Каменное сердце

Вокруг звенела напряженная тишина. Бильбо с волнением следил за тем, как Трандуил и Бард пытаются договориться с Королем-под-Горой - Аркенстон в обмен на обещанное. Увы, отчаянный план Мистера Бэггинса трещал по швам. Не сработало - Торин не поверил. - Они держат нас за дураков. Это обман. Аркенстон все еще внутри Горы. Это обман! Наглая ложь! - Нет, не обман. Камень настоящий. Бильбо тогда не соврал Гэндальфу - он не боялся Торина. Разве мог он бояться, когда на них только что было направлено несколько тысяч эльфийских стрел, когда все вокруг словно сошли с ума? Бояться, когда дела обстояли так плохо и становились только хуже, а Торин на его глазах превращался в чудовище?! Торин, которого он так сильно… Нет, Бильбо не имел права бояться. - Я отдал его им. - Ты… - Я взял его как свою долю. - Ты украл его у меня… Ты меня предал… Отчаяние, с которым Король произнес это, на несколько мгновений сбило Бильбо с мысли. В его словах было что-то… Не слишком ли много боли от предательства какого-то Взломщика? Должно быть, показалось. - Предал? Украл? Нет. Я хоть и Вор, но честный. Я выбрал его своей единственной наградой. - Своей наградой? Своей наградой… А я еще… Ты не имеешь права ни на какую награду! Мерзкий крысеныш! Торин сделал шаг в его сторону, но Бильбо не собирался так легко отступать. - Я хотел отдать его тебе, много раз пытался, но… - Но что, вор? Терять уже было нечего. Для Торина он навеки предатель и вор. Все, что было между ними, все, что могло бы быть, рассыпалось на бессчетное количество осколков. А вместе с этим и сердце одного хоббита. - Ты изменился, Торин! Гном, которого я встретил в Шире, никогда бы не отказался от данного им слова! На них сейчас смотрели тысячи глаз, но для Бильбо существовали только синие, замутненные пламенем безумия. Слова, однако, похоже все-таки задели то живое, настоящее, что еще осталось в душе гнома, и тот почти незаметно вздрогнул, а взгляд его слегка прояснился. Бильбо продолжил, все больше распаляясь. - ...Не поставил бы собственную прихоть выше благополучия других! Не усомнился бы в преданности своих братьев! - Не смей говорить мне о преданности! Ты… Сбросить его с бастиона! Бильбо только сейчас осознал всю степень безрассудности своего поступка. Он с ужасом взглянул на Короля-под-Горой. Не столько страх, сколько неверие и разочарование сковали Бильбо, лишая сил сопротивляться. Но никто даже не пошевелился. Торин с презрением посмотрел на всех членов Компании. - И вы туда же?! Король снова перевел взгляд, полный ненависти, на полурослика. - Это все ты! Убил бы тебя! Будь ты проклят… Бильбо видел, как Торин говорит что-то, слышал слова, но в тоже время не мог их понять, не смог бы даже повторить их. Внезапно его сердце, словно игла, пронзила безысходность, а в грудную клетку будто прилетело чем-то тяжелым. Бильбо отступил на несколько полушагов назад и, когда ноги все же подкосились, осел на холодный камень. Несколько секунд вокруг было так тихо, что он не слышал ничего - даже стука своего сердца и собственного дыхания. Ничего. Только тишину. Внизу, кажется, появился и что-то говорил Гэндальф. Пока Торин отвлекся на Волшебника, гномы поспешно встали так, чтобы укрыть хоббита от Короля. Бофур помог ему подняться. На его лице Бильбо увидел ужасную тоску и какой-то непередаваемый ужас, как если бы Торин сейчас действительно собственноручно казнил его. - Бильбо… - Ничего. Мне не больно. - Мне так жаль… Давай, скорее. Он спустился по веревке, стараясь не слушать, что там о нем говорил Король гномов. Его сердце и так было разбито. Оказавшись на земле, Бильбо поспешил к бросавшему на него обеспокоенные взгляды Гэндальфу. Пока Бард снова пытался добиться какого-то ответа от Торина, Волшебник быстро провел над хоббитом рукой, пробормотав какое-то заклинание, после чего смерил его извиняющимся взглядом. - Прости меня, дружок. Не уберег я тебя. Бильбо собирался уже сказать, что не страшно, переживет, но Король-под-Горой опять стал выкрикивать угрозы, и Маг вернулся к попытками вразумить его. Почувствовав на себе чей-то внимательный взгляд, Бильбо поднял голову, и понял, что на него с холодным сожалением смотрит сам Владыка Лихолесья. Творилось что-то явно нехорошее. Когда на стену рядом с Торином сел ворон, Бильбо на мгновение понадеялся, что это добрый знак - птицы возвращаются к Горе. И снова напрасно. Ворон оказался предвестником отнюдь не мира, лишь большей беды. Прибыл Даин Железностоп. Дальше все завертелось в ужасном водовороте из криков, оружия и первой крови. И к счастью, и к горю, стычка гномов и эльфов не успела развернуться в полной мере. Раздался ужасный гул, и из ближайших холмов с грохотом вылезли жуткие твари, в существование которых Бильбо не поверил бы, если бы не видел их в этот самый момент. - Червеоборотни… Из огромных ходов хлынул бесчисленный поток орков. Началась настоящая Битва. Пока гномы и эльфы сдерживали первую волну их общих врагов, сражаясь плечом к плечу, словно и не было у них разногласий, люди стали отступать в Дейл. Гэндальф последовал за ними, подгоняя Бильбо. Как будто его нужно было подгонять! Они вбежали в ворота последними, за ними верхом въехал Бард, после чего несколько человек завалили проход камнями и досками. Конечно, смысла в этом не было, но это было хоть что-то. Воспользовавшись этой короткой передышкой и быстро переведя дух, Гэндальф снова подошел к Бильбо и стал водить над ним руками. - Плохо дело. О нет, этого я и боялся! Твои волосы. - Что? О чем ты? Что с ними? Бильбо поднял Жало, пытаясь разглядеть свое отражение на лезвии меча. Убедившись в бесполезности этого занятия, он оттянул челку и так и замер. - Гэндальф? Ты тоже видишь, что мои волосы серые? Что происходит?! - Те слова, что Торин произнес на стене - это было страшное проклятье. Для гномов предатель хуже заклятого врага. И все же, не думал, что знание о подобном еще сохранилось… Примерный смысл - “пусть окаменеет сердце того, кто меня предал, и да обрушится на этого бесчестного гнев Гор”. Торин ранил твое сердце магией. Если это не исправить, ты весь превратишься в камень уже к закату. Навеки. Бильбо неверяще посмотрел на Мага. В камень? Навеки?! Нет, не может быть… - Что? Нет… Ты сможешь меня вылечить? - Я не могу! Прости, Бильбо, это не в моих силах. Я знаю лишь, что в противовес предательству может быть только преданность. Однако, проклятье такое сильное, что и доказательство ответного чувства должно быть не слабее. Также, могу предположить, что Торин должен простить тебя. - Но он никогда меня не… И что же… Что же теперь будет? - Ох, Бильбо… Не будь мы посреди поля битвы, я бы обязательно что-нибудь бы придумал! Мне жаль… Прости, это моя вина. Никогда прежде Бильбо не видел Гэндальфа таким беспомощным и несчастным. Глубоко вздохнув, хоббит постарался успокоиться. Действительно. Война никуда не делась. Зато он теперь наверняка знает, что ему суждено. Это тоже неплохо, в конце-то концов - есть время смириться со своей судьбой. Все ведь когда-нибудь умрут! Он вот сегодня. Как и сотни гномов, людей и эльфов... Вот и все. Не так уж и страшно. Бильбо вытер набежавшие слезы рукавом и постарался улыбнуться. - Нет, Гэндальф, не извиняйся. Я ведь еще живой! До заката еще далеко. Давай разбираться с проблемами по одной! Пошли скорее, я слышал, как кто-то кричал… Маг невесело улыбнулся ему в ответ, и они поспешили на помощь людям. Орки были везде. Позабыв самого себя, Бильбо так неистово рубил этих тварей, что даже он вдруг оказался полезен в бою. И даже один раз спас Гэндальфа от подошедшего к Магу со спины орка. Уже немало! Бильбо не знал, сколько все это продолжалось. Должно быть, долго, судя по тому, каким уставшим он себя чувствовал. Руки тяжелели с каждой минутой. Набатом отзывалось сердце. Неожиданно со стороны Эребора раздался звук боевого рога, и Бильбо выбежал на какой-то переход, чтобы получше рассмотреть происходящее. - Гномы! Они воспряли духом! И он с волнением повернулся к Гэндальфу, который появился вслед за ним. Тот выглядел обнадеженным. - Гномов воодушевил их Король! Это значит… Торин справился! Он вышел, чтобы биться вместе со всеми! Да, такое не могло не воодушевить. Возвращаясь на улицы города, чтобы снова стать участником сражения, одним из, частью общей картины этой ужасной бойни, Бильбо едва слышно прошептал. - За Короля. И снова бесконечное количество ударов, взмахов мечом, криков и падающих безжизненных тел. Удивительно, как его до сих пор не убили? Бильбо даже посетила идея, что по сравнению с другими он такой маленький и неприметный, что орки его просто не замечают. Бильбо с силой замахнулся и очередной его противник упал замертво. "Вот так! Это как по невнимательности наступить на гвоздь! Вот что бывает, когда не смотришь под ноги!". Но как бы сильно не было желание хоббита помочь, силы все равно быстро покидали его. Слишком быстро. Бильбо укрылся за стеной полуразрушенного и сгоревшего еще много лет назад здания, чтобы отдышаться. Чувствуя подозрительную слабость и онемение в руках, он хотел было растереть их и согреть дыханием, как делал всегда, когда мерз, но тут вдруг понял. Ему ведь не было холодно сейчас. С ужасом он опустил взгляд на свои пальцы - они выглядели, словно он испачкался в пыли, а ногти приобрели какой-то неестественный серовато-фиолетовый оттенок. Губы предательски задрожали. Бильбо зажмурился, потом снова открыл глаза и часто заморгал, отгоняя непрошенные страх и отчаяние. И тут он заметил движение на подступах к Вороньей высоте. Это же…! - Гэндальф! Потерявшийся в пылу схватки с гигантским мерзким троллем Волшебник почти сразу оказался подле него. От вида храбро скачущего на горном баране Короля-под-Горой вернулась былая вера в благоприятный исход. Как круги наконец перестают расходиться после упавшего в воду камня, и гладь становится невозмутима, так и мысли хоббита снова прояснились, и на душе стало значительно спокойнее. Торин в порядке. Он здесь, а остальное не так важно. - Это Торин! - С ним Фили, Кили и Двалин. Он взял своих лучших воинов. - Зачем? - Отрубить голову змеи. Сзади раздался стук копыт и к ним подъехали Леголас и та девушка, Тауриэль. Бильбо помнил и принца, и ее по их приключениям в Лихолесье. А также Кили, кажется, упоминал об эльфийке в своем рассказе о том, что случилось в Эсгароте после их отплытия, раза два… Хотя может и двадцать два, но кто считал? - Гэндальф! - Леголас Зеленолист! Принц и Тауриэль спешились, и Леголас подошел к Волшебнику. Вид у него был отнюдь не радостный. Бильбо насторожился. - На подходе вторая армия! Больг ведет сюда орков Гундабада. Они совсем рядом! - Гундабад! Они давно это спланировали... Нет, этого не может быть! У них же только появился шанс выиграть! Хотя… Кого они обманывают? - ...Азог отвлекает наши войска, а затем Больг наносит удар с севера, чтобы отрезать нас. Бильбо даже в сердцах подумал, что уже надо было привыкнуть к факту, что в последнее время любой проблеск надежды оборачивается лишь трагедией. - Север?! А где у нас север? Что там? Гэндальф посмотрел на полурослика пронзительно и словно извиняясь за то, что собирался сейчас сказать. - Воронья высота. - Но ведь Торин сейчас там! И Кили, и Фили, и Двалин, они все там! Он обернулся. Орочьи стяги зловеще возвышались в тумане, не оставляя никакой надежды. И вокруг только хаос, смерть и разрушения. Когда Гэндальф попросил Трандуила отправить отряд к Вороньей высоте, Бильбо запретил себе даже удивляться тому, что Владыка Лихолесья отказался. Разве могло быть иначе? Очень некстати было и то, что, судя по ощущениям, ноги тоже начали каменеть, хотя об этом сложно было судить наверняка - они все были в крови и грязи, а руки уже плохо гнулись. Похоже, времени у него оставалось меньше, чем он рассчитывал. Что же, таком случае надо поторопиться. - Я пойду. - Не говори глупостей! Тебе не добраться туда. “О, еще посмотрим!” - в этой мысли даже сквозил некий отчаянный азарт. - Это еще почему? - Потому что они увидят тебя и убьют. А вот на такой случай у Бильбо был еще последний козырь в рукаве. Точнее, в кармашке. - Это вряд ли. Они не увидят. К тому же, разве не могу я попробовать сделать что-нибудь полезное? Я и так, и эдак обречен. Чем мы рискуем? Напоминание о безвыходности положения будто застало Мага врасплох, отчего ему не удалось скрыть от хоббита всей глубины своего горя. Оттенить его не смог даже крайне недовольный тон. - Это не обсуждается! Я не разрешаю! Бильбо был до глубины души тронут. Но все же этого было недостаточно, чтобы остановить его. Он ухмыльнулся и тихо сказал, с решимостью глядя Волшебнику в глаза. - Я не спрашиваю твоего разрешения. Маг хотел было возразить еще что-то, но так ничего и не сказал. Лишь глаза его заблестели ярче обычного. - Прощай, Гэндальф. Бильбо улыбнулся самой радостной улыбкой, на какую у него сейчас хватило сил, и протянул руку. Гэндальф пожал ее, и, будто поняв что-то, кивнул. - Прощай, Бильбо Бэггинс. Да помогут тебе Валар! Ненадолго задержав взгляд, Бильбо сделал несколько шагов спиной, после чего развернулся и забежал за ближайший поворот. В черно-белом мире Кольца ориентироваться было сложнее. Бильбо бежал, опираясь на примерное представление и собственное предчувствие. Бежал, ощущая, как тяжелеет с каждым ударом сердце, как подворачиваются ступни, как каменеют руки. Он не может опоздать! Он во что бы то ни стало должен успеть! Даже если это последнее, что он сделает, он должен попытаться спасти своих друзей. Спасти Торина. Бильбо не злился на гнома. Честное слово. Торин наверняка жалеет, что сказал такое! Это ведь он не со зла, это все недуг… И если Бильбо должен пожертвовать жизнью, чтобы спасти своего… То он сделает это. Кольцо словно усугубило его состояние - обращение ускорилось. Выбравшись из самой гущи событий, Бильбо снял его, пока пальцы еще хоть немного слушались - они почти полностью остолбенели, приобретя желто-серый оттенок. По запястьям стремительно расползались темные пятна, какие бывают на камнях с примесями других пород. Секундная передышка. И снова бегом. Самым сложным оказался подъем вверх. Сил почти не осталось, а склон был бы слишком крут для него даже в нормальном состоянии. Двалин Шаг. Фили Шаг. Кили Шаг. Торин Когда он все-таки поднялся, глазам его открылась самая страшная, немыслимо жестокая сцена из всего, что он успел увидеть. Били барабаны. Мерцал свет. А на вершине башни Азог волочил отчаянно сопротивляющегося Фили к краю. Подняв молодого принца над пропастью и крича что-то на черном наречии, орк замахнулся, чтобы пронзить его лезвием, что служило ему продолжением руки. Внезапно Фили резко ударил кулаком, в котором сжимал небольшой нож, задев им удерживающую его руку. От неожиданности Азог ослабил хватку. И Фили, оттолкнувшись, прыгнул вниз. Бильбо не мог видеть, как он упал - обзор закрывала другая часть строения. Но там ведь не меньше двадцати ярдов…! Остаться в живых после такого…? Нет, этого не может быть… Как же так…?! Этого не должно было случиться! Мысль просто не укладывалась в голове. - Кили! Шок слишком сильно оглушил Бильбо, поэтому он не успел окликнуть Торина, когда тот кинулся к башне. Зато это успел сделать Двалин. Гном собрался было бежать за своим Королем, когда черным вихрем с севера налетели огромные летучие мыши. Двалин обернулся и вдруг заметил полурослика. - Бильбо! Ты откуда?! Резкое движение вокруг привело Бильбо в чувства, и он побежал навстречу гному. - На подходе вторая армия! Башня окажется в окружении! Я пришел предупредить! Собственный голос показался хоббиту чужим - хриплым и слабым. Двалин быстро осмотрел его, и, заметив очевидное, с грустью кивнул. Потом вдруг перевел взгляд куда-то в сторону. - Поздно. Бильбо резко обернулся. Орки были уже здесь. Двалин схватил его за плечо, подталкивая к лестнице, ведущей к проходу к бастиону. - Разыщи их! Я разберусь! Ну же, пошел! Бильбо быстро как смог спустился по ступеням, но не выдержал и обернулся. Орки наступали со всех сторон, однако никто на свете сейчас не смог бы пройти мимо храбро сражавшегося воина. “Я должен верить! Двалин сказал, что разберется. Гномы всегда держат свое слово! Всегда...” И Бильбо снова побежал вперед. Он пытался звать Торина и Кили, но голос его тонул в порывах ветра. И тут он понял, что кто-то еще зовет младшего принца. О, неужели...? - Тауриэль! Бильбо поднял голову, пытаясь разобрать, откуда он это услышал. Выше и правее… Если Кили сейчас там, Тауриэль наверняка найдет его быстрее. Остается Торин. Бильбо больше не мог бежать быстро. Он вообще больше не мог бежать. Видимо, он двигался достаточно медленно, что его даже никто не заметил - иначе тот факт, что его еще не убили, объяснить было трудно. Так тяжело… Так холодно… И, как бы он не храбрился, очень и очень страшно. Бильбо брел и тихо звал, зная, что никто его не слышит. И вряд ли уже услышит. - Торин… Торин, где же ты? Стоило ему зайти на нижний ярус башни, как где-то раздался какой-то невероятный грохот, а спустя еще несколько минут с севера донесся тяжелый звук барабанов и военных труб. Когда Бильбо, содрогаясь, едва удерживая равновесие, вышел обратно к замерзшей реке, он увидел то, о чем и подумать не мог. Орлы! Орлы уже здесь! Разрезая небо огромными крыльями, они пикировали на подошедшую армию орков, с легкостью вонзаясь в их строй и разбивая его мощными ударами. Есть еще надежда… И тут он услышал лязг металла и треск. Совсем рядом, на замерзшем водопаде, на расходящемся узорами обломков льду сражался Торин. Бледный орк крутил кистень, словно камень ничего не весил для него. Гном уворачивался как мог. Но одно неверное движение, и орк задел его. Король упал, а Оркрист отлетел на несколько метров в сторону. - Торин… Бильбо больше не чувствовал ничего. Исчезли страх, боль и отчаяние. Разум его был совершенно чист. И не осталось ничего. Кроме одной мысли.

Он не может позволить Торину умереть.

Азог наступал медленно, не отводя взгляда бездушных белых глаз, насмешливо ухмыляясь на попытки гнома дотянуться до своего меча. Он замахнулся. - Нееет! Бильбо оказался между Торином и орком в ту секунду, когда лезвие уже опускалось, чтобы лишить жизни Короля. Вытянув оцепеневшую руку, он закрыл собой Торина. И в эту же секунду все прекратилось. Лишь последний выдох мог служить мимолетным напоминанием о том, что каменная статуя была когда-то кем-то живым. Меч разлетелся на мелкие кусочки, а бледного орка отбросило, словно взрывной волной, так, что он упал на разошедшиеся льдины. Плеск воды, треск, звуки бесполезной борьбы. И Азог быстро ушел под лед, утянутый вниз тяжестью собственных доспехов. А Торин пораженно смотрел на все это, не в силах поверить собственным глазам. - Бильбо! Король быстро встал, обошел застывшего хоббита и осторожно коснулся его лица. - О, Бильбо… Нет… Нет! Каменные глаза смотрели решительно, без тени сожаления. Торин осторожно провел рукой по отвердевшим серым волосам. - Что я наделал?! Прости меня, Бильбо! Как я мог…?! Торин упал на колени, хватаясь за оледеневшие полы каменного плаща. Слезы медленно стекали по его щекам, обжигая замерзшую кожу, но сейчас это не имело никакого значения. Бильбо был мертв. Из-за него. Единственный, кого эта война не касалась. Единственный, кто поступил правильно, кто готов был пойти на все, чтобы избежать кровопролития. Единственный, кого Торин когда-либо любил так, как можно любить лишь однажды. Он ведь так и не признался ему в этом. Принял свои чувства только в Эсгароте, и тогда же решил сначала завершить начатое, вернуть дом, и лишь после этого уже предлагать Бильбо остаться с ним. А потом… Если бы он только не был так слаб, не отвернулся бы от тех, кто всегда был ему предан, не поставил бы золото превыше родных, все было бы иначе! Когда Торин смог освободиться от проклятья, то осознание всего, что он натворил, обрушилось на него беспощадным горным обвалом, накрывая неподъемным бременем вины. Он шел в бой с мыслями о Родине, о доме, о своих товарищах. И о Бильбо. Он молил Махала, чтобы хоббит смог его дождаться, чтобы тот был в безопасности. Торин не мог простить его. Потому что Бильбо не был перед ним виноват. Где-то там медленно догорала битва. Однако, вне зависимости от ее исхода, Торин уже проиграл. Фили... Нет. Невозможно. Кили? Кажется, Торин слышал, как кто-то звал младшего племянника по имени. А потом тот же голос отчаянно кричал, переполненный потерей... И Бильбо. Его Бильбо. Торин был ослеплен, и потерял самое дорогое, что имел. А теперь уже поздно. Ничего уже не изменить. Рядом вдруг послышались торопливые шаги. Повернувшись, гном заметил подошедшего Гэндальфа. - Нет! Опоздал. Торин медленно поднялся и вытер слезы. Что ж… Это конец. Не спас, не уберег. А теперь надо делать, что до́лжно. У него еще остались грехи, которые надо искупить. Долги, по которым надо расплатиться. Вот только как перед мертвыми ему теперь держать ответ? Мир уже никогда не будет для него прежним. Стерлись линии, пали стены, погас свет, и навеки наступила тьма. - Лучше бы умер я… Торин сказал это очень тихо, и Маг не услышал его. Или сделал вид, что не услышал. Король еще раз взглянул на Бильбо. Камень остался неподвижен и безучастен к его словам. Прикрыв глаза и бережно обняв хоббита за плечи, Торин прижался лбом к холодному лбу. - Прощай, Бильбо. Аmrâlimê. Отныне и навсегда - сердце гнома тоже будто обратилось в камень. И все, что у него осталось - пустота, заполнить которую не сможет уже ничего. Несколько секунд было тихо, будто весь мир перестал существовать. И тут Торин услышал тихий, рваный вздох. Он резко открыл глаза и немного отстранился. Медленно превращаясь в легкую, тут же разлетающуюся пыль, камень трескался, осыпаясь, словно сухая краска. А под ним… - Бильбо! Хоббит встал ровнее, немного покачнувшись, и посмотрел на него ясными, удивленными глазами. Он снова выглядел, как и прежде, а от камня осталось только немного серого песка на одежде и в кудрявых русых волосах. - Торин? Гном вымученно улыбнулся и с силой прижал его к себе. Потом опять немного отступил, но только чтобы осмотреть его с ног до головы и остановить взгляд на серо-зеленых глазах. - О, Бильбо! Как же это…?! Я поддался безумию, навлек на всех беду, сказал те ужасные слова, а ты все равно, умирая, пожертвовал собой ради меня? Почему? Бильбо чуть дернул плечом и, опустив взгляд, глубоко вздохнул. А потом с тоской и вызовом посмотрел на гнома. - Тебе это может не понравится, но… Я люблю тебя. Торин посмотрел неверяще и сурово. Потом медленно коснулся теплой щеки. И, с обреченной радостью ухмыльнувшись, осторожно поцеловал сухие, но такие теплые, живые губы. Испугавшийся было снова увидеть ненависть в синих глазах полурослик тихо всхлипнул и сразу же обнял Короля в ответ, словно опять пытался закрыть его собой от всего мыслимого и немыслимого зла. Их прервал Гэндальф, напомнив им о своем присутствии тихо хмыкнув. - Кхм, ну конечно… Любовь! Знак истинной любви развеет чары! Удивительно, как любопытно получилось. Не переставая обнимать Бильбо, Торин повернул голову в сторону Волшебника, и, судя по выражению лица, собрался высказать какую-то неприятную мысль. Однако тут они заметили кого-то, идущего со стороны башни. Поддерживая сильно израненного, но - о чудо! - живого Фили, к ним стремительно шел Двалин. Махнув рукой, воин громко крикнул. - О, храни вас Дурин, вы живые! Ну, Торин, еще раз такое выкинь, и я тебя сам укокошу! - Фили! Двалин! Они быстро оказались рядом, и Двалин усадил молодого гнома на камень, чтобы Гэндальф мог спокойно начать лечить его магией. У Фили была сломана нога, вывернута рука, а все лицо было в ссадинах, но, тем не менее, держался он вполне сносно. Бильбо был невероятно счастлив, хотя и не менее озадачен. - Фили?! Мы же видели… Как же ты уцелел? - Ну, уцелел - это громко сказано! Фили поморщился, когда Двалин помог Волшебнику резким движением вправить вывихнутую из сустава руку. - Но да, я тоже подумал, что умру. Однако, дорогой наш Мистер Бэггинс, нужно что-то посерьезнее, чем небольшой полет, чтобы сломить гнома. Я упал не прямо, а отскочил от другого выступа. Даже сознание не потерял. Жаль только встать не смог, чтобы остановить Кили… Торин тут же снова поменялся в лице, бледнея. - Так он все-таки…? - Нет. Он жив. Хотя его и очень сильно ранили. Та рыжая эльфийка унесла его, сказала, что к своим. Она его однажды уже вылечила, надеюсь, сможет и в этот раз. Торин нахмурился, однако промолчал. Он встряхнул головой, словно отгоняя неприятные мысли, отчего его темные с серебряными нитями волосы заметались из стороны в сторону. Бильбо бережно коснулся его руки. Торин повернулся к нему, тут же перехватывая его ладонь и крепко сжимая своей. Лицо Короля было непроницаемо, но синие глаза выдавали его волнение, страх и сожаления. Бильбо ласково улыбнулся и негромко сказал. - Пойдемте отсюда. Если битва и кончилась, то у нас все равно найдется еще много дел. Дел и вправду оказалось много. Битва была выиграна, но праздновать было еще рано. Когда они спустились, выбирая самый пологий путь, на поле уже развернули первые палатки для раненых. Вокруг ходили эльфы и гномы, иногда встречались и люди. Гэндальф исчез, забрав с собой молодого принца. Торин стал отдавать приказы гномам, выясняя какие-то важные подробности. А Бильбо просто шел за ним, не в силах оставить Короля ни на минуту. Насколько Битва была ужасным мероприятием, настолько же неприятной и опустошающей оказалась уборка ее последствий. Кровь, костры и трупы. Горы трупов. Конечно, Бильбо мало что успел сделать, пока Торин все-таки не отослал его в палатку с Оином под предлогом проверки самочувствия их товарищей. Это оказалась ловушка, и койка предназначалась для самого Бильбо. В итоге, после кратких переговоров, старый лекарь смог заставить хоббита отдохнуть. Но запах костров и стальной привкус крови во рту не оставили того даже во сне. Когда Бильбо проснулся, небо на востоке уже побелело - приближался рассвет. Он вышел из шатра. Вокруг было намного тише, чем раньше, но суета не прекратилась, а лишь переместилась в сторону самой Горы и Дейла. Обведя взглядом полуживую пустошь, Бильбо почувствовал себя все же лучше, чем до этого. Он направился к Главным воротам Эребора, которые теперь представляли из себя зияющую дыру. Почти у самого входа его кто-то окликнул. Это оказался сам Король-под-Горой. - О, Бильбо, вот ты где. Ты как? - Я в порядке. Честно. А ты? Как Кили и Фили? - Ступня у Фили оказалась почти раздроблена, да и спине досталось. Но жить будет. А Кили… Трандуил его спас. Заметив удивленное выражение лица полурослика, Торин криво усмехнулся. - Да, спас. Подозреваю, мне на зло. Ну и черт с этими остроухими! Пусть уже долечивают всех и убираются в свой поганый Лес. Бильбо лишь выразительно выгнул бровь и скептически смерил гнома взглядом. Тот чуть сжал челюсть, но все же, погодя, добавил. - Я имел в виду, если им так нравится в тех проклятых зарослях, то я буду рад, когда они благополучно вернутся домой. И не волнуйся, получит Трандуил свои самоцветы. И люди свое золото получат. А Аркенстон вернется в Гору. От упоминания того, из-за чего все началось, Бильбо сразу растерял весь свой запал. Он стал бормотать извинения, однако Торин быстро прервал его жестом. - Не будем об этом. Это в прошлом. Ты поступил плохо, и все же как настоящий друг, спасти нас хотел… Это я должен извиниться. Ты дашь мне шанс загладить свои поступки? - Конечно! То, что ты жив, уже великое счастье. Так что… Просто больше не сходи с ума, это все, что я смею просить. Торин расслабленно улыбнулся одними уголками губ, и, бережно взяв его руку, поцеловал в раскрытую ладонь. - Боюсь, для этого тебе придется остаться здесь и следить за мной, мой добрый вор. К тому же, я не люблю терять то, что так дорого моему сердцу. Что скажешь? В легком смущении Бильбо отвел взгляд и кивнул. Все казалось так естественно и просто, как будто иначе и не могло быть. Бильбо посмотрел на Гору, которая скоро должна будет стать ему домом. - Хорошо, когда Ворота открыты… - Такого больше не повторится. Я был ослеплен, но впредь я не допущу подобного. Торин немного помрачнел, обведя взглядом поле недавней битвы. Накрыв ладони гнома своими, Бильбо подошел к нему вплотную, снова заглядывая в задумчивые сапфировые глаза. - Все наладится, вот увидишь. Новый день укажет путь. - Хочется верить, Бильбо… Торин перевел взгляд на мутный белый диск, выплывший из-за холмов отрога и теперь медленно поднимавшийся по небу. - ...Хочется верить. И что бы не ждало их впереди, они справятся. Вместе. Навеки.