Зависимость

Гриша сидел на кухне, плавным движением кисти вращая по кругу ложечку, в чашке горячего чая. Теперь, наконец, он мог покидать комнату, и свободно передвигаться по зданию, но только в том случае, если в доме находился Илья. Это уже был неплохой результат, открывающий ряд новых возможностей. За эти четыре дня, после неудачной попытки побега, Мазелов ни разу не сделал ничего плохого по отношению к Рофлеру. Скорее наоборот, вёл себя доброжелательно и учтиво, и у них даже получилось несколько раз нормально поговорить. Парень интересовался самочувствием Нейзи, и по первой его просьбе делал то, чего тот хотел. Гриша даже потерялся в эмоциях, злость немного притупилась, но события неприятного утра всё ещё иногда всплывали перед глазами, заставляя кожу покрываться мурашками, а ещё не зажившие порезы снова начинали болеть как в первый раз. О да, свой первый сексуальный опыт он не забудет до конца жизни. Как сильно бы этого не хотелось. Поднимать, да и в принципе резко двигать правой рукой было больно, из за сильного пореза под лопаткой. Коряков, конечно, обрабатывал его каждое утро, и сейчас было не так плохо как в первый день, но всё равно неприятно. Рофлеру нравилось носить закатанные рукава худи, но каждый раз бросая взгляд на левое предплечье, внутри становилось холодно. “Mzlff” Как напоминание о том, что он всё ещё собственность, даже не смотря на отношение к нему. Илья добр только, потому, что ему так хочется, верно? Или быть может, так может продолжаться всегда? Ведь, пока Рофлер вёл себя спокойно, руку на него никто не поднимал. Блять, это ещё что за мышление жертвы? Григорий прекратил помешивать напиток, устремил взгляд в стол, тяжело и глубоко вздохнув. Что делать не понятно. Парень сделал глоток чая, который уже перестал быть настолько горячим. Как бы замечательно тут всё не было, но пора бы снова задуматься о том, чтобы покинуть это место, и забыть всё как страшный сон после нескольких походов к психотерапевту. На кухню заявился довольный Мазелов. В руке он держал конверт, который сразу поймал взглядом Нейзи заинтересовавшись. Темноволосый парень упал на стул напротив друга, положив конвертик на стол. Илья закинул ногу на ногу, постукивая пальцами по деревянной поверхности стола. С лица всё никак не сходила улыбка, которая пугала Гришу. Эту недобрую ухмылку он уже видел, и ненавидел её больше всего на свете. - Что это? Спросил Рофлер, стараясь не выдавать своё бушующее волнение. Илья смущённо отвёл взгляд в сторону, пододвинув предмет интереса в сторону Нейзи. Гриша отставил чашку недопитого чая в сторону. Упаковка была запросто вскрыта, и парень вытащил из неё листы гладкой бумаги, небрежно разложив их перед собой. Фотографии. Рофлер не стал их разглядывать, и с непонимание глянул на Корякова вскинув бровь. Он же в свою очередь подпёр голову руками, с улыбкой наблюдая за действиями друга. Гриша пробежался глазами по сомнительным материалам, выцепив из ряда картинок знакомое женское лицо. Нейзи взял фотографию, ощущая как руки начинают непроизвольно трястись. В ушах запульсировало, сердце забилось как бешеное, и казалось, что вот-вот пробьёт дыру в груди и выпадет, с хлюпаньем шмякнувшись на колени. Парень провёл ряд изображений внимательным взглядом, всматриваясь в детали. Как хорошо, что он ещё ничего не успел съесть с утра. Та, что когда-то была для него самым близким другом, превратилось в истерзанное ничто, валяющиеся в луже собственной крови. Стеклянный мутный взгляд, устремлённый в никуда, посиневшие губы перепачканы тёмной кровью, грязный спутанные волосы. На фотографии в крупном плане вскрытая грудная клетка и живот, из которого торчали небрежно оторванные кишки, да и сам он был впалым, из за отсутствия органов внутри. Рёбер на месте тоже не оказалось, только кривые обломки костей. Можно было разглядеть лёгкие и трахею. Гриша ощутил как по виску проскользнула холодная капелька пота. Кожа и мясо с предплечий были срезаны, оставляя только голые кости, густо перемазанные засохшей кровью, переломанные пальцы, направленные в разные стороны. Рофлер поднял взгляд на сидящего напротив, стараясь не показывать сильнейший ужас в глазах. Тело прошибла дрожь. Ухмылка. Гриша и без того понял, что у Мазелова не всё в порядке с головой, но чтобы настолько. Чёртов маньяк. В этот момент пришло осознание. Он не сможет убежать. Даже если он сбежит, Илья всё равно не оставит его в покое, и пройдясь по трупам, достанет, а что будет дальше, одному лишь богу известно. У девушки отсутсвовали голени, всё что от них осталось,так это не ровно отпиленные кости, и свисающие шматки кожи, мяса и сухожилий. В целом отвратительное зрелище. Голос Ильи вывел парня из шока. - Как картинки? Так вышло, что мне пришлось это сделать. Насмешливым тоном, с издёвкой, спрашивает сидящий напротив. Григорий сжал пальцы в кулаки, спрятав руки под стол. Ногти болезненно впились в ладони. Последнее предложение наглая ложь. Мазелов так поступил, потому что сам захотел! Его просто раздражало существование настырной девки, ведь так? Корякову со стороны наблюдать было забавно, а Гриша был в шаге от того чтобы не разрыдаться, словно пятилетний ребёнок, которому отказали в покупке новенькой игрушки. Почему он это делает? Неужели Илье настолько нравится причинять боль? Нейзи потерялся, он же не сделал ничего, что бы поспособствовало таким действиям. Да даже если так, зачем ему нужно было об этом оглашать другу? Ещё и в такой отвратительной форме. Гриша глубоко и рвано вздохнул. Губы задрожали. Кричать и возмущаться сейчас была не лучшая мысль. Парень трясущимися руками собрал фотографии обратно в конверт, стараясь особо не вглядываться в их содержание. С трудом он поднялся, удивляясь, что его вообще держат ноги. Рофлер встал напротив Мазелова, бросив конверт ему на колени. Одной рукой Нейзи придерживался за край стола, чтобы не упасть. Лицо Корякова всё ещё было озарено улыбкой. Он надеялся получить по лицу, ощутить этот безумный, но бессильный гнев друга. Но этого не произошло. Нейзи просто сверлил его пустым взглядом, подбирая нужные слова, и стараясь справится с комом в горле. Он словно стоял перед голодным львом, который готов без раздумий разорвать тело как плюшевую игрушку. - Ты убил её? Сухо наконец спрашивает парень, не чувствуя во рту языка. Он хотел услышать ответ от Ильи лично, а не путаться в безумных догадках. - Ну, послушай, я же сказал, что это.. - Отвечай на вопрос. Ты убил её? Страх отступил, Рофлеру было всё равно на последствия, после таких дерзких речей. Он говорит каждое слово второго предложения через паузу, делая особый акцент на "ты". - Да, я. Следует спустя несколько секунд ответ. Мазелов смотрит в глаза Рофлеру, ни на секунду не прерывая зрительный контакт. Темноволосый осторожно берёт руку друга, которой он держался за стол, и кладёт её к себе на плечо. Пальцы сразу же сжимают белую футболку. - Прости, правда. Слышно как голос Мазелова подрагивает. С чего бы это? Боится? Нервничает? Григорий наклоняется, так, что бы быть лицом на одном уровне с Коряковым. - Ты бездушный убийца. С чего ты взял, что после этого, наши отношения улучшаться? Мне не импонирует маньяк, и как после этого я могу быть уверен, что ты и правда любишь меня? Тон уверенный и холодный. Гриша горячо выдохнул собеседнику в лицо, перед тем как снова ровно встать, и отойти на несколько шагов назад. Рука медленно и незаметно потянулась к ножу. Илья посмотрел на друга с неким удивлением, и немного страхом. Он действительно не понимал, что сделал не правильно. Определенно стоило не пропускать курс принятия препаратов. Мазелов хотел видеть страх, отчаяние. Хотелось сломать всё то, что ещё позволяло Григорию вести себя отстранённо. - Какой реакции ожидал? Ты убил моего друга, не просто убил, а превратил её тело в кусок обглоданного мяса. Ты принес снимки этого безумия мне. Ты больной ублюдок, Илья. Я не понимаю, и не хочу понимать зачем ты всё это делаешь. Пальцы ухватили деревянную ручку. Но вместо того, чтобы бросится на собеседника, острое лезвие было приставлено к собственной шее. Парень немного переборщил, и не сильно поцарапал кожу. Из пореза поползла неторопливая капля алой жидкости. Мазелов сразу же подорвался со стула, роняя конверт на пол, однако сделав шаг вперёд - замер. Спустя всё это время, теперь ситуацию контролировал Гриша, и осталось только правильно сказать. В лице Корякова отчётливо читалась паника, страх и беспокойство. - Гриш.. Позвал он друга боясь пошевелится, чтобы не сделать хуже. - Положи нож пожалуйста. Я не хочу, чтобы ты вредил себе, солнце. Слова давались очень трудно, голос сильно дрожал, и из за избытка эмоций связывать внятные предложения было сложно. - Ой, правда не хочешь? А что тогда всё это время делал ты? Ты ведь любишь меня, так? Теперь уже ухмылялся Нейзи, глядя на эту беспомощность. Мазелов кивнул. - Зачем ты снова и снова делаешь мне больно? С явным разочарованием добавляет Рофлер, презрительно смотря на собеседника. Постепенно в теле начала ощущаться небольшая дрожь, которая с каждой секундой нарастала. Безумно захотелось пить, дышать было намного труднее. И без того слабые ноги, стали ватными, и кое-как выдерживали своего хозяина. Холодно, в кухне открыто окно? Нейзи не понимал, что с ним происходит, и почему его так трясёт. Лезвие было убрано от шеи. Картинка перед глазами начала двоится и плыть. Не теряя ни секунды, Коряков бросился к Григорию, выхватив нож у него из рук, отбросив острый предмет на стол, и крепко обняв друга, чтобы тот не рухнул на пол. - Блять, Гриш, прости меня пожалуйста. Начал извинятся Илья, положив голову на чужое плечо, но в следующую секунду его грубо оттолкнули. Нейзи больно ударился спиной об край стола, оставшись без поддержки, но тут же найдя в деревянной поверхности опору, схватился за неё. Хотелось бессильно рухнуть на пол, и захлебнутся собственными рыданиями, в полном объёме выпустив всё то, что подобно кислоте разъедало тело изнутри. Каждую обиду смыть солёными слезами. - Прости?! Простить?! Ты блять убил близкого мне человека! Ты правда думаешь, что твоего жалкого "извини" будет достаточно?! Или это каким-то чудом должно вернуть Вику к жизни?? Голос задрожал, перемешиваясь со всхлипами. Гриша держался, держался как мог. Дрожь в теле усилилась, и дышать было практически невозможно. Рофлер ощутил свою беспомощность. Он в ловушке. Какой будет исход из этого сумасшествия, зависит уж точно не от него. Мазелов протянул другу уже знакомую таблетку, со стаканом воды. По руке тут же сильно ударили, выбивая стеклянный предмет из рук. Тот же с громким звоном ударившись о пол, рассыпался на осколки, которые разлетелись по комнате. Прозрачная жидкость поползла по полу, постепенно заполняя собой всё большее пространство. Коряков глубоко вздохнул. Парень схватил Рофлера за руку, резким движением дёрнув в сторону, вжав его в стену. Илья силой раскрыл чужую челюсть, проталкивая в полость пилюлю, царапая пальцы о чужие зубы, которые на удивление оказались довольно острыми. Сразу же парень больно зажимает рот, без возможности выплюнуть препарат. Григорий жмуриться, и мычит, старательно пытаясь отпихнуть от себя Мазелова, старается зацепиться за кожу для укуса. Невольно из глаз скатились несколько слезинок, обжигая скулы. Горький привкус разошёлся по языку, вызывая дичайшее отвращение. Нейзи больно ударил кулаком в чужую грудь, отчего Мазелов немного согнулся, кашлянув, но хватки так и не попустил. Парень схватил друга за ударившую его руку, опуская её вдоль тела, крепко держа. Рофлер сопротивлялся так ещё минуту, или две, перед тем как таблетка почти полностью растворилась во рту, и всё же пришлось проглотить. Коряков убрал ладонь от губ Гриши, слегка обеспокоенно смотря ему в лицо. - Сейчас лучше станет. Спокойно говорит темноволосый. Пальцы легли на шею, забираясь под ошейник. В следующую секунду, Илья получает удар в колено, что заставило его отпрянуть. Григорий шумно выдыхает, начиная дышать глубже и чаще, пытаясь восстановить кислородный баланс. Коряков не осмелился подойти вновь, он лишь потерянно стоял посередине кухни, осматривая друга сверху вниз. - Либо убей меня, либо отпусти, сука. Устало и тихо срывается с уст Рофлера. Парень прикрыл глаза, чувствуя, как дрожь постепенно успокаивается, и ритм сердца приходит в норму. - Я, я не могу. Губы всё ещё дрожат. Мазелов грустно смотрит на собеседника. Григорий хочет возразить, но его опережают, быстро добавляя. - Но я могу сделать кое что другое для тебя. Коряков стыдливо улыбается, отводя взгляд в сторону, сжимая пальцами край футболки. Нейзи в непонимании вскинул бровь. Он усмехнулся, и отойдя от стены, подошёл к Корякову, ухмыляясь. Если Илья ради него без лишних колебаний, лишил человека жизни, то значит, что при правильном подходе к этому маньяку, Гриша может получить, что угодно? Эта мысль заставила душу трепетать от удовольствия. Раз он не может убежать, почему бы не попробовать использовать? За смерть Вики, Коряков ещё ответит. В десятикратном объёме. Нейзи неловко обнимает друга за шею, уткнувшись в неё губами, с удовольствием отметив как тот вздрогнул, не ожидая чего-то подобного. Но быстро отходит от шока, обняв друга в ответ за талию, прижимая к себе, положив голову на его плечо. - Так, что ты хотел мне предложить? Хрипло проговаривает Рофлер, стараясь подавить хитрую ухмылку. Мазелов снова замялся, словно он мелкий пацан, и боится сказать девочке, что та ему нравится. - Мы.. можем сходить погулять. Если ты хочешь конечно. Гриша широко распахнул глаза. Улица! Люди! Шанс. Вот он, тот самый момент. Мысли о том, что бежать не выйдет тут же растворились. Это лишь последствия такого образа жизни. Почему Нейзи вообще так решил? Заявление ментам и готово! И безумец больше не угрожает обществу, и он останется в безопасности. Гриша поднял голову, положил ладони на щёки Ильи, улыбаясь. - Ты-ж моя радость, где ты раньше был с такими предложениями! На эмоция проговаривает Рофлер, воодушевлённый такой замечательной возможностью. - Как ты меня назвал? Мазеллов усмехнулся, не зная как реагировать на такие… комплименты? Гриша непонимающе захлопал глазками, стараясь осознать, что такого он сказал. Внезапно, губы Корякова касаются его. Несколько секунд, Илья просто держит их в соприкосновении, но потом нагло пытается проникнуть внутрь, в очередной раз встречаясь с стиснутыми зубами. - Открой. В нетерпении требует парень, цепляясь пальцами за ошейник, натягивая его на себя. Гриша мнётся. Отвращение к подобным действиям никуда не делось, а Мазелов в его глаз не стал хорошим человеком. Лишь закрепил за собой звание неуравновешенного психа, с толстым списком расстройств, которому сто процентов место в дурдоме. Темноволосый сверкает голодным взглядом, сильнее сжимая рукой ошейник. По спине пробежали мурашки. Нос снова заболел, напоминая о болезненности удара, и последствий после него. Рофлер неуверенно разжимает челюсти, тут же жмурясь, ощутив у себя во рту склизкой горячий язык. Илья с удовольствием изучает чужую полость, с каждым резким движением вызывая у друга новую волну отвращения. Мерзость. Но чего не сделаешь, ради свободы. Илья углубляет поцелуй, полностью лишая возможности нормально дышать. Грубо покусывает чужие пухлые, но израненные губы, заставляя старые раны снова начать болеть. Нейзи мычит в поцелуй, упирая рукой в плечо. Кислород в лёгкий почти закончился, и хотелось наконец вздохнуть, и разорвать это противный контакт. Поняв намёк, Коряков отстраняется, перед тем как полностью отпустить свою жертву, кусает его за нижнюю губу, чуть оттягивая. На коже в очередной раз выступила капелька крови. Темноволосый проводит языком по укусу, наконец оставляя узника в покое. Григорий шумно глотает воздух, склонив голову. - Мы так и не позавтракали. Сейчас я уберу этот беспорядок, и приготовлю что-нибудь. Руки заползли под красное худи, поглаживая бока. Гриша напрягся, тело дрогнуло, от действий Мазелова. Любой его контакт с обнажённой кожей, вызывал волну паники и страха. Теперь было просто жутко от последствий. Однако, Коряков быстро прекратил, принявшись собирать осколки от стакана, да и в принципе устранять весь беспорядок. Кажется, что после всех этих событий, Рофлер будет ещё долгое время боятся чужих касаний.

***

Остаток дня прошёл спокойно, хотя бы потому, что Рофлер лёг спать. После препарата, данного Ильёй так было всегда. Гриша никогда не задумывался, что он всё таки пьёт, бездумно подчиняясь, ибо эти таблетки как минимум заглушали сильный стресс, и помогали ненадолго забыться. Но не задумывался он до этого момента. Такого состояния, которое у него было сегодня, парень никогда не испытывал. Или всё таки...

***

- Гриш, там 60 миллиграмм, завтра улетишь нахуй. Ты же ну.. не куришь вообще. Илья наблюдает, как Нейзи берёт со стола его “курилку” и прислонив к кубам, втягивает, практически сразу же закашлявшись. Его это не сильно остановило и он попытался снова, и снова, и снова. И вот, он уже прекратил кашлять после каждой тяжки. Мазелов не пытался остановить этот процесс, смотря на друга с усмешкой. В итоге на следующий день, всё тело жутко трясло, сердце колотило как будто Григорий только что пробежал марафон, постоянно хотелось пить, и кружилась голова. Парень не знал куда себя деть, сосредоточится на работе не получалось вовсе. Гриша схватил телефон, ищя в контактах номер Корякова. - Алё блять, это че за хуйня, ты че не сказал, что я после твоей этой хуйни помирать буду!? В ответ громкий хохот. - Ну вообще-то, я говорил, но меня не слушали. Это тебе урок, что курить вредно. Успокоившись задорно проговорил голос на другом конце провода. - Пиздец, это я понял, а сейчас мне что делать?! - Да блять, не ори на меня, сам накурился, ещё и я виноват. К вечеру пройдёт. Ты главное водички пей больше. Всё давай, мне ехать нужно, потом позвоню тебе. Короткие гудки.

***

Гриша задумался. От чего может быть похожий эффект, и прошёл бы он спустя один день? Это была его последняя мысль, перед тем как провалится в сон. Проснулся Рофлер, уже как он изначально подумал, под вечер, из за темноты за окном. Теперь спал парень в комнате Ильи, деля с ним постель. Парень сел на край кровати, устало уставившись в стену. В голове пустота, ни единая мысль не хотела рождаться в черепной коробке. Дверь медленно открылась, тихо скрипнув. - О, ты проснулся уже. А я собирался тебя будить. Мазелов подошёл к другу, держа в руках одежду. Нейзи посмотрел на него чуть более оживлённо. Он до последнего думал, что его обманывают, но темноволосый своё слово сдержал. - Я тебя в коридоре жду. Илья улыбнулся, и перед тем как скрыться с глаз долой, погладил товарища по голове, заправив локоны, вылезшие на лицо за ухо. Ему слишком сильно нравилось касаться Григория, и парень это уже заметил, мысленно матеря Корякова за каждое прикосновение. Быстро переодевшись, Рофлер вылетел из комнаты, широкими шагами, добравшись до указанного места. Поправив капюшон, Мазелов протянул Нейзи тёмно-серую куртку, и кивнул на стоящие рядом кроссовки. “Новые” отметил для себя пленник. Ошейник был снят, чему парень был несказанно рад, потирая шею. - Перед тем как мы пойдём… Илья достаёт уже прекрасно знакомые наручники, застегнув одну сторону на своём запястье, вторую на запястье друга. Это всё усложняет. И довольно сильно. Рофлер нервно хихикнул, уловив самодовольную короткую ухмылку. Парни вышли на улицу. Григорий наверное первый раз был так счастлив ощутить на лице прохладный ветер. Коряков защелкивает замок, и они проходят в стоящую на дороге машину, которую Гриша сначала даже не заметил. - Снова привет. Маркан устало вздыхает, услышав этот довольный тон. - Угу. Он определенно не выспался. Ну конечно, на часах второй час ночи, а он вынужден кататься за десятки километров от дома. Григорий немного ахуел, услышав знакомый голос. Попросить помощи? А можно ли? Парень за рулём оборачивается, прищурившись внимательно, рассматривая лицо Рофлера. - Ты че, пиздишь его? Наконец выдаёт он, хмурясь, переводит взгляд на Мазелова. Потом замечает наручники, но за них уже ничего не говорит. - Ну-у-у-у.. нет? Не зная что ответить на эту предъяву очевидно врёт Илья, нервно улыбаясь. - Ага, а это что тогда? С лестницы упал? Или всё так и было, когда нашёл? Усмехается Маркан, ткнув пальцем в синяк на скуле, после похлопал Нейзи по щеке. Тот же в свою очередь, очень сильно растерялся. Попросить у него о помощи Рофлер явно не мог. - Ладно, поехали.

***

Дорога длинная, примерно час, может полтора. Илья устало положил голову на плечо друга, шумно вздохнув. Гриша прикрыл веки, сон стал постепенно окутывать разум и тело, и парень мог бы вырубиться прямо сейчас, но машина резко остановилась - Приехали. Григорий сонно потёр глаза, скинув Мазелова с плеча. Свобода была так близко, осталось немного. Парни вышли на улицу, Коряков махнул другу рукой, и тот не теряя времени, умчал прочь. Нейзи осмотрел местность, тут же удивляясь. Вроде как парк, но его он не помнил совершенно, да и людей на первый взгляд тоже не было. Может забыл? Ну нет, Гриша совершенно точно никогда не бывал здесь! Илья улыбнулся, скрещивая свои пальцы с чужими в замок. Пошли? Друг неуверенно кивнул, и они направились в глубь. Небо было чистым, ни единого облака, полная сияющая луна, сверкающие звёзды, эстетично рассыпанные по небесному полотну. Красиво, учитывая тот факт, что Рофлеру больше нравилось гулять в тёмное время суток. Порыв ветра выбил несколько прядей из аккуратно зачёсанной причёски, рассыпая их по лицу, заставляя морщится. Коряков же этому зрелищу умилился, он проблем длинных волос не испытывал, и со стороны это выглядело очень даже симпатично. - Красиво. Подметил Илья, устремив взгляд куда-то в даль, сильнее сжимая чужую ладонь. Гриша промолчал, но в уме согласился. Он огляделся по сторонам. Всё ещё ни души. - Помнишь как… И после этой фразы завязался непринуждённый диалог. Словно между ними всё в порядке, и они всё ещё друзья. Парни вновь, как когда-то шутили, смеялись, вспоминали давно ушедшие года. Их характеры и мнения сильно изменились, за пролетевший год. Илья был занят стримами, Гриша проектами, и только месяц назад, возобновили общение по совершенной случайности. Рофлер снова видел перед собой того самого Мазелова, своего хорошего друга, готового всегда поддержать и помочь. Словно и не было этой кошмарной недели. Словно он и никогда не был его персональным монстром. Словно перед ним больше не убийца. Нейзи глубоко вздохнул, выпуская изо рта пар. Стало холоднее. Руку резко дёрнуло. Мазелов запрыгнул на бордюр, балансируя на серой тонкой тропе, чуть ли не падая через шаг. - Упадёшь же. И сразу после этих слов, темноволосый заваливается в сторону, но Григорий моментально дёргает его на себя, поймав друга в объятия. Илья положил голову на чужое плечо, зарываясь холодным носом под одежду, касаясь контрастно горячей кожи, от чего товарищ дёрнулся, поджимая губы, и поддавшись головой в сторону, касаясь с Мазеловым щеками. Хотелось сохранить этот момент. Хотелось вернуть всё как было. Может, он всё ещё может договорится? Вряд ли. Коряков касается чужих уст, Рофлер запускает свободную ладонь в гладкие тёмные волосы. Что он вообще сейчас делает?! Бежать! Бежать! Остаться с психом ради редких счастливых моментов?! А что будет завтра?! Осознание и болезненные воспоминания о смерти подруги мощным ударом возвращаются в затуманенный прошлым разум. Постояв так ещё секунду, парни продолжают свой путь. Теперь, Гриша был более молчалив, и сосредоточен, но счастливый Коряков этого даже не заметил, шагая рядом чуть ли не вприпрыжку. Из за поворота показалась фигура. Человек быстрым шагом двинулся в их сторону. Спустя несколько мгновений, уже можно было разглядеть лицо. Девушка. В груди Рофлера затрепетало. Вот оно, его спасение в чёрной шубе. Когда она подошла достаточно близко, парень хватает её за рукав, подходя впритык. - Девушка! Помогите, прошу! Вызовите полицию, этот человек удерживает меня силой! Громко выкрикивает он, чуть ли не плача он избытка эмоций. Нейзи поднимает руку, демонстрируя скованные наручниками запястья. Незнакомка в шоке смотрит сначала на остановившего её парня, затем на его сопровождающего. Пальцы ухватили телефон, вбивая пароль. - Ох, уважаемая, погодите. Илья печально смотрит на перепуганную леди. - Понимаете, это мой друг, у него серьёзные проблемы с психикой, и после препаратов он ведёт себя странно. Вот, прошу, посмотрите. Мазелов достаёт из кармана какую-то бумажку, протягивая её девушке. Та же, в свою очередь, внимательно изучает написанное, теперь уже скептически посматривая на Григория, убрав телефон обратно в карман. - Девушка! Прошу! Рофлер хватает её за плечо, но та резко скидывает чужую ладонь, после возвращает бумагу владельцу. - Прошу прощения за беспокойство, мне правда неловко, что мы вас напугали посреди ночи. - Ничего страшного, я вас понимаю. Коряков кивает рыжей особе, и та стремительно удаляется, скрывшись за следующим поворотом. Страх, паника, разочарование и безысходность. Всё это смешалось внутри, выливаясь сильной дрожью в теле. Как так? Почему? Вторая попытка, и она снова заканчивается громким провалом. Почему? Илья больно сжимает ладонь жертвы, возвращая в реальность. Его холодный взгляд мысленно уже сделал из Рофлера нечто похожее на его подружку. Он знал, что его друг выкинет что-то подобное, так что заранее подготовил липовый документ о болезни. Человек с улицы не должен был задавать много вопросов, увидев печать, как случилось с этой дамой, но была бы она более настырной и смышлёной, на счету Мазелова числился бы ещё один труп. -...Можешь забрать нас? … Ага, хорошо, сейчас подойдём, пять минут буквально. Послышался за спиной монотонный голос. Рофлер шумно вздохнул, от волнения дышать стало совсем невозможно. Голова закружилась. Почему эта сволочь, так легко поверила этому психу?! Ей было плевать, так же как и будет плевать всем. Илья слишком убедителен, и просто идеальный актёр, без особого труда сыграет любую эмоцию. Даже сам Нейзи часто не понимал, что испытывает его товарищ. Коряков резко дёрнул руку, в наручниках, уводя пленника за собой. Шёл он довольно быстро, из за чего, Грише иногда приходилось переходить на бег. Они выходят из парка, сразу же замечая знакомую чёрную машину. Только сейчас было замечено отсутствие номеров. Рофлера грубо толкают в салон, случайно впоследствии ударив того головой в дверь. - Поехали. Сухо командует Мазелов сжимая чужую ладонь до посинения. Маркан очевидно понимая, что что-то пошло не так, и что его друг определённо не в духе, без лишних шуток и вопросов, проворачивает ключ. "Гриша ёбаный в рот, пизда тебе"