Никому не говори

      Битва с Архонтом Вихрей была в самом разгаре. Множество жертв и пролитой невинной крови. Нефритовый дворец уже не в силах держать оборону, поэтому было решено отвести внимание врага от баллисты на пустынный берег близь города. Это рискованный шаг, ведь тогда его жителям угрожала большая опасность. Но если бы не этот стратегический ход, то потери бы увеличились в разы.       Пока Адепты готовились к новому удару, войска на берегу всеми силами привлекали к себе внимание своего, казалось, непобедимого врага. Было принятно решение забраться на возвышающийся над гаванью утёс, дабы увести атаки ещё дальше от портовой части города.       Казалось, что Фатуи будут наступать бесконечно - их количество всё увеличивалось, а губительный натиск нарастал. Они окружали со всех сторон, как вдруг бойцы сопротивления почувствовали небывалый прилив энергии - на них снизошло благословение Адептов. Сила возросла, а скорость атак стала превосходить все допустимые значения. Боевой дух наполнил их сердца и теперь все были уверены в победе, ведь баллиста готова нанести последний решающий удар. Даже вражеские войска затаили дыхание и с обречённостью смотрели на вспышку света, что означала их полное поражение.       Но когда высокие волны от взрыва разбились о водную гладь, взору предстал Осиал с ещё бóльшей яростью в глазах. Его рёв разнёсся над морем, звуковой волной, сбивая бойцов с ног. А Предвестники же с новой порцией рвения бросились в битву. Миллелиты совсем выбились из сил, ведь уже не видели смысла в заведомо проигранном сражении, но всё равно продолжали защищать то родное сердцу, что осталось в их городе.       Глава Цисин Нин Гуан, преданная своему долгу, без тени сомнений приняла решение пожертвовать Нифритовым дворцом. Участники схватки на утёсе не сразу поняли, что происходит, когда увидели золотую печать, обволакивающую всё величественное сооружение в небесах. Волна обжигающей могущественной энергии разлетелась по просторам во всех направлениях, но кажется, что-то пошло не совсем по плану. Нижние части замка начали откалываться и стремительно летели на землю с большой скоростью. Нин Гуан даже не подала виду и продолжила ритуал, ведь сейчас это было их единственным спасением.       Многие бойцы пали от рук собственного командира, так как не успели вовремя среагировать. Но жертвы были не напрасны, ведь дворец уже почти поразил свою цель, преодолевая огромные расстояния на невероятной скорости, оставляя за собой лишь смертоносные осколки, многие из которых пропали в море, не причинив никому вреда.       Путешественница, стоящая у края и загнанная в угол, как могла отбивалась от врагов, что так жаждали её падения. Сражающийся неподалёку Охотник на демонов почувствовал, что одному из его товарищей угрожает опасность и в одно мгновение был уже перед Люмин, закрывая её от атак. За один взмах копья он избавился от уже вымотанных Предвестников и хотел развернуться к девушке, чтобы узнать, всё ли с ней в порядке, но увидев испуганные и благодарные глаза, потерял бдительность и не заметил, как один из осколков дворца летел прямо на них.       Он уже ничего не мог сделать, ведь несколько тонн благородного камня намертво прижали нижнюю часть тела к земле вплоть до грудной клетки. Люмин же отделалась лишь толчком, но не менее губительным, ведь если бы она в последний момент не схватилась за край, то толчок был бы прямо в скалистую пропасть под утёсом. Она изо всех сил держалась за свой шанс выжить, когда увидела краем глаза Адепта, который, игнорируя тяжесть и болевой шок, тянул к ней руку. Люмин крепко схватилась и смогла забраться, но увидев, в каком состоянии находится Сяо, её тело словно охватила фантомная боль, которая казалась не слабее той, что он испытывал сейчас. Было невыносимо смотреть на его страдания. Она пала на колени рядом с ним, не в силах сдержать слёзы. Хотелось как-то помочь, но страшно даже дотронуться, ведь сейчас любое касание могло принести ему только бóльшие муки. Поэтому всё, что могла сделать Путешественница, это обречённо сидеть рядом, надеясь, что всё обойдётся и Адепт справится, ведь он Бессмертный дух Якса... "Бессмертный! Именно! Тогда всё точно должно быть в порядке. Он обязательно выживет." - мысленно успокаивала себя дрожащая от накатывающей истерики Люмин, но всё равно не до конца была уверена в своих суждениях, смотря на душераздирающую картину. Тяжёлые стремительные капли дождя, громовые тучи и сильные порывы морского ветра, только усиливали висевший в воздухе страх.       Девушка всё-таки набралась смелости и очень аккуратно дрожащими пальцами взяла Сяо за руку. Буквально мгновение назад эта рука крепко держала её и стала последним спасением, но сейчас же была так слаба, будто и вовсе не принадлежала своему хозяину. Ответных действий или хоть каких-либо признаков жизни не последовало и в голове уже мелькали самые худшие исходы.       Невидимый из-за прядей у лица взгляд его был обращён в землю, которая медленно окрашивалась в багровые тона. Рядом лежало разбитое на миллионы блестящих частиц копьё. Осколки нифритового лезвия мерцали зелёным светом, словно в такт сердцебиения, но пугающе быстро угасали. Болевой шок сходил на нет и Адепт начинал чувствовать каждую переломанную кость, что впивалась и резала мышцы вместе с кожей изнутри. Не хотелось, чтобы его видели в таком состоянии, но он был рад, что смог спасти эту странницу, которая магическим для него образом заставляла душу успокаиваться каждый раз при одном лишь взгляде на неё, начиная с самой первой их встречи.       Никто не понимал, куда пропали эти двое, ведь из-за огромного осколка они совсем скрылись из общего поля зрения. И лишь один человек знал где они, и что с ними сейчас происходит.       Люмин на исходе сил пыталась достучаться до уходящего во тьму сознания Сяо: - "Ты меня слышишь? Пожалуйста, ответь..." - слёзы только усиливались от молчания в ответ, но вдруг её руку слабо сжали тонкие пальцы, - "Сяо! Ты ведь не умрёшь, правда? Посмотри на меня!" - оживилась девушка.       Безжизненный взгляд обернулся к ней и пытался среди мутных образов найти знакомый силуэт. Люмин лёгким движением, словно дуновением ветра, убрала чёрные пряди у лица. - "Сяо..." - уже более мягко обратилась она к Адепту, нежно поглаживая его щеку, - "Ты ведь бессмертный дух, ты выжил в войне Архонтов, ты просто не можешь умереть вот так... Не можешь ведь?" - чуть ли не шёпотом молилась она, низко склонившись над пустым взглядом.       Дыхание юноши было рваное и тяжёлое и только он хотел что-то сказать, как болезненный кашель не дал ему этого сделать, попутно окрасив губы тёмно-алой кровью. В груди у Люмин всё сжалось и она невольно сильнее переплела пальцы их рук. - "Ничего не говори! Не двигайся, я сейчас позову кого-нибудь на помощь." - хотела встать девушка, но ей не дала этого сделать рука, которая тоже в ответ крепко держала её.       И вдруг послышался тихий сдавленный голос: - "Пусть дух мой бессмертен, но тело не..."       Он не закончил фразу и Путешественница видела, как золотые глаза тускнеют, а Глаз Бога на его запястье невероятно быстро угасает. - "Нет, нет, нет! Сяо, посмотри на меня..." - слова уже никто не слышал, а душевная боль от потери полностью овладела её телом.       Она сняла его перчатку и приложила ледяную руку к своим губам, в надежде согреть, но, кажется, быстрее остывала сама от страха и скорби, что пробирали с головы до ног.       Внезапно камень, что посмертно стал надгробием прекрасного Адепта, рассыпался в золотую пыль, открывая взору израненное тело. По ту сторону виднелся силуэт высокого мужчины с протянутой вперёд рукой, которой, видимо, тот и обратил осколок нефрита в прах. Он опустил руку и медленно шагнул вперёд. Из-за слёз Люмин не сразу разглядела в этом силуэте консультанта ритуального бюро. "Но что он здесь делает? Неужели поджидал момента, раз так быстро среагировал? Даже в таких ситуациях для них важнее бизнес?" - мысленно негодовала Люмин от внезапного вторжения, - "И если он может одним движением испарять даже такие огромные глыбы, то где он был раньше? Может тогда Сяо ещё можно было бы спасти..." - взгляд потяжелел и она снова погрузилась в свои мысли.       Мужчина подошёл ближе и склонился над телом Адепта: - "Бедный ребёнок..." - с неожиданной заботой в голосе, сказал он и погладил его по голове. - "Он не ребёнок!" - вырвалось сквозь слёзы у Люмин от такой бестактности. - "Я знаю. Но как его наставник, думаю, я могу себе позволить такое обращение." - не отводя взгляд от бледного лица, мягко сказал тот. - "Но ведь его наставник... Не может быть!" - Люмин удивлённо посмотрела на него от осознания всей ситуации и прикрыла лицо руками.       Тем временем, пока Путешественница пребывала в "небольшом" шоке, Чжун Ли уже бережно поднял безжизненное тело юноши на руки. - "Нет, подождите... Вы не можете его вот так просто забрать!" - кричало её нежелание отпускать своего спасителя. - "Ты уже ничем ему не поможешь." - резко перейдя на серьёзный тон, сказал тот.       Люмин с трудом поднялась на ноги и, сжимая в руке перчатку, с обречённым видом спросила: - "Могу я хотя бы с ним попрощаться?"       Чжун Ли развернулся к ней и с пониманием кивнул. Девушка подошла ближе, в последний раз взглянула на прекрасные черты лица и, понимая, что её прощальные речи не будут услышаны, приложила свою тёплую ладонь к холодной щеке. Чёрные тучи в небе растворились, позволяя солнечным лучам озарить лицо павшего Адепта, как бы подсвечивая и указывая на его неоспоримую значимость в этой битве. Сознанию было неимоверно трудно принять тот факт, что Люмин больше никогда его не увидит, поэтому она старалась как можно лучше запомнить все детали. Она нежно поглаживала большим пальцем бледную кожу, как вдруг заметила на его лице влажные дорожки, идущие от ресниц вниз по вискам и пропадающие в тёмных, мокрых от дождя волосах.       Чжун Ли же молча держал своего ученика на руках, наблюдая за столь трогательным мгновением. Но прощание затянулось и он был вынужден прервать эту печальную тишину: - "Нам пора." - тихо сказал он, стараясь ещё больше не омрачнять и без того отчаянные янтарные глаза.       Его силуэт медленно отдалялся вниз по склону утёса, исчезая в подсвеченном солнцем тумане, под ликующие и радующиеся победе возгласы толпы. А Люмин снова обречённо рухнула на колени рядом с нефритовыми осколками копья, держа в руках последнюю память о нём - перчатку с погасшим Глазом Бога.