Все хорошо

Рассвет алел на фоне темного неба, отбирая себе место для яркого солнца и звуков пения птиц, что совсем скоро разлетятся по всей округе. Старый деревянный подоконник трещит под ним, и Рон старается лишний раз не шелохнуться, чтобы не разбудить рядом спящего. Гарри тихо посапывает, в оборонительном жесте закрывая голову одной рукой. Он почти свернут калачиком под большим одеялом, хотя на улице теплый и почти жаркий май. Рон отворачивается к окну и смотрит во двор. Ещё слишком рано, и нора погружена в сладкую дремоту, которую развевает смерть, своими тёмными очертаниями. Джордж наверняка не спит, Джинни уснула в слезах, а Гермиона сейчас напряжённо кусает губу, стараясь успокоиться за чтением тома книги, взятой у Рона. Это, наверное, основы игры в шахматы, может мамины рецепты, ей без разницы, лишь бы польза для ума, лишь бы зазубрить. Гарри переворачивается на другой бок, тихо, еле слышно, но Рон все равно оборачивается, и видит лицо друга, сейчас недовольно морщенного. Первые лучи солнца бьют ему прямо по лицу, и в свете волосы Гарри кажутся золотыми, а кожа блестит, очень красиво. Губы приоткрываются с каждым его выдохом, наверное заложило нос. Гарри, до этого устойчивый ко всему, заболел сразу после произошедших событий, и никто кроме Рона об этом не знал. Рон старался поить его некоторыми зельями, взятыми из аптечки Гермионы, пока ни она, ни уж спаси Господи, Миссис Уизли, об этом не узнали. Рон слез с подоконника, и подошёл к Гарри, садясь напротив него. Колени захрустели, но ему было все равно, он прислонил тыльную сторону ладони ко лбу. Слегка горячий. Гарри приоткрыл глаза, и размытым взглядом сощурился на Рона, сейчас озабоченно смотревшего на него. - Все хорошо. - хрипло, спросонья сказал Гарри, и стал тереть глаза. Рон взял очки с рядом стоявшего комода, и протянул их Гарри, когда тот сел в кровати. Они некоторое время смотрели в глаза друг другу, после чего Рон встал и пошел к аптечке, ища в ней что-то, что сбило бы жар. Волшебники болеют не часто, и это было чем-то серьёзным, раз Гарри слёг. Зелье, судя по примечаниям на нем, вроде давало нужный эффект, и он открыл его Гарри, чтобы тот выпил. — Вот стакан воды, налей туда чуть-чуть. Рон протянул воду, и их с Гарри пальцы соприкоснулись. Рон постарался максимально быстро отдернуть руку. Им было неловко после произошедшего поцелуя в вечер окончания войны, и Рон все ещё не понимал, что должен чувствовать по этому поводу. Это показалось естественным в момент касания губ, потому что губы Гарри отличались от женских, и были чем-то непохожими на то, что Рон чувствовал ранее. Все становилось слишком трудным когда речь заходила о Поттере. Его жизнь сама по себе - сплошная проблема, но когда Рон думал о Гарри все становилось тяжелее в разы. Будто жизнь ебала его, поддакивая квоффлом, но при этом любая наводящая мысль о Гарри сразу сбивала Рона тяжёлым бладжером. Когда Гарри совершил последний глоток, он вновь лег в постели, и пару раз кашлянул. Он приоткрыл глаза, и посмотрел на Рона, нависающего над ним. - Ляжешь? - они все ещё были лучшими друзьями несмотря на все то, что происходило, и лечь возле Гарри - доказать, что все хорошо. По крайней мере он успокоит Гарри, который наверняка тоже был немного обеспокоен этим. Или Поттеру было все равно, и Рон просто хотел убедить в этом самого себя? Сняв с друга очки, Рон лег со стороны стены. Он понял что его клонит в сон только когда Рон уже засыпал на подушках. Он практически не спал эту ночь, ему снились разные кошмары, сопровождающие пробуждением в холодном поту, и лишний час сна не помешал бы. Особенно возле греющего своим теплом Гарри, который был рядом и помогал Рону держаться на ногах. Уставший мозг в этот раз одарил Рона сном без кошмаров и в целом снов, так что он пусть и немного, но выспался. Проснувшись, Рон был немного удивлён тем, что Гарри лежал обняв его за талию. Заместо подушки он лежал на плече Рона, который той же рукой приобнимал друга. Капельки пота выступили на лице Гарри, и Рон медленно переместил руку ему на голову. Лоб горячий. Рон, стараясь не разбудить Гарри, приподнял голову. Солнце уже давно поднялось, и судя по свету сейчас было часов десять. Свободной рукой достав палочку, Рон наколдовал темпус, и лёгкий дымчатый поток собрался в "9:48". Рон взмахнул палочкой, и перед ним появилась синеватая, полупрозрачная собака с опущенным ухом. Она сидела прямо в коленях Рона, и он ощущал некоторое магическое давление от ее присутствия. - «Мне нужно что-то, что собьёт температуру» - передай это мистеру Уизли. —тихо произнес Рон, и терьер растворился в воздухе, как только подскочил к двери. Он мог положиться на папу, так как тот не стал бы рассказывать маме, чему Рон был очень благодарен. Такие мелкие шалости или секреты мистер Уизли всегда хорошо хранил, и помогал Рону, что существенно облегчало некоторые моменты. Папа, наверное, уже не спал, так что он получит сообщение, а давно бодрствующая мама возможно сейчас сидит вместе с Джинни, или помогает Джорджу. Или плачет в закрытой спальне... Гарри издал вздох, и Рон посмотрел на него. Чёрные волосы вихрями расположились то на груди Рона, то на плече, и медленно двигались, в такт вдохам Гарри. Его губы были приоткрыты, а рука расположившаяся точно по центру грудной клетки Рона, слегка сжимала футболку на нём. Рону нравилось это ощущение Гарри возле себя. Ему было комфортно и тепло, и чувство некой безопасности, которую Рон дарил Гарри и получал в ответ, согревало что-то копающее в душе, то, что гложило Рона долгое время. Ощущение отчуждённости, будто он никому не нужен. Но рядом с Гарри такое рассеивалось, ему сразу становилось лучше. Когда в приоткрытое окно влетел Сыч, Гарри уже начал бредить, и Рон как можно скорее отвязал колбочку и отпустил сову, чтобы разбудить Гарри. - Все хорошо, все хорошо, выпей. - Рон приподнял друга и влил жидкость ему в рот. Гарри поперхнулся, но допил оставшееся, и вытер рот рукавом. - Фу, горько. - немного раздражённо сказал Гарри. Он посмотрел на Рона, и на их позу, в которой парни сидели, и сразу же замялся, краснея на глазах. Лёгкая ухмылка читалась на его лице. Рон вопросительно посмотрел на Гарри. - Теперь все точно хорошо. - улыбнулся Поттер, и подался к Рону чуть ближе. - Ты не против? Гарри взял лицо Рона в ладони, и поцеловал. Мягко, еле прикасаясь, и где-то на задворках разума к Рону проскальзывала особая нежность и любовь, годами скапливаемая к Гарри. Его ладони, существенно уступающие размером рукам Рона, обхватили того за плечи, и повалили на кровать. Гарри все ещё был мягок, и Рон наслаждался моментом, когда все было по-настоящему хорошо, потому что проблемы каким-то образом оказались вне его зоны видимости, и сейчас тени рассасывались от солнечных лучей проникающих внутрь Рона. Когда Гарри отстранился, его глаза пленили Рона, и он ещё долго не мог отойти. - Когда выздоровею, Мерлином клянусь, я тебя выебу. - издал хриплый смешок Гарри, и лег обратно к Рону, чтобы продолжить встречать этот новый день. День - когда все хорошо.