Навстречу лету взять и убежать!

"И чудаки ещё такие есть Вдыхают полной грудью эту смесь. И ни наград не ждут, ни наказанья, И думают, что дышат просто так, Они внезапно попадают в такт Такого же неровного дыханья". В. Высоцкий, "Баллада о любви". То же кафе. Та же уезжающая дедушкина машина. Женя стояла напротив двери. Ей хотелось уже, наконец, войти, но она всё же немного боялась. Чего боялась? Она сама не знала, чего. Она могла бы ещё долго стоять тут, не решаясь войти, если бы не получилось так, что Кирилл сам опаздывал. Парень бежал уже целый квартал, ведь дорога, по которой он собирался ехать, оказалась перекрыта из-за ремонта. Оставив свой мопед на какой-то парковке, он рванул на своих двоих. Он уже задыхался, в лёгких жгло, а голова не соображала, куда и как он бежит, когда Кирилл увидел знакомый и такой родной, что-ли, силуэт. — Привет! — крикнул он и из последних сил добавил скорости в последний рывок. Женя обернулась и увидела, как говорится, кадр за секунду до: Кирилл с замученным, но счастливым лицом на всей скорости наступает на заледеневшую из-за зимних морозов лужу. Она хотела ему что-то показать, крикнуть, но успела только взмахнуть руками, когда парень уже лежал на земле. — Ты в порядке?! — девушка с тревогой подбежала к Кириллу, лежащему на льду, и присела рядом на корточки, — не молчи! Больно? — Нет, — он лежал льду и глупо улыбался. Конечно, Кирилл лукавил, было больно. Он не хотел её расстраивать, да и просто ударился головой, так что у него в глазах всё двоилось и было сложно соображать. — Не ври мне! — она смотрела на него таким взглядом, какого он не видел никогда. Здесь было всё: забота, тревога, какая-то злость, паника, сочувствие...— я чувствую, когда мне врут. Ты сильно ушибся? Улыбка на его лице становилась всё шире и шире. — Господи! Да что ты молчишь-то?! — она схватила его за плечо и потрясла. Лицо парня скорчилось в гримасе боли, — прости! Прости, пожалуйста! — Ничего страшного, — он из последних сил улыбался, даже немного непроизвольно, уже болело лицо, — помоги встать, пожалуйста. Изо всех сил маленькая невысокая девушка пыталась помочь достаточно габаритному парню подняться. С огромным трудом ей это всё-таки удалось. Кирилл аккуратно положил свою руку ей на плечо, стараясь не завалиться на землю обратно, но и не сделать Жене больно. — Спасибо, — он старался вести себя непринужденно, — знаешь, пока ещё что-нибудь не случилось, давай я сразу скажу, почему я пропал. Её сердце ёкнуло, а ноги стали ватными. — Не дрожи, я всё чувствую, успокойся — парень заглянул девушке в глаза, — просто мои родители решили, что я должен встречаться с дочкой их друзей, у которых есть нефтеперегонный завод, а когда я отказался, отключили мне интернет и забрали из колледжа. Недавно я смог убежать из дома и сейчас снимаю квартиру здесь. Мир для Жени в секунду перевернулся. Не предатель. Не исчез. Он здесь сейчас, перед ней. Всё такой же. Одна маленькая слезинка одиноко прокатилась по её щеке. — Ты чего? Не плачь, пожалуйста. — Я не плачу, — сквозь ком в горле и слёзы, вставшие в глазах, ответила девушка, — спасибо тебе. Для меня это очень...многое... меняет. — Я не слишком сильно на тебя оперся? — он не знал, что говорить в ответ. — Нет, — Женя быстро вытерла глаза рукавом, — мне не тяжело. А тебе больно. Поэтому это не может быть вопросом для обсуждения. И да, мы не договорили. Что именно у тебя болит? Или ты хочешь, чтобы я сейчас вызвала тебе скорую? — Голова, — Кирилл сознался, потому что не мог больше ждать, когда она так просит. Они добрели до какой-то скамейки и сели. Кирилл пытался не вырубиться, а Женя крутилась вокруг него и искала какие-нибудь признаки сотрясения. — Да у тебя кровь! — ужаснулась она, увидев его затылок. — Сила всех наших страстей зависит от того, насколько холодна или горяча наша кровь, — с умным видом, как ему казалось, промямлил Кирилл. — Если ты сейчас будешь философствовать вместо того, чтобы сидеть ровно, ты останешься делать это в одиночестве, — недовольно посмотрела на него девушка. Она достала из своей сумочки влажные салфетки и провела по затылку парня. Он сначала вздрогнул от ощущения прикосновения, а потом дернулся и немного зашипел от боли. — Я знаю, тебе больно. Потерпи немножко, — она наклонилась к его лицу и заглянула прямо в глаза, — нужно понять, насколько всё серьёзно. Под таким взглядом Кирилл готов терпеть столько, сколько понадобится. — Всё, я вижу. Тебе повезло, бегун-конькоходец. Просто царапина, — Женя рефлекторно обняла его, пусть и сразу же её перемкнуло от страха, что она сейчас этим все испортит, — ты молодец, стойко держался. Кирилл хотел было обнять её в ответ, но побоялся: мало ли, вдруг это просто эмоции, а на самом деле ей до него и дела нет, раз он уже раскрыл свою тайну. Когда он только начал отдергивать свои руки, которые так настойчиво тянулись к девушке, она отстранилась от него и...коснулась одной его руки. Парень хотел провалиться сквозь землю прямо на этом месте. Ему оставалось только надеяться, что она не почувствовала его прикосновения, такого короткого и трепетного. Но нет. Она почувствовала. Ей хотелось верить, что это не случайность, но Женя сразу отбрасывала такие мысли, насколько это было возможно, чтобы не строить себе призрачных надежд и облачных замков. — Ты только шапку надень, чтобы голова была в тепле, — и откуда в ней проснулось столько заботы? — А у меня нет... — Кирилл смотрел на неё виновато, — я ещё не купил после переезда. — Тогда пошли, зайдём в это злополучное кафе, там хотя бы тепло. — Пошли - громко сказано. Поковыляли. — Ну, хоть так.