Ты знаешь, у нас будут дети

- Сегодня у Габриэля день рождения, - поведал Михаил, устанавливая на стол большой торт с четырьмя свечками и поглядывая на малышей, сидящих кругом. - А что это значит? - спросил Сэм, восхищенно глядя то на торт, то на Габриэля. Тот выглядел задумчивым и как будто приглядывался и примерялся, сможет ли он всё это съесть. - Это значит, что четыре года назад он появился на свет. Сейчас вам всем три года, а Габриэлю с сегодняшнего дня уже четыре года. И по этому поводу у него праздник, - объявил Люцифер с улыбкой. Кажется, он был страшно горд тем, что его малыши растут. - Это значит, что весь этот торт - мне? - уточнил Габриэль с затаённой надеждой. Этот торт, кажется, был размером с его голову. - Нет, торт мы будем есть все вместе, - покачал головой Михаил, подходя к столу с большим ножом. - Но тебе мы подарим подарки, они будут только твои. - А у нас тоже такое будет? - уточнил Дин с сомнением. Ему не нравилось то, что праздник только для Габриэля. Он, кажется, даже немного завидовал. Хотя нет, не немного. Он страшно завидовал. - Конечно, через какое-то время и вам всем будет четыре, надо только подождать, - Люцифер присел за один из стульев, позволяя Михаилу расставить четыре маленьких аккуратных свечки. - А сейчас, Габриэль, мы зажжём свечи, а тебе надо будет их все все задуть. Но перед этим загадать желание. - Да, - подтвердил Михаил, зажигая поочередно все свечки небольшой зажигалкой. Люцифер, со стула дотянувшись до выключателя, погасил свет, чтобы огонь выглядел ещё красивее. - Я хочу мировое господство! - решительно заявил Гейб, приподнимаясь на своём стуле и придвигаясь ближе к торту, так, чтобы наверняка задуть пламя. - Вообще-то не надо говорить своё желание вслух, - заметил Люцифер, проглотив "мировое господство" без особых эмоций. Габриэль любил телевизор, любил фильмы про борьбу со злом и любил злодеев, особенно главных и умных, а потому такому его желанию не стоило удивляться. - Но в первый раз можно, - добавил один из старших архангелов, чтобы не обидеть ребёнка. - А теперь дуй, - Михаил хотел было предложить остальным тоже поддержать Габриэля и подуть на свечи вместе с ним, но потом он решил, что тот и сам прекрасно справится, а обижать его, делая из его обязанности, почётной и священной, общую, не хотелось. - Ура! - надув щёки так, словно он собирался спрятать там по меньшей мере половину своего конструктора, и резко дунул. Свечки не просто погасли, они, вместе с некоторой частью крема, слетели с торта и оказались прямо на скатерти. - Теперь твоё желание точно сбудется, - восхитился Кастиэль. Да уж, с такой силой захватить власть над миром - плёвое дело. Люцифер поднялся и, взяв тряпку, принялся вытирать стол от крема. Михаил, выкинув свечки, быстро и ловко порезал торт на шесть частей и разложил кусочки по тарелкам. - Можете кушать, - объявил он, торжественно вручая малышам ложки. Люцифер между тем разлил по стаканам яблочный сок. - А что значит, что Габриэль старше нас? Это значит, что он умнее? - спросил Кастиэль, осторожно соскребая крем со своего кусочка и перекладывая его на тарелку Дина. - Не совсем. Это значит, что он живет немного дольше. И появился на свет раньше, когда вас ещё не было, - попытался объяснить Люцифер, отламывая немного торта и пытаясь погладить второй рукой бедро Михаила, сидящего рядом. - А что значит, что он появился раньше? То есть он был, а нас не было? - на этот раз вопрос принадлежал Сэму, который только со странным выражением лица, похожим на ужас, наблюдал за тем, как быстро исчезает во рту Гейба кусок торта. - Да, именно так, - спокойно ответил Михаил, шлёпая возлюбленного по руке. Не при детях же такое творить, пусть даже и под столом. - А где тогда были мы? - спросил Кас, выражая беспокойство, появившееся одновременно на лицах всех трёх малышей. Действительно, где они были, когда их не было здесь? Михаил и Люцифер переглянулись. Ни одному из них не приходило в голову, как именно рассказать детям о таких вещах. - Разве это не очевидно? - бросил Габриэль с чувством тайного превосходства. Он теперь старше, а значит, намного умнее. - Вы были в шкафу. Или под кроватью. Как тогда, когда мы с Сэмом прятались, пока Дин и Кас... - Да-да, именно там вы все и были. Просто... Не помните, - быстро ухватился за предложенную подсказку Люцифер. - Ну давайте, кушайте торт, а то он потом станет невкусным. - Ага, - кивнул Сэм, берясь за ложку. Кажется, такое объяснение вполне устроило всех малышей. По крайней мере они все принялись за торт и, похоже, совсем забыли о вопросах, касавшихся их появления в этом мире. - Разворачивай, - Михаил протянул Гейбу большую коробку, завернутую в яркую оберточную бумагу. Тот, быстро схватив подарок, неумело, но быстро порвал обертку и, раскрыв картонную коробку, взглянул на её содержимое. - Ваау, - протянул он восторженно, глядя на свой подарок. Его глаза загорелись полным восторгом, при взгляде на котором Люцифер испытал сладкое чувство удовлетворения. Кажется, с подарком они вполне угадали. - Это то, что ты так сильно хотел? - уточнил Кас, засовывая нос в коробку. Ему эта вещь казалась совершенно ненужной, даже бесполезной, но Гейб её очень хотел. Наверное, потому он и хотел её так сильно, что кроме него она никому не была нужна. - Ага, это именно оно, - Габриэль потёр руки, не решаясь вытащить свой подарок из коробки. Он хотел продлить это ощущение триумфа и трепета, которое он испытал, впервые увидев вожделенный предмет. Ему хотелось гладить его, не вынимая из коробки, смотреть, даже поцеловать, чтобы получить более полное наслаждение. - Если ты старше, то ты первее всех умрёшь, - вдруг сказал Дин, которому всё ещё было обидно и завидно, а потому нужно было срочно поддеть Габриэля, отомстив за все эти рассуждения о силе и размере. Не вечно же Гейбу оказываться победителем. - Дурак ты, - вздохнул Габриэль, который был слишком занят своим подарком, чтобы ещё и вступать в споры с Дином, который всё равно ничего не понимал. - Я никогда не умру, совсем. Ай! - это Сэм два раза ударил друга ладошкой по губам, чтобы тот не произносил плохих слов и не ругался на Дина. - А ты не ругайся, - сказал Сэм, тоже поглядывая на подарок, который вручили его другу. Он не был так впечатлен, как Гейб, но и не считал этот предмет совершенно бесполезным. Потому что Габриэль просто не мог хотеть нечто бесполезное, иначе он перестал бы быть собой. У этого предмета должна была быть по меньшей мере тысяча различных назначений. А если их и не было, то Гейб просто обязан был их придумать. У него ведь была богатая фантазия. И Сэму было бы интересно взглянуть на то, какую роль будет играть этот загадочный предмет, который так радовал Габриэля. - А что это? - уточнил Кастиэль, которому первым пришло в голову признаться, что он не имеет ни малейшего представления о том, что это лежит в такой красивой коробке. Он вообще мало боялся показаться глупым, даже рядом со своим законным мужем. Дину признаваться было стыдно, а Сэм... Он слишком был поглощен размышлениями, а потому не мог выбрать один вопрос, лишив себя надежды на догадки, удачные и не очень. - Это лодка, - торжественно заявил Габриэль, протягивая руки к коробке. - И ещё это оружие. И можно в этом кататься с лестницы. И носить что-нибудь... - и, протянув руки, малыш извлёк из красивой коробки, обернутой подарочной бумагой, большую жёлтую каску, предмет своего вожделения на протяжении почти целого месяца.