к тебе и говорить гадости о воительницах королевы. - Ладно, живи, - я бросила меч на пол и отошла к балкону. – Яр, забирай своего приятеля и оба выметайтесь из моей камеры. Дайте девушке поесть и привести себя в порядок. Яр вложил меч Кортису в ножны, подхватил его под руки и вытащил за дверь. В полдень дверь вновь распахнулась, и в комнату вошли четыре воина, включая Яра. Кортиса с ними не было. - Собирайся, госпожа, наш господин желает тебя видеть, - обратился ко мне воин лет сорока пяти с легким поклоном. - Я принимаю приглашение, - кивнула я и вышла в коридор. Похоже, избиение Кортиса и мое сопротивление при взятии в плен произвели на воинов замка сильное впечатление, так как никто меня не хватал и не тащил. В кольце стражей я вошла в просторный зал, украшенный гобеленами. В центре зала в резном кресле сидел богато одетый мужчина, в котором я узнала барона Рудольфа, не принесшего мне клятву верности и не раз поднимавшего против меня мятеж. Возле кресла барона на низком табурете примостился писец, вдоль стен зала стояли воины. У дальней стены зала я приметила знакомого мужчину, но не подала вида. - Приветствую хозяина замка, - вежливо склонила голову я. - И я приветствую храбрую воительницу, помешавшую моим людям захватить наследника королевы, - сквозь зубы процедил Рудольф. – Мое имя барон Рудольф. Я, как ты, верно, догадалась, хозяин этого замка. А вот кто ты, воительница? - Можешь называть меня – Арус. Я телохранительница детей королевы и воин ее личной стражи. По залу прошел рокот голосов. В Аллане воительницы были нередки, и на службе королевы действительно было несколько амазонок из племени Арус, женщины которого наравне с мужчинами с детства обучались владению оружием и считались искусными и жестокими бойцами. Они обычно так и представлялись своим противникам «Можешь называть меня - Арус». - Уважаемая Арус, - вежливо произнес Рудольф, жестом руки наводя тишину. – По твоей вине я лишился заложников, с помощью которых мог бы вести переговоры с королевой. Поэтому тебе придется возместить мне упущенную выгоду. Подпиши письмо, которое мой человек составил от твоего имени. Как только королева заплатит за тебя выкуп, я верну твое оружие и лошадь и отпущу на свободу. Писарь дописал письмо и протянул мне свиток. Барон требовал за меня сто золотых монет. - Какие у меня гарантии, что после получения выкупа ты не прикажешь убить меня? - Судя по тому, как передернулся барон, именно это он и собирался сделать. - Если ты не подпишешь, то я запру тебя в подвале или скормлю тигру, - сердито произнес барон и насмешливо посмотрел на Яра. Тот непроизвольно коснулся рукой своего шрама. - Если я подпишу, то среди охраняющих меня стражей не должно быть Кортиса. Он приставал ко мне. Я так же хочу, что бы мне вернули мою седельную сумку. Там лежат некоторые женские принадлежности, без которых я чувствую себя неуютно, - воины понимающе заулыбались. - А Яра из твоей охраны не убрать? – насмешливо поинтересовался барон. – Мне доложили, что он провел ночь в твоей комнате. Он, разве к тебе не приставал? Хотя если бы он до тебя дотронулся, твои вопли слышал бы весь замок. Все женщины его пугаются. - Яра можешь оставить. Меня он не лапал. Он всю ночь провел, охраняя мой сон от кошмаров бурного прошлого. К нему у меня претензий нет. А его шрам, - я усмехнулась. – До поступления на службу к королеве, я несколько лет была предводителем наемников. Так один мой мечник имел лицо в таких шрамах, по сравнению с которым Яр просто писаный красавец. - Ну, если Яр тебя не пугает, тогда пусть и дальше охраняет твою комнату. Что-нибудь еще? Может музыкантов к тебе прислать или танцовщиц? Ты говори, не стесняйся, - язвительно произнес барон. - Раз ты так любезен, барон, то я хочу вымыться. Прикажи проводить меня в мыльню и выдели чистую нижнюю рубаху. - Подпиши письмо и тебя немедленно проводят в мыльню. - А еще мне нужен струнный музыкальный инструмент. Весь день одной сидеть скучно, а так я развлекусь, и время пройдет незаметно. - Это все? – удивился барон. – Только помыться, убрать Кортиса, вернуть сумку с вещами и принести музыкальный инструмент? Больше ты ничего не попросишь? - А больше ты мне ничего и не дашь, - резонно ответила я. – До выплаты выкупа свободы мне не видать. Мужчину в постель ты мне тоже не выделишь. Если Яр вечером зайдет и присмотрит за моими кошмарами, и то будет праздник. Мужчины удивленно вытаращились на меня. Ни одна женщина в замке не соглашалась даже разговаривать с Яром, в страхе убегая от вида его ужасного шрама. А тут пленница сама приглашает этого урода в свою комнату. Я поманила писца и поставила подпись под текстом письма. Писец показал документ барону, по его кивку запечатал и передал гонцу, который тут же покинул зал. - Ты выполнила свою часть сделки, а я выполню свою. Вошедший в зал воин передал мне мою сумку. Старший моего конвоя, получив указания от барона, сделал приглашающий жест в направлении двери. Меня проводили в мыльню, служанка оставила на лавке чистую рубаху и бегом скрылась в коридорах замка. - К сожалению, госпожа Арус, мне придется оставить в предбаннике одного воина, - произнес старший страж. – Таков приказ барона. Ты хороший боец, и мне не нравится смущать тебя такими крайностями. Но барон опасается, что ты можешь что-нибудь с собой сделать и тем самым лишишь его выкупа. Мне, правда, очень жаль. - Я понимаю. Честно говоря, на месте барона я поступила бы так же. Кто из твоих людей остается, а кто охраняет дверь снаружи? – я присела на лавку и принялась стягивать сапоги. - Я оставлю с тобой Яра. Он уже охранял твой сон и единственный, кто не станет приставать к тебе, опасаясь истошных воплей. - Почему ты отказалась от предложения барона заменить меня другим воином? – спросил Яр, деликатно отворачиваясь, пока я раздевалась и заворачивалась в простыню. - Потому что ты ко мне не приставал, в отличие от Кортиса, руки держал при себе и вел себя вежливо. Я тебя соблазнила и изнасиловала. Это у тебя есть все причины шарахаться от меня и просить о переводе. - Ты целовала мое лицо, и даже шрам, при свете дня. Ты, правда, меня не боишься? - Ты слышал мой ответ барону. Я зарабатываю на жизнь мечом уже много лет. У меня хватает своих шрамов, что бы еще пугаться твоих. Уверена, что до ранения ты был очень популярен у девушек замка и окрестных деревень. Еще бы такой ладный парень, - я открыла дверь парилки и обернулась. – Не хочешь присоединиться? - Ты это всерьез сейчас предложила? – Яр решил, что ослышался. - Все, что я произнесла в этой мыльне, сказано всерьез. В том числе и предложение потереть мне спинку, только дверь запри. Я не стеснительна, но больше одного мужчины за раз в постель обычно не приглашаю. Хотя случаи были разные. - Я лучше тебя здесь подожду, - решил не рисковать Яр. – Дверь посторожу, чтобы никто не вошел. На тебя и так уже косо смотрят. Если бы не моя репутация, к тебе бы не только Кортис приставал. - Как хочешь, была бы честь предложена, - я скрылась за дверью.

***

Яр присел на лавку и осмотрел вещи пленницы. Одежда была не новая, но в хорошем состоянии. Кожаный доспех, не смотря на трещины и порезы, был промазан и готов защищать владелицу от любого оружия. Сапоги он трогать не стал, хотя в голове его зрела уверенность, что за подкладкой наверняка найдется сапожный нож. Яр заглянул было в сумку, но наткнувшись на свернутый в тампон кусок прокипяченного полотна, костяной гребень и аккуратно сложенную шелковую ленту, смутился и поставил ее на место. - Яр, ты бы проверил, что там так долго делает пленница. А, то не дай боги руки на себя наложит, и нам от господина влетит, - заглянул в предбанник его напарник. – Красс видел, как она прикрывала бегство наследников, говорит - зверь-баба. А Кортиса тоже она уложила или все же ты? - Она. Кортис полез ее лапать, вот она и раскатала его по полу, я даже не понял как. Только Кортис стоял и уже на полу пытается спастись от ее сапог. Ладно, сейчас проверю.

***

Яр запер изнутри дверь, шагнул в парную и еле успел увернуться. В то место, где только что была его голова, в стену врезалась шайка. - Госпожа Арус, у тебя все в порядке? – Яр на всякий случай встал за порогом и просунул в дверь только голову. - Яр, а предупредить не мог, что это ты? Напугал меня и чуть сам не пострадал. Я же совершенно беззащитна здесь, а ты так врываешься. Пришел посмотреть на мои шрамы? Ну, так смотри, - я вылила на себя ковш воды, смывая пену, и повернулась вокруг своей оси. Воин с восхищением полюбовался на мои прелести, потом его глаза расширились от изумления. Мои плечи и спину пересекали шрамы от зубов и клинков. На спине обнаружилось несколько рубцов от плети. Такие же шрамы и рубцы были и у него самого. - Прости, госпожа Арус, я не хотел тебя пугать или смущать, - запинаясь, произнес Яр, с трудом оторвал взгляд от моего тела и уставился в пол. – Мне поручено проверить, как у тебя дела. Старший караула забеспокоился, уж больно долго ты моешься. - Кинь мне полотенце, и я сейчас выйду. Меня вчера закутали в грязную сеть и рогожу, еле голову промыла, - воин бросил мне полотенце и прикрыл дверь. В предбаннике он снова повернулся ко мне спиной и не подсматривал. - Можешь поворачиваться, - разрешила я, расчесав волосы и собрав их в хвост на затылке. Яр повернулся и застыл как вкопанный. - Яр, ты в порядке? – я повесила сумку через плечо и погладила парня по щеке со шрамом. Он прикрыл глаза от удовольствия. Я обняла его за шею, поцеловала и похлопала по плечу. – Эй, герой, нас твои товарищи ждут. Пора идти, а то сейчас придут тебя спасать от страшной воительницы. - Ты такая красивая, госпожа Арус, - произнес воин, с трудом беря себя в руки. – И такая ласковая. - Для тебя – просто Арус, - сказала я и вышла в коридор. В комнате меня уже ждала лютня. Я бросила сумку на кровать и, присев на балконе, настроила инструмент. Любуясь окрестностями и наигрывая балладу, сложенную обо мне придворным менестрелем, я внимательно осматривала замок, прикидывая пути для побега. Этой ночью наступало полнолуние, и лучшее время для побега было за час до рассвета. Стена башни, к которой примыкал балкон, была неровной, с выбоинами от выпавших камней. Я решила, что смогу по ней спуститься вниз. Годы были, конечно, уже не те, но мастерство не пропьешь. На закате меня навестил Яр. - Госпожа Арус! - позвал он меня, не обнаружив в комнате. - Прекрасная Арус! Я заиграла громче, и он вышел ко мне на балкон. - Не стоит прыгать с такой высоты, - заметил он, садясь рядом на край плиты. - Очень некрасивый труп получится. - С этого балкона уже кто-то бросался на камни двора? Вот почему начальник караула велел тебе за мной присматривать? - С этого балкона месяц назад бросилась пленница господина. Ее захватили вместе с караваном, направляющимся в столицу. Девушка была, также как и ты, молода и хороша собой, и господин заставил ее подписать письмо о выкупе. За пару дней до выплаты выкупа Кортис зашел проведать пленницу и предложил ей приятно провести время. Девушка отказалась, сообщив, что в столице ее ждет жених. Кортис рассердился и ударил ее по лицу. Пленница расплакалась и, выскочив на этот балкон, пообещала прыгнуть, если он не уйдет. Кортис не поверил угрозе и попытался схватить девушку. В отчаянии пленница шагнула в пропасть и упала на камни двора. Господин был в ярости, по вине Кортиса он лишился хорошего выкупа. Но Кортис выкрутился, заявив, что девушка бросилась с башни, потому что случайно увидела меня. Господин предпочел поверить в эту версию, чем разбираться со своим бастардом. - Теперь мне понятно, почему ты не попытался меня остановить, когда я ставила Кортиса на место. Мне жаль, что ты пострадал по вине этого гада, - я погладила парня по плечу и вновь заиграла балладу. - На счет меня можешь не беспокоиться. Я слишком часто рискую жизнью ради денег, чтобы просто так покончить с ней, когда есть шанс выбраться из передряги почти без потерь. Я практичная тварь, так что на мое самоубийство можешь не рассчитывать. Некоторое время мы любовались закатом. Я негромко играла на лютне, а Яр слушал. - Что ты играешь? - Эту балладу написал придворный менестрель на день рождения королевы. В ней рассказывается о том, как юная амазонка, угнанная в плен арганцами, завоевала себе королевство. Очень красивая баллада, к сожалению, спеть я ее тебе не смогу. Несколько лет назад я сорвала голос. Будешь в столице заходи в гости, могу организовать для тебя выступление нашего менестреля. Закончила играть я уже в сумерках, а потому вернулась в комнату и, положив лютню на стол, присела на кровать. Яр последовал за мной и, устроившись на лавке, заговорил, смущенно опустив глаза и не зная, куда девать руки. - Я, в общем-то, зашел сказать, что не смогу остаться на ночь. Хотя, видят боги, мне этого очень хочется. Ты - первая женщина за последние пять лет, которая пустила меня в свою постель и не шарахнулась от моего шрама. Но сегодня будет лучше, если ты на ночь запрешь дверь, хотя бы с помощью лавки. - Все дело в полнолунии? - спросила я, стаскивая сапоги. - Из-за него ты сегодня дежуришь вторую ночь подряд? - Я всегда дежурю в полнолуние, независимо от того, охранял я кого-нибудь накануне или нет, - он горько усмехнулся. - Господин считает, что в полнолуние я особенно страшен. - Ты боишься, что можешь перекинуться прямо в постели, и порвать меня, как тигр в свое время чуть не отправил на тот свет тебя? - Как ты узнала? - Яр был крайне удивлен моей осведомленностью. - Барон в разговоре помянул тигра, и ты коснулся рукой шрама. Кроме того, у тебя к вечеру глаза из карих стали оранжевыми и все еще светлеют, - говоря это, я продолжала раздеваться. - И, наконец, я еще вчера учуяла в тебе большого кота. - Как это учуяла? - не понял воин. Я скинула нижнюю рубашку и, перекинувшись в тигрицу, потерлась о его руку. Яр машинально погладил мой густой мех. Я запрыгнула на кровать и, перекинувшись обратно, завернулась в меховое одеяло. - Ты... - парень не смог произнести слово «оборотень», поэтому попытался подойти к вопросу с другой стороны. - Ты тоже пострадала от нападения тигра? - Нет. Мой отец и весь его клан — тигры-оборотни. Я же говорила, что меня следует называть Арус. Арус — это не имя, это название моего племени. Мы, люди Аруса, испокон веку перекидываемся в различных животных, каждый клан в своего зверя. Я начала перекидываться довольно поздно, всего несколько лет назад. Это связано с тем, что моя мать из другого клана. Но тебя обратил не урожденный тигр, а такая же жертва нападения, как и ты сам. Такие, как я, обычно, живых не оставляют. Только очень старый или смертельно раненный воин мог обратить в тигра парня, которого барон держит в подвале, - я окинула взглядом ошеломленного парня и улыбнулась. – А ты чего сидишь, как не родной? Запирай дверь, раздевайся и залезай в постель. Скоро взойдет луна, и тебе все равно придется разоблачаться для перекидывания. Или ты предпочитаешь рвать одежду в клочья? - Я, пожалуй, все же пойду на свой пост. Мой напарник заперся в соседней комнате, и тебя больше никто не побеспокоит. Воин поднялся, но уйти не успел. Из-за тучи выглянула луна, и его скрутило от начавшегося изменения. Обращенные оборотни всегда в мучениях перекидывались, а все потому, что сопротивлялись превращению. Я бросилась к Яру, усадила обратно на лавку и крепко прижала к себе. Мое тихое рычание и ласковое поглаживание по волосам успокоили пробуждающегося зверя, боль ушла, и парень смог поднять на меня потрясенный взгляд. - Никуда ты не пойдешь, мой милый, - сказала я, снимая с него доспех. – Эту ночь ты проведешь со мной, а перед рассветом уйдешь спать на пороге моей камеры. - Арус, почему ты так добра ко мне? - Заткнись, Яр, лучше дыши и не сопротивляйся своему зверю, - я сняла с него рубаху и стянула сапоги. – Раздевайся и залезай на кровать, буду учить тебя перекидываться так, чтобы больно не было. Я едва успела отложить его пояс с ножнами, как беднягу опять скрутило, и он упал на четвереньки. Я обняла его, прошлась языком по позвоночнику и распустила шнуровку на штанах. Яр выгнулся дугой и начал покрываться шерстью. Я перекинулась, потерлась о его бок и ласково рыкнула, призывая его зверя. Мой язык облизал его лицо и шею, я ластилась, низко мурлыча, к крупному полосатому самцу, в которого превращался Яр. Моя поддержка позволила ему перекинуться быстро и почти безболезненно. А потом была кошачья свадьба. Перед рассветом тигр ушел в коридор и лег у двери. Я сложила его вещи на полу у стены и, запершись изнутри, подсунула ключ под дверь, чтобы Яр мог накрыть его лапой. Потом я оделась, перекинула через плечо сумку и вышла на балкон. Плотно прижимаясь к стене башни, я медленно спустилась во двор и чуть не столкнулась с пьяным коренастым солдатом, бредущим на сеновал при конюшне. Я решила, что плащ мне не помешает, и последовала за ним. Солдат уронил плащ наземь, забрался на сеновал и приложился к кувшину с вином. Я завернулась в его плащ, распустила волосы и взобралась следом. - А девушку вином не угостишь, герой? - Кто ты и как здесь оказалась? – заплетающимся языком спросил высоким голосом солдат, с подозрением разглядывая меня. – Таких красавиц в нашем замке нет, я бы заметил. - Можешь считать меня ангелом. Угости, и я тебя приласкаю. Он протянул мне кувшин, я отпила и, вытирая горлышко, незаметно бросила в вино несколько зернышек сонной травы. Как говорится, бывших наемников не бывает. Даже собираясь на охоту или на верховую прогулку с детьми, я экипировалась как в бой. Возвращая кувшин, я позволила солдату меня поцеловать и немного полапать. Отхлебнув вина, солдат откинулся на спину и захрапел. Я забрала его шлем и поспешила на конюшню. В шлеме и закутанная в плащ я, не привлекая внимания, подошла к деннику, в котором был заперт нерасседланный Ангел Смерти, и шмыгнула внутрь. К счастью, коня покормили, хотя жеребец и не позволил конюхам расседлать себя, преданно охраняя мое имущество. Я расседлала коня. Хорошенько вычистила, переседлала и просмотрела свой арсенал. В скатке на седле обнаружился запасной меч, лук в походном состоянии, колчан со стрелами и пара метательных ножей. Только я вооружилась, как затрубили тревогу. В конюшню вбежали солдаты, и бросились седлать лошадей. Я пристроилась вместе с Ангелом Смерти в середину процессии, выходящей из конюшни, и заняла место в отряде, собираемом на дворе. - Воины, господин повелел проверить дорогу, по которой он сегодня поедет в гости. Ваша задача - прочесать окрестности и убить любого чужака, кто осмелиться пересечь вам дорогу. Открылись ворота замка, и наш отряд выехал на дорогу. По команде рыцаря мы вытянулись цепью и углубились в лес по обеим сторонам дороги. Как только рыцарь и половина отряда скрылась за деревьями по другую сторону дороги, я выстрелами из лука убила всадников, ехавших в нескольких метрах от меня, забрала стрелы и направила коня в сторону дома. Но далеко я уехать не успела. Из замка выехал еще один отряд, передний всадник вел на поводке огромного тигра. «А вот и Яр с погоней», подумала я. На меня выскочил мой товарищ по отряду, я двумя стрелами убила его наповал, раздела и, привязав его коня за повод к седлу своего жеребца, устремилась в самую чащу.

***

Ночь была прекрасна даже в теле тигра. Яр зевнул и, привалившись пушистым боком к двери комнаты ласковой воительницы, задремал. Его сладкий сон, в котором он продолжал заниматься любовью с обольстительной тигрицей, был грубо прерван начальником караула. По его команде несколько воинов прижали Яра алебардами к полу, и командир смог надеть на него серебряный ошейник. Потом с помощью поводка и алебард его отогнали от двери. Старший страж подобрал с пола ключ и, отперев дверь комнаты, вошел внутрь. Через некоторое время он выбежал оттуда и погнал всех, включая тигра, во двор. Оказалось, что пленница исчезла из своей клетки. На дворе разбитого тела тоже не обнаружилось. Начальник караула велел седлать коней и прочесать округу. Яру дали понюхать ее грязную рубашку и приказали взять след. Яр покорно последовал за своим командиром, понимая, что если девушка бежала, то найти ее будет не просто. За воротами Яра спустили с поводка, и он вошел в лес.

***

На опушке леса дорогу мне преградил тигр. Я сняла шлем и взяла лук наизготовку. - Яр, если хочешь идти со мной, то встретимся у обрыва на излучине реки. Я прихватила для тебя коня и одежду. Если нет, то уйди с дороги. Нам было хорошо вместе, но обратно я не вернусь. Твой хозяин не держит слово, а у меня дома куча дел. Тигр глухо заворчал. Я нацелила стрелу ему между глаз. - Я не шучу, Яр. Я не юная дева в свадебном веночке, а свирепый зверь пострашнее тебя. Тигр отступил в сторону и скрылся в чаще. Я опустила лук и рысью поехала к излучине реки. Под обрывом я сделала привал. Распустив коням подпруги, я пустила их пастись, а сама устроила себе завтрак из нескольких полосок вяленого мяса и воды из фляги. Вскоре к моему лагерю подошел тигр в ошейнике. Стреноженная кобыла испугалась, но убежать не смогла, а мой жеребец только косо посмотрел на пришельца и продолжил трапезу. Я похлопала по камню возле себя и положила на него несколько кусков мяса. Зверь, крадучись, подошел ко мне и принялся за еду. Я сняла с него ошейник и хорошенько растерла обожженный серебром мех, залечивая повреждения. Через пару минут в моих объятьях уже лежал обнаженный парень. Я поцеловала его и с помощью магии как бы невзначай смахнула с его щеки шрам. - Умница. Вот это я понимаю, разумное решение. Нечего такому славному парню работать на барона, который тебя не ценит и унижает при каждом удобном случае. - Как ты выбралась? – спросил Яр, поднимаясь на ноги и принимая из моих рук одежду. - Я спустилась по стене. Потом нашла плащ и шлем, переседлала своего жеребчика и выехала с первым разъездом. А вот одежду и лошадь для тебя пришлось одолжить у воина твоего барона. - Как это по стене? Башня же высокая, а тебя даже веревки не было, я проверял. – Он от удивления так и застыл, забыв, что застегивал пряжку на ремне. - Я в юности промышляла воровством и нередко взбиралась по стенам на балконы и крыши домов. А уже в зрелые годы я открывала ворота замков, поднявшись по стене и вырезав охрану. Мастерство, знаешь ли, не пропьешь. – Я подтянула подпругу и вскочила на Ангела Смерти. – Ты свободен, мой милый. Можешь ехать со мной к королеве, а можешь отправиться на вольные хлеба. Ты мне ничего не должен, а я тебе. Гнедой жеребец рысью пустился в путь домой. За излучиной меня догнал Яр на рыжей кобыле. - Ты ошибаешься, Арус. Я должен тебе за ласку и заботу. Тебе не интересно, почему тебя так рано хватились? - Я итак в курсе. Когда отряд, с которым я покинула замок, подъехал к воротам, мимо нас прошел человек, который знает меня в лицо. Это он, видимо, рассказал барону, кто я, и поднял тревогу. Я заметила его еще в зале и потому утром бежала. Узнай барон меня вчера, одним выкупом я бы не отделалась. - Да кто ты такая, если из-за тебя ставят на уши целый замок? Ты должно быть не простая телохранительница. - Нет, не простая. Я - капитан личной гвардии королевы. Яр надолго замолчал, переваривая услышанное. Через несколько часов мы подъехали к моему замку. Нас без проблем пропустили в ворота и, сопровождаемые шепотом «госпожа вернулась», мы въехали на внутренний двор. Нас немедленно окружили воины и нацелили на Яра алебарды. - Убрать оружие, этот парень помог мне спастись. Проводить его в комнату и накормить. На закате я жду его у себя, - распорядилась я и, отдав коня одному из воинов, направилась в главную башню. - Как прикажешь, госпожа.

***

Яр в сопровождении двух стражей шел по замку, и встречные служанки не разбегались с воплями, а, уступая дорогу, провожали взглядом, и в их глазах не было ужаса. Наконец, его оставили в комнате, почти точной копии камеры амазонки только без балкона, и пообещали, что еду сейчас принесут. - Вот твой ужин, воин, - в комнату вошла хорошенькая служанка и поставила поднос с едой на стол. – Если такому бравому парню еще что-нибудь нужно, то проси, не стесняйся. С этими словами девушка оголила плечо и игриво подмигнула. Яр не стал теряться и воспользовался предложением.

***

На закате Яра отвели в просторную комнату, украшенную гобеленами и оружием. Небо за окном уже потемнело и закрылось тучами, а потому комната освещалась маслеными лампами. Страж, одетый в голубой плащ, украшенный белым барсом, подвел его к креслу, в котором сидела нарядно одетая женщина в окружении трех мужчин, стоящих вокруг нее полукругом. У самых ног красавицы лежал большой черный пес. - Я привел приехавшего с тобой воина, госпожа, как ты и приказала, - барс преклонил колено и поцеловал край платья женщины. – Я счастлив, что ты вернулась, моя госпожа. Принц Герберт уверял, что ты погибла. - Спасибо, Голубь. Ты же знаешь, что меня не просто убить, - женщина погладила воина по щеке. - Возвращайся на свой пост, мой барс. Страж поднялся и вышел за дверь. - Яр, познакомься это Ганс, мой волк, - рослый здоровяк окинул пришельца недобрым взглядом и кивнул. – А это Марио и Либер – мои секретари. Парни, бросив на Яра такой же взгляд, как и Ганс, дружно кивнули. - Кто ты, демоны тебя побери, такая? – Яр подошел ближе и с трудом узнал свою любовницу. Арус была красива и в кожаном доспехе с убранными в хвост волосами, но в этом платье с прической, украшенной сверкающей камнями диадемой, она была ослепительна, божественно прекрасна. - Ганс, скажи недогадливому Яру, кто я такая. - Моя госпожа – королева Аллана, принцесса Аргана, герцогиня Гиркана, маркиза Сиверии, владелица замка Тигерин и множества других замков и крепостей, несравненная Дикая Кошка, - объявил Ганс и с вызовом посмотрел в глаза Яру.

***

- Не понял… - продолжить фразу Яр не успел. Выглянула луна и его скрутила волна превращения. - Ганс, Марио, Либер и Канис, живо в мою спальню, - скомандовала я, поднимаясь с кресла и снимая диадему. Парни бросились в спальню и только Ганс и Канис задержались на пороге. – А, ну, быстро закрыли дверь. Канис, тебя это тоже касается. Ты тигру не противник. Едва парни скрылись в спальне, я щелкнула пальцами, и засовы на всех дверях гостиной сами собой закрылись. Я шагнула к воину и обняла его: - Не волнуйся, Яр, я с тобой. - Арус, - прошептал он и, едва его отпустила боль, принялся раздеваться. – Арус, ты не бросишь меня одного с этим? - Не брошу, мой хороший. Кем бы я ни была, я не бросаю тех, кто мне доверился. - Ты, правда, королева? – он уже расшнуровал штаны, когда осознал сказанное Гансом. - Да, а для тебя это что-то меняет? За все время нашего знакомства я не обманула тебя ни разу, - я стянула с него штаны и, усадив на мягкий ковер, заключила в объятья. – Я, действительно, телохранительница детей королевы из племени Арус. Кто защитит детей лучше, как не их мать? Я – капитан своей собственной стражи. Дикая Кошка командует боевыми барсами. Мой пропавший муж долго смеялся, когда я объявила ему о создании моей стражи. Я, на самом деле, в юности промышляла грабежами и воровством, а потом зарабатывала на жизнь мечом, служа наемником. Шрамов и различных ран я насмотрелась достаточно и даже некоторые зашивала сама. Я - дочь тигра-оборотня и одной из лучших воительниц нашего клана. Балладу, которую я играла вечером, менестрель написал обо мне. Я своим мечом завоевала себе королевство, имея после пропажи мужа в дальнем походе, только два замка, горстку людей и четверых детей на руках. Я не стыжусь ни одного прожитого дня и ни одного совершенного поступка. Я такая, какая есть – жестокая, практичная и на диво живучая тварь. На этот раз превращение Яра прошло почти безболезненно, он учел мои советы и, расслабившись, быстро перекинулся в тигра. Я погладила его рыжий мех и, отойдя к креслу, прыгнула к нему, в полете перекидываясь и сбрасывая платье, и опустилась на пол уже большой кошкой.

***

Проснулся Яр, лежа на мягком ковре, заботливо укрытый плащом. Рядом обнаружились аккуратно сложенные вещи и поднос с завтраком. - Какую бы услугу ты не оказал моей госпоже, меня это не касается. Но если ты предашь ее доверие, я спущу с тебя пушистую шкуру и украшу ею спальню моей королевы, - Яр поднял голову и встретился глазами с холодным взглядом Ганса. - Я понял тебя. Ты ревнуешь, и у тебя есть на то причины. Я не оказывал никаких услуг твоей госпоже, это она сделала одолжение, пустив меня в свою постель, научив перекидываться без боли и избавив от серебряного ошейника. – Он оделся и приступил к завтраку. – Я не знаю, почему Арус проявила ко мне столько внимания. - Правда, не знаешь? – Ганс усмехнулся и принес зеркало. – Вот ответ на твой вопрос. Яр взглянул на свое отражение и уронил нож. Из зеркала на него смотрел Яр пятилетней давности, не изуродованный шрамом. Не веря глазам, он ощупал лицо, шрама на привычном месте не было. - Этого не может быть. Куда делся мой шрам? – он в недоумении уставился на Ганса. - Какой шрам? - удивился Ганс. - Стражи вчера сообщили, что госпожа привезла какого-то красавчика, от которого все девицы в замке в полном восторге. Одна даже хвасталась, что провела с тобой часик и с удовольствием бы его повторила. Ни о каком шраме никто не упоминал. - Пять лет назад меня чуть не убил тигр-оборотень и располосовал щеку. Наш лекарь зашил ее, но остался шрам, от которого все женщины в ужасе разбегались. Все женщины, кроме Арус, которая уложила меня в постель и соблазнила. Она сказала, что у нее есть свои шрамы, с чего ей боятся моих. - Когда увидишь госпожу, не забудь поблагодарить за избавление от увечия. Она - лучший знахарь в округе. Чем-то ты ей глянулся, королева не страдает излишним милосердием, - сказал Ганс, забирая зеркало и вешая на место. – Доедай, и пошли. Госпожа определила тебя в свою стражу. Будешь барсом королевы – полосатый котик.

***

На рассвете я уложила Яра спать на ковер, накрыла же плащом, собрала его вещи и сложила рядом. Затем я отперла двери и, велев принести ему завтрак, доползла до кровати и, устроившись между Либом и Гансом, отрубилась. Разбудил меня еще до полудня ланет в исполнении Либа. Если быть точным не только ланет, я под него могла бы еще спать и спать, если бы в дело не вмешался Ганс. Совместными ласками они довели меня до оргазма и разбудили, гады. - Просыпайся, моя госпожа, и удели толику внимания своим несчастным рабам, - сказал Ганс, Либ лишь смущенно улыбнулся. В отличие от Ганса, Либ никогда ничего не требовал, да и просил очень редко. - Ганс, дай мне поспать хотя бы до полудня. Я двое суток провела на ногах и заслужила небольшой отдых. Я до кровати добралась только на рассвете. После полудня я сама затискаю тебя до смерти, - я попыталась накрыться подушкой, но Ганс безжалостно ее отобрал и полез целоваться. - Когда ты не вернулась вместе с Гербом и Эллой, я забеспокоился. Мы прочесали весь лес, но твои похитители уже скрылись, - прошептал мне на ухо Ганс и продолжил приставания. - Дай мне убедиться, что ты жива, моя любимая Кошечка. - Если ты не дашь мне выспаться, то живой я уже не буду. Я стану дохлой и раздражительной, - Ганс не внял моим просьбам, и я озверела. – Ладно, мой любимый Волк. Если ты настаиваешь, я докажу тебе, что еще жива, а высплюсь на том свете. Я опрокинула его на спину и, оседлав, устроила скачку, но вместо ласки исцарапала его грудь и бедра ногтями. Удовлетворив одного мужчину, я затискала до экстаза Либа и Марио и, злющая как голодная тигрица, уже собралась в мыльню и одеваться, как из угла спальни раздался еще один голос: - Моя госпожа, а меня ты приласкаешь? - Канис, кого демона ты до сих пор делаешь в моей спальне? Я отперла двери еще на рассвете, мог бы одеться и уйти в свою комнату. - Я спал, госпожа, и если бы не сладострастные вопли Ганса, спал бы и дальше. - В таком случае, пусть Ганс тебя и ласкает, - мое настроение упало ниже уровня земли и грозило добраться до преисподней. – Он повинен в нашем с тобой пробуждении, вот пусть и расплачивается. Я достала одежду из шкафа и пошла в мыльню. Освежившись и одевшись, я вышла в коридор через кабинет и подозвала к себе стражей, карауливших мою дверь. - Через час в трапезной я хочу видеть Майло, Ястреба, Росомаху, Гавейна, Томаса, Шермана и Лана Колина. На столе должен быть завтрак на всех, стопка бумаги и несколько карандашей. Я буду рисовать и писать. - Мы сейчас же соберем всех, кроме Колина. Он еще перед твоим приездом ускакал в город. У него жена рожает первенца. - Колин мне тоже нужен. Кто знает, где он живет? - Я, госпожа, - передо мной склонился Гарри, один из бывших львов, охраняющий мой кабинет. - Отлично. Беркут и Леопард, через два часа соберите всех, кого я назвала, и обеспечьте все необходимое. Гарри, следуй за мной. Во дворе Майло и Ральф садились верхом, когда появилась я в сопровождении Гарри. - Здравствуй, Майло, здравствуй, мой храбрый воин. - С возвращением, моя госпожа, - Майло вынул ногу из стремени и, встав на колени, поцеловал мои руки. - Приказывай, я готов с радостью исполнить твою волю. - Скажи, твоя жена живет в замке или в городе? - В замке, госпожа. - А в ближайшее время она рожать не собирается? - Нет, госпожа. У нас и так четверо. - Отлично. Через два часа ты должен сидеть за столом в трапезной и внимать моим речам. - Как пожелаешь, госпожа. - А сейчас не одолжишь своей королеве лошадку? Я спешу в город, и мне некогда ждать, пока почистят и оседлают Ангела Смерти. - Бери, госпожа, для тебя ничего не жалко, - он придержал стремя, и я села в седло. - Ральф, и тебе привет, мой хороший. Как у тебя дела? - С возвращением, госпожа. У меня все прекрасно, - Ральф соскочил с коня и поцеловал мой сапог. - Отдай коня Гарри, он сопровождает меня в город. Ральф без разговоров передал лошадь стражу. Через полчаса Гарри уже стучал в двери дома Лана Колина. - Именем королевы, откройте. - Кто это ломится ко мне именем королевы? - дверь открыл взъерошенный, босой и явно невыспавшийся Лан, одетый лишь в простую рубаху и штаны. - Я! - снеся плечом опешившего мужчину, я вошла в дом и, ориентируясь по крикам несчастной роженицы, быстро нашла спальню. На кровати металась в муках девушка лет шестнадцати-восемнадцати. - Мое почтение, матушка Сильви, - кивнула я дородной женщине, вытирающей девушке лоб платком. - Когда начались схватки? - Вчера еще до заката. Дело плохо, госпожа. - Ну, мы еще поборемся с ангелом смерти во славу богини жизни и плодородия, - я скинула плащ на лавку и, отыскав простыню посуше, застелила стол. - Лан, ставь жену на колени на стол и держи крепче, - велела я, моя руки. - Гарри, от тебя мне нужен нагретый и прокаленный на огне нож. Хоть дракона напрягай, хоть факел зажигай, хоть камин. Мне без разницы. Гарри бросился к жаровне, а вошедший вслед за ним Лан в недоумении уставился на меня. Попросив наклониться, я отвесила Колину пару пощечин, он немедленно пришел в себя и выполнил мой приказ. - Как тебя зовут, красавица? - спросила я и, поглаживая спину и живот роженицы, выяснила положение плода. - Мада, госпожа, - под моими руками девушка расслабилась. - Сколько тебе лет, Мада? - применив магию и поглаживания, я перевернула плод головкой вниз. - Двадцать лет, госпожа. Я уже стара для родов, - Мада снова начала паниковать и сбиваться с дыхания. - Глупости. Я свою первую двойню родила в двадцать один, а последнюю в двадцать четыре. У тебя еще будет куча детей и море внуков, - я сделала массаж поясницы, и она успокоилась. - Дыши, моя умница. Глубокий вдох и медленный выдох. Лан, расскажи жене, как ты ее любишь. Через час Мада родила сына. Гарри вовремя подал подготовленный нож, и я перерезала пуповину. Лан без возражений снял рубашку, и я завернула в нее младенца. Уложив Маду с ребенком в постель, я вывела всех из спальни. - Матушка Сильви, не утруждай себя вопросом. Можешь считать меня ведьмой или еще кем хочешь, только присмотри за Мадой до возвращения ее мужа. - Как прикажешь, госпожа. Я останусь с Мадой до утра. Может ты и ведьма, но многие женщины на тебя молятся, ведь ты спасла жизни им и их детям. Не беспокойся, я позабочусь о родильнице, - повитуха поклонилась мне в пояс и ушла в спальню. - Госпожа, ты спасла мою жену и сына, даже без просьбы о помощи. Чем я могу отплатить тебе за такую милость? - Лан повалился мне в ноги и принялся целовать мои сапоги. Он так беспокоился о своей жене, что забыл о моем похищении. - Одевайся, ты едешь со мной. Выспишься в замке после завтрака. Сейчас ты мне нужен собранный и с ясной головой, - Лан поднялся и скрылся в спальне. - Гарри, ты остаешься здесь до прихода Лана. Присмотри за домом и помоги, чем сможешь. Гарри поклонился и сел на лавку в коридоре. Вскоре вернулся полностью одетый Лан Колин, неся мой плащ, и мы отправились в замок.

***

- Приветствую вас, воины, - я стремительно вошла в трапезную, быстрым шагом проследовала к своему месту и села во главе длинного стола. Приглашенные офицеры склонились в поклоне. – Садитесь, дела не терпят отлагательств. Барон трижды пожалеет, что покусился на мою семью. Не будь я, Дикая Кошка Арус.