Ты знаешь, у нас будут дети

- А что значит быть сверху? - тихо спросил Кастиэль. Малышей уже уложили спать, но спать почему-то не хотелось, и Габриэль зажёг лампу, чтобы можно было ещё немножко поболтать. - Это значит доминировать! - припомнил Гейб новое и очень крутое слово, которое совершенно точно где-то слышал. Дин и Сэм взглянули на него с заметным уважением - слово звучало весомо и вполне уместно. - А что значит доминировать? - спросил Кас, которому не стало особенно понятнее, чего именно хотел Люцифер. Да, дети, конечно, всё слышали. Потому что дети всегда слышат именно то, что говорят в их присутствии в надежде, что они пропустят это мимо ушей. - Это значит быть главным, - с наигранной усталостью пояснил Габриэль. Этот тон он видит в каком-то сериале, где отец (судя по всему не очень-то и хороший) именно так разговаривал с надоедавшими ему детьми. Не то, чтобы Кастиэль или даже Дин с Сэмом надоедали Гейбу, но ему нравилось казаться старше и умнее, чем они. - То есть тот, кто сверху, тот и главный? - уточнил Дин, подтягивая к себе ноги. Это было на самом деле разумно. Он давно замечал, что Михаил пусть немного, но главнее Люцифера. Например, именно Михаил мог сказать второму взрослому, что делать, а никак не наоборот. Получается, что Люцифер попросил у Михаила хотя бы сегодня побыть главным. Разумно. - Именно так, - важно согласился Габриэль, поднимаясь на коленки и принимаясь искать под подушкой шоколадку, которая обязательно должна была там быть, он в это верил. А если он во что-то верил, значит, так и должно было быть. - А как это, "быть сверху"? - полюбопытствовал Кастиэль. Он видел много возможностей. Например, быть сверху могло значить быть выше. Или каким-то образом стоять выше, чем другой человек. Но он никогда не замечал, как это могло быть применено к родителям. - Всё просто. Один ложится в кровать, а второй ложится сверху, - махнул рукой Гейб, тут же припоминая, что Люцифер говорил про сегодня. Получается, что нужно было как-то объяснить, как положение в постели влияет на положение в течении всего дня. - И кто ночью лежал сверху, тот утром и до вечера будет главным! - на ходу придумал Гейб, улыбаясь своей идее. Если бы ещё только шоколадка нашлась... Неужели, её кто-то съел? Неужели он сам её съел? Да как он мог так подло поступить в отношении будущего себя! - А если мы все спим в разных кроватях, значит, у нас никто не главный? - спросил Сэм резонно, оглядывая малышей. Действительно, среди взрослых главный Михаил, а среди них, получается, никто. - Мы можем решить это прямо сейчас, - Дин внимательно оглядел всех присутствующих. Кастиэль и Сэм сразу напряглись, представляя, как именно Дин будет бороться с Габриэлем за право лидерства. Кас от ужаса икнул. Он честно признавал, что сам он совсем не главный, а значит, именно он ляжет первым. На нём, конечно, устроится Сэм, потому что он пусть и главнее, но всё-таки меньше доминирует, чем Дин или Габриэль. А дальше либо Дин, либо Гейб, это уже не так важно. И получится, что на Кастиэле будет лежать как минимум трое. Наверное, это больно. - Ну, главным можно быть только среди двоих, - пояснил Габриэль, тоже опасаясь того, что они устроят кучу-малу и кому-нибудь навредят. - Один доминирует, а второй подчиняется, - это утверждение не было лишено логики, так как в постели всегда должно лежать именно двое, следовательно, сверху может быть только один, как и снизу. Дину совершенно нечем было крыть. - Хорошо, тогда давай решим это прямо сейчас! - Дин вскочил со своей кровати и выбежал в центр комнаты. Гейб, бросив тщетные поиски шоколадки, последовал его примеру и оказался прямо напротив заклятого друга, таращась на него самым устрашающим из всех своих взглядов. - Я буду сверху, - заявил Габриэль уверенно. Он знал, что легко сделает Дина. Может, не с первого раза, может, только с помощью хитрости, но обязательно сделает. Потому что Гейб был рождён, чтобы побеждать. - Нет, я буду сверху, - Дин знал, что обязательно одержит победу. Он просто не мог уступить Гейбу, тем более, когда на них смотрели Сэм и Кастиэль. Габриэль может думать о себе всё, что угодно, но Дин - победитель по жизни, он не может остаться в проигрыше. - Нет, я! - Гейб попытался устрашить противника, приблизив своё лицо к его лицу, но из-за разницы в росте получилось как-то не очень. Точнее - совсем не получилось, чего уж тут. - Я, я, я и только я! - Дин стремился показать свою решимость, широко разведя руки. Аргументов у него не было, конечно, но он надеялся, что Габриэль не опустится до того, чтобы пытаться аргументировать свою позицию - это, в конце концов, просто бесчестно и подло. - Дин, - позвал сзади Кастиэль, у которого от ужаса ситуации за спиной появились пушистые белые крылышки, тут же сжавшиеся и как будто попытавшиеся спрятаться. - Дин, ты можешь доминировать со мной, если очень хочешь. - Гейб, - Сэм потянул друга за руку, заставляя посмотреть себе в глаза. - Я тоже не против, если ты будешь сверху, - Сэм всё рассчитал - Гейб маленький и лёгкий, под ним лежать будет совсем не трудно, а вот Габриэлю под Дином вполне может быть больно. - Ладно, - Дин крепко взял Каса за руку и подвёл его к кровати. Тот улёгся на живот, давая Дину возможность щупать его крылышки, и зажмурился. Дин осторожно, чтобы не давить слишком сильно, устроился сверху, попадая носом как раз в правое крыло. - Ладно, ладно, - передразнил Габриэль, забираясь в кровать к Сэму. Тот устроился на спине, и Гейб лёг на нём так, чтобы совсем не касаться кровати. Получилось здорово, Сэм был таким большим, что Габриэль чувствовал себя так, словно у кровати есть второй ярус. - Спокойной ночи, - Кастиэль переложил подушку под своей головой так, чтобы его не вжимало в неё слишком сильно, мешая при этом дышать. Ему, конечно, было немного тяжело, но вообще-то он совершенно не был против того, что Дин доминирует. - А свет кто тушить будет? - осведомился Дин сонно, пытаясь, не слезая с Кастиэля, накрыть их обоих одеялом. На самом деле он не то, чтобы не мог спать при свете, просто ему хотелось заставить Габриэля встать с постели и пойти выключать лампу. - Я выключу, - и Гейб ловко щёлкнул пальцами. Лампа мгновенно погасла, и теперь в темноте светились только крылышки Кастиэля, которые, однако, постепенно исчезали, словно растворяясь в воздухе. И по мере того, как они исчезали, Дин всё ближе оказывался непосредственно к спине Каса, к которой скоро окончательно прижался. - Так я могу быть сверху? - уточнил Люцифер, присаживаясь на кровать и проводя рукой по поверхности рядом с собой. Михаил читал какую-то ужасно скучную книгу о воспитании детей, лениво перелистывая страницы. - Нет, - отозвался он, сделав вид, что немного подумал. Были вещи, которые он не собирался уступать даже единственному и горячо любимому брату, как бы тот ни просил. - Тогда - месяц без секса, - младший попытался быть грозным. Иногда начинало казаться, что это его воспитал Габриэль, а никак не наоборот. Михаил в ответ на это замечание лишь усмехнулся, так что Люцифер сразу почувствовал размер подвоха и собственной ошибки заодно. - Ладно, - легко согласился старший из братьев, которому, в общем-то, не о чем было волноваться. И в этот момент Люцифер обязательно выругался бы, если бы не отучил себя от этого специально для того, чтобы не ляпнуть чего-нибудь при детях. - Мы ещё посмотрим, кто не выдержит первым, - и Михаил на мгновение поднял глаза от книги, на первой строчке которой значилось "никогда не уступайте своих позиций и не ведитесь на шантаж".