Найди меня

— Найди меня.       Слышится откуда-то сзади, от неожиданности Антон дергается и роняет бутылку не самого дешевого алкоголя на свою любимую толстовку. Парень удивленно оборачивается, но никого не видит, ни одной живой души на всю квартиру, кроме него самого. Ему кажется, что он сошел с ума, а по-другому это никак не объяснить.       Этот голос Шаст узнает из тысячи, голос любимого человека, которого парень обидел совершенно случайно. Просто не успел вовремя закрыть свой рот и наговорил столько всего, что и подумать страшно. Стыдно стало потом, когда дверь за Арсом закрылась с хлопком, который явно разбудил назойливую соседку с их этажа. Или уже только его? Ведь больше нет никаких «их», «вместе» и «мы». Попов, наверное, в этот раз ушел навсегда.       Антон вспоминает как впервые пришел в офис. Его испытательный срок длился чуть больше недели. Но за это время он успел найти общий язык со всеми, даже с Арсением Поповым, который держался особняком, но никогда не отказывался от совместного времяпрепровождения с коллегами. Да и Шаста принял благосклонно, помогал когда что-то не получалось. Мужчина не злился, не ругался и всегда старался относиться к нему с пониманием — сам был на его месте, но тогда никто не подал руку помощи и он справлялся со всем самостоятельно.       Как-то неожиданно быстро их отношения переросли в дружеские, а после первого поцелуя в романтические. Правда Антон долго сомневался в своих чувствах, но Арсений ждал. Трепел все эти эмоциональные качели и наконец-то дождался. Шастун сам предложил жить вместе, а там как пойдет.       Со дня их ссоры прошло уже больше двух недель. Попов так и не ответил ни на один звонок, ни на одно сообщение во всех социальных сетях. На работе он также не появлялся. Никому из начальства так и не удалось узнать куда исчез Арс. Кто-то говорил, что уехал в родной город, к родителям. Эта версия казалась Антону абсурдом. Попов не тот человек, который так легко отказался бы от всего того, чего добился самостоятельно.       Иногда у парня было ощущение, что этого мужчины в его жизни никогда и не было, но реальность событий подтверждали многочисленные совместные фотографии и видео в галерее. По правде говоря, Антон пересмотрел их несколько сотен раз. Иногда рыдая взахлеб, иногда вливая в себя алкоголь, как, например, делал это сейчас.       Хуже стало потом, когда он начал слышать его голос всюду — дома, на улице, в магазине, на работе. Первый раз это было в их квартире, Антон также услышал эту фразу и сначала обрадовался, что возлюбленный вернулся, но обойдя все комнаты, проверив дверь и не найдя никого подумал, что это игра воображения. Но раз за разом ситуация повторялась и это уже было нельзя скинуть на недосып и еще на кучу отговорок, которые он позже придумал.       Четыре дня назад Арсений начал ему сниться. И каждый раз сюжет был разным. То Антон сходил с ума, то лишал себя жизни, то повинуясь просьбе искал и находил бездыханное тело возлюбленного. И если первые два варианта хотя бы как-то устраивали, то последний заставлял просыпаться в холодном поту и последующей панической атакой, которая накрывала через несколько секунд.       Именно из-за этого он практически перестал спать, да ему и нескольких часов хватало, чтобы быть работоспособным. Но если будние дни хотя бы как-то позволяли отвлечься от всех мыслей в голове, то на выходных парень находил утешение в бутылке. Однако этот голос, он всегда все портил. После того, как Антон слышал эту фразу в голове была только одна мысль о том, что ему срочно надо найти Арса. А на душе было так паршиво, что парень готов отдать все, только бы повернуть время вспять.       Дрожащими руками Шаст берет в руки телефон, практически не глядя вбивает пароль, а после набирает лучше друга.       Один, два, три. Антон считает про себя гудки. — Ты на часы смотрел? — Дима отвечает быстро, но по его голосу понятно, что он явно сейчас не бодрствует. — Нормальные люди в это время спят, а ты… — Я его слышал. Опять, — говорит надрывно, почти на грани болезненного шепота, когда в горле уже першит, но сказать что-то громче не получается. — Скоро буду. Жди.       Сбрасывает так же быстро, как отвечает на звонок. А Антон ждет, как когда-то ждал Арсения из магазина.       Позов приезжает через полчаса и Шаст не знает то ли это из-за того, что сейчас ночь и в Москве нет пробок, то ли из-за того, что друг боится за него. Он переступает порог без приглашения. Молча разувается, идет в гостиную, садится на диван и внимательно смотрит на парня. И кажется, что в его взгляде упрек, но нет, это беспокойство за психическое состояние этого недоразумения. — И как часто? — Антон непонимающе хмурится — не понимает смысл вопроса, — как часто ты его слышишь? — Слишком, чтобы чувствовать себя нормальным. Недавно сниться начал, — голос дрожит, но парень старается держаться уверенно и не показать, как ему больно от всего происходящего. Как сильно болит сердце при упоминании возлюбленного. — Дим, там… Там просто ужас. Я так больше не могу. Еще чуть-чуть и моя рассудок скажет мне пока-пока. — Сны? А что если это твой мозг так пытается…       Дима что-то говорит, но его голос, словно белый шум, ведь в голове: — Найди меня. Ищи, ищи. Найди меня. Ищи, ищи. Найди меня. Ищи, ищи.       Кажется, что звук идет отовсюду и изнутри и снаружи. Перед глазами плывет и он падет на колени, хватается руками за волосы и кричит. И в этом крике столько боли, столько сожаления о случившемся. Антон дрожит, слезы текут рекой. Дима застывший буквально на секунду тут же подбегает к нему. Садится рядом, хватает за плечи и обнимает крепко и уверенно. Он раскачивает их вперед-назад, чтобы хоть как-то успокоить друга. Шастун засыпает через несколько часов, когда слез уже нет, но тело продолжается содрогаться от беззвучных всхлипов.       Парень просыпается ближе к вечеру. Позов из его квартиры так и не ушел — не смог оставить друга одного, точно не тогда, когда Антон в таком состоянии.       Дима никогда не решится рассказать ему, что начальство уже давно написало заявление в полицию о пропаже их сотрудника. Никогда не расскажет, что практически каждый день мотается в морг на опознание. И каждый раз приезжая надеется, что изуродованное тело, что лежит на столе это кто-то другой, не он, не Арс. Пока что везет, но это пока что. — Я долго спал? — Шаст не понимает который час, — в последний раз, когда он закрывал глаза было совсем темно. Сейчас же опять ночь. — Ничего не помню. — Нет, главное, что ты выспался и выглядишь не таким мертвым, — Позов пытается шутить — получается скверно, он и сам понимает, но легкая усмешка на губах Антона позволяет хотя бы чуть-чуть, но расслабиться. Ему надо уехать на очередное опознание. Время уже поджимает и Дима не знает как сказать парню, что он сейчас уйдет, но потом обязательно вернется. — Ты куда-то спешишь? Иди. Со мной все будет хорошо, — говорит тихо, но достаточно уверенно, чтобы убедить друга, что ничего с ним не случится.       У Димы взгляд сомневающегося человека, но взвесив все за и против он все же идет в прихожую. — Если что — звони, — дает наставление перед тем, как выйти в подъезд. — Да, мам! — Дурак, — смеется Позов, подходя к лифту.       Антон провожает взглядом друга, который садится в машину и через несколько минут выезжает со двора. Закутавшись в плед, он выходит на балкон и закурив сигарету, задумчиво рассматривает детскую площадку. На качелях сидит смутно знакомый человек. Парень без задней мысли разглядывает мужчину, но когда тот оборачивается и смотрит в глаза, прямо в душу, что-то в груди падет вниз, а в животе все замирает, это Арс, живой, сидит тут, почти рядом.       Шастун накинув куртку и кое-как обувшись, сбегает вниз по лестнице. Он совершенно забывает закрыть входную дверь. И даже не обращает внимание на привычную фразу в голове, которая бьет набатом.       Ему плевать на всех и вся. Сейчас, еще чуть-чуть и он прикоснется к родному человеку. Будет молить о прощении, стоять на коленях. Сделает все, только бы Попов остался с ним.       Он недоуменно останавливается возле качелей. Никого нет. Оглядывается по сторонам и заметив знакомую фигуру возле дороги идет, нет, бежит к ней. А дальше то, что парень никак не может понять — Арс разворачивается к нему спиной и уходит. Шаста это не останавливает, но каждый раз, когда он приближается хотя бы на метр мужчина исчезает, а потом, словно по мановению волшебной палочки появляется в другом месте.       На улице минус дофига и ниже. Антон в летних кедах и расстегнутой куртке, ему не холодно — жарко. Щеки пылают огнем, дыхание сбито, но он не останавливается, упорно идет вслед за возлюбленным. Тот ведет его в какой-то парк. Шасту это кажется забавным.       Незаметно для себя он останавливается на какой-то небольшой полянке, в самой отдаленной части. Вокруг деревья и снег. Ни одной живой души. Смотрит по сторонам, видит Арса и идет к нему. — Найди меня.       Разносится в тишине и отдается тихим эхом в сознании. Антон округляет глаза. Только не сейчас, он же почти догнал. Тут и там лес, а по-другому это и не назовешь. — Ищи, ищи.       Слышится из-за каждого ствола дерева. Шаст не знает куда ему двигаться дальше. Виски пульсируют, сердце болезненно сжимается. Шатающейся походкой идет к еловым веткам припорошенным снегом. — Найди меня.       Он не понимает — идет ли звук оттуда или это его фантазия разыгралась. Руки дрожат, но Антон смахивает сначала снег и убирает ветки одну за другой. В очередной раз откидывая хвою в сторону, видит чьи-то ноги. Движения рук становятся активнее. Еще пара секунд и перед ним лежит тело, слишком любимое и знакомое, чтобы не узнать кто это. Шаст трет глаза, машет головой из стороны в сторону. — Этого не может быть.       На него смотрит Арс. Мертвый, потускневший взгляд. Хотя мужчина и обезображен маской смерти, в любом случае он остается для него таким же красивым, каким был при жизни. — Нет, нет, нет, нет, — не может поверить, что этот Попов, тот, которого считали просто сбежавшим.       В порыве злости он откидывает от себя все ветки. Издает непонятные звуки, больше похожие на звериные. А потом кричит, кричит душой, так надрывно. Бьет кулаками по снегу. У него истерика на грани психоза. Но кинув взгляд на мужчину немного успокаивается, приближается еще ближе и уже нависает над ним. Дрожащей рукой Антон проводит по его щеке. И этот контраст горячего и ледяного убивает. На безжизненное лицо падают живые слезы. Шаст прижимается своим лбом к его, во взгляде раскаяние и мольба о прощении. Парень корит себя за то, что не остановил, не пошел следом. Прикрыв глаза, он прикасается к хладным губам.       Отстранившись, берет в руку снег и проводит им по лицу, смывает с себя все. Легче не становится. Злость клокочет внутри. Он уничтожит каждого, кто к этому причастен, а в самом конце и себя. Потому что тоже виноват. Потому что не успел, не смог. И еще тысяча «не».       Антон бездвижно лежит рядом с телом. Уже на грани сознания слышит голос, который узнает из тысячи: — Спасибо.