Truth, Lies and Storytelling | Правда, Ложь и Повесть

      Ноябрь 2001       – Как это вообще возможно?       – Любимая, успокойся. Это просто глупая история.       – Но думать... думать об этом... Я просто ... АРР!       Гермиона в ярости отодвинула стул от обеденного стола, гневно швырнула маггловскую газету на столешницу, а ее магия едва ли не вырывалась из нее из-за ярости.       Прижав тонкие пальцы к переносице и сильно сжав их, Драко закрыл глаза и глубоко вдохнул. Салазар свидетель, он не хотел сказать что-то не то, когда магия практически исходила от нее, и он это видел.       Он просто хотел посмотреть фильм. Это все. Гермиона рассказывала ему о том, как ей нравилось ходить в кино с родителями, и он хотел знать, из-за чего весь этот шум.       Он уже пожалел об этом.       – Разве не было достаточно того, что мы участвовали в войне? А теперь я узнаю, что кто-то все это время наживался на нас! – Гермиона взвизгнула. Позади них раздался звук разбивающегося хрусталя. Драко закрыл глаза. Да к черту. Наверняка это была та уродливая чаша.       – Любимая, я действительно думаю, что ты слишком остро реагируешь на ...       – ОСТРО РЕАГИРУЮ? – Она повернулась к нему лицом и подошла ближе, пока он не почувствовал, как ее дыхание щекочет его подбородок. Она бы выглядела устрашающей, если бы не разница в росте.       – Нет… – он снова сделал глубокий вдох, набирая в легкие побольше кислорода, и положил руки ей на плечи, в попытке успокоить. – Гермиона, любимая, ты забываешь, что люди много раз пытались нажиться на твоей жизни, распространяя ложь. Почему сейчас это так тебя беспокоит? Это просто какой-то магловский фильм.       Она запрокинула голову, чтобы взглянуть на Драко внимательнее, гневно сверкая глазами.       – Что ж, любимый, меня это беспокоит, потому что... потому что это нарушает Статут о секретности! Что, если кто-то узнает, что вся эта история – правда? Что тогда? И это даже без упоминаний в очередной раз о том, что кто-то получает прибыль благодаря моей жизни!       – Я о том, что технически, это...       – И ЕЩЕ КОЕ-ЧТО! Неужели он недостаточно настрадался? Разве мы все недостаточно потеряли? А теперь мы теряем наше право на частную жизнь в том единственном месте, которое, я думала, у нас есть. – магия Гермионы снова была неустойчивой, и Драко вздрогнул, когда ее искры укололи его. Он вдохнул сквозь стиснутые зубы и убрал руки с ее плеч.       Последовала пауза, во время которой Гермиона глубоко вдохнула и начала тихо считать от десяти до одного. Она повернулась к парню спиной, прекрасно понимая, что все это – не его вина. Гермиона очень старалась сдержать свою вспышку гнева и разочарования, потому что она почувствовала бы себя невероятно виноватой, если бы случайно отправила Драко в больницу Святого Мунго...снова.       Тишина затягивалась, и ее нарушали лишь слабые звуки музыки, доносившиеся из другой комнаты.       Наконец Гермиона развернулась к Драко и ухмыльнулась.       – Собирайся. Мы идем смотреть кино.       Он открыл рот, собираясь возразить, но остановился, подбирая подходящие и правильные слова, прежде чем задать вопрос.       – Ты уверена, что хочешь посмотреть этот фильм? Мы могли бы выбрать другой кинотеатр или просто пойти в другой день. Разве Поттер и еще одна Поттер не присоединятся к нам?       – Мы посмотрим этот фильм. – сказала она безапелляционным тоном.

***

      Драко сохранял хмурое выражение лица в течении двух часов и тридцати двух минут фильма, а также во время поездки в магловский книжный магазин. Идиотские маглы и их тупые фильмы и книги.       В ответ на его истерику Гермиона лишь тихонько хихикала. Она быстро убрала книги в свою расшитую бисером сумку с незаметными глазу чарами незримого расширения.       – Это не смешно, - наконец сказал Драко, - Я больше не приглашу его выпить, пока он не извинится передо мной. Глупый мерзавец не пожал мне руку.       – Драко! Это было сто лет назад! – Гермиона усмехнулась, взглянув на него. – Он извинился перед тобой после войны, на вечеринке по случаю нашей помолвки и еще раз прямо на прошлой неделе. Не забывай, в каких условиях он был воспитан. У него никогда не было твоих привилегий.       – Как я мог забыть? Я только что смотрел фильм о его чертовой жизни! Не говоря уже о том, что об этом еще и книги есть! – последовала пауза, Драко вздохнул и закрыл глаза. Когда он заговорил вновь, его голос был тихим и неуверенным. – Неужели у него действительно все было так плохо?       Гермиона стала серьезной. Ее улыбка угасла, и она наблюдала за Драко, пока он снова не посмотрел на нее.       – Да, но это не твоя вина. Ты был ребенком. Ты был полным придурком, но не был виноват в его семейных проблемах.       Она потянулась к нему, затягивая парня в глубокий поцелуй, надеясь убедить, что он уже давно не был тем избалованным ребенком, каким его изображали на экране. К сожалению, большая часть фильма была точной, и она знала, как Драко ненавидел, когда ему напоминали о том, каким мерзавцем он когда-то был, и о том, через что ему пришлось пройти в подростковом возрасте. Она даже представлять не хотела, что могло быть в следующих книгах.       Словно читая ее мысли, Драко поинтересовался.       – А что, если есть еще книги? Что, если они напишут о пятом и шестом курсе?       – Малфой… Драко, – Гермиона с нежность провела пальцами по его щеке, – Ты – не тот мальчик. Черт возьми, ты никогда не был тем мальчиком. Ты это знаешь, я это знаю, и Гарри это знает. Мы все знаем, что ты хороший человек. Наш мир знает, какую роль ты сыграл. Никто не сомневается в тебе. Так что не позволяй миру, который никогда не встречал настоящего Драко Малфоя, говорить тебе, кто ты такой.       Драко просто прижался лбом к ее лбу и на некоторое время замолчал.       – Я люблю тебя. – Сказал он наконец, нежно поцеловав ее в висок.       – Пойдем, не будем заставлять Гарри и Джинни ждать нас. – она взяла его за руку и завела за угол, скрываясь из вида. Обняв Драко, она трансгрессировала вместе с ним на крыльцо их небольшого загородного коттеджа.       Небольшого по мнению Драко. Он отказывался называть это особняком, поскольку в нем не было бального зала, а без бального зала это не было особняком. Для Гермионы же это все было семантикой.       Большой дом в стиле Тюдоров располагался на большой территории. Его стены обвивал плющ, а цветы, которые Невилл подарил им на новоселье, все еще цвели. Несмотря на то, что был уже конец ноября, сад у дома все еще был очень красив – Невилл действительно превзошел самого себя, принося растения, которые цветут круглый год, даже в условиях суровых британских зим.       Гермиона улыбнулась при виде их дома. Она всегда испытывала облегчение из-за того, что смогла убедить Драко переехать из поместья. Обещание заниматься сексом в каждой из комнат определенно помогло ей выиграть этот спор.       – Наконец-то вы вернулись! Мы ждали целую вечность, – из гостиной раздался крик Джинни, как только они перешагнули порог. – Гарри был уверен, что вы забыли о наших планах выпить сегодня вечером. – Она ухмыльнулась темноволосому волшебнику, сидящему рядом с ней.       – Неправда, – Гарри тихо проскулил в ответ на реплику своей жены и, скрестив руки на груди, вздохнул, отчего его челка затрепетала.       Гермиона с улыбкой крепко обняла Джинни и засмеялась.        – Конечно же, мы не забыли! У нас был интересный вечер – я взяла Драко с собой в кино.       – Глупые маглы, - проворчал он, проходя в комнату мимо Гарри.       – Не обращайте на него внимания. – Гермиона закатила глаза. – Он просто расстроен, что маглы считают его хулиганом.       – Мне было одиннадцать! Разве ты не говорила, что все мальчишки в таком возрасте – зло? – Драко подошел к их бару, достал бутылку огневиски и сделал большой глоток янтарного напитка прямо из горла. Затем он протянул бутылку Гарри и поморщился. – Твоя жизнь – отстой. Тебе это нужнее.       Гарри разинул рот от этих слов, но все равно принял бутылку и сделал глоток. Вернув ее Драко, он посмотрел на Гермиону в надежде получить ответы.       – Кажется, кто-то продал нашу историю в магловском мире. – сказала она, нахмурившись, когда устроилась на диване. Она потянула Драко за руку, пока тот не сел рядом с ней. Он все еще был погружен в свои мысли. Видимо, то, в чем она убеждала его несколько минут назад, оказалось не такими эффективным, как она надеялась. – На данный момент есть четыре книги ... и фильм.       – И я едва там присутствую! – драматично воскликнул Драко, закрыв лицо рукой. Он снова поднес бутылку к губам, но Гермиона, закатив глаза, выхватила ее, сделала большой глоток огневиски, а затем предложить его Джинни.       – Нет, спасибо, у меня завтра тренировка, - сказала девушка и качнула головой с легкой улыбкой. – Что ты имеешь в виду, говоря, что кто-то пишет книги о нашей жизни? Речь о войне?       – Я не хулиган! – Драко снова взвыл. Потом он резко выпрямил спину и посмотрел на Гермиону с нарастающей паникой в ​​глазах. – Или да?       Гермиона похлопала Драко по плечу и ухмыльнулась.       – Нет, любимый. Во всяком случае, уже нет.       Джинни громко закашлялась, чтоб скрыть рвущийся из груди смех, а Драко в ответ нахмурился. Он продолжал дуться, даже когда откинувшись на диване, уложил голову Гермионе на колени.       – Гермиона, я ничего не понимаю. Что происходит? – Гарри свел брови у переносицы.       Девушка покопалась в сумке и вытащила оттуда четыре книги. Первые три были тоньше, напоминающие некоторые подростковые книги, которые она читала, когда была младше. Последняя была объемнее трех других вместе взятых. Она передала их Гарри, стараясь не пропустить ни одну эмоцию на его лице.       – Гермиона, – ее друг резко вздохнул и перевернул книгу, чтобы разглядеть ее со всех сторон, – Почему на ней мое имя?       – Как я уже сказала, кто-то пишет о нас книги. Фильм, который мы только что посмотрели, был снят по мотивам этой, – Гермиона постучала пальцем по обложке книги, лежащей в стопке самой первой, – И он был невероятно точен. Там были даже некоторые разговоры с Роном, которые мы вели наедине. Я без понятия, как кто-то мог получить все эти подробности. Я бы предположила, что здесь замешана Рита, но она чистокровная, так что я сомневаюсь, что она может знать достаточно о мире маглов, чтобы зарабатывать там деньги. Не говоря уже о том, чтобы вообще хотеть этого.       Гарри передал стопку книг Джинни, все еще держа в руках первую. Он тихо бормотал себе под нос, переваривая ее название.       – Гарри Поттер… Я… Гарри Поттер и философский камень. Философский камень. Гермиона, это странно. Я – главное действующее лицо?       Гермиона кивнула и протянула ему огневиски. Джинни взяла третью книгу, специально пропуская историю о втором годе обучения, прекрасно помня свою собственную историю. Она не хотела, чтобы ей об этом напоминали. Две оставшиеся книги она передала Драко, который, в свою очередь, немедленно отдал Гермионе самую объемную, зная, что короткую историю ей лучше не предлагать.       – И что мы будем делать? – тихо поинтересовался Гарри, все еще не отрывая взгляда от книги, на обложке которой был изображен мальчик, очень похожий на него в юные годы. Он провел одним пальцем по шраму в виде молнии на собственном лбу, а другим – по шраму на иллюстрации.              – Я не знаю, Гарри. Думаю, сейчас мы можем начать только с этого.       Гермиона приоткрыла книгу и глубоко вдохнула – ей нравился книжный запах, даже если к этому экземпляру прилагалась ещё и тайна.       Никто из них не проронил ни слова, пока они просматривали свои книги. Глаза Гарри все больше расширялись с каждой пролистанной страницей, а Джинни ахнула, когда увидела свое собственное имя в тексте.       Драко продолжал лежать, положив голову Гермионе на колени, и изучал написанное с такой внимательностью, как будто напечатанные слова оскорбляли его. Они это и делали. Малфой ненавидел напоминания о времени, когда он говорил необдуманные вещи и причинял боль людям, которых любил больше всего.       – Эй, Грейнджер, – наконец сказал Драко, – Почему здесь говорится, что ты превратилась в кошку?