Часть 11
9 сентября 2021 г., 17:40
Примерно полгода затишья принесли нам долгожданную возможность сосредоточиться на генетических исследованиях объединённых геномов некогда разбитого на части чистого генома Ооцуцуки. Как оказалось, всё дело было в том, что прибывшая на землю Кагуя Ооцуцуки человеком изначально никогда не была. Она была совместима на генетическом уровне с обычными людьми и могла скрещиваться с ними, что она и делала. Если бы оба скрещивающихся были бы обычными людьми, никаких проблем не возникло бы, вот только в данном случае это было не так.
Ещё из школьной биологии я помню, что в момент зачатия потомка стандартные 23 хромосомы берутся из отца и 23 хромосомы от матери, ну а там уже как бог на душу положит. Казалось бы, вроде бы должно быть поровну качеств от матери и от отца, так? Смешно. Очень. Если бы всё было так просто. Магическим зрением я наблюдал такое месиво на данный момент, что было трудно отсеять чистый геном, ответственный именно за массовое производство биоактивной энергии в теле “людей” клана Ооцуцуки.
До сих пор я смог выковырять доминантные гены, ответственные за работу с чакрой, из генома Мадары, а потом пришлось рекомбинировать их с геномом Хаширамы, извлекая недостающие части и совмещая их, отбрасывая весь мусор. Моей задачей было получить те необходимые генные цепочки, которые можно было бы добавить любому человеку, чтобы, если можно так выразиться, привить ему возможность работы чакрой на максимальном уровне.
Конечно, это только одна сторона медали. Только биоактивная энергия и без жизненной энергии, выделяемой душой, не даст никакой чакры. Точнее, не совсем так. У каждого человека, хоть какая-то жизненная энергия имеется. Называется прана. Вот только запас её у обычного человека очень мал и истощится быстро, приводя к обмороку и даже смерти в экстремальных случаях, но при наличии биоактивной энергии специальными практиками можно развить свой резерв праны. Точно так же, как можно развить свой резерв маны для магов.
Проблемы были в том, что геном это не программа для компьютера и очень и очень сложная штука. Глядя на ауру и производя анализ специальными заклинаниями, я мог составлять карты по косвенным признакам. Одна и та же цепочка свободно могла отвечать, например, за дополнительную прочность кожи шиноби, а заодно и за цвет ногтей. Вроде бы вещи никак не связанные и в одном и том же геноме вместе встречаться не должны, но они у меня разрешения не спрашивали и встречались.
Кроме этого, заклинания для работы с генами, которые я позаимствовал из прошлого мира, были рассчитаны на обычных людей, максимум пользователей маны, вот только шиноби обычными людьми не были, и результаты приходилось корректировать, как и некоторые диагностические заклинания.
***
Я сидел, глядя на зеркало напротив меня. Миг, и мои глаза заметно посинели. Явный прилив чакры был виден невооружённым взглядом. Зрение улучшилось, и я стал различать всё с небывалой чёткостью. Да, Риннеган вещь действительно хорошая и много чего дающая, но вот того, что было в мультике со всякими там встроенными техниками, сразу магически появляющиеся в голове, непобедимостью и неуязвимостью, этого всего не было. Да и откуда? Это же глаз. Обычный человеческий глаз. Откуда там знания техник в готовом виде? Мало того, все те техники, которые выполняются даже при помощи обычного шарингана, не говоря уже и о Риннегане, это всё-таки техники. Контроль чакры и ни грамма мошенничества. Нет-нет, халявы не будет. Даже несмотря на то, что я имел память Мадары, тренировать их пришлось, как и любые другие техники. Никаких новых техник с обретением Риннегана прямо в мозгах у меня волшебным образом не появилось. То же Сусанно у меня, например, до сих пор не очень получается, но какие мои годы? Всё, что даёт Риннеган, это просто филигранный контроль чакры, феноменальную видимость вдаль, феноменальную скорость реакции, возможность отслеживать и мгновенно запоминать любые, даже очень сложные чакровые и магические построения и воспроизводить их, а заодно и возможность правильно смешивать два, три и даже четыре типа энергии для получения разных сочетаний и стихийной чакры, и нет, Риннеган это далеко не только сами глаза. Это и магическое зрение, и духовное зрение, и обычные глаза, и сенсорика. Да тут всё вместе. Все стихии, такие как земля, воздух, вода, огонь, дерево, гравитация, песок, железо и даже пространство. Все эти правильные пропорции смешивания оказались прошиты в чистом геноме Ооцуцуки. Конечно, назвать даже этот огромный набор “всего лишь” язык не поворачивается. Это я уже просто зажрался. Ах да, кроме всего этого был колоссальный, быстро восполняющийся источник биоактивной энергии. Узумаки к этому были близки. Да, близки, но это было не совсем оно. Оригинальный геном явно не был естественным. Точно, на сто процентов. С ним явно кто-то где-то экспериментировал. Его законченность, доминантность и искусственность была заметна невооружённым взглядом. Ну не могло это возникнуть на пустом месте. Я моментально переместился на полигон. Осмотрелся вокруг, и в одной руке у меня возник огненный сгусток, в другой водный. Затем они исчезли, и я начал воплощать и по три стихии за раз. Вода, воздух, огонь. Потом и четыре, огонь, вода, воздух, земля. Контроль был филигранный. Я мог буквально верёвки вить из различных стихий, завивая плетение из огня и воды вместе. Замечательно, просто замечательно. Всё работает и всё в порядке. Отматывать назад не надо. На руке завибрировал браслет переговорного артефакта. — Слушаю? — Изамо-сама, вас вызывает глава деревни, — раздался в голове голос одного из моих связных. — Понял, иду, спасибо. Заклинаниями привёл себя в порядок, почистился и переместился к кабинету Ашины. Меня тут же просканировала стража и кивнула, а я вошёл внутрь. — Добрый вечер, — улыбнулся я, — вызывал? — Ага. Было дело. Вид у него был донельзя озабоченным. Ну я-то понимал отчего. — Слышал про деревню камня? Ну вот, как раз именно то, о чём я и говорил. — Ну, конечно, слышал, если наши ребятки этот отчёт и составляли, как же я мог не слышать? Дело в том, что деревня камня послала своих разведчиков к другим деревням. Вначале в деревню песка, с которыми имели активное общение. Обнаружили там расплавленный блин на месте деревни. Слегка обгадились от страха, послали ещё разведчиков в сторону деревни тумана. Там даже блина на месте деревни не обнаружилось. Просто ровная поверхность. Потом была Коноха и на закуску деревня молнии. Пока шиноби носились, пока разнюхивали на предмет того, что и где случилось, шло время. Ребята в деревне камня начинали нервничать всё больше. Казалось бы, вот только образовалось 5 больших, можно даже сказать великих деревень. Всем счастье, все рады, все танцуют. Но нет. Им всем стало вдруг резко тесно, несмотря на то, что находятся они друг от друга очень далеко. Что интересно, до того, как они организовались в великие деревни, они жили либо как отдельные кланы, либо как одиночки-шиноби. Всем было место, всем была работа. Казалось бы, ну вот и занимайтесь своими делами и не лезьте к другим, но нет, всем больше всех надо. Раз мы теперь все такие большие и крутые, надо побряцать оружием, всем показать свою удаль, заодно захватив пару десятков тысяч мирных граждан, что живут вокруг. Вот зачем? Кто бы знал. Ну хорошо, они уже даже начали обсуждать начало мировой войны и порядок того кто, где, как и на кого нападёт. Особенно популярна была версия, когда нападут все и вместе на Узумаки, вот только как-то не сложилось. Трех деревень вообще не осталось. Деревня молнии дышит на ладан, и только деревня камня осталась в прежнем составе. А всё почему? А потому, что не пыталась докапываться до Узумаки… до сих пор. — Деревня камня ищет общения. Вот именно так. Я это их внутреннее заседание самолично видел в записи. В принципе на небольшом количестве предпосылок они сделали выводы в правильном направлении. Не до конца верные, но у них и нет достаточно разведывательных данных. Они всё ещё надеются каким-то образом раздобыть себе хвостатого зверя. Если не сейчас, так чуть позже. Они ведь уверены, что хвостатые, если их убить — переродятся через несколько лет. Их разведчики шныряют по округе и ищут одного из биджу. Ну-ну, удачи им в этом. Биджу больше не осталось, я поглотил их всех. Осталось только тело десятихвостого, но над этим мы активно работаем и скоро приведём наш план в исполнение. — Ищет не то слово, целую делегацию собрала. Два десятка человек. Собирается общаться с нами по амулетам связи вначале. — Да понятное дело. Они прикинули и так и эдак и осознали, что с нами лучше не связываться. На удивление, эта деревня и её руководство оказались самыми прозорливыми. Они решили с нами просто договориться. Не пытаться наехать, не пытаться убить наших шиноби на миссиях, не попробовать напасть на нас с военными силами, а просто договориться. — И почему такая простая идея пришла в голову только им? Разве Узумаки хоть когда-нибудь были против переговоров? — А я знаю? Я же неграмотный Узумаки, историю не учил… — Ой, вот только не надо. Неграмотный он. Не было такого. И Узумаки чётко блюдут свои договоры. На моей памяти ни разу не было нарушений с нашей стороны. — Они об этом знают. Есть у них там дедок-эксперт по Узумаки. — Да уж, я этого деда помню, — улыбнулся Ашина, — мы с ним общались в своё время, — хлопнул он себя по горлу в известном всем жесте. Надо сказать, дед был суровый. Вставил там всем пистон и прямо объяснил, что связываться с Узумаки — себе дороже, незачем это, именно поэтому лучше к нам не лезть. Ну а что, чётко и ясно. Что самое главное — его послушали. Не то чтобы после настолько наглядной демонстрации они и хотели к нам лезть, но идиотов везде хватает, особенно их много у разного рода власть имущих, богатых и знаменитых. Гонор, власть, желание кому-то что-то доказать ударяют в мозг этим индивидуумам, а дальше уже они начинают свою власть где надо и где не надо проявлять, но, видимо, в данном случае желание свою власть показать никак не сочеталось с возможностью оставить хоть кого-нибудь в деревне, кому эту власть надо продемонстрировать. Народ тоже шептался между собой, и новости по деревне разносились. Думаю, если бы глава деревни решил отдать такой приказ, быстро бы обнаружил себя в одиночестве. — Так что будем им отвечать? — спросил Ашина. — Эй, кто тут глава? Что ты считаешь нужным, то и отвечай. Думаю, это они сейчас такие покладистые, но пройдёт время, и наверняка подумают, что Узумаки слишком хорошо живут, а вот они — слишком плохо, и стоило бы “пересмотреть” договор. Именно поэтому я бы остался с ними в рамках обычной, здоровой конкуренции. Конкуренция в таком формате тоже полезна. — А если серьёзно? — Я абсолютно серьёзен, мы что, кого-то в чём-то сдерживаем? Да там же деревня камня, там полно дотонщиков. Пусть начнут строить дома за деньги. Мосты, укрепления, дороги. Мы пока этот сегмент занять не успели. Они с такими услугами могли бы выйти на рынок. Да что говорить, мы реально никого ни от чего не сдерживаем и мешать не собираемся. Если они на нас не нападают, то на их поползновения нам в принципе плевать. Пусть что хотят, то и делают. Нам до этого дела нет. — Вот ты им об этом и расскажешь. — Я? С какой это радости? Кто у нас глава клана? Кто должен отдуваться за всех? — Вот именно, я глава, а ты, мой подчинённый, — хищно ухмыльнулся тот, — так что я это дело делегирую тебе, вот и будешь отдуваться. Посмотрев на мою кислую рожу Ашина хмыкнул и продолжил. — В любом случае, с их стороны придёт посол. Негоже главе клана встречаться со всего лишь послом. Так что помогай. — Нашёл отмазку, да? Я ведь и помогаю. Все условия создал, а ты ещё и меня припахиваешь к этому, будто бы мне заняться нечем. — Да ладно, заодно отвлечёшься от своих исследований. Вы с ребятами поработайте. Скройте тут всё, а то они будут тут по округе лазить и вынюхивать. — Чего это я буду их приводить к нам на остров? Слишком много чести. Нечего им тут делать. Пригласим их в нейтральное место в стране земли. Что, разве не хватает трактиров поприличней там? Вот один такой и возьмём в аренду. Ну или загородный домик какой. — Они же вроде хотели провести переговоры у нас? — спросил Ашина и начал копаться в бумагах, где были записаны их внутренние беседы. — Хотели, да. Но мало ли чего они там хотели. У нас острова Узумаки. Не Узумаки тут находиться не могут. Нечего. Хотели они… тоже мне. Хотели… перехотят. — Какой ты суровый. — А вот мне глава клана Узумаки поручил организацию приёма посла. Вот я и организую. Ашина хмыкнул. — Ну хорошо, один-один. И как будешь организовывать? — Да там несложно всё. Я ведь уже знаю, чего они припрутся. Я ведь тоже все их разговоры прослушал. Бесполезная болтовня. Они ведь хотят на переговорах поставить вопрос так, чтобы мы перестали работать в стране земли. Любыми правдами и неправдами выдавить нас оттуда. У них там просто не на что жить, всё, что они могли предложить, уже никому не нужно. Устаревшее барахло, прошлый век, я это даже обсуждать не стану. У нас там уже заключена куча контрактов, включая и с даймё этой страны. Хотят конкурировать — вперёд, а просто так взять и по их слову собрать свои вещички, всё бросить и уйти? Да с какой это такой радости? Они это и сами понимают и знают, что такое предлагать глупо, но их глава приказал этот вопрос поднять. Видимо, на что-то надеется. Как раз тот дедок, которого ты знаешь, сказал, что это бесполезно даже выносить на обсуждение, но именно в этом его не послушали. Второе, что они хотели, это заключить с нашими девушками династические браки, но тут сами девушки не захотят разбавлять свой геном. — Да уж, точно не после твоих последних изменений наших шиноби и куноичи. — Вот-вот. Отказаться передать Риннеган своим детям добровольно… ну не знаю, можно наверное, но только от какой-то неземной любви, а откуда она возьмётся с людьми, которых они ни разу в жизни не видели? — А что, разве ты потом их детям не сможешь усовершенствовать геном, как ты сделал всем нам? — Могу, конечно, но одно дело делать это для своего клана Узумаки, тут уж всё в дом, всё в семью, и совсем другое дело раздавать Риннеган каким-то левым шиноби, с нами никак не связанным. Опять же, с какой это радости? Ну ладно их детям, но дети ведь тоже вырастут. И тоже женятся или выйдут замуж и тоже родят детей. А с ними тогда что? Ты же знаешь, это сегодня они друзья-приятели. Их каге рявкнул, и они с нами целуются. Этого каге пришибут, или придёт к власти кто другой, и вдруг резко политика изменится. Ты подумай, Ашина, тут иногда интриги внутри клана разворачиваться в кровавую баню могут. Сколько мы таких примеров у других видели. Слава Ками, у нас такого не происходит. И это, ещё раз повторю, внутри одного клана. Что уж говорить о том, когда в этом замешаны два и более кланов. Сразу начнутся вопросы типа обучать ли мужа нашим техникам? А что насчёт совместных детей? Их обучать или нет? А если да, то как? Вот приходит жена, выгоняет мужа с полигона и начинает обучение? А ребёнок что, папе никак никогда ничего не покажет? Не придёт и не скажет: “Папа, смотри какую крутую технику я научился делать”. А тогда что насчёт техник со стороны отца? С этим как? Отец тоже выгоняет мать с полигона и начинает обучать своего сына? Да кому такие проблемы нужны? Кто так сможет жить? Это разве семья будет? Это какой-то полный бред. — Значит тоже отменяется? — хмыкнул Ашина. — Да я даже им и предлагать не стану. Да и ни к чему это. Мы своих девушек не продаём. — Ещё они хотели заключить договоры на поставку чакропроводящего железа и дерева. — Вот это пожалуйста. Товар-деньги — это самые простые и самые честные отношения между нами. Пусть покупают. Они ведь думают, что мы его сами где-то покупаем. — Да уж. — Ещё артефакты они хотели у нас купить всякие. Это им можно запросто продать. Только небоевые. — В общем-то, сталь и артефакты они могут купить и в наших лавках, но то основное, ради чего они с нами и хотели поговорить, ты им давать не хочешь? — Так я же говорю, бесполезный разговор. Не хочу и не дам. Тут только создай прецедент… сразу набегут… всякие. Начнётся кудахтанье: “А вот с деревней камня вы договорились. Им всё, а нам — ничего. Чем мы хуже? Раз вы ушли из страны земли, давайте теперь валите и из страны песка, травы, медведя…", ну ты понял. — Да ты не горячись, Изамо, я с тобой согласен. Ни о нашем присутствии в других странах, ни о наших женщинах я тоже с ними торговаться не стану. Слишком много хотят. Я даю добро на пятнадцатипроцентную скидку на наши товары и всё. Это максимум. Всё остальное… пусть подавятся. — Ну ради этого даже не стоит огород городить, может, стоит с ними по разговорнику договориться? — Да ладно тебе. Пойди прогуляйся. Иначе они сочтут это за неуважение и игнорирование. — Я этого прям не переживу, — закатил я глаза. Сарказм так и лился из меня. — Давай дадим им хоть видимость нашей заинтересованности.***
Переговоры с послами из Ивагакуре мы организовали в одном небольшом загородном поместье, которое сняли на два дня целиком. Тишина, природа и замечательные виды настраивали на мирный лад. Согласовать это всё с ними было непросто. Они слишком уж сильно стремились попасть к нам на остров, а я ни в какую не хотел их пускать к нам. Просто незачем. Из-за той мелочи, на которую мы могли согласиться, не стоило и огород городить. Послы прискакали по деревьям за несколько часов до начала, чтобы освежиться и отдохнуть. У нас с этим проблем не было, мы путешествовали порталами, а потому прибыли за полчаса до начала. С их стороны был десяток сурово выглядящих шиноби, с нашей стороны было всего пятеро, хотя мы все были в доспехах, и насколько мы сурово выглядим, было не видно. За нами постоянно следили наши шиноби-наблюдатели, и тревожная группа была готова прыгнуть на наш маяк в случае проблем. Подготовились мы, как обычно, тщательно, хотя и без перегибов. Никто не станет на таких переговорах пытаться провернуть что-то этакое, особенно без приказа. Сами переговоры начались ни шатко ни валко. Я спокойно сидел с каменным лицом и слушал долгие представления и уверения в вечной дружбе и принимал верительные грамоты с кучей печатей, прекрасно понимая, что эта вечная дружба продлится ровно до первого удобного момента, когда подвернётся шанс впиться в глотку Узумаки. Муть полнейшая все эти расшаркивания, но… традиции. Мы, конечно же, свои грамоты им тоже вручили, и я заверил их точно так же в абсолютно мирных намерениях в стиле: “Век бы вас не видеть”. Действительно, намерения у нас исключительно мирные. Вы к нам не лезете и не сгораете в плазменном огне. Всё ведь просто. Ну ведь действительно, если бы они не начали пытаться у нас выторговать что-то, я бы с ними и не встретился, и не особо рвался к этому. Когда расшаркивания наконец закончились, и мы приступили к самой беседе, Кеничи, как представился мне посол, зашёл сразу с козырей. — Мы хотели бы предложить вам разделить наши сферы ответственности и зоны обслуживания. — А если попроще, я не совсем понял, что это значит? — Если совсем просто, мы разделим зоны ответственности, то есть каждая деревня будет отвечать за определённые страны. Нам отойдёт страна земли, а вам страна воды и огня. — Всё ещё не понял. Что значит отойдёт? Страны не принадлежат нам, чтобы куда-то отходить. Мы ведём свой бизнес с клиентами и официальными правительствами там, где они того пожелают, и соблюдаем законы той страны, в которой ведётся бизнес. — Это ясно, я не совсем это имел в виду. Кеничи набил трубку табаком и неспеша закурил, а я включил воздушный фильтр. Пусть хоть обкурится тут, я этого даже не почувствую. — Я имею в виду, что ваша деревня перестанет вести бизнес в стране земли, так как это наша страна, а мы перестанем вести бизнес в странах огня и воды. Мы хотели бы договориться с даймё этой страны. — У меня есть другое предложение. Перестаньте вести бизнес в стране земли. — Почему это? — Но вы же предлагаете нам сделать то же самое? Почему это? То, что ваша деревня находится на территории страны земли, абсолютно ни о чём не говорит. — Но как же так? — Да легко. Вы предлагаете нам обмануть сотни наших купцов, которые уже являются нашими клиентами, разорвать контракты по доставке в страну земли, оставить тех, кого нас наняли защищать, на произвол судьбы, то есть практически полностью угробить репутацию честного и справедливого клана Узумаки в глазах всех торговцев страны земли только потому, что так сказал глава вашей деревни? Мой ответ — сразу нет. Мне даже не надо согласовывать это с главой клана. Он это даже дослушивать не станет. У вас нет ни единого основания на ваши претензии. Вы не официальная власть в стране земли. Ваше слово не имеет никакой силы. Нет смысла об этом даже упоминать. Ваши притязания на целую страну настолько же уместны, как и наши притязания на целую страну. — Но как же нам работать в стране земли? — Да так же, как и все. Сколько кланов, включая и наш, предлагают свои поделки, артефакты, услуги своих наёмников. Мы с некоторыми из них сотрудничаем. Мы доставляем их товары заказчикам, а сами закупаем уникальные товары у них. У нас таких договоров сотни, и все довольны. Всё на основе здоровой конкуренции. У вас же полно людей владеют стихией земли. Можете строить дороги, мосты, дома. Выигрывает тот, у кого более выгодное и удобное предложение. Есть ведь очень много шиноби с полезными способностями. Есть те, кто умеет лечить, есть те, кто умеет строить. Да много всего. В общем, как я и сказал, мы не станем по вашей просьбе срываться и покидать людей, которым пообещали выполнить работу. Было видно, что посол очень зол. Мой ответ его не удовлетворил. Ну, как я и сказал, вот и закончились все те уверения в вечной дружбе и те бумажки с верительными грамотами. Ну не рассчитывал же он на успех этой инициативы? Было сразу понятно, что на такое мы не согласимся, тем более имея возможность под корень уничтожить всю их деревню. Им это говорили, они и сами понимали, что не выгорит из этой затеи ничего, но всё равно пошли с таким предложением к нам. Кеничи снова затянулся из трубки и выдохнул табачный дым в сторону. — Это было всё, что вы хотели обсудить? — поторопил я его. — Нет, не всё, — взглянул он на меня, — меня уполномочили обговорить некоторое сближение и укрепление отношений между нашими деревнями через династические браки. — Не вижу, зачем это вообще нужно? Какая польза нам, нашим женщинам, нашему клану? Что толку нам с этого, ну и во-вторых, сразу скажу, чтобы вы знали. Наши женщины — это не бессловесные животные. Они свободные люди, и прав у них ничуть не меньше, чем у наших мужчин. Они могут занимать любые должности в клане вплоть до самых высоких. — Даже так? Разве нельзя выдать замуж несколько из них? — Никто из Узумаки даже не подумает предложить кому-то такую глупость, да и как вы вообще это себе представляете? Мы должны что, изловить случайных женщин Узумаки и насильно выдать их замуж за ваших ребят? — Нет, просто наши шиноби приедут к вам, познакомятся с перспективными женщинами и увезут их с собой. — Боюсь, что если они хоть попытаются провернуть нечто такое с нашими девушками, то увезут уже самих ваших шиноби, но только по частям и в деревянных коробках, и сделают это сами же девушки. Нам даже не придётся вмешиваться. Ещё раз повторю, может, это в вашей деревне могут продавать ваших матерей как скот. У нас такое не практикуется вообще ни в каком виде. Наши куноичи свободные люди и решают каждая за себя. Никто ни к чему принуждать никого не имеет права. Даже предлагать такое у нас кощунственно, тем более, что смысла для нас в этом нет вообще никакого. Вы не один из великих кланов. Каких-то особых нужных нам генетических ветвей вы в себе не несёте, особых техник у вас тоже нет. Отличительных особенностей никаких, способности — средненькие. Зачем бы нам это делать? — Чтобы улучшить взаимоотношения между нашими деревнями. — Ещё раз спрошу, зачем? Что ваша деревня способна нам дать, чтобы нам захотелось с вами улучшать отношения? Торговли между нами никакой нет. Отношений дипломатического характера — тоже нет. Какой-то великой любви между нашими женщинами и вашими мужчинами тоже нет, да они их в глаза не видели. В общем, нам это ни к чему. Я бы понял, если бы такое предложение поступило от деревни, имеющей с нами замечательные отношения взаимопомощи, торговли и общения, исчисляющихся многими десятилетиями, но вот так начинать сближение с деревней, которая образовалась лишь пару лет назад и как-то подозрительно посматривает в нашу сторону… нет, так подставить наших женщин у нас никто не решится, да и они сами не захотят, так что простите, но нет. Я серьёзно не понимаю, на что вы надеялись, делая нам такие предложения, не имея за душой вообще ничего. Это просто несерьёзно. — Мы надеялись на дальнейшее сближение между нашими деревнями и на добрососедские отношения между нами, но раз вы сами не хотите этого… Я пожал плечами и уставился на шиноби с безразличием. Если он надеялся таким дешёвым трюком хоть как-то пошевелить меня, то ничего у него не выйдет. — Вы хотели обсудить что-нибудь ещё? — Вначале хотел, но теперь вижу, что это по большей части бесполезно с вами. Вы не хотите идти ни на какие уступки с вашей стороны. Непонятно было, почему он вдруг свернул с намеченной дороги переговоров, которые ему назначил его каге, но мне и в самом деле было плевать на эту деревеньку. На полном серьёзе делать такие предложения нам просто смешно, а уж ожидать от нас положительного ответа это просто глупо. Мне же было только лучше. Я встал, вежливо поклонился и сказал. — Это место забронировано нами до конца дня, так что можете чувствовать себя как дома, а мы с вашего позволения откланяемся. Всего хорошего и наши наилучшие пожелания вашему каге. Он посмотрел на меня с удивлением, а мы вместе с другими шиноби собрались вместе и исчезли, не дав сказать ему ни слова. Раз он не хочет продолжения, то кто я такой, чтобы ему мешать? Скидку на наши артефакты он даже не успел попросить, но в данном случае я, естественно, не стал самостоятельно подсказывать ему. Это было бы подозрительно. О таких мелочах им стоит общаться с купцами или с нашими представителями, а не с послом. Да и к чему проявлять осведомлённость? Возникли бы вопросы на тему того, откуда мне известно о том, что они вообще хотели это обсудить.
