Ты прав, я идиот

      Когда мне было пять лет мой родной отец ушёл от материи. С тех пор я его больше не видел. Если быть откровенным, то я смутно помню, что именно произошло в тот день, но в память врезался один момент: отец орёт на мать, и громко хлопнув дверью, уходит. После этого случая, спустя какое-то время мать начала часто уходить из дома, оставляя меня у тёти Нади — соседки снизу. Тётя Надя хорошо обо мне заботилась и всегда баловала шоколадками и пирожками с капустой. От неё пахло клубничным вареньем и чем-то ещё сладким, таким родным, но не досягаемым. Когда моя мать в очередной раз забрала меня из квартиры тёти Нади, она с силой сжала моё запястье и, смотря прямо в глаза, проговорила грозным голосом: — Веди себя спокойно. Желания ослушаться не возникло.        Потом мы вошли в квартиру и нас встретил высокий мужчина в костюме. Его глаза излучали холод и полнейшее равнодушие. Они светились голубым сиянием, как замёрзжее озеро - только лёд, никаких эмоций. И вот он стоит, надменно осматривает меня, словно мебель, проходя взглядом сверху вниз, не задерживаясь ни на чем, и одновременно запоминая каждую деталь. – Меня зовут Алексей Викторович, — равнодушно произнес мужчина. Его голос был грубым, с лёгкой хрипотцой. И вновь ни одной эмоции, ни одна мышца не дрогнула. Тогда мне ещё показалось, что он и сам замёрз от своих глаз. — С этого момента я твои новый отец и будущий муж твоей матери, — также холодно произнес мужчина.        Спустя недолгое время мать и отчим поженились , и мы переехали в квартиру Алексея Викторовича. Дом был был небольшой — три жилые комнаты, кухня и ванная. После замужества мать не сильно занималась моим воспитанием, а если по правде, вообще старалась не обращать на меня никакого внимания, словно я был какой-то ошибкой, которую стоило отпустить. Что творилось в голове у этой женщины было понятно только одному богу. Правда, когда мать родила Артёма, её материнский инстинкт неожиданно проснулся, но на меня это по прежнему не распространялось. С рождением Артёма я для них стал вообще невидимым. Называть отчима отцом у меня не поворачивался язык. Он и не настаивал. В начальных классах я познакомился со Стасом. Этот человек стал мне не просто другом, а почти братом. Не представляю, как бы я справился со всем без него. Родственные души нашли друг друга. Как говорится: ”Два дебила это сила, без мозгов, зато красиво„ – эта фраза точно написанна про нас. Именно «Стасямба», так я называл его, по-дружески конечно, но он не обижался, открыл мне все прелести пацанской жизни. Несмотря на то, что он жил в соседнем дворе, это никак не мешало нам видеться и творить всякую дичь — начиная с «пиздиловки» крапивы палкой, заканчивая беготнёй от взрослых пацанов. Мама Стаса, Вера Ивановна – хорошая и добрая женщина, никогда не запрещала мне видится с ним , и всегда разрешала переночевать у них дома. Так как отца у Стаса тоже не было, это связало нас ещё больше. В Гимназии умом мы особо не блестали, и относились к категории «стабильные троечники». На девятом году обучения нас стали интересовать более важные вещи, а именно девчонки. Стас сразу получил титул «Альфа самца» , что было справедливо, учитывая, какое количество девушек строило ему глазки. И я вполне понимал, почему на него вешалось столько девчонок: светлые волосы и выраженные скулы, идеально подчёркивали острые черты лица. Его выцветшие серые глаза напоминали море под дождём, ровный нос давал греческий профиль, а полные губы всегда привлекали внимание. И в купе* со своим высоким ростом, было вполне понятно, почему он стал так популярен среди представительниц прекрасного пола. Хоть я и не был главной мечтой всех школьниц, но и уродом не являлся: высокий, плечистый, неплохо сложенный, чем иногда гордился, с копной прямых, густых и вечно нечёсаных волос, точёные скулы, большие , темные, почти чёрные глаза, с простым и скромым, даже немного застенчивым, взглядом. В целом - обычный пацан, ничего примечательно. Да и зачем мне быть красавцем? Я ж не в кино снимаюсь, я просто живу...