Я так боялся тебя потерять.

«Где я...?» — это было первое, про что я подумал, когда очнулся в больнице. Ну, я наверное начну рассказ с начала.

***

Этот гребанный Кисаки! Ведь это всё дерьмо в Тосве происходит именно из-за него, мамой клянусь! Эта Вальгалла.... Она ведь по-любому как-то с ним связана... Ну ничего, я с этим всем разберусь и найду побольше информации об этом придурке, но мне придется покинуть ребят и его... Надеюсь он меня поймет. Первый пункт плана выполнен. Тосву я покинул, осталось только вступить в Вальгаллу. КТО ЖЕ ЗНАЛ, ЧТО ЧТОБЫ ВСТУПИТЬ К НИМ, ПРИДЕТСЯ, ПРИДЕТСЯ БИТЬ ЕГО! Я сейчас готов рвать и метать в буквальном смысле. И все же придется верить в то, что он поймет меня. Ох, ну почему он всё также преданно смотрит на меня своими зелёными как изумруд глазами? От этого становится ещё больней. Приходится сдерживать слёзы и оставаться хладнокровным, чтобы план прошёл на «ура». Надеюсь с ним сейчас всё хорошо. Эти твари хотели ещё над ним поиздеваться, но хвала богам, что Ханма сказал им ничего с ним не делать, а просто выкинуть куда-нибудь подальше. Ну идея с тем, чтобы его кинули на какую-нибудь свалку мне пришлась не по душе, но я не показал виду. После обсуждения битвы нас распустили по домам. В убежище осталось не много людей. Я тоже пошёл домой, но не дойдя и половины дороги моё сердце напомнило о нём. Чифую... И я пошёл обратно. Через полчаса я всё таки нашел его. Он всё ещё был без сознания. Взяз его на руки я отправился к себе домой идя по другой, по длинной дороге, чтобы меня не увидели это выродки, а то мало-ли... Ханме расскажут. Тогда мой план провалится с треском. А мне этого ох как не хотелось... Войдя в квартиру я прислушался. Было тихо. Значит мама ещё на работе. Разувшись я пошёл к себе в комнату и положил л̶ю̶б̶и̶м̶о̶г̶о̶ друга на кровать. Я отправился в ванную за аптечкой, а когда вернулся увидел, что Чиф пытается встать. Я виновато посмотрел на него, прежде чем тихо пробормотать. — Прости... — Он повернул голову и посмотрев на меня, тепло улыбнулся, от чего у меня на сердце кошки заскребли, а глаза предательски защипали. — Я все понимаю! — И скривив лицо от боли, он отвернулся. Я подошёл к нему и сел рядом на кровать. Положив аптечку к себе на колени, я начал искать нужные медикоменты. Найдя перекись, мазь и пластыри, я развернул Мацуно к себе лицом. После чего начал бережно обрабатывать раны. Когда я закончил, Чифую уже клевал носом, в прямом смысле. Поэтому я сказал ему, чтобы он переоделся и уложил спать, а сам ушёл в ванную. Когда я вернулся, он уже крепко спал. Я очень тихо лег рядом (кровать двухместная, так что проблем нет) и повернулся к «другу» лицом. У него такие красивые черты лица, такие тонкие руки, такая тонкая талия, такие мягкие волосы. Да он вообще идеальный, чтоб вы знали. Я еще долго не мог заснуть рассматривая Чифую. Поэтому даже не заметил, как задремал. Не знаю как, но Мацуно всегда понимает меня. Вот и сейчас он знал, что я буду его там ждать, чтобы поговорить. Но вот то, что он приведёт с собой кого-то ещё удивило меня. Странный он, этот Такемичи. Сказал мне, чтобы я выжил. Пфф, если он думает, что я там помру, то он меня явно недооценивает. Наконец-то наступил решающий день. День, когда я убью этого дерьмоеда — Кисаки. Как я уже говорил, странный он — Такемичи. Начал мне мешать, пытался меня задержать, но от кого я не ожидал такого, так это от Казуторы. Зачем ему понадобилось меня убивать? Ладно, с этим позже разберусь. Сейчас надо убить Кисаки. Когда я уже дошёл до него и даже замахнулся для удара, то я почувствовал ужасную боль. В глазах потемнело, а изо рта прыснула кровь. — Так вот насколько меня хватило... — сказал я, прежде чем потерять сознание. Очнулся на руках Мацуно. Он плакал, а когда повернул голову в сторону, где были слышны крики, то увидел как Майки дрался с Казуторой. Тогда я понял, он разозлился из-за меня и теперь хочет отомстить ему за то, что тот якобы убил меня. Поэтому не раздумывая я встал и крикнул направляясь к ним. — Разозлился из-за меня, Майки? Мне приятно. После чего я достал свой складной нож и замахнулся для удара. — У тебя не получится меня убить, Казутора. — нож уже почти достигнул своей цели, как его кто-то с силой выбил из моих уже ослабших рук. И это был он — Чифую. Он начал кричать на меня при этом захлебываясь в своих слезах. На что я только усмехнулся и упал потеряв сознание. Как оказалось он уже даже вызвал скорую. И вот сейчас я уже лежу в больнице с капельницей и думаю, когда все пошло не по плану? Возле меня сидит заплаканный Чиф и держит меня за руку своей дрожащей маленькой ручкой. С другой стороны кровати стоит мама. Видно, что она изо всех сил сдерживает слезы — она ведь обещала мне, что больше не будет плакать. Мама увидев, что я хочу поговорить с Чифую, ушла со словами. — Я думаю, вам надо поговорить. Посмотрев на любимого друга, я коснулся его щеки, поглаживая подушечками пальцев, успокаивая. Он же в свою очередь положил свою руку поверх моей и ещё сильнее заплакал. После получаса он все таки успокоился. — Ты дурак, Баджи Кейске!! Ты хотел себя убить?! Ты хоть обо мне подумал? — Он практически орал на меня, но всё же его глаза смотрели на меня с плохо скрываемым страхом. Он что, так сильно боялся меня потерять? И как будто прочитав мои мысли он сказал. — Я так испугался, что потеряю тебя! Если бы не моя реакция, ты был бы мертв! — И он снова заплакал. Ну, я бы сказал зарыдал. — Да ладно тебе, всё же нормально. - Сказал я хриплым голосом. — Лучше молчи. - С сердитым выражением лица сказал он, подавая мне стакан с водой. Спустя два месяца меня выписали. По словам Чифую меня бы выписали раньше, если бы я не сбегал с больницы. Ну, а что поделать если там скучно? И да, я все ещё не признался ему в своих чувствах. И нет, не подумайте, я не боюсь, что это не взаимно. Я просто не хочу рушить нашу дружбу. Ну ладно-ладно, да я боюсь, что это не взаимно и что после этого признания он отвернется от меня. Эх, ну ладно, я признаюсь ему, только немного позже. Честно. Только позже. Ну примерно через месяца два, ну или год. Может вообще через лет таки 12... Сегодня мы с Чифу договорились встретиться и поговорить. Ну, точнее он хочет поговорить. Говорит, что это не телефонный разговор. Мы решили, что встретимся в парке. Поэтому я уже сижу там и жду, когда он придет. — Йоу, привет, Баджи! - Сказал Мацуно и улыбнулся. — Салют, Чиф. - можно сказать, что я ответил ему улыбкой на улыбку. Я похлопал по скамейке, чтобы он сел. — Слушай, я давно хотел тебе сказать, - начал он садясь рядом — что... — Но внезапно замолк, пряча лицо в свои ладони. — Что случилось, Чиф? - Спросил я смотря на него. — Ничего, забудь. Пойдём лучше лапши поедим? - сказал он так и не показав лица. — Ну уж нет. Я же вижу, что что-то случилось. Да и тем более раз начал, так договаривай. - Сказал я, когда услышал всхлипы. — Эй, ну ты чего? — я начал гладить макушку Мацуно. — Я так тогда за тебя испугался... Я думал, что потеряю тебя навсегда, понимаешь? — Чифую наконец поднял голову с ладоней и в первые за день посмотрел на меня. У него были красные и опухшие от слез глаза. Под ними красовались синяки, что говорило только об одном, что он не спал всю ночь. Он всхлипывал после каждого предложения. — Знаешь, а ведь я люблю тебя, Кейске... — Сказал младший, после чего горько усмехнулся и покраснел. — Я пойму, если ты больше не захочешь со мной общаться... — Чиф, я... — Начал было я. Если говорить честно, то я был в шоке от услышанного. — Ничего не говори, прошу! Я всё понимаю. — Видимо он думал, что я скажу ему что-то типа: «Мне надо всё обдумать, прости...» или «Ты мне противен!». Поэтому, я на одном выдохе сказал. — Я тоже люблю тебя, Чиф! — После чего глянул на друга (?). Он был в шоке, но не долго. Видимо, до него всё таки дошло услышанное, но он не до конца верил в это. — Повтори. — Я люблю тебя, Чифую. — Я наклонился и прошептал это ему прямо в губы. После этого он поцеловал меня. Я начал ему охотно отвечать, кусая его губы своими клыками оставляя кровавые следы. Тогда Мацуно приоткрыл рот пуская мой язык. Я начал изучать его ротовую полость. Сначала нëбо, после зубы, а потом перешёл на язык. После чего наши языки сплелись в танце. Когда обоим стало не хватать воздуха, мы отстранились друг от друга. Нам потребовалось минуты 2-3, чтобы восстановить дыхание. —Ты будешь моих парнем? — спросил я. — Да. — Сказал он, покрываясь лёгким румянцем.