Скелет в моём шкафу приуныл

      Девушки выбежали из метро, сразу же свернули на тротуар и какое-то время шли вдоль улицы. Кинотеатр, в который они сегодня направлялись, располагался в здании бывшей церкви и был совсем не модный, поэтому купить билеты можно было, даже придя к самому показу, и это даже несмотря на то, что выбор фильмов здесь всегда был просто шикарнейший. Сейчас шла ретроспектива кинокартин культового режиссёра, и это стоило того, чтобы через весь город приехать сюда сегодня. Всё это Марина рассказала подруге, пока они, торопясь, продвигались по улице в сторону нужного места.       Свернув в небольшой дворик, подруги оказались перед зданием жёлтого цвета с башенкой и полукруглым входом. Билеты на сеанс получилось купить без проблем, так что всё вышло именно так, как рассказывала Марина. Кино закончилось, и девушки вместе с другими посетителями толпой вывалились на улицу, где уже наступили сумерки. Тут и там можно было услышать, как люди обсуждают только что просмотренный фильм. Подруги, однако, шли молча, и Маша вспомнила, почему так любит ходить в кино с Мариной и ни с кем другим: потому что та никогда не начинает обсуждать фильм сразу после просмотра, давая и себе и другим время вернуться к реальности, пережить особенно впечатлившие моменты и сделать какие-то выводы.       Сегодняшнее кино было слишком абстрактным, состоящее из символов и наполненное тайными смыслами. Девушки решили, что вместо кафе будет лучше купить кофе на вынос и сесть на лавочке в сквере перед тем, как оправиться домой.       Они шли по улице в противоположную сторону от станции метро, на которой вышли. Уже почти стемнело, стали загораться огни в окнах, вывески магазинов и фонари. Маша шла и рассматривала отражение себя и улицы в витринах, когда заметила что-то странное. Девушка приподняла бровь и, чтобы проверить, что не ошиблась, повернула голову в сторону тротуара по другую сторону проезжей части. Там почти не было прохожих и поэтому один из них выделялся особенно ярко. Можно сказать, что он светился белизной костей в этой наступающей на город ночи.       — Мамочки, мамочки! Марина! Там скелет! — заверещала Маша и со всей силы впилась пальцами в руку подруги.       — Ой, блин, ты чего так пугаешься-то?! — та только мельком взглянула в сторону, куда смотрела Маша, и сразу же потеряла интерес, а вместо этого принялась отдирать от себя подругу: — Да не тронет он тебя. Он далеко и сюда даже не смотрит.       — Не хочу я никаких скелетов! — не унималась Маша, теперь спрятавшись за спину Марины.       — Ну тогда просыпайся.       А?       — Просыпайся!       — Просыпайся! Мне без тебя скучно! — электронным голосом проговорил будильник на телефоне. Это одна из тех голосовых мелодий, которые Маша скачала недавно. Там были довольно забавные фразы, и одну из них девушка поставила на будильник.       Мамы не было, как и должно было быть, потому что она жила одна. Ни подруг, ни скелетов тоже не видно. В шкафу тоже было пусто, и вообще всё выглядело именно так, как должно было быть в её квартире.       Маша с облегчением вздохнула и, ощущая усталость от пережитых за ночь снов, побрела в сторону кухни, размышляя при этом, что, расскажи кому об этих прыганьях по снам, то никто и не поверит. Из шкафа она достала комфорку, проверила, вставлен ли газовый баллон, и поставила на газовую плиту. Зажгла газ сначала на плите, потом на комфорке, а уже потом сверху поставила кастрюлю с водой.       — Сварю суп! — сказала Маша вслух и, пока вода не закипела, принялась доставать ингредиенты. После непродолжительных поисков по шкафчикам суп было решено варить из вяленой рыбы и сушеных грибов. Рыбу она получила от начальника отдела, он ездил куда-то заграницу рыбачить и привёз всему офису сувениры, а грибы они в прошлом году с родителями ездили собирать. Мама насушила и отдала Маше целый мешок.       Рыба и грибы были закинуты в кастрюлю, в которой уже почти не осталось воды, и только тогда Маша заметила, что газовая комфорка стоит на плите, где тоже горит газ.       — О-о! Чего это я! — стукнув себе по лбу, девушка выключила плиту, оставив комфорку гореть, добавила воды в кастрюлю и попутно заметила про себя, что производители этих комфорок, похоже, предполагают, что такое может случиться и сделали защиту. Именно поэтому баллон с газом не взорвался. Проверила, чтобы в этот раз не было никаких ошибок и уселась на стул, но тут услышала детский вопль.       — Ребёнок! — воскликнула девушка и побежала в соседнюю комнату.       Её взгляд приковало раскрытое настежь окно и синие занавески, которое колыхались на ветру, что врывался в комнату.       "Мы ведь живём на восьмом этаже, возможно, случилось страшное". Маша почувствовала, как у неё холодеет затылок. «Подождите, какой ещё ребёнок?»       Она зажмурилась и… проснулась в своей комнате. Тут же подскочила и огляделась. Не испытывая ничего кроме тревоги, ощущая, как сердце колотится в груди, в первую очередь подскочила к шкафу, открыла и завизжала от ужаса.       Испугало её не присутствие скелета, а осознание того, что она уже долгое время постоянно просыпается в новом сне, каждый из которых так похож на реальность. И, может быть, она не сможет проснуться по-настоящему.       В голове за долю секунды появились картины об аварии, коме, капельницах и плачущей матери.       «Вот в чём дело!» — подумала девушка и даже немного успокоилась. Уже почти без страха снова взглянула на скелет, который всё так же стоял в шкафу, прижавшись к стенке и согнув колени. На его лысом костяном лице не было никакого выражения, но плечами подёргивал так, что было ясно — скелет грустит.       — Ты скелет? — наконец спросила Маша.       — Нет, чашка с супом, — с сарказмом ответил скелет и повернул голову в её сторону: — Ты можешь не задавать глупых вопросов, а? Я в унынии и не настроен болтать.       — Ладно, прости. Скажи, я же сплю? А ты знаешь, как мне проснуться в настоящей реальности, а не в других снах.       — Только не говори, что ждёшь от меня что-то типа «Мария, ты должна найти и очнуться». И тогда ты скажешь «Что именно найти?». А я: «Твои воспоминания, Мария!». Пффф… Я ничего не знаю. И вообще, помолчи лучше.       — Между прочим, это ты тут больше всех болтаешь, — насуплено ответила Маша и с ногами залезла на кровать. Скелет её больше не пугал.       Она подумала над тем, что только что услышала и, выждав пару минут, попробовала заговорить снова.       — Значит, мне нужно что-то найти? Хорошо, поищем! Может быть, ты хотя бы знаешь, как не прыгать из одного сна в другой? — уже совсем спокойно и даже весело проговорила Маша.       — Наверное, просто не надо просыпаться, нет? — то ли меланхолично, то ли сердито ответил скелет, даже не повернувшись в её сторону.       — Не просыпаться? — Маша удивилась такому очевидному ответу и проснулась.