Навстречу лету взять и убежать!

Шла вторая пара. Хорошо спится на толстом учебнике. Что это там? Ах, английский язык. Ну да, такой важный предмет, особенно если знать его почти в совершенстве. Свет тихонько пробивался через толстые стекла школьных окон, как будто боясь разбудить Женю. Она катастрофически не высыпалась. С этим надо было что-то делать. Ну хоть учителя не донимали своими бесполезными вопросами, а ставили оценки просто за тесты, спасибо Сан Санычу за это. Ей снилась какая-то неразбериха, примерно такая же, какая происходила у нее в голове. А там была целая запутанная вселенная: музыка, депрессия, разная литература и сюжеты. Звонок. Опять просыпаться и переходить в следующий кабинет, чтобы снова заснуть. Надо бы выпить какую-то часть банки РедБулла, может, полегчает. Дааа уж, дедушка и бабушки вряд ли одобрили бы употребление энергетиков, но без этого никак, иначе совсем жить не хочется. Дед в вечных разъездах со своей газелью, бабушки во всем помогают. Она им всем благодарна, но жить-то все равно не хочется. Каждый день одинаковый. Каждый. Грёбаный. День. Из дома в школу, со школы домой. Часов 6-7 и спать. Такая ненавистная зацикленная система... Вдруг через несколько глотков окрыляющего напитка надавило где-то у солнечного сплетения. Появилось ясное ощущение тошноты. Да что ж такое-то, уже даже энергетик не попить. Ещё один толчок, её чуть не вырвало. Благо, перемена. Раковина, два пальца в рот. Вот и всё. Единственное хорошее за весь день, в виде завтрака, заботливо приготовленного бабой Валей, тоже вышло из израненного изнутри тела. Медкабинет. Машина Сан Саныча. Дом. Испуганные глаза бабушек. Кровать. Темнота. «А что, это не худший вариант. Хотя, не проснуться было бы лучше».        Всё как-то очень смутно. Вроде бы она спит, а вроде бы и нет. И в голове звучит текст одной из любимых песен: "Видишь, там, на горе, Возвышается крест. Под ним десяток солдат. Повиси-ка на нём. А когда надоест, Возвращайся назад Гулять по воде, гулять по воде, Гулять по воде со мной..." Правда, убежать бы куда-нибудь и гулять бы где-нибудь далекооо-далеко. Так спокойно и тихо в темноте. И вдруг темнота разрывается, её тело вздрагивает, глаза открываются. Ничего себе, потерять сознание без особой причины. Спасибо, РедБулл. И вот к ней уже стала возвращаться ясность в понимании происходящего вокруг. — Женечка, а шо это? — баба Валя указывала своим мозолистым пальцем на немного смятую банку энергетика, в которой ещё что-то плескалось, — опять всякую гадость пьёшь? Вот и отравилася, родненькая моя. Бабушка Оля уже разговаривала по телефону с врачом. В двери провернулся ключ. Появился взволнованный дедушка Ваня. — Так, шо тут происходит?! — Да ничего, дедуль. Всё в порядке. Ничего страшного. — Всё в порядке было, когда я на фуре перевернулся, а это совсем не ничего. Шо болит? — Да я же говорю, ничего не болит, — попыталась встать девушка и, почувствовав, как кружится голова и темнеет в глазах, опустилась обратно на постель. — Так, на вон мандарин, только с рынка. — Иван Степаныч! — Да, Ольга Николавна. — Лечить фруктами, да ещё и немытыми, конечно, очень полезно, но доктор продиктовал мне список лекарств. — Ба, да не надо никаких лекарств, само пройдет. Не берите в голову, я просто устала. Она хотела просто полежать пару минут на подушке, но глаза сами собой закрылись, и Женя погрузилась в умиротворённый сон. Возможно, сейчас это лучшее, что может с ней быть. Круг заботы, терпкий запах мандарина, лежащего на столе, мягкая подушка и тёплое одеяло. Кто-то аккуратно укрыл им её хрупкое, постепенно расслабляющееся тело. А за окном пошёл первый снег.