Слезы Вальхаллы

      Мацуно был абсолютно уверен — вся эта игра Баджи с его показательным уходом, обязательно скоро закончится, и он вернётся в семью, но время неумолимо шло, и ничего не менялось. Ему несомненно не хватало командира, как и времени, что они проводили вместе.       После того, как Пачин попал за решетку, все шло наперекосяк: Дракен, едва ли не расстался с жизнью, а теперь ещё этот мерзкий Кисаки, ставший частью группировки. Вся эта ситуация угнетала Чифую, ему хотелось, чтобы хоть кто-то утешил, чтобы Кейске был рядом и дал ему взбучку за то, как он раскис, он хотел увидеться с ним даже зная, что члены Вальхаллы враги Токийской Свастики, но невзирая на законы, он мечтал об этом больше всего…       Решившись на самую большую глупость в своей жизни, Мацуно всё же написал ему, с просьбой встретиться, своему лучшему другу, который оставил его. Было ли это его прихотью, или одна из выходок, которую невозможно объяснить из-за особенностей характера — он не мог точно сказать, но то, что душа Кейске осталась здесь с остальными — неоспоримо, он не сомневался в этом и получив от Баджи ответ в стиле:       — Я не могу, в другой раз.       Мацуно окончательно слетает с катушек.       "Какого хера этот мудак из себя возомнил?" — крутится в голове парня, чьи и без того не стабильные чувства, были растоптаны такой холодной фразой, и накинув свою чёрную куртку свастоновской формы, он отправляется искать приключения, прихватив с собой кусок арматуры, на всякий случай.       Проезжая свой район, Мацуно направляется прямо во владения Вальхаллы, где правят безголовые парни, не имеющие ничего общего с ангелами, их белый цвет настолько грязный, что Чифую тошнит от него и всех её членов.       Останавливая свой байк напротив центральный площади, где обычно собираются Вальхалловцы, он берет дубинку и идёт навстречу развлечениям. Несколько парней видя такую картину, начинают подшучивать и ухмыляться, замечая, что «щеночек Майки видимо заблудился», но его не задевают эти слова, он пришел не для того, чтобы говорить, и собрав всю свою злость, он разбегается и сбивает самого крупного парня с одного удара, и с горящими ненавистью глазами, заявляет:       — По одному, ублюдки.              Получая именно ту реакцию, которую желал, Чифую прилетает не хилый удар с ноги, от парня, что выступил следующим. Но Мацуно знает — он не слабак, и бросается на оставшихся бесстрашно, словно это честный бой. Сбив с ног нападающего, он получает чем-то тяжёлым сзади, отчего жутко раскалывается голова и по ней стекает что-то теплое, светлые волосы окрашиваются красноватым оттенком, но это лишь заставляет парня подняться, чтобы отплатить той же монетой. Врезав ещё одному своим оружием, он едва ли не прорезает его одежду железной палкой, и соперник откидывается назад, падая от боли.       Последние из присутствующих выглядят достаточно сильными, они из тех, кто не спешит нападать, поэтому каждый мог уже уловить тактику боя Чифую, и учитывая, что тот был уже на пределе, его вырубают одним ударом в лицо.       Темнота и холод, все, что он помнит, а после размытый образ и ужасную головную боль, кто-то поднимает его, притягивая рукой за волосы и говорит что-то, но он слышит лишь отголоски:       — Довы#бывался щенок.       И снова чувствует боль в области живота, а после падение на асфальт, понимая, что встать сил не осталось он откидывается на спину, вглядываясь в небо. Мацуно искренне разочарован, ведь тот, ради кого он вытворяет это безумие так и не явился, а ещё от Майки достанется за самоволку, и от досады на глазах выступают слезы, и в этот момент мысли прерывает яркий свет, направленный прямо на него.       Подмога приехала — думает Чифую, видя белую куртку и решив, что теперь ему точно не уйти живым. Байк остановился в нескольких сантиметрах от его головы, было так опасно, что Мацуно даже задержал дыхание, но то, что последовало дальше вне всяких сомнений удивило его.       Только что приехавший парень резко сорвался с байка, и скинув на пол свою куртку, набросился на остальных разбивая лица. В первый раз он делал это, не собирая свои волосы, а лишь отбросив этот ничтожный символ, объединяющий их — светлую куртку, и разобравшись с оставшимися он кидает избитым парням фразу:       — Надеюсь больше не увижу, ваши ебаные лица.       Оставляя всех позади, Кейске помогает подняться своему другу, усаживая его на свой байк, и сразу срываясь подальше от этого места. Баджи в ярости, от мыслей о том, что ещё чуть чуть и он мог опоздать, руки до боли сжимаются, сдавливая рукоятку газа и значительно прибавляя скорости. Он несётся словно перед ним пустая трасса и это не опасно, он ненавидит себя за то, что не мог приехать немного раньше.       Сжимая его футболку, Чифую прижимается как можно сильнее, стараясь не упасть от такой опасной езды, и обвивая руками Баджи он упирается носом в его спину, давая понять, что он жив и все хорошо.       Проезжая мимо незнакомых домов, Чифую осознаёт, что они едут не к нему домой, и поворачивая в одном из переулков, Кейске наконец-то сбавляет скорость, останавливаясь у въезда. Оба парня слезают с байка, и Баджи за руку тянет друга за собой. Пропуская его на порог своей пустующей квартиры, он начинает разговор.       — Ванная слева.       — Хорошо, — коротко отвечает Мацуно.       Он хотел встретиться с ним, но все пошло не так, как должно было быть, ему жаль, что он доставил неприятности не только себе, но и своему другу, и решив оставить претензии на потом, он удаляется в уборную.       Закрывая за собой дверь, парень стягивает куртку, которую теперь нужно отдавать в химчистку и смотрит на своё избитое лицо в отражении — ссадины по обеим сторонам и кровь, засохшая на волосах. Вспоминая об ударе, который пришелся на затылок и потирая его, он морщится от боли.       Небрежно открывая дверь Баджи стоит на пороге, собрав руки вместе, он явно зол и хотел бы услышать хоть какое-то логическое оправдание случившемся.       — Ну и что ты, придурок, по твоему творишь? — произносит он переходя на более высокие ноты.       Мацуно расстроен, снова, он снова чувствует это, даже единственный человек, с которым он так хотел оказаться — сейчас, только отчитывает его. Слезы предательски подкатывают комом к горлу, выдавая всю слабость и подавленность.       — Иди к черту, я вообще не просил твоей помощи. — Зло отвечает Чифую, его голос дрожит и он не может сдерживаться.       Снимая тёмную футболку, Баджи подходит к нему, показывая её с другой стороны.       — Вот видишь, ты замарал кровью своей, останешься и будешь стирать утром. — тыкая пальцем ему в лоб, произносит Кейске, а после включает теплую воду и смывает остатки крови с лица, бережно протирая каждую ссадину. Чифую смотрит в зеркало, и то как сейчас выглядит его командир немного смущает, но в то же время он очень рад, что это прежний Баджи. Его тёмные волосы спадают на плечи, а отсутствующая футболка лежит рядом, и при этом он заботится о своем друге, осторожно касаясь его лица.       Не выдерживая Мацуно приподнимает руки, словно боясь всё испортить, и осторожно обнимает его, касаясь лицом его кожи. Кейске смотрит на это милейшее создание и гладит его по голове, обнимая ещё крепче.       — Я просто хотел увидеть тебя, — признается Мацуно, переходя на шепот.       Баджи нервно сглатывает, от одной этой фразы, и оставляет свой ответ не озвученным, но Чифую не сдается.       — Я так скучал, ты самый ахуенный из всех, ты знал Баджи?       Кейске снова молчит, потому что лучше иногда держать свои мысли при себе. От этого молчания Мацуно отрывается от него и смотря в лицо спрашивает:       — Ты слушаешь вообще?       Кейске наклоняется, практически касаясь его лица и произносит так четко, чтобы Чифую уяснил наконец:       — Ещё одна подобная фраза, и я за себя не отвечаю.       От этих слов, все избитое лицо парня залилось краской и он прижался к Баджи ещё сильнее, чем прежде.