Любовь с привкусом крови…

Месть бессмысленна, если её цена — смерть. Макс Фрай.

      Хатидже весь день не могла найти себе места после утренней ссоры с Махидевран. Сон и вовсе покинул принцессу. Она бродила по коридорам огромного замка в надежде отвлечься от всех наваждений жизни. Казалось, её жизнь разваливалась на мелкие осколки, которые девушке уже никогда не будет под силу собрать. Любовь всей её жизни оказалась обманом. Ибрагим вот уже почти полгода имеет связь с другой женщиной, а потом приходит домой и, как ни в чём не бывало, шепчет ей слова любви и клянётся в верности. Разве такое унижение можно простить? А ведь когда-то они были так счастливы. Хатидже помнила их тайную переписку, сколько искренности было в этих словах. Миллионы бабочек взлетали в животе от одной встречи взглядами. В первые дни после брака Ибрагим приносил своей госпоже самые красивые цветы, которые лично выбирал в саду. Они проводили вместе ночи напролёт, говоря обо всём и ни о чём одновременно. Однако ничего в этом мире не вечно, и любовь вовсе не исключение, как твердят многие. Мы приходим в этот мир поодиночке и умираем тоже лишь наедине с собой и воспоминаниями о былом прошлом. Сколько прошло времени, принцессе было трудно ответить, но за окном уже давно потемнело. Её внимание привлек непонятный шорох. Пойдя на звук, Хатидже открылась весьма необычная для здешних мест картина. На полу сидела Махидевран, держась одной рукой за живот, беспомощно пытаясь сделать хоть один глубокий вдох. На лице её отражалась гримаса нестерпимой боли. Не медля, Госпожа подбежала к девушке, в этот же момент султанша устало закрыла глаза, окончательно проваливаясь в темноту небытия, медленно падая по стене на холодный каменный пол. —Стража!! — громко прокричала принцесса и моментально, словно из ниоткуда появилось двое мужчин в форме. —Срочно зовите лекаря, в покои Махидевран Султан! — один из евнухов тут же удалился, а второй поднял обессилившую черкешку на руки. —Не может быть... — вырвалось из уст османской госпожи, когда она увидела красное пятно на белой ночнушке Махидевран. —Опять?.. — девушка не могла поверить своим глазам. Неужели Аллах вновь лишил султаншу счастья стать матерью. Не веря своим глазам, Хатидже поспешила за охранником, чтобы узнать, что же такое случилось с черкешкой.

•••

Махидевран очнулась от неприятного запаха, который, казалось, пробирает до костей. Неприятные ощущения стали комом в горле в очередной раз, заставляя измученную султаншу биться в приступе противной тошноты. Когда, наконец, эта пытка была окончена, девушка с облегчением вздохнула, падая на кровать. —Госпожа, мне жаль, но я не смогла спасти вашего ребёночка. — тихо продолжила лекарша. По иронии судьбы это была именно та женщина, которая залечивала все раны черкешки после бурных ночей с Сулейманом. Всё же она чувствовала свою вину за всё происходящее, несмотря на то, что ничего не могла изменить. —Ребёнка?.. — султанша подняла непонимающий взгляд на повитуху. В глазах заблестели слёзы от осознания ужаса содеянного поступка. Она своими руками погубила собственного ребёнка. За одну ночь она потеряла трёх своих детей. И, о Аллах, она не понимала, почему она всё ещё жива. За что бог так поступает с ней? Черкешке всю жизнь придётся жить с понимаем того, что она убийца. Убийца собственного ребёнка. —Почему ты не дала мне умереть? — султанша подняла на лекаршу полный боли и отчаянья взгляд. —Мне незачем больше жить… — шёпотом добавила девушка, а по виску скатилась одинокая слеза, заставляя ткань подушки темнеть. —Как же так, Госпожа? Что же будет с Мустафой и Разире? — непонимающе воскликнула женщина. —Их больше нет… — смотря куда-то в даль, ответила Махидевран. Казалось, мыслями она была уже совсем далеко. —Что вы такое говорите, Госпожа?! — удивилась повитуха ещё больше. —Повелитель час назад привёз их во дворец, они целы и здоровы, лишь сильно напуганы. — попыталась достучаться до черкешки женщина. —Живы?.. — Махидевран резко попыталась встать, но слабость быстро дала о себе знать, и она лишь тяжело вздохнула. Но на губах появилась усталая улыбка, а по лицу потекли слёзы. Слёзы счастья. Но тут же в глазах отобразился ужас. Если Сулейман узнает, что из-за её поступка погиб их малыш, ей несдобровать. —Прошу, не говори никому о ребёнке!! — взмолилась черкешка, хватая лекаршу за запястье. —Я унесу эту тайну в могилу, клянусь! — женщина улыбнулась, накрывая холодную руку тёплой ладонью. Это единственное, чем она могла помочь этой несчастной девушке, поэтому сомнений не возникало. —Вам нужно поспать, Госпожа, не переживайте, никто не узнает о малыше. — уже тише добавила повитуха, вставая с места и направляясь к выходу. Слова её подействовали успокаивающе. Если никто не узнает, то возможно у Махидевран получится остаться одной из любимиц падишаха или хотя бы он даст ей возможность пожить спокойно. Однако самое главное было лишь то, что её малыши живы и они в безопасности. Веки тяжелели с каждой секундой, вынуждая девушку проваливаться в безмятежный сон… Тихий шелест листьев, ветер слегка развивает тёмные волосы. Где-то вдалеке можно услышать пение птиц. Сад, по которому шла Махидевран, безусловно, привлекал своей коростой и великолепием. Такой тихий и незаметный, словно звезда на небе, но такой неимоверно прекрасный. Иногда в тишине можно найти тот самый идеал, к которому стремятся все бегущие и спешащие люди. Лёгкая улыбка украсила прекрасное лицо, когда на указательный палец султанши опустилась необычайной красоты бабочка. Её синие крылышки были словно прозрачные кристаллы. В этом месте царила благодать. Впервые за долгое время султанша не ощущала боли, ни физической, ни моральной. Ей было как никогда хорошо. Думалось, умиротворение растекалось по венам вместо крови. —Гюльбахар, — до боли знакомый голос раздался где-то совсем рядом. Девушка уже и забыла, когда кто-то называл её настоящее имя. —Моя прекрасная дочка, — султанша подняла взгляд и увидела перед собой того человека, по которому она скучала все эти долгие годы. —Мамочка! — воскликнула черкешка, за секунду оказываясь рядом с женщиной, заключая ту в крепкие объятия. В этот момент единственным желанием султанши было заставить время замереть, чтобы так навсегда и остаться в объятиях любимой матери. —Как ты похорошела, доченька! — женщина отстранилась, с любовью глядя на младшую дочь. —Стала настоящей красавицей! — Нергис положила руку на щеку шатенки, голубые глаза женщины точь-в-точь как у дочери блестели от слёз. —Я так скучала, матушка! — девушка взяла руку матери, склоняясь в поклоне, оставляя поцелуй на тыльной стороне ладони и прикладывая её ко лбу. —Как жаль, что Мустафа и Разире никогда не смогут увидеть вас… — грусть отобразилась в голубых как небо глазах. —Я уверенна, ты воспитаешь достойных наследников, доченька! —улыбаясь, продолжила женщина. —Красавица моя, я пришла чтобы предупредить тебя, — с лица женщины тут же спала улыбка, а тон резко изменился. —Будь осторожней, что-то очень плохое рядом, оно совсем близко. — Нергис притянула дочь к себе, оставляя нежный поцелуй на лбу, такой сладкий, как в далеком детстве, когда маленькая Гюльбахар была счастлива и вовсе не знала горечи жизни. —Тебе пора. — тихо заключила женщина. Начиная отходить. —Нет!! — глаза Махидевран тут же расширились, в них читались паника и страх. Девушка беспомощно цеплялась за руки матери, но та ускользала, словно песок сквозь пальцы, снова. Как в ту роковую ночь… —Тебя ждёт очень важный человек… — последнее, что произнёс столь любимый голос. Всё кругом начало постепенно темнеть и исчезать, пение птиц замолкло, и лишь бабочка с фианитовыми крыльями вновь приземлялась на палец султанши, освещая ярко-голубым светом кромешную тьму…