Kimi no hikari

      — Ты уверена, что хочешь пойти пешком? Давай, может, я вызову такси и отвезу тебя?       Усаги знала, что Сэйя всего лишь волновался, а вовсе не стремился поскорее избавиться от нее, а ей очень хотелось побыть с ним подольше, особенно после их разговора в гостиной – и она настояла. Было еще совсем не поздно, всего лишь половина девятого, мама не ждала ее раньше десяти, так что она пока даже не опаздывала, и они вполне успевали дойти до ее дома и пешком.       — Над чем ты работал? — идти в тишине было тоже приятно, но сейчас Усаги чувствовала себя странно отдохнувшей, даже привычная депрессия, казалось, отступила, так что ей захотелось поговорить.       — Над новой песней, — улыбнулся Сэйя.       А еще, когда они болтали, можно было не вспоминать, какое у Сэйи было выражение лица, когда он целовал ее пальцы.       — Ого! — она ожидала немного не такого ответа и удивленно посмотрела на парня. — Ты снова будешь петь?       — А вот это пока секрет! — он улыбнулся, и Усаги вспомнила, как они ходили тогда на одно-единственное свидание, как он дразнил ее – вот с такой же улыбкой. От воспоминаний стало удивительно тепло, и она тоже улыбнулась и пихнула его локтем в бок.       — Ну расскажи! Чего тебе стоит!       — Неа! — он притворно нахмурился и отвернулся, и Усаги стало вдруг очень смешно, она хихикнула – и хлопнула Сэйю по спине между лопаток.       — Ну и ладно! Храни свои секреты!       — Пончик, ты чего! Больно же!       Он хмурился, но глаза улыбались – и Усаги тоже хотелось улыбаться и дурачиться. Окатившая ее вдруг волна чужой ненависти безумно напугала Усаги.       — Сэйя, — замерев, тихонько позвала она парня. Он мгновенно оказался рядом, почувствовав произошедшую с ней перемену. — Там кто-то есть…       Колючая ледяная ненависть стелилась по земле, обжигая кожу.       — Где-то там, — неопределенно мотнула она головой на невысказанный вопрос. Сильная рука обняла ее за плечи, притягивая к себе, укутывая спасительным теплом. — Надо проверить…       — Пойдем, — решительно сказал Сэйя и повел ее в ближайший переулок. Сюда почти не проникал свет от фонарей с главной улицы, было тихо и безлюдно. И очень холодно… Не отпуская девушку, Сэйя вскинул руку, с зажатой в кулаке звездой превращения.       — Fighter Star Power, Make Up!       Усаги лишь на мгновение отстала от него.       — Moon Eternal, Make Up!       — Ты все еще чувствуешь его? — Воин замерла рядом, напряженная, как сжатая пружина, в любой момент готовая броситься в бой.       — Да, — уверенно прошептала Сейлормун. — Вон там, на площади перед парком.       Они бежали рядом, мелькнула мысль позвать девочек, но каким-то фоном, и почему-то она этого не сделала. Они замерли в тени переулка, глядя на открывшуюся перед ними площадь. Фонари почему-то не горели, в неверном свете Луны все казалось каким-то призрачным и нереальным. В центре площади, прямо над фонтаном, зависла закутанная в темный плащ фигура.       — Демон, — процедила Воин, и Сейлормун лишь кивнула.       — И очень сильный…       — Что он делает?       Сейлормун недоуменно посмотрела, как Воин намурилась, взглянув на застывшую в воздухе фигуру демона. С его длинных рук в фонтан стекала темная энергия, она падала в воду, смешиваясь с ней, над водой клубился черный туман.       — Он отравляет воду? Но зачем? — прошептала Сейлормун испуганно. И вдруг заметила темные силуэты людей, окруженные туманом, ничего удивительного, что она не сразу их увидела. — Воин… Там люди!       Она почти рванулась вперед, но Воин схватила ее за руку, втянула обратно в переулок.       — Выкачивает энергию, — глухо сказала она. — Это то, о чем говорила Ами утром. Попробуем остановить его?       — Конечно! — больше она не колебалась. Выскочила прямо на площадь и остановилась на спинке одной из скамеек, так, чтобы не касаться тумана. — Остановись!       Демон встрепенулся и действительно замер, скорее всего, от неожиданности.       — Как ты смеешь воровать энергию у беззащитных людей! Я борец за добро и справедливость Сейлормун! —громко и четко сказала она.       — Глупость какая, — выговорил вдруг демон раздраженно. — Только разговоры и умеете разговаривать.       Он поднял руку, и туман, послушный его мановению, смешанный с водяными потоками, неуловимыми щупальцами устремился к Сейлормун. Все происходило так быстро, что она не успела даже толком отшатнуться, поток просто смел ее со скамьи. Она тяжело упала на спину, воздух с шумом вышел из легких, дыхание перехватило, Сейлормун попыталась вздохнуть, в легкие хлынул туман – и она потеряла сознание.

* * *

      Воин опаздывает всего на несколько мгновений, а Сейлормун уже сбило со скамьи куда-то прямо в черный туман.       — Куколка! — кричит она и бросается туда, к ней, на ходу доставая звезду. – Star Serious Laser!       Энергия бьет прямо в укутанное в плащ тело демона, Воину кажется, будто она слышит легкое шипение, как когда прольешь воду на раскаленную конфорку.       — Куколка!       Поспешно нагнувшись, она поднимает девушку и отпрыгивает в сторону, подальше от черного тумана.       Она не дышит.       Страх перехватывает горло. Недолго думая, Воин зажимает нос девушке и наклоняется к ней, вдувая воздух ей в легкие.       — Давай, Куколка. Дыши.       Кончики пальцев нащупывают артерию на шее: сердце бьется, только очень медленно, слабо, будто нехотя.       — Давай же!       С четвертого или пятого раза Куколка закашливается, изворачивается из ее рук – и ее рвет. Воин торопливо оглядывается, пытаясь найти глазами врага.       — Слишком долго, — шипит демон, и в них летит сгусток черной энергии. Воин понимает, что им не успеть увернуться – и просто заслоняет собой сжавшуюся Куколку.       Боль прошивает ее вверх по позвоночнику, дыхание перехватывает, и крик замирает в горле. Когда все заканчивается, на нее наваливается пустота. От пережитой боли ее трясет, только рука снова сжимает звезду. Обернувшись, она снова посылает энергию в демона, и на этот раз тот просто заслоняется щитом из полупрозрачного тумана.       — Не трать силы. Я здесь почти закончил, — тихо выговаривает демон и вскидывает руку для новой атаки. Воин стискивает зубы, ожидая новую волну боли, потому что ей не увернуться, не с Сейлормун за спиной.       Но Куколка вдруг оказывается прямо перед ней.       — Ну уж нет! — шепчет она. Воин видит мелькнувший в ее руках жезл. Туман устремляется к ним, но Сейлормун встречает его своим жезлом. Темная энергия окутывает жезл – и останавливается. Воин не видит лица Куколки, только то, как дрожат ее руки, сжимающие рукоять.       «Надо отвлечь демона, ей долго не продержаться».       Рука снова сжимает звезду так, что острые края впиваются ладонь.       — Star Serious Laser! — атакует она сбоку, краем глаза замечая, что Сейлормун закусила губу от усилий, из ранки уже сочится кровь. Энергия летит в демона, но он лишь загораживается плащом.       — Я сказал: не тратьте силы! — рев демона заполняет площадь, мощная волна энергии отбрасывает Воина от Куколки. Туман окутывает жезл – и просто сминает, Сейлормун еле успевает выпустить его – и ее тоже окутывает темная энергия.       — Куколка! — Воин пытается подняться на непослушные ноги, все происходит, как во сне, она торопится, изо всех сил, туда, к Куколке – но ей не успеть. Крик боли разрывает тишину, Воин видит, как темная энергия проходит по крыльям Сейлормун, выкручивая их, ломая, разрывая. Девушка вся вытягивается, видимо от боли – и крылья тлеющими лоскутами падают на землю. Энергия спадает, и Сейлормун сломанной куклой тоже падает на землю.       — Сейлормун! — кричит Воин не своим голосом и бежит к ней. Девушка вздрагивает и открывает глаза, смотрит прямо в глаза.       — Кажется, я больше не могу сражаться, — она пытается улыбнуться, а на ресницах дрожат слезы. — Больше ничего не могу…       Искореженный жезл валяется на земле, потемневший и безжизненный.       — Ну что ты, Куколка… — шепчет Воин ласково, стирая кровь с ее губ. — Мы справимся.       — Не думаю… — демон оказывается совсем близко, длинная рука хватает Воина за горло и, словно она совершенно ничего не весит, поднимает над землей. — Ненавижу тех, кто только языком трепать горазд.       Воин хрипит, вцепившись в чужую руку в отчаянной попытке освободиться. Воздуха катастрофически не хватает, уши закладывает, крики Куколки она слышит, словно сквозь вату. А потом вдруг все ее тело пронизывает боль. Как и в прошлый раз, она зарождается где-то в позвоночнике, от страшного крика звенит воздух, и Воин не сразу понимает, что кричит она сама.       — Остановись…       Яркий розовый свет заполняет все вокруг, и Воин приоткрывает слезящиеся глаза. Куколка, окруженная серебристо-розовым светом, берет демона за руку, которой он вцепился в Воина – и демон заходится в жутком крике и отдергивает руку. Запах паленой плоти такой сильный, что Воин едва справляется с приступом тошноты.       — Вы пожалеете об этом! — шипит демон – и прыгает прямо в фонтан, подняв высокий столп брызг.       Воин тяжело опускается на землю, пытаясь вдохнуть, горло ужасно болит и никак не хочет пускать воздух в легкие.       — Я сейчас, — тихо и отрешенно говорит Сейлормун. Судорожно пытаясь вздохнуть, слезящимися глазами Воин наблюдает, как свет обволакивает Куколку и принимает форму боевого костюма, но не такого, как прежде. Матроска все еще белая, как и длинные перчатки до локтей, которые заканчиваются тонкой фиолетовой резинкой. Такого же насыщенного фиолетового цвета бант на груди. Юбка трехцветная, подол совсем черный, потом тот же фиолетовый, а ближе к поясу – синий, в тон воротнику матроски. Бант сзади – из полупрозрачной белой ткани, длинные хвосты его ниспадают почти до середины сапог, напоминая прическу Куколки. Высокие темно-синие сапоги дополняют образ. Вместо дутых розовых рукавов – тоненькие цепочки, сотканные, казалось, из бесчисленных прозрачных кристаллов. Яркий свет все еще льется из броши, собирается в ладонях Куколки – и превращается в новый жезл.       — Moon Crystal Power, — шепчет Сейлормун, и серебристый свет разносится по площади, пробивает туман, окутывает лежащих людей – и проникает в фонтан, очищая воду. Через минуту все уже кончено, ярко горят уличные фонари, люди начинают удивленно просыпаться…

* * *

      Сэйя наконец заснул, и Усаги почувствовала вдруг, что неимоверно устала.       — Я же говорил, что ты сможешь!       Это были его первые слова после сражения, когда они оба, уже вернувшись к своему обычному облику, сидели в том переулке, Сэйя – привалившись спиной к стене дома, и Усаги – рядом с ним на корточках. Ему было больно дышать и говорить, но он нашел в себе силы поддержать ее. Он всегда находил… Когда ей было особенно одиноко, он оказывался рядом и находил правильные слова. Сэйя не жаловался, но Усаги и сама видела, что ему очень плохо. Отправиться домой она просто не смогла бы себе позволить. Мелькнула мысль о больнице – но Сэйя отказался наотрез, он вообще все пытался спровадить ее домой, но у него ничего не вышло. Когда Усаги хотела, она игнорировала и тонкие намеки, и прямые просьбы. Кое-как доковыляв до более оживленной дороги, они поймали такси. Усаги думала о том, чтобы связаться с девочками – и даже с Харукой, он бы просто забрал их на машине – но почему-то решила этого не делать.       Видимых ран у Сэйи не было, так что, когда они добрались домой, Усаги просто уложила его и сделала ему горячий чай с медом. В прошлый раз, когда Сэйю ранили, – тоже из-за нее, между прочим! – она бы многое отдала за то, чтобы ей позволили если не быть рядом с ним, то хотя бы узнать, как он. Может, именно поэтому сейчас ей так хотелось сделать все самой. И, глядя на его спокойное, бледное лицо, девушка чувствовала себя правильно, на своем месте.       Время приближалось к одиннадцати, так что, вздохнув, Усаги отправилась на поиски телефона: нужно было предупредить родителей. Она сняла трубку, и набрала домашний номер.       — Мама? — тихонько спросила она, когда трубку наконец взяли. — Мам, извини, что раньше не позвонила, я у Рей, мы что-то совсем увлеклись уроками. Да. Можно я останусь у нее? Мне не хочется ехать домой. Да, конечно. Нет, завтра у меня выходной. Конечно, мы занимаемся! Да. Спасибо! До завтра. Спокойной ночи!       Она повесила трубку и замерла, прижала правую руку к лицу, касаясь губами кольца. Холодный ободок странно контрастировал с теплой кожей. Повинуясь непонятному порыву, она подняла трубку и набрала другой номер. Слушая длинные гудки, она чувствовала, как колотится сердце.       — Здравствуйте, это квартира Мамору.       Судорожно втянув воздух, она вдруг поняла, что по щекам наконец-то потекли слезы.       Мамору… Как же мне хочется поговорить с тобой сейчас!       — Пожалуйста, позвоните мне в Америку.       Короткие гудки, раздавшиеся в трубке, вторили ударам сердца.       Как же мне тебя не хватает…       В дальней комнате Сэйя напряженно прислушивался, пытаясь понять, плачет Куколка или нет, прекрасно понимая, что сейчас у него нет ни малейшего права пытаться утешить ее.