***
Но, так сложилось, что в один прекрасный день (позволю себе начать рассказ с этой обыденной фразы) в дворец прибыл один новый дракон, который заставил Аспида сдвинуться с насиженного места. Накануне утром делегация небесных послов прибыла во дворец. Королева песчаных — Дюна, в полном облачении восседала на золоченом троне. По бокам, вдоль стен располагались столы с яствами, слуги робко замерли в дверях, боясь шелохнутся и нарушить тишину зала, в которой отдавались только шаги прибывших небесных. Аспид, с другими вельможами находился около столов, с любопытством наблюдая за делегацией. Во главе делегации шел принц Беркут, сын действующей королевы. На нем красовалась броня из темного металла, покрывавшая его тело словно островки застывшей магмы на ярко алой, лавовой чешуе. Он сильно выделялся и шагал первым из всех, грозно оглядывая слуг песчаный и придворных, робко отступающих назад при его виде и кивающих головам. Он был закаленным в боях солдатом, твердым как скала, привыкшим к суровой полевой жизни. «С таким стоит быть поаккуратнее» — хмыкнул про себя Аспид, наблюдая за небесным. Такие прямолинейные, дисциплинированные драконы обычно не любят заискивающую манеру речи песчаного, вынуждая того мгновенно менять тон на более деловой. Охх, сколько головной боли они приносят хитрецу песчаному, эти военные неподкупные морды, которых ничем не возьмешь. Но вот из-за спины небесного принца выступают две драконицы, либо принцессы, либо дворянки. На них красовались дорогие побрякушки, а грациозный изгиб шеи и аккуратная походка выдавал потомственных аристократок, обученных тонкостям поведения при дворе и умеющих красиво подать себя. Заинтересованная улыбочка проявилась на морде Аспида, наблюдавшего за этими самочками, нет, нет, но даже вовремя приема послов из иного королевства, песчаный оставался все таким же похотливым. А эти лебединые шеи, свойственные всем небесным так и хочется приласкать и наградить поцелуями. «Потом, потом…» — решил про себя песчаный тем временем пробираясь к трону королевы и занимая свое место подле него. За знатными небесными вышагивали, звеня тяжелыми доспехами гвардейцы. Один был широкоплечим и твердолобым громилой, другие, две самки, скорее напоминали легковесных, но смертоносных убийц с копьями на перевес. Из-под шлемов сверкали глаза гвардейцев, держащих на контроле каждый уголок тронного зала на случай опасности. Аспид почтительно поклонился гостям, припав на одну лапу и не поднимая взгляда. Только когда королева заговорила, он легким движением распрямился и сел, аккуратно обернувшись хвостом и кивая, словно соглашаясь со словами монархини. — Рада приветствовать вас в песчаном королевстве! Надеюсь, дорога не слишком вас утомила? — Королева Дюна сдержанно улыбнулась. Принц Беркут что-то пробасил в ответ. Аспид слушал его в пол уха, скорее наблюдая за небесными принцессами и думая о чем-то своем. Вскоре, разговор закрутился и все были приглашены к столу. Королева рассудила дать гостям сегодня отдохнуть от полета, а завтра уже заняться делами. — Вы как нельзя, правы моя королева. Гостям следует дать крыльям долгожданный покой», — прошелестел Аспид королеве, накладывая себе в тарелку пару сушеных ящериц. — Ах, Аспид, вы всегда оцениваете мои решения по достоинству! Чего я не скажу о некоторых, — в голосе песчаной послышались недовольные нотки, она многозначительно покосилась на своего мужа, сидящего рядом. Тот пусто взглянул на неё и отвернулся. Он присутствовал здесь только из-за формальностей. Все знали, что король давно охладел к делам королевства. «Потерянный дракон, совершенно потерянный. Но мне это даже на руку» — подумал Аспид.***
Итак, выполнив свой долг, а именно усладить слух королевы порцией ежедневной лести, Аспид позволил себе подобраться к небесным драконицам, сидевшим на другом конце стола. Кончик его языка в нетерпении скользнул по уголкам губ. Он словно увидел особенно вкусное блюдо среди многочисленных яств и теперь тянулся его попробовать. Аспид, словно ненароком пристроился рядом с одной из самочек. Его взгляд обернулся к драконице, он приветственно улыбнулся. — Хочу засвидетельствовать мое почтение, принцесса. Рад видеть столь прелестную даму в нашем дворце. — Небесная обернулась к песчаному и благосклонно кивнула ему. Видимо, она все же оказалась принцессой, а не обычной дворянкой. Эта новость удвоила прелесть драконихи в глазах песчаного. Аспид коснулся губами лапки небесной, грациозно протянутой ему. — Как Вам на вкус свеже-пойманные тушканчики? Наши повара день и ночь добывали их для этого пира. — Но, сир… это, кажется, вараны. — Принцесса неловко улыбнулась, глядя в глаза Аспиду. — Ох, правда? Что-то я сегодня не внимателен. Видимо я был слишком ослеплен вашим сиятельством. — Аспид ловко вставил первый комплемент, чем вызвал у принцессы легкий румянец. Совсем молода… Песчаный хитрец всегда ловко вычислял для своих ухаживаний наиболее романтичных особ и, по виду драконихи сразу мог сказать, купится она на его лесть или нет. Эта — согласно пошла на поводу у песчаного. Стоит сказать пару слов об этой небесной. Звали её Агат. Матушка отправила её вместе с делегацией, дабы та поднабралась уму разуму. Сама Агат представляла из себя обычную молоденькую девятилетнюю драконицу, недалекую, мечтающую о любви и счастье. Она былп просто идеально для маленького развлечения Аспида. Впрочем, одна из гвардеек, стоявших за спиной принцессы грозно сверлила Аспида взглядом. Она была рослой двенадцатилетней драконицей. Он чувствовал её легкое покалывание чешуек и то и дело оглядывался назад, встречая угрожающий блеск клыков гвардейки. Мракокрад его побери, она явно что-то заподозрила. Неужели его похотливые намерения оказались под угрозой? Не бывать этому! — … так Вы сирота? — с округлившимися глазами принцесса ловила каждое слово Аспида. Она была всецело поглощена жалостливым рассказам о его тяжелой судьбе. Рассказ, конечно, был чистой ложью. Вызвать у самки сочувствие — и вы уже на пол пути к её сердцу. — Да, мадам, но я не ропщу. — подытожил Аспид, серьезно посмотрев на дракониху, будто давая ей понять, что она ничем не сможет ему помочь. Паук уверенно наматывал паутину на свою жертву, не давая её возможности сопротивляться. Но вот беда! Проклятая гвардейка все еще таращится ему в спину!