Почувствуй мою душу

— За свободную жизнь! — крикнул кто-то за соседним столом. Мэй до сих пор не верила, что обучение закончилось и кадеты наконец-то могут расслабиться и спокойно отметить это радостное событие. Три года сжались в одну длинную тренировку, полную изнеможения, травм, синяков, поражений и побед. Но своей главной цели, дожить до конца обучения, Мэй всё-таки добилась и даже смогла стать неплохим солдатом — об этом говорили её оценки. В зале стоял шум и гам из-за толпы празднующих. И хотя веселье продолжалось уже какое-то время, на столах осталось ещё достаточно еды — за все три года кадеты никогда столько не ели и не пили. В честь праздника вынесли даже несколько бочек с элем. Сначала Мэй он не понравился, но вскоре уже стало всё равно, что пить. Зато Леону эль явно пришёлся по вкусу — настолько, что он практически не говорил и всё время пил. Они сидели за столом с Жаном, Марко, Джит, Энни и Бертольдом. Разговор не особо клеился, все старались съесть и выпить как можно больше, пока была возможность. Происходящее почему-то казалось сном — проснёшься, а ничего этого нет, хочется есть, нужно идти на тренировку… — Хорошо вам, первой десятке! — крикнул проходящий мимо кадет с кружкой эля в руке. — Чё, все в полицию пойдёте? — А? — Жан оглянулся. — Ну конечно! Я только для этого и надрывался… — Я тоже пойду в полицию, — добавил Марко. — Служить под началом самого короля — великая честь! Жан стукнул его по голове, отчего Марко выплеснул на себя эль, и сказал с ехидной улыбкой: — Да ладно, не стесняйся, скажи честно. Ты же просто хочешь в центральные земли, да? — несколько мгновений он молча смотрел на Марко, а затем закричал остальным в зале: — Все мы хотим туда, потому что в центральных землях нас ждёт весёлая жизнь в тепле и достатке! Ну, началось. Кажется, с Жана хватит эля. Мэй с трудом сдержалась, чтобы не кинуть в него чем-нибудь, потому что на них уже начали оглядываться остальные в зале. Марко огляделся, тоже заметив пристальное внимание окружающих, и закричал: — Да ну тебя! Я в отличие от… — А, ну да, извини, — Жан перебил его. — Ты же у нас пример для подражания. Люди вокруг начали перешёптываться. Мэй бросила взгляд на сидящего рядом Леона — тот по-прежнему пил эль и, кажется, всего лишь делал вид, что не слушает Жана и вообще не обращает внимания на происходящее. Интересно, почему он вообще сел за один стол с Мэй, а не с Томасом и Скрамом, как делал всегда? Неужели поругался с ними?.. — А вы куда пошли бы? — крикнул Жан, оглянувшись на толпу. Те молча смотрели на него, поэтому он подскочил и, подхватив кружку, закричал: — Таким, как мы, шанс переехать в центр выпадает очень редко! Хотите сказать, что остались бы тут? Ответом ему была тишина, но почему-то Мэй казалось, что дело не в том, что его поддерживали, а в том, что никому не хотелось портить настроение этими разговорами. Все слишком устали и хотели просто расслабиться хотя бы на один вечер. В воздухе витало ощущение, что это — затишье перед бурей, и уже через пару дней их всех затянет в очередной водоворот, ведь им предстоит решить, к какому подразделению присоединиться. Жан расценил молчание как знак согласия и сел обратно за стол. — Вот именно, — он сел. — Все хотят в центр. Мэй усмехнулась, но снова промолчала, чтобы не поощрять поведение Жана. Она никогда и не рассчитывала на то, что они с Леоном попадут в центр, но если бы у неё была возможность, она бы пошла в Военную полицию, просто потому что там безопаснее всего. — Жан, перестань, — бросила Джит. — Не порти людям праздник… Он лишь отмахнулся от её слов и, взяв в руки вилку, начал ковырять еду у себя в тарелке. За столом воцарилась совсем унылая атмосфера: Бертольд и Леон молча пили, Энни сидела боком и смотрела в сторону выхода, будто мечтала поскорее свалить, а Джит разглядывала других людей в зале. Будто устав от тишины, Жан спросил: — Ну так что, куда вы пойдёте? Несколько мгновений все молчали, собираясь с мыслями. Наконец заговорил Леон, который всё это время всё-таки делал вид, что ничего не слышит: — Мы в Гарнизон. “Мы”. Брат говорил и за Мэй. И хотя она тоже собиралась в Гарнизон, ей не понравилась фраза — будто напоминание, что он решил всё за них уже давно и у неё нет права выбора. Впрочем, именно так дела и обстояли, но Мэй лучше выскажет всё Леону наедине, чем будет устраивать шоу вслед за Жаном. Всем хотелось провести вечер спокойно — ей в том числе. — Угу, — лишь пробормотала она. — Я в Военную полицию, — сказал Бертольд. — Я тоже, — пробормотала Энни. — Хоть и не хочется служить вместе с тобой. В ответ на это Жан рассмеялся. За его спиной Мэй увидела Эрена, который поднялся из-за стола и заговорил: — Знаешь, Жан. Ты вот говоришь, что в центральных землях тепло и весело, а ведь пять лет назад эти земли тоже считались центральными. Повисла тишина. Жан недовольно оглянулся на Эрена, который продолжил: — А тебе ни в какие центральные земли и ехать не надо. У тебя в голове и так тепло и весело. — Эрен, прекрати!.. — Микаса схватила его за локоть, но он вырвал руку и направился к их столу. Кажется, вечер всё-таки будет испорчен… — Хочешь сказать, у меня с головой не в порядке, да, Эрен? — Жан обернулся к нему. — В отличие от всех вас я смотрю правде в глаза. Помнишь, четыре года назад люди уже пытались вернуть земли, которые захватили титаны? Почти всех, кто участвовал в той атаке, сожрали. Сколькими ещё нужно пожертвовать, чтобы вернуть те земли? Нет. Только не это. Мэй выдохнула, силой удерживая себя в реальности и вглядываясь в лежащие на тарелке овощи. Нельзя возвращаться к воспоминаниям о тех годах. Не здесь и не сейчас. — На то, чтобы уничтожить хотя бы одного титана, уходит тридцать человеческих жизней, — продолжил говорить Жан. — Но титанов куда больше, чем живущих здесь людей. Уже и дураку понятно, что нам не победить. В помещении повисла тишина. Замолчали все, прекратились все разговоры. Мэй оглянулась — все молча смотрели в пространство перед собой. Люди в самом деле проигрывали в войне, иногда казалось, что она бесконечна и никогда не закончится. — Ну вот… полюбуйся. Весь праздник испортил, — пробормотал Жан, тоже оглядев зал. — И что дальше? — спросил Эрен, скрестив руки. — А? Ты меня вообще слушал? — Слушал. Пока ты не сказал: “Я не собираюсь сражаться, потому что не могу победить”. Разве можно сдаваться раньше времени? И убеждать себя, что не осталось никакой надежды? — Эрен немного помолчал, а затем продолжил: — И вообще. То, что мы проиграли титанам, попытавшись задавить их количеством… В ушах у Мэй зазвенело — воспоминания всё-таки хлынули в голову. Толпы беженцев в её родной Хлорбе, которым было некуда деться, негде жить, нечего есть, нечего делать… и последовавший за всем этим кошмар, который давал о себе знать и по сей день… Ей на плечо опустилась рука Леона, отчего Мэй вздрогнула, возвращаясь в реальность. Она бросила взгляд на брата, который недоумённо смотрел на неё — видимо, заметил, что с ней что-то не то. У Мэй хватило сил лишь на то, чтобы кивнуть. — У меня есть мечта, — заговорил Эрен, оглядев всех в помещении. — Я хочу уничтожить всех титанов на этой земле, выбраться из этих тесных стен и отправиться в путешествие. — Ты сам-то себя слышишь? — Жан усмехнулся и поднялся со стула. — И у кого из нас с головой не в порядке? — Чего?! Сам посмотри! Тебя никто не поддерживает! В зале по-прежнему висела тишина — все будто просто ждали, чем закончится разговор. Эрен осмелился при всех заговорить о своей мечте, причём не какой-то ерунде, а о чём-то невозможном. Уничтожить всех титанов? Отправиться в путешествие? Звучало как какая-то сказка для детей… А когда Мэй в последний раз о чём-то мечтала? Последние годы она жила так, как ей говорили, потому что по-другому было никак. Ранние подъёмы, тренировки, экзамены, оценки, титаны, Гарнизон… Мэй подпёрла голову рукой, чувствуя, как внутри беснуется какое-то странное чувство, от которого к горлу подступил ком. — Давай, беги в свои центральные земли, — Эрен выдохнул. — Такие, как ты, нам в строю и даром не нужны. — Побегу и с радостью, — Жан повысил голос. — А ты по ту сторону стены собрался, да? Поторопился бы. А то твои любимые титаны тебя заждались уже. Повисла тишина, они напряжённо смотрели друг на друга — казалось, даже воздух заискрил. — Всё, мне надоело, — пробормотал Эрен. Жан в ответ усмехнулся. Мгновение спустя они будто по команде сцепились и начали бить друг друга. Вот теперь зал загудел и заулюлюкал, все повскакивали со своих мест, пытаясь получше увидеть драку — будто именно этого они и ждали. Мэй совершенно не удивило, что очередной разговор Жана и Эрена на спорную тему закончился стычкой — так всегда было и, видимо, так будет всегда. — Опять… — послышался голос Джит. Мэй покачала головой. Бертольд с ужасом следил за дракой, Энни было всё равно. — Придурки… — пробормотал Леон и поставил кружку с элем на стол. — Вечно портят всё. Мэй пропустила момент, когда Микаса решила вмешаться и с лёгкостью оттащила Эрена в сторону. Драка тут же прекратилась, а крики зала сменились смехом — даже Леон, всё это время не особо реагирующий на происходящее, засмеялся. Мэй закрыла лицо рукой, чтобы не видеть этого позора. В то мгновение ей захотелось оказаться где угодно, но не здесь и не сейчас. — Микаса?! — заорал Эрен. — Отпусти меня! Всё это нужно было заканчивать. Жан, казалось, всё ещё был готов наброситься на Эрена, несмотря на вмешательство Микасы. Не хватало, чтобы на крики кто-нибудь пришёл и разогнал всех — тогда вечер точно будет испорчен, ещё и наказание может последовать. Мэй недовольно выдохнула и поднялась. — Ты куда? — спросил Леон. Она не ответила и, обойдя стол, встала перед Жаном и твёрдо сказала: — Побесились и хватит. — Не лезь куда не просят! Жан попытался обойти Мэй, но она не давала ему этого сделать. Рядом тут же появились Франц и Ханна. — Жан, давайте заканчивать, а то инструктор придёт! — Отвали! — Успокойся, — твёрдо сказала Мэй, пытаясь поймать взгляд Жана, но тот смотрел куда угодно, но не на неё. — Да, по-моему вы достаточно повеселились, — Франц улыбнулся. — Ещё не хватало, чтобы вы поубивали друг друга! — добавила Ханна. Микаса тем временем потащила Эрена к выходу. Что-то во взгляде Жана поменялось — казалось, ещё секунда, и… — Жан, — Мэй тряхнула его за жилет, приводя в чувство. — Дьявол… — пробормотал он, а затем закричал вслед Эрену: — Повезло тебе! Снова Микаса тебя спасла! Ты и в Разведкорпус её за собой потащишь, да?! Эрен что-то крикнул в ответ, но из-за хора голосов и смеха слов было не разобрать. — Так, — Мэй недовольно выдохнула и толкнула Жана в грудь. — Пошли, проветришься! — Не трогай меня!.. — возмутился тот. — Я сказала “пошли”, — процедила она. Из зала был выход с другой стороны — именно туда Мэй и потащила Жана. На улице он молча сел на ближайший ящик и запустил руку в волосы. — Отчитывать меня будешь? — спросил Жан через несколько минут. — Нет, не буду, — Мэй села на ящик рядом с ним. — Давай просто молча посидим и успокоимся. Жан бросил на неё удивлённый взгляд, а затем выдохнул — кажется, он уже успокоился и протрезвел. В то мгновение ему нужен был друг, а не зануда-учитель… впрочем, Мэй тоже была не против компании кого-то, кому она доверяла. — Давай… Она вдохнула свежий вечерний воздух. Ни воспоминания, ни слова Эрена о мечте её уже не тревожили — даже эль выветрился. Осталось лишь странное чувство пустоты, которое Мэй всё никак не могла понять. Из-за чего оно возникло? Почему вообще осталось? Как от него избавиться?.. Странный вечер — кажется, это действительно было затишье перед бурей.