65. Ханойская башня
21 ноября 2022 г., 22:49
Помяни мои слова: эта тварь ни за что не допустит, чтобы ты жила собственной жизнью. Н И К О Г Д А…
***
Очередную ночь Холли пришлось вновь провести в тёмном холодном помещении, больше похожем на просторную коморку. Один вопрос не покидал голову — что это за игра, в которую захотел поиграть Хожба? Однако, утро выдалось явно более весёлым, нежели могло казаться. Когда «библиотекарь» вёл Холли в назначенное место, они оба услышали из чьих-то покоев тихие постанывания. Библиотекарь спокойно объяснял: -Это покои госпожи Маджабат, миледи. От упомянутого имени Холли стало не по себе. -Чего? То есть, она… -Тсс… Да, я знаю — это нехорошо. Однако, что я могу сделать? Сколько раз Лира не поили дабы отговорить его это делать — он всё равно каждый раз твердил о том, что любит Маджабат и что даже хочет однажды увезти её отсюда, чтобы они вместе зажили нормально… Но я не знаю, как после такого можно жить нормально. -Охуеть. То есть, есть те, которые здесь влюбляются друг в друга? Алиен утвердительно покачал головой. -Вау. А как они тогда тут? -Очень просто: все тут однажды принимали свои клятвы, и каждый принимал, считай, свою индивидуальную клятву. Например, Маджабат однажды выпила при всех то, что хозяин, эм… Надоил, если коротко. Холли прикрыла нос и рот ладонью, показывая этим своё отвращение. -Фу. Как можно себя не любить до такой степени? Я бы пове… Но она прервалась на полуслове. На вопрос алиена о самочувствии она отвечала достаточно тихо: -Знаешь… Я ведь однажды пыталась повеситься. Первый раз был, когда меня лишь недавно трахнул один мой знакомый и я ещё какое-то время была в отчаянье. Так тогда ещё в мою жизнь ворвалась магия, и я не знала, что делать. И вот, когда я решилась залезть в петлю, она порвалась. Этот случай, как ни странно, подсказал мне, что мне ещё рано умирать. Внимательно слушавший её алиен вдруг так же тихо, как и она, спросил: -Прости, а… Что значит «первый раз»? -А, ну да. Точно. Я, может, тогда и поверила в то, что нужна в этой жизни, но потом пришлось столкнуться кое с чем, где нужна была именно моя магия. Тогда я вдруг для себя открыла, что боюсь колдовать, потому что, ну, я так колдую… Смертельно, короче. Однако, я не могла отвертеться, потому что на меня понадеялась одна моя подруга, которая тогда была слепая. Понимаешь? Хранительница Меркурия, как хранительница планеты мудрых, будучи слепой, возложила надежды на меня, на хранительницу Урана. А я тогда этого вдруг начала бояться. Сраться с Венерой, значит, я не испугалась, а потравить какие-то растения… -Но ты же их потравила, в конце-то концов? -Да. Потом у меня случилось так, что моя магия вдруг куда-то пропала, а когда, стоя с Надей в подъезде, она мне рассказала про то, как колдует Меркурий, я, короче, побежала на крышу того дома, в котором мы находились. -Ты что, хотела спрыгнуть? -Да, вообще-то. Меня охватила некая странная надежда на то, что это получится. Однако, я всё же думала, что не получится, и что тогда я попаду туда же, где и была, по моему тогдашнему разумению, моя мама. О, как же я тогда могла ошибиться… Если бы не получилось превратиться, я бы, наверное, уже никогда бы не увидела мать. В это время они уже вышли из мрачного коридора этого большого замка в какой-то сад. Алиен тихо пожелал удачи, подсказал, куда идти, затем ушёл обратно. Уходя, он ещё несколько раз оглядывался в сторону Огня Урана.***
Немного пройдя по так называемому саду, девушка, наконец, вышла на достаточно большую площадку, где с дистанцией примерно 2 метра стояли три столба, на одном из которых была достаточно внушительная на вид пирамидка высотой чуть меньше роста девушки. Позади всего этого в кресле сидел Хожба, у которого гениталии, к счастью, вновь были спрятаны под туникой. Уран решила съязвить: -Что, даже в кальсоны не помещается? Или вы просто болгарских пестицидов нажрались? Хожба, кажись, был готов к колкостям. Поэтому, не убирая свою ухмылку с лица, он начал достаточно хитро шипеть: -М-м-м, какой язычок. Я бы попробовал его в действии. Но, так уж и быть, я дам тебе возможность выбить желанное. Только сначала ты должна сделать так, чтобы эта пирамида оказалась на правом столбе. Пирамида перед глазами Холли находилась на левом столбе, поэтому она начала догадываться, что это за игра. -То есть, та самая игра, про которую вы говорили — это Ханойская башня? -О, знаешь эту игру? Тогда, надеюсь, не надо говорить о том, что ставить больший круг на меньший нельзя? Зеленовласка ещё раз оглядела пирамиду. При подсчёте всех блинов выяснилось, что их было 64. Вспомнив легенду про именно это количество блинов в башне, девушка холодно спросила: -И что же? Вы хотите, чтобы я сдохла это перебирать? Хожба отвечал достаточно хитро: -О, ну почему сразу сдохнуть? Нет, ну если так ты называешь свой билет на одно желание — пожалуйста. Однако, ты же можешь и сдаться… Его широчайшая фальшивая улыбка говорила о нехорошем. Волшебница тут же насторожилась. -Вы о чём? -О том, о том… Я же ведь хочу, чтобы поскорее случилась церемония того, как ты становишься моей женой. А ты, видимо, поскорее хочешь сбежать отсюда. Вообще, ты можешь бежать куда хочешь, но ты не сможешь покинуть пределы моего дворца — ты же не маг! Однако, тебе стоит помнить, что если сейчас ты предпримешь какие-либо попытки бежать, то это в том числе будет считаться за то, что ты сдалась. Захочешь попросить о чём-то — это тоже будет считаться. Прекратишь что-либо делать — это тоже будет считаться. Захочешь умереть — это тоже будет считаться. Ну так? От услышанного Холли впала в ступор. Она сейчас словно ходила по какому-то острию достаточно тонкого ножа, с которого нельзя падать: ведь с одной стороны острия была та самая церемония, а с другой — конец света, предсказанный на конец игры в ханойскую башню с 64 блинами. В любом случае это значило погибель. Однако, остриё, по которому она ходила, могло оказаться и достаточно спасительным. Только вот какого имя у этого спасения? Внезапно зеленовласка взяла и обошла всю игровую систему, таким образом оказавшись всего лишь с другой стороны. Она радостно воскликнула: -Я всё! Хожба словно чем-то поперхнулся от удивления. -Как всё?! Ты не тронула ни единого блина! Девушка повернулась к нему и стала рассказывать с точно таким же людом в голосе, какой был в её глазах: -Знаешь, я тут допёрла до одной простой истины — иногда, чтобы прояснить ситуацию, надо просто взглянуть на неё с другого ракурса. С той точки, где стояла я, отчётливо видно, что башня находится на левом столбе. А вот с той точки, где сидишь ты, видна совсем другая картина — отсюда башня находится на правом столбе. И, кстати, из этого можно сделать вывод о том, как ты не хочешь, чтобы я выиграла: даже если бы я когда-нибудь и как-нибудь переставила бы все блины с левого столба на правый, тебе бы казалось, что я их пересадила с правого на левый, то есть либо ты, Холли, начинай сначала, либо ты, Холли, проиграла. А даже если бы я смогла бы как-то это всё перетащить, то всё равно бы я выдохлась настолько, что не смогла бы всё вернуть назад. Сдаваться я не была намерена, поэтому мне оставалось только найти альтернативный путь решения. Как видишь, это заняло у меня максимум минуту. Хожба всё больше кипел. Было видно — правда давит. Фиолетовое существо, кажись, покраснело практически до неузнаваемости. Он начал злобно шипеть: -А я то всё думаю — где я раньше видел такие похожие глаза и такой же чёртов ум? Я думал, я ошибся… ТЫ — НОВАЯ ХРАНИТЕЛЬНИЦА УРАНА!!! От его яростного стука по грядушкам кресла Уран вздрогнула. До этого фиолетовый, словно баклажан, монстр стал краснее помидора и, кажется, даже начал светиться изнутри от ярости. Холли тоже начинала злиться. -Да, ты прав! И раз теперь мне больше незачем скрывать свою личность, тогда скажу прямо — я здесь, чтобы отомстить за маму и убить тебя! Она тут же достала из-под юбки привязанную до этого к ноге палочку, с помощью которой тут же попыталась пустить ядовитый луч прямо на свирепого монстра. Но ничего не вышло: луч попал лишь на что-то внезапно прибавившее в длине, которое тем самым защитило Хожбу от его преждевременной смерти. Зато это супердлинное нечто теперь падало прямо на Холли…
