Красивый

       — Знаешь, ты очень красивый…       Уилбур поднимает свой взгляд с бумаг на Томми, который бесцеремонно сидит на его столе, болтая ногами туда-сюда. Его золотистые волосы были лохматыми, но всегда казалось, что это правильно, так и должно быть, голубые глаза, которые были немного прикрыты, ресницы, что казались столь мягкими, немного подрагивали, а губы были в расслабленной улыбке.       Томми смотрел в окно, которое находилось за Уилом, не пытаясь что-то рассмотреть, ведь была уже ночь. Единственное, что можно было увидеть – это светлячки, которые летали возле кустов. Факелы немного потрескивали, создавая уютную обстановку. Стол из темного дерева и такой же стул, большая кипа бумаг, перо и чернильница. Томми нравился кабинет Уила.       — Что прости? — Уилбур моргает пару раз, пытаясь правильно понять сказанное подростком.       — Я сказал, что ты красивый. Я не удивлен, что ты так рано женился и у тебя уже есть сын. — Томми усмехается. — Я уверен, что у тебя было куча поклонниц, которым ты разбил сердца.       — Я так не думаю, Томми. — Уилбур усмехнулся, собирая листки в одну стопку. — Но, спасибо, за комплимент…       Томми пожал плечами, отводя взгляд. Президент Л’Мэнбурга украдкой взглянул на свою правую руку. Хоть подросток и пытался это скрыть, но он засмущался. В груди Уилбура что-то зашевелилось. Такое мягкое, сладкое и теплое, от чего с лица не сходила улыбка. Да и Уил не думал прятать ее.       Томми вздохнул и спрыгнул со стола, после зевая и протирая глаза. Взглянув на своего президента, Томми протянул ему руку. Немой знак пойти с ним. Покачав головой в отрицательном ответе, Уил снова посмотрел на бумаги. Блондин лишь закатил глаза, беря руку Уилбура и таща его из-за стола. Сут начал возмущаться и пытаться остаться на месте, лишь бы доделать работу, но Томми игнорировал его, с силой выталкивая из кабинета, а после закрывая дверь.       Беря старшего за руку, мальчишка тащит его в его же комнату, а Уил, поняв, что отпираться бесполезно, вздыхает и идет за ним. Даже не смотря, куда они идут, Уилбур устремил свой взгляд в окно на звезды и луну, которые блестели, создавая прекрасную атмосферу для прогулок. Уил даже подумал, что можно написать песню про это.       Замечтавшись, Уилбур не заметил, что Томми уже привел его к месту назначения, а потому и врезался в него. Томми выпустил какой-то вдох и устремил свой взгляд на Сута. Уилбур посмотрел в голубые глаза с сожалением. Посмотрев в глаза напротив, Томми с силой отвел их, вздыхая и говоря что-то про неуклюжесть Уилбура.       Парни зашли в комнату, где находилась не застеленная кровать, а одеяло покоилось половиной на кровати, а другой на полу. Шкаф с книгами, чашка с недопитым кофе, где уже были круги от большого количества кофе и не мытья. Любимая гитара Уилбура, на которой он играл просто мастерски, а иногда, даже придумывал свои песни. Все в Л’Мэнбурге любили его игру и ждали всегда ее с нетерпением. С неумением отказывать, Уилбур часто играл по свободным вечерам. Иногда возникали вечера, когда он замыкался в себе, запирался в комнате и поигрывал на гитаре. Никто его не беспокоил, а если у Томми не было дел, то он, не зная личных границ Уилбура, заходил в его комнату и просто сидел, слушая, как старший перебирал струны. От такой массовой игры на пальцах Уилбура были мозоли.       Томми протолкнул внутрь комнаты Сута, все еще стоя на пороге. Уил прошел по инерции пару шагов и остановился, после с вопросом смотря на мальчишку. Парень вздохнул, закатывая глаза и складывая руки на груди.       — Ну, ты будешь переодеваться? — Томми осматривал президента. — Или мне тебе помочь?       Усмешка. А Уил краснеет, не понимая, когда ребенок успел набраться такого, а главное от кого? Но отбросив такие мысли в сторону, запоминая для себя, что выяснит это утром, Сут, вздохнув, начал снимать форму. Когда он приступил к расстегиванию пуговиц белоснежной и мягкой рубашки, то вспомнил, что находится в комнате не один, снова краснея и смотря на подростка.       — Отвернись.       Уил говорит это приказным тоном, но Томми только усмехается, хоть и отворачивается. Быстро, насколько это было возможно, переодевшись, Уилбур сел на край кровати. Услышав скрип, Томми снова посмотрел в сторону старшего, после начиная подходить. Его шаги от сапог были слишком громкими, но Уил просто наблюдал за тем, как подросток наклоняется, беря в руки одеяло, подходя теперь вплотную к мужчине. Последний поднял взгляд карих глаз на голубые, которые в свете одного факела, находящегося у входа, казались темнее обычного, но не переставали быть прекрасными.       Томми протянул руку, кладя ее на плечо Сута, от чего последний вздрогнул, выходя из транса, в который его завлекли столь прекрасные глаза. Немного надавив, Уилбур упал на кровать. Накинув на старшего одеяло, Томми с заботой подправил края, как делали взрослые маленьким детям. Проведя рукой по мягким и кудрявым волосам, Иннит пожелал Уилбуру спокойной ночи. Уходя он потушил факел, не забыв пригрозить старшему, что если он обнаружит его в кабинете ночью, то запрет его в комнате на несколько дней. Посмеявшись, Уилбур согласился и тоже пожелал сладких снов Инниту.       Закрыв дверь, Томми направился в свою комнату, зевая. Сут повернулся на бок, смотря в окно и на звезды. Когда-нибудь он напишет песню про луну и звезды. А также про голубые глаза, которые, хоть и скрывают, но заботятся о нем и говорят, что он красивый.

***

      Уилбур сидит на камне, валяющийся, как и многие другие, в каньоне. Возле него стоял факел, на котором тихо и аккуратно потресковался огонь. Тело Сута ломит от ранения, которое он получил. Рядом валяется рубашка, которая не была столь же белоснежной. В месте ранения она была заляпана кровью. Уил думает, что стоит выбросить ее, ведь это пятно не уберется. Также рядом лежала форма.       Посмотрев на это, Сут лишь вздохнул и закрыл лицо ладонями. За его спиной стоял Иннит. Чтобы Уил не говорил, но Томми чувствовал вину. Тихо подойдя к нему со спины, блондин положил руку на плечо, заставляя бывшего президента Л’Мэнбурга вздрогнуть. Обойдя старшего, Томми присел перед ним на корточки, беря его руки в свои.       — Уилбур…       Слова не нужны. Томми это понимает и просто обнимает его. Уилбур утыкается в плечо младшего, расслабляясь и пытаясь не заплакать, пока Томми устраивает свои руки на спине, пытаясь подстроиться под раненого, чтобы ему было удобно, а рана не болела сильнее. Просидев так несколько минут, подросток вздыхает, отпускает старшего и встает с корточек, направляясь к выходу из каньона.       — Томми, ты куда? — Уилбур повернулся в сторону подростка, прожигая уходящему спину.       — Достать нам новую одежду. Не беспокойся! — Улыбнувшись и отсалютовав, блондин стал удаляться, пока звук его шагов не прекратился.       Уил спустился на каменную землю, облокотившись о камень, на котором он недавно сидел. Смотря наверх, где уже во владения неба пришла луна, освещая все вокруг, Уил поежился. Ветер тут гулял и так не слабый, а ночью он становился сильнее и холоднее. Сидеть без верхней одежды была не самая лучшая идея, поэтому, Уилбур потянулся к своему синему плащу, после укутываясь в него.       Сут не заметил, в какой момент он стал закрывать глаза, в какой момент уснул, в какой момент пришел Томми, который сейчас сидел также на каменной земле, и гладил старшего по голове. Уилбур проснулся в тот момент, когда с него стянули его синий плащ, заставляя его тело покрываться мурашками.       — Томми, ты уже вернулся? — Уилбур сел более прямо, протирая глаза. Когда он смог прийти в себя после сна, мужчина заметил одежду, которая лежала возле Томми. — Ты все-таки достал ее?       Томми проследил за взглядом старшего, грустно усмехаясь. Взяв верхнюю кучку одежды, парень протянул ее Уилбуру, говоря, что это единственное, что он смог стащить из их старых домов. Он даже с гордостью рассказывал, что его заметили, но он смог обхитрить этих, как выразился Томми, придурков. Уилбур слушал это, тихо усмехаясь и прижимая одежду.       Томми выдохнул и встал с земли, забирая вторую кучку, и направился к одному из камней. Положив на него одежду, Томми стал снимать свою форму. Когда блондин уже расстегнул рубашку, то заметил, что Уилбур, который тоже встал, смотрел на него, не отрываясь. Усмехнувшись этому, Томми повернулся к старшему спиной, полностью оголяя плечи.       — Ты так и будешь на меня пялиться или начнешь одеваться? — Томми повернул голову, снова смотря на Уилбура.       Уилбур пару раз моргнул, резко отворачиваясь от Томми и ярко краснея, слыша лишь смешок. Вздохнув и потерев переносицу, шатен стал надевать то, что смог принести подросток. Пока он переодевался, то одна мысль крутилась в голове.

«…У него плечи и спина в веснушках, как звездное небо…»

      Резко придя в себя, Уилбур продолжил одеваться, заставляя себя не думать о плечах мальчишки. Надев новые штаны, серый свитер, беспалые перчатки, а также коричнево-черный плащ, Уил одел сапоги и стал завязывать шнурки, пытаясь обдумать следующие их шаги.       — Ты уже оделся?       Голос Томми вывел его из мыслей. Ответив обычным угуканьем, бывший президент встал на ноги и повернулся к подростку. Теперь Томми был одет в такие же обычные и непримечательные штаны, кроссовки и в свою любимую красно-белую футболку. Уилбур грустно улыбнулся, вспоминая, что Томми ходил в этом, когда они только начинали строить Л’Мэнбург.       Заметив грустный взгляд старшего, Томми подошел к мужчине, кладя свою руку на плечо, пытаясь как-то ободрить, хоть и понимает, что это сложно. Уилбур смотрит на того, грустно ухмыляясь, а после поднимая взгляд на звезды. Томми также смотрит на небо.       — Знаешь, ты очень красивый.       Уилбур резко смотрит на Иннита, приоткрывая рот, пытаясь что-то сказать, но не может и слова вымолвить. Томми смотрит на Уила и смеётся, после отходя к камню, на котором лежала форма и рубашка Сута, беря их в руки, после подходя к своей форме и забирая ее тоже. Все время Сут шел за мальчишкой, все еще пребывая в шоке от слов, его щеки приобрели легкий розоватый оттенок.       Когда Томми кинул их форму возле одной из стен и направился за факелом, Уилбур смог выдохнуть и посмотреть в глаза мальчишки, который уже держал в руке факел и стоял возле старшего. Глаза Томми были похоже на небо, в которых отражался огонь. Уилу даже показалось, что там отражаются все звезды. И они были прекраснее, чем на самом небе.       Взяв старшего за руку, Томми повел того к стене, где он скинул форму. Положив факел у стены, Томми взял синий плащ, который принадлежал Уилбуру, и, сказав старшему сесть, накрыл самого хозяина этой вещи. После парень взял свой плащ и, укутавшись, сел ближе к Уилу, положив голову на плечо старшего.       — Сейчас мы ничего не сможем придумать. — Глаза Томми начали закрываться, хоть подросток и пытался держать их открыто. — Завтра с утра с новыми силами мы продумаем наши дальнейшие действия. А сейчас поспи, Уил.       Уилбур вздохнул, понимая, что мальчишка прав. Укутавшись получше в плащ, Уил положил свою голову на золотую макушку, которая уже сопела. Закрывая глаза, Уил был уверен, что он сможет найти выход из такой ситуации. Потому что рядом с ним Томми.

***

      Томми сидел, прижав колени к себе. Как не могли заставить ни друзья, ни он сам, Томми не мог перестать ходить на могилу Уилбура. Парень точно не может сказать в какой момент Уилбур перестал быть похожим на себя. Когда именно стал думать не так, как изначально, в какой момент стал безумным. Как Томми вообще смог это допустить! Смотря на флаг Л’Мэнбурга, который развивался над могилой старшего, Томми уткнулся в колени, пытаясь не заплакать. Снова.       — Эй, Томми! Почему ты сидишь тут один?       Блондин поднял голубые глаза и повернул голову в сторону голоса, смотря на его нового гостя. Гостбур. То, что осталось от его друга, но не являлся им. И как бы Томми не пытался его избегать, призрак всегда находил его, пытаясь подружиться и давая синеву. Томми не понимал, что это за фишка, но и не пытался как-то вникнуть в это. Сзади послышалось блеянье овцы. Повернув корпусом, мальчишка заметил синюю овцу, которая стояла возле гостя.       Томми закатил глаза, с раздражением вздыхая и вставая с насиженного места. Полностью повернувшись к внезапному посетителю, парень вытер пару слезинок, которые все-таки успели скатиться. Гостбур подошел ближе, не замечая или игнорируя явный признак раздражения паренька.       — Друг соскучился по тебе, поэтому я решил найти тебя, чтобы он смог почувствовать себя лучше! — Призрак улыбнулся, залетая за спину мальчишки, пока тот подошел к овце, садясь на одно колено и поглаживая животное.       — Кажется, не только он… — Томми усмехается, смотря на призрака. Гост пару раз моргает глазами и отворачивается. Томми закатывает глаза и тихо смеётся.       Томми обнимает овцу, утыкаясь в ее мягкий мех. Гостбур снова подлетает к Другу, улыбаясь. Томми отрывается от овцы и встает на ноги. Отряхнув колени от грязи, блондин смотрит на призрака, спрашивая, что тот хочет. Гост, явно задумавшись и приложив палец к губам, медленно парит в воздухе. В один момент он переворачивается на спину, а его челка спадает с лица. Гостбур просиял, переворачиваясь обратно и явно вспоминая, что именно собирался сообщить мальчишке.       Томми, который все это время наблюдал за призраком, не осознанно тянет руку. Он зарывается рукой в волосы. На ощупь они такие же мягкие и шелковистые. Синие глаза смотрят с непониманием и шоком. Он смотрит также. Смотрит так же, как и Уилбур. Его Уилбур. Его Президент. Но это не он. Вспоминая об этом, Томми останавливается и убирает руку, смотря на нее.       — Извини, я просто задумался… — Томми зажмуривается, пытаясь привести мысли в порядок и встряхивает головой. — Так, что ты там хотел мне сказать?       — А? — Гостбур продолжал смотреть заворожено на парня, но после хлопая глазами, также приходя в себя. — А. Я сегодня был у Фила. Читал книги, которые Уилбур оставил у него дома. А потом я стал пытаться вспомнить что-то из его жизни…       Томми, все это время смотревший в каменный пол, перевел взгляд на Госта. Он что? Томми вздохнул, протирая глаза. Он не знал, хочет ли, чтобы Гостбур вспоминал жизнь Уила, или нет. Не знал, хочет ли видеть эти глаза, наполненные болью и разочарованием, после узнавания, что натворил Уил. Ведь Гост не помнил ничего из его плохой жизни, только хорошее. Поэтому не понимал, почему Томми избегает его, почему раздражительно смотрит. Просто Томми стал винить себя еще больше, как только видит призрака. Посмотрев на Гостбура, который сиял от счастья, поглаживая Друга, Томми подумал, что не хочет. Тот Уил ушел тогда, когда решил пойти по плохому пути.       — Знаешь, я думаю, что тебе не нужно целиком вспоминать всю его жизнь… — Гостбур с вопросом посмотрел на парня.       Томми посмотрел на Госта. Его мягкая и кудрявая челка закрывала левый глаз, а сами глаза теперь были не карие, а голубые. Желтый свитер, где на груди находился прорез от меча. Томми напрягся, смотря на эту дыру. Он до сих пор помнил тот день, когда Фил убил собственного сына. Томми думал бежать, попытаться остановить их, но его держали руки Таббо и Ники. Поэтому ему пришлось наблюдать. А наблюдать за этим было невыносимо. Томми поежился от воспоминаний, которые все еще были свежи. Но призрак снова привлекает его внимание, кладя ладонь на щеку блондина.       — Томми, ты в порядке? — Гостбур водил большим пальцем по щеке, немного размазав голубой краски.       Томми посмотрел сначала в сторону руки, которая сейчас мирно покоилась на его щеке, а после перевел взгляд на глаза. Хоть это и были другие глаза, они источали такое же тепло, заботу и любовь, которую всегда показывал Уилбур. Томми уже открыл рот, чтобы сказать то, что обычно говорил Уилу, но Гостбур опередил его, перебивая.       — Ты очень красивый….       Томми застыл, кажется, даже забыл, как дышать. Рот так и остался немного открыт, а глаза смотрели с большим удивлением. Моргнув пару раз, мальчишка шумно выдохнул, отворачивая голову, позволяя своим волосам закрыть глаза. Он всегда говорил это Уилу, но никогда ему не говорили такого в ответ. Конечно, это не Уил, но…       Томми снова поднял свой взгляд на призрака. На его щеках покоился маленький румянец, а на губах расцвела легкая улыбка. Когда парень сказал спасибо, Гостбур улыбнулся еще шире, тихо смеясь. Друг, который все это время стоял, стал привлекать к себе внимание. Обратив внимание на овцу, парни переглянулись и, посмеявшись, направились в сторону Сноучестера, попутно болтая обо всем, что придет в голову болтливому призраку.

***

      Томми вскакивает с криком. По спине пробегает табун мурашек, а конечности начинает тихо трясти. С виска течет пот, который Томми резким движением смахивает. Но обращая внимание на руку, которой он это сделал, замечает лишь кровь. Томми смотрит на руку пару секунд, после притягивая колени к себе и начиная тихо плакать.       Это был не сон.       Это реальность.       Он мертв.       Дрим убил его.       Пространство вокруг Томми продолжало оставаться безлюдным и полностью белым. Теперь Томми действительно остался один. Но теперь навсегда. Томми сильно зажмурил глаза, пытаясь прийти в себя, проснуться. Но как бы он себя не обманывал. Он не может вернуться или проснуться.       — Томми?       Владелец этого имени застывает и медленно поднимает голову. Он сидит, не двигаясь, пару секунд, а после резко поворачивает голову, боясь, что уже слышит голосовые галлюцинации. Но вместо обычного белого вида, он замечает мужчину. Обычные штаны, сапоги, серый свитер, перчатки, а также черно-коричневый плащ. Тот самый, единственное, что осталось от него.       Но самое важное это лицо. Все те же черты. Кудрявые волосы и челка, закрывающая глаза. Карие глаза. Это был он. Уилбур Сут. Первый президент Л’Мэнбурга. Тот, с кем Томми добивался независимости их страны. С кем он сидел в Погтопии, вспоминая лучшие деньки и надеясь на лучшее. Тот, кто оставил его совсем одного.       Томми не верит своим глазам, медленно вставая с места, полностью поворачиваясь к мужчине. Они стояли в нескольких метрах друг от друга. Томми хмурился, тихо мотая головой, пока Уилбур смотрел с грустью и неверием, что младший оказался тут. Сут протягивает руку, но Томми, как ошпаренный, делает шаг назад.       — Томми, спокойно, никто не причинит тебе вреда здесь…       — Да?! В Погтопии ты тоже говорил мне, что мы вернем Л’Мэнбург. А в итоге что!? — Томми кричал, со злостью смотря на старшего.       Уилбур опускает руку, понимая, что натворил много чего. Так что то, что Томми не доверяет ему довольно логично. Уил сглатывает и опускает голову, позволяя челке полностью закрыть глаза. Томми стоит в ожидающей стойке, готовясь к битве, но это скорее уже инстинктивно. Никакой опасности он не чувствовал.       — Извини, Томми… — Уилбур поднимает голову, но все еще не смотрит на блондина. — Я, правда, наделал глупостей. Ты имеешь полное право ненавидеть и презирать меня…       Томми начинает тихо опускать кулаки, смотря на Сута с ног до головы. Через несколько секунд окончательно выпрямляясь и опуская руки. Они стояли несколько минут, пока Томми не делает шаг, а потом ещё один, после начиная бежать к старшему.       Уилбур поднимает глаза, когда Томми врезается в него, со всей силы обнимая. Уилу удается удержаться на ногах, хоть от такого толчка приходиться сделать пару шагов назад. Пару секунд медля, Уил аккуратно, боясь спугнуть мальчишку, обнимает в ответ. А когда понимает, что паренек не собирается отталкивать его, прижимает еще сильнее, утыкаясь в золотистые волосы, вдыхая их запах. Томми, который уткнулся старшему в плечо, сжимает плащ на спине и тихо всхлипывает.       Уилбур отстраняется, кладя руки на щеки подростка, вытирая слезы, которые Томми не мог контролировать. Слабо улыбаясь, Уилбур говорил успокаивающие слова, пока Иннит пытался помочь остановить слезы руками. Через несколько минут, Томми просто шмыгал, пока Уил водил большими пальцами по, практически высохшим, дорожкам от слез. Приблизившись так, что их лбы соприкоснулись, Уил продолжал улыбаться, смотря на Иннита.       — Ты чего так на меня уставился, придурок? — Блондин шмыгнул носом, от чего старший усмехнулся.       — Ты очень красивый…       Томми, отстранившись, с шоком смотрит на Сута. Уил улыбается еще шире и даже начинает тихо смеяться. Мальчишка то и дело открывает рот, но сказать ничего не может. Он отводит взгляд и начинает бегать по окружению, дабы не смотреть на мужчину. От неловкости мальчишка начинает протирать шею, прикусив нижнюю губу.       Уил, который наблюдал за такой, по его мнению, милой картиной, тихо смеялся в кулак. Он был очень рад видеть Томми спустя такое долгое время. Он остался таким же по-детски милым и невинным, но все же было видно, что он больше не ребенок. Немного отросшие и кудрявые блондинистые волосы, шрамы на руках, спортивное тело, веснушки…       Уил просто смотрел на лицо блондина, которое приобрело мягкий розоватый оттенок. Когда Томми поднял голову немного выше, то Сут увидел веснушки. Это заставило его улыбнуться еще шире. Потянув руку, он взял младшего за щеку, мягко водя большим пальцем по ней. Карие глаза смотрели с такой любовью, которой могли только они. Голубые глаза Томми были ярче всех звезд и лун, и Уил соврал, что не скучал по ним, а когда он спал, то они не снились ему, показывая всю любовь, которой даже никто и никогда его так не любил.       — Уил, — Мужчина мычит, показывая, что слушает его, — ты очень красивый.       Фраза вылетает сама собой, но Уил снова начинает смеяться. Да, это именно то, чего ему определенно не хватало. Он продолжает смущенно смеяться, после снова прижимая мальчишку к себе. Томми тоже тихо смеётся, иногда шмыгая носом. Простояв так пару минут, старший снова отрывается от Томми и берет того за руку, аккуратно сжимая ее и ведя мальчишку в неизвестную для младшего сторону.       — Уил, куда мы идем? — Томми немного отстает, но, в пару быстрых шагов, равняется с ним.       — Ты же не хочешь провести в этом белом пространстве все свое время? — Томми качает головой в отрицательном жесте, хмуря брови и надувая губы, отчего старший усмехается. — Тебе нужно отдохнуть.       Томми медленно кивает и сжимает руку Сута. Они идут в направлении, известное лишь старшему, но Томми ему доверяет. Он слабо улыбается и немного прикрывает глаза. Да, ему нужно отдохнуть. Теперь у него есть для этого время. Вечность.

***

      Томми смотрит в землю и с силой, до побеления костяшек, сжимает рукав кофты. Прикусывает губу, ощущая, но не обращая внимания, металлический вкус. К глазам подступают слезы, но он пытается сдержать их, как и чувства, которые бились внутри него.       Жизнь после смерти была мирной. Почти все свободное время он проводил с Уилбуром, рассказывая, что произошло после его «ухода». Также, иногда, к ним присоединялись Мексикан Дрим и Шлатт, к которому Томми привыкал долго. Отчасти, он винил и его в смерти Уилбура и падении Л’Мэнбурга, но Уил сказал, что сейчас это бессмысленно. Так что, Томми не оставалось ничего, как смириться.       В так называемом Чистилище нечего было делать, поэтому Томми просто думал, размышлял, анализировал. Он размышлял о своих друзьях, семье, просто знакомых и даже врагах, но, в конечном счете, его мысли пришли к Уилбуру. Смотря на мужчину, который о чем-то спорил с Шлаттом и смеялся, когда Мексикан Дрим вставлял что-то неразумное, Томми всегда улыбался. Улыбался, даже когда они были вдвоем и сидели в тишине.       Он начинал думать, что заставляло его так реагировать на него, ждать прикосновений, говорить комплименты и жаждать его взгляда на себе. В один момент из таких размышлений к нему прибился Мексикан Дрим, который все же выпытал из мальчишки его вопросы, а после давая ответ, как бывает в каких-нибудь испанских любовных сериалах.       Любовь.       Томми влюбился.       Томми влюбился в Уилбура.       В Уилбура, мать его, Сута.       Когда мексиканец открыл ему глаза, то отношение Томми к Уилу поменялось. Он больше не мог спокойно с ним разговаривать, постоянно отводил взгляд, смущался и отвечал кратко. Уилбур не был идиотом. Ну, хотя бы не полным. Он видел, что Томми изменился. Это было слишком заметно. Однажды он попытался выяснить, что не так, но Томми удалось уйти от этого разговора, что-то промычав про мексиканца и убежав. Но Уил пообещал попробовать еще раз.       Но еще одного раза не наступило.       Потому что Томми проснулся.       Проснулся в тюрьме.       Мальчишка вскочил, тяжело дыша и осматриваясь. Лава медленно текла, продолжая быть единственным источником света, обсидиан вместе с плачущей его версией и человек, который стоял над ним, злостно сведя брови, выкрикивая его имя. Хоть в комнате и была полутьма, его глаза светились зеленым.       Поняв, где и с кем он находится, Томми отполз к стене, панически дыша. Он жив. Он, блять, жив. Парень посмотрел на свои руки, стал осматривать себя. А после перевел свой взгляд на Дрима, который злостно усмехался.       Прийти снова в себя помог голос Сэма, который позвал его по имени. Томми сразу же ринулся к лаве, прося выпустить его из этой чертовой камеры, что Сэм и делал настолько быстро, насколько позволяли механизмы. Дрим не препятствовал, а продолжал также улыбаться, садясь у дальней стены и ядовито смотря в спину подростку, будто пытаясь прожечь его. Блондин не желал смотреть в его сторону, а конечности начинали трястись.       В конечном итоге Дрим «по-дружески» прощается с Томми, а сам подросток убегает из тюрьмы, обещая, что больше сюда ни ногой. Сэм извиняется за случившееся, но парень не злится на него, хоть и выглядит взбешенным. Он уходит и сразу же натыкается на Таббо. Своего лучшего друга. Того из немногих, которых он звал в последние минуты своей жизни. Мальчик стоит, но не верит, что это Томми. Как и многие другие, которых он видит.       Все приходит к тому, что блондин принимает решение, что Дрим должен умереть. Он рассказывает об этом Таббо, который соглашается помочь ему. В их компанию добавляются Ранбу и Гостбур. План, по их мнению, был идеален. Так что оставалось просто дождаться нужного дня.

…

У них ничего не выходит.

      Томми проебался. Проебался и сейчас вынужден стоять по другую сторону от лавы, смотря как Гостбур дрожит от страха, а слезы медленно стекают с его лица. Томми снова теряет людей, которых сильно любит. И снова по своей ошибке. Последнее, что он видит то, что Дрим захватывает Гостбура и ядовито улыбается. Больше Гостбура он не видел.       Вместо привычного призрака он встречает мужчину, который стоял лицом к солнцу. Томми смотрит на его силуэт и, затаив дыхание, сжимает веревку в руке. Брюнет смотрел на солнце, которое только начинало вставать, но, услышав блеянье овцы, поворачивает голову в сторону гостей и широко улыбается.       — Томми! — Мужчина спускается, а парень, обладатель этого имени, отходит назад, со страхом смотря на того, кто перед ним.       Уилбур изменился. Даже слишком. Вроде все то же самое. Те же каштановые волосы, но теперь с белым локоном, как и у Томми, карие глаза, что, кажется, стали темнее, его одежда, что осталась еще со времен Погтопии, хоть свитер стал теперь желтым, напоминая об Гостбуре, дополнялось теперь все бинтом на левой руке. Если бы Томми чувствовал, что это его старый Уилбур, то пошутил бы про то, что он дерьмово выглядит.       — Уилбур… — Томми осматривает его с ног до головы, все еще не веря своим глазам.       В конечном итоге им пришлось принять тот факт, что Уилбур теперь жив. Сказав, что он разберется с ним, Томми отпустил Таббо и Ранбу домой, а сам решил отвести мужчину домой к Филу. Весь путь у них прошел почти в тишине, не считая Друга, который не хотел идти рядом с человеком, который напоминал ему Госта. Уилбур с раздражением смотрел на овцу, но просто молчал и ждал, пока Иннит сможет успокоить её.       Так и не промолвив ни одного слова, они добрались до дома Фила, который чуть не упал в обморок, увидев перед собой сына, которого он сам убил, пронзив мечом. Слезы, смех и объятия. Томми наблюдал за этим, облокотившись об косяк и сложив руки на груди. Он смотрел в пол, вид был надутый. Вздохнув, парень открыл дверь, выходя на морозную улицу. Фил его окликнул, приглашая обратно домой, но парень отказывался.       Когда Томми уже собирался просто уйти, то врезался в кого-то. Подняв голову вверх, он заметил Техно, который стоял и с удивлением смотрел на парня. Блондин пару раз хлопнул глазами, снова опуская их в пол. Техно прочистил горло, спрашивая, что происходит, а когда Уил подает голос, радостно приветствуя воина, то Техно быстро подходит и обнимает мужчину. Они стояли и смеялись, пока Фил положил свои ладони на плечи своих старших сыновей.       Дверь хлопнула, оповещая, что Томми ушел. Мальчишка не хотел находиться там. Тошно. Слишком тошно от такого вида. Беря в руки обратно веревку с Другом, Томми направляется домой, смахивая слезинки, которые мешают нормально видеть. Это была хорошая семья. Прекрасная семья. Без него.       Вернувшись домой, Томми, не зажигая факела, садится на пол возле кровати. Друг подходит к нему, и мальчишка сжимает его в объятиях, утыкаясь в шерсть и всхлипывая. На утро он просыпается от стука в дверь. Он уснул на Друге, который посапывал, даже не обращая внимания на посторонние звуки. Томми кое-как встает, направляясь к двери. Когда он ее открывает, то обнаруживает Уила, который, заметив подростка, ярко улыбается, приветствуя того.       Выдохнув, Томми протер глаза, спрашивая, что он забыл у его дома так рано. Уилбур сказал, что его долго не было в этом мире, и попросил устроить маленькую экскурсию, которая закончится у Квакити. Поняв, что ему не отвертеться, Томми вышел, закрыл дверь и отправился с Уилом по СМП.       Томми сразу все говорило внутри, что это странно, что он хочет поговорить именно с Квакити. И сейчас он вынужден смотреть в землю, сдерживая слезы. Уилбур с Квакити о чем-то спорят, пытаясь перевести внимание подростка на себя. В конце концов, Уилбур не изменился.       Томми делает глубокий вдох, до белых звездочек зажмуриваясь. Боль заставила его открыть глаза, смотря на двух мужчин. Квакити уходит, полностью раздраженный, хоть и скрывает это. Уилбур поворачивается, улыбаясь, но замечая, что Томми не так рад их «победе», подходит и кладет ладонь на плечо подростка.       — Томми, все в порядке? — Уилбур наклоняется, смотря мальчишке прямо в глаза. — Я знаю, он говорил не очень приятные вещи для вспоминания. Я волнуюсь.       Лжец.       Томми сбрасывает руку мужчины и вздыхает, протирая глаза. Он складывает руки на груди, сжимая одежду, о чем-то задумываясь, но он вышел из такого состояния, почувствовав ладонь на своей щеке. Уилбур водил большим пальцем по мягкой щеке, переходя на малиновые губы, которые были немного опухшие от покусываний.       Уилбур заходит дальше и смотрит в глаза Томми. Все такие же голубые. Такие же прекрасные. Они смотрят внимательно в карие глаза Сута, словно тонув в них. Томми с трудом отводит взгляд и вздыхает, убирая руку Сута. Но мужчина не собирается сдаваться так быстро. Он хватает руку мальчишки, притягивая к себе. Блондин удивленно вскидывает брови, с вопросом смотря на Уилбура. Мужчина улыбается, теперь очень мягко, беря лицо Томми в обе ладони, приближая к себе.       — Томми… — Он говорит так тихо, чтобы только Иннит мог его слышать.       Томми задерживает дыхание, а его щеки приобрели легкий румянец. Он сглатывает, сжимая кисти рук Уила. Сут открывает рот, но ничего не говорит. Томми ждет, словно тянувшись за его словами, как за воздухом. Уил снова открывает рот, но только резко выдыхает, а после обнимает парня, прижимая к себе и чуть пугая мальчишку. Томми снова, который раз, выдыхает и просто опускает руки. Голову он кладет на плечо, чувствуя чужое дыхание.       — Ты такой красивый, Томми…       Обладатель это имени широко раскрывает глаза, переставая дышать. Ему не послышалось? Это правда? Сердце Томми сжимается, но мозг упрямо твердит, что это брехня. Слезы снова накапливаются на глазах, но Томми держит их, жмурясь. Он мягко отстраняет от себя мужчину, грустно улыбаясь и хлопая глазами, отворачивается, боясь посмотреть на старшего. Эти слова казались как признание в любви, но Томми не верил, что это так. Он поворачивается в сторону выхода из их «нового штаба», намереваясь уйти, но его хватают за руку.       — Томми, я помню, как странно ты себя вел в Чистилище! — Иннит резко разворачивается, открывая рот, бессильно пытаясь что-то произнести. — После того как ты ушел оттуда, у меня было почти четырнадцать лет, чтобы подумать обо всём. Твое поведение тоже не ушло без внимания...       Томми сглатывает. Он боится. Боится того, что скажет Сут.       — Ты, правда, влюбился в меня? — Мужчина усмехается, отпуская кисть мальчишки и засовывая свои руки в карманы своего плаща. – Очень жаль, Томас, но это глупо с твоей стороны. Ха. Это показывает, какой ты еще ребенок. Хотя, ты всегда был таким и останешься им.       Томми сжимает кулаки, кусая щеки изнутри. Поднимая глаза на Сута, он видит лишь то, как тот смотрит свысока и усмехается. Ничего не сказав, блондин разворачивается и уходит из их убежища. Он идет, не замечая, как перебирает ногами, а слезы медленно катятся, оставляя дорожки. Оба понимают, что Томми не вернется, но Сут найдет кем манипулировать. Снова.       Мужчина стоит внутри их недостроенной базы, а ветер с приходом вечера становится холоднее. Он трепет волосы Уилбура, пока тот смотрит вдаль, о чем-то размышляя. Да, они оба знают, что Уил изменился. Знают, что Уил давно догадывался о чувствах мальчишки, но думал, что это не серьезно. Оба знали, что Уил не ответит на чувства Томми. И только Уилбур знал, что на самом деле любит его также сильно, но попросту не заслуживает его. Не в этой жизни...