Вампироэльфийская хуетень.

      Волков неплохо прогуливал уроки истории в школе. Зачем сидеть на скучной распизделке со старой маразматичкой, в голове которой только похотливая бесовщина с Лениным и Сталиным в главной роли? Вот и Олегу непонятно. Он неплохо совмещал перекупку какой-то задроченной сорока шестиклассниками электронки с простым просмотром увлекательного фильма про брачный период воробьёв через окно кабинета. Так что смысла в прослушивании всякой бредятины так и не находилось.       Его дружбан по несчастью, Вадим то есть, был солидарен с такой политикой. Мама говорит, что это именно он и подначил бедного и такого слабохарактерного Олежу совершать глупости и курить за школой. Может она и права, но не то чтобы Олег сильно сопротивлялся, когда Вадик впервые принёс ему Балтики и упаковку Донского Табака. Хотя, пусть так и думает. Ничего страшного не произойдёт, верно?       И, наверное, так и остался бы Волков полнейшим распиздяем, не знающим даже даты Великой Отечественной, если бы не Серёжа. Серёжа перевёлся к ним в начале года и его сразу почему-то невзлюбили. Ольга Владимировна, по прозвищу «киста правого полужопия», сказала, что Разумовский не абы какой мальчик из гимназии. А аж из Питерской! Что рыжий забыл в их Хуево-Тутуево никто так и не понял, но не то чтобы кому-то было интересно. Пару раз обозвали нового рыжим-конопатым, да разошлись по своим делам, кто физику повторять, кто в туалете ашку высасывать. У всех, короче, дел полным-полно. Не до такого питерского «мажористого» Серёженьки.       Но в какой-то момент проблемой стала не новая фигура в девятом «б», а знаменитая чуйка Олега на пиздец. Почему знаменитая? Да просто когда его чёрт дернул ещё в сентябре пойти прогулять весь учебный день, у них провели, и контрольную по алгебре, и практическую по физике, и даже физрук ошалел и начал за сидение на скамейке двойки лепить. После того судного дня и прозвали Волкова не иначе как «предсказателем».       Сначала Олег этому значение не придал. Но теперь, когда с каждым днём новенький ему кажется всё более странным, сомнения подкрадывались с огромной тяжбой.       Во время русского, Серёжа как-то странно смотрел на ручку, которую ему предложила «Валера» Макарова, отличница местная. На английском сидел с вылупленными шарами и говорил англичанке, что всю жизнь учил только французский. И, удивительно, это оказался не сплошной мат, а действительно речь на уровне носителя. Наверное. Олега никогда не интересовало, как пиздят между собой мужики, которые жрут жаб. Но у Серёжи определённо получалось.       Так или иначе, пару Настасья Ивановна ему всё-таки влепила. И от огромной разочарованности, то ли в себе, то ли в самой идее обучения, Разумовский вылетел из кабинета, как только журнал закрылся. И пока все просто списали на то, что питерский мажор просто не привык к их условиям, та самая «чуйка» Олега была тревогу красным колоколом.       Что-то тут не так. Ну не мог ребёнок, который проучился всю жизнь в гимназии, пусть и питерской, не услышать ни один «фак» от долбоеба-старшеклассника. Слишком неправдоподобная легенда. Поэтому, забив на все этикеты, Олег вышел из кабинета вслед за рыжим. Для Настасьи Ивановны, чтобы найти мел в соседнем кабинете, для Вадима, чтобы погулять по школе немного, для себя…а для себя он уже бежит в сральник, чтобы Разумовского найти.       Олег не прогадал. Вот он, весь пришибленный, испуганный, ещё и сопля прозрачная из носа лезет. Спасибо, что не зелёная. А то в детстве мать вечно спрашивала про цвет его соплей, когда он болел. С тех пор в корке памяти осталась психологическая травма, связанная с зелёными противными, хуже жидкого говна, соплями.       Но мы тут отвлеклись немного. — Т-ты что здесь делаешь, п-придурок? — Серёжа весь дрожал и синтетической рубашкой утирал слёзы. И кто тут ещё придурок: глаза же от такой "чудной" ткани болеть будут. — Придурок? Тебя в твоей гимназии совсем ругаться не научили? — Волков изогнул тёмную бровь и подошёл ближе. — Если ты пришёл поиздеваться, то можешь со своим дружкой меня обсудить. Зачем ты сюда припёрся?! — Половину слов сожрала нескончаемая истерика рыжего. А тем временем Олег замолк без ответа. А действительно, нахуй он сюда пришёл? Вон, Алина вечно ревёт и в туалет из-за этого отпрашивается, он же за ней не бегает. А чуйка его сработала-то всего пару раз и то… — Если честно, я сам не ебу, зачем я здесь, - Волков честно и таясь затараторил. - Жалко тебя что-то стало, наверное. Может тебе поддержка нужна какая, не знаю. Олег уже захотел присесть на корточки, чтобы в глаза новенькому посмотреть, как рыжий резко оттолкнул его, повалился с коленей сам, ещё и зашипел, будто кошка дранная: — Не трогай меня, блять! Не трогай! — глаза Разумовского заплыли чем-то чёрным, по рукам вены выпирали сильнее стояка во время похода к доске, а рот (пасть?) украсили невъебенно огромные клыки. Ещё секунда, и Серёжа, будто только осознав, что произошло, отполз ещё дальше, глубоко задышал. Олег не уступал: резко встал, охуевше хлопая глазами. Вопросов было слишком дохуя, он будто мамка после того, как он пьяный домой впервые вернулся. Только вот он не мать, да и Серёжа ясно на него самого не смахивал: — Это что за пиздохуёвина только что была?! — Не ори, кончеёб! — Серёжа встал вслед за Олегом. — Так…ты же сам орёшь похлеще меня, — на слова Волкова, Разумовский только быстро замолчал, потупив глаза. — А теперь вообще нихуя не говоришь. Пиздец. — А что мне говорить? — новенький перешёл на агрессивный шёпот. — Привет, я Сергей Разумовский, ставший вампиром в ебучие шестнадцать лет, что было в позапрошлом веке, кстати, и теперь из-за тупых правил этого тупого мира, я должен скитаться по шарагам, чтобы дядя Путин не загрёб меня в свою злоебучую оргию детских домов и ПТУ имени соседа алкаша? Тебе это знать надо? Так получи-распишись, не забудь потом жопу после всего этим утереть и подрочить, как следует.       Волков молчал. Осмыслял, видимо, происходящее вокруг. То ли он где-то по пути головой ёбнулся, то ли Серёжа, то ли они оба. Но кто-то из них это точно сделал, ибо подобный сюр может происходить либо под амфетамином, либо под четырьмя бутылками Жигулёвского. Не иначе. — Ну чего молчишь, Олеж? Сказать нечего? — Так ты что…типа, хуй из сумерек? — Волков удивлённо глядел, как Серёжа метался между тем, чтобы уебать себе и уебать этому тупому бесполезному для общества сгустку спермы какого-то алкаша, названного Олегу в отцы. Такого же бесполезного кстати. — Ещё раз что-нибудь хотя бы подумаешь про Сумерки, я возьму все диски, выпущенные с этим ванильным дерьмом, и буду засовывать каждый тебе в задницу. Поочерёдно. Без смазки. Понял меня? — Серый подошёл ближе и уткнул свой палец однокласснику в грудину. Должно было выглядеть устрашающе, но единственное, что Олег смог сделать — посмеяться. — Ты мне про свои кинки не рассказывай, пожалуйста.       Мы уже говорили о том, что Олег часто сначала говорит, а потом думает? Ну вот, получите-распишитесь. Злая вампирская хтонь, фингал под глазом Олега и летящая по трубам вода с верхних этажей. Кто-то смыл на третьем этаже, походу. — За что?! — Волков снова сорвался на крик. — За всё хорошее! — где-то в кабинете люди уже собирали учебники в рюкзаки. — Ты слишком урод моральный, чтобы с тобой водиться даже. Не то чтобы трахаться. — Ну спасибо, я, вообще-то, твой тут секрет про вампироэльфийскую хуетень рассказать могу всем и каждому, а ты вот так со мной, да?! — Пизда! И кто тебе поверит? Хочешь заранее в дурку загреметь? Удачи тебе, дорогой. Дам тебе совет, можешь просто рассказать, как тебя твой отчим в детстве трахал и всё тебе будет обеспечено. — Сказал человек, у которого хуй уже не стоит от того, что кровь никуда не приливает, ха! — Звонок оповестил об окончании пиздоблядства с английским языком, но они оба пропустили это мимо ушей. — Ещё как приливает! — А ты докажи! — На тебе сейчас и докажем, — Серёжа резко взял парня за плечи, глядя куда-то глубоко в глаза. Дыхание застопорилось. И вдруг, новенький перестал быть просто сумасшедшим придурком, а этот мелкий засранец перестал быть просто тем, кому Разумовский раскрыл секрет от злости. Руки дрожат. Веки тоже. Что, блять, происходит? Они будто реально в Сумерках находятся, Боже (его же нет) мой.       Только Бог и знает, что сейчас бы произошло, если бы не… «Ну и в общем я ей говорю…» «Да пошла эта математичка в пизду ебливую»       Школьники приближались к туалету и запах электронок следовал за ними. Серёжа резко отбежал и в тот же момент в дверь вломилась партия семиклассников с новыми дуделками. Снова сральник в кальян превращают. Каждую перемену одно и тоже.       Не успел Олег и глазом моргнуть, как Разумовский дал по съебам. Немного устрашающе поглядев на мелкышей с одним вонючим айкосом на пятерых, он вышел. И всё же, странно. Очень. Всё. Странно. Да ещё он так мел англичанке и не принёс. Блять.